Часть 2

2 глава Десять минут дороги растянулись в липкую, бесконечную вечность. Но вот он уже стоит у её подъезда, заглушая двигатель своего верного «BMW». Дождь по-прежнему лил, оставляя после себя лишь мокрый асфальт, отражающий фонари, и тяжёлый, влажный воздух. Несколько секунд – он привычным движением проверяет, заперта ли дверь машины, – и он уже перед входной дверью. Не звонок, не домофон. Его сильная рука упирается в старую, но прочную деревянную дверь. Короткий, точный толчок плечом – и щелчок засова, ломающий тишину подъезда. Дверь подалась. Мужчина стремительным, но не суетливым шагом ворвался в знакомый до тошноты подъезд. Через минуту он уже стоял у двери её квартиры. Его ладонь легла на холодную металлическую ручку. Медленный, контролируемый нажим вниз – и дверь беззвучно поддалась. Он скользнул внутрь, как тень, притворив её за собой. – А ты всё так же легкомысленна и не запираешь квартиру, Изосимова? – раздался его низкий, громкий голос, намеренно заполняющий собой всё пространство прихожей и гостиной. Из спальни, озадаченно переглянувшись, вышли двое. Она. Безумно красивая, но какая-то… поблёкшая. Уставшая до такой степени, что это читалось в каждом движении, в потухшем взгляде. Макс почувствовал это нутром – её энергия была едва теплящейся. Рядом – мужчина. Невысокий, спортивного сложения, с лицом, застывшим в чистом недоумении. Её нынешний. – Максим? Что ты тут забыл? – её голос был шипящим, больше удивлённым, чем испуганным. – Оу, да ты не одна, как я вижу, – его взгляд скользнул по сопернику, и по лицу пробежала судорога ревности, острой и знакомой. – Алексей? Верно? – он не стал дожидаться ответа, сделав два уверенных шага вглубь прихожей, сокращая дистанцию. – Максим, я спросила, что ты тут делаешь?! – её голос сорвался на высокую, почти истеричную ноту. Он жестом, не требующим обсуждения, отстранил её в сторону и обратился к её спутнику, глядя ему прямо в глаза: – Лёш. Без обид. Но иди-ка ты нахуй. Прямо сейчас. – В каком смысле? Что за бред? – Алексей лишь развёл руками, его тело напряглось, но он всё ещё пребывал в ступоре, пытаясь осмыслить это вторжение. Расчёт был верен – на секунду замешательства ему и нужно было. Максим молниеносно закрыл оставшееся расстояние, одной мощной рукой обхватил Ангелину за талию, а другой – накрыл её рот своей ладонью, заглушая начинающийся крик. Он не поцеловал её – он забрал её поцелуй, грубо, властно, почти по-звериному. Не дав опомниться, он легко, как перо, взвалил её на плечо, развернулся и направился к выходу. У самой двери, уже переступая порог, он обернулся к остолбеневшему Алексею и бросил через плечо: – Если бы у меня из-под носа увезли любимую, я бы этого человека в порошок стёр. А ты, я смотрю, просто тупой. – Максим, ты совсем ёбнутый! Выпусти! Куда ты меня несёшь, сумасшедший?! – её приглушённые крики доносились уже с лестничной площадки. И пока она билась и кричала, где-то глубоко внутри, под слоями ярости и возмущения, таяла крошечная, предательская искра. Он – идиот, гнида, придурок, сука, мразь. Но он – её мразь. И её тщательно выстроенный план «быть равнодушной» рассыпался в прах в одну секунду.