Глава 14. «Пепел странствий»

Пять лет. Столько прошло с того дня, как Флора шагнула в портал, оставив позади Линфею. Пять долгих лет, наполненных дорогами, чужими небесами и одиночеством. Миры менялись, но боль оставалась прежней. Она побывала в лесах Лума, где деревья пели ночами, и каждый их голос отзывался в её сердце. Она бродила по пустошам Дакры, где солнце жгло беспощадно, и только её магия удерживала влагу в воздухе. Она скиталась по городам, где люди, завидев её, отводили глаза, чувствуя чуждую силу. На каждой планете она оставляла частицу себя. Но нигде не находила дома. Флора училась. Её магия росла вместе с болью, и контролировать её становилось всё сложнее. Растения, которые она призывала, всё чаще откликались не мягкостью, а хищной агрессией. Лианы рвались в бой, даже если она хотела лишь защиты. Цветы выпускали ядовитые споры, не дожидаясь её приказа. Она тренировалась часами, пока руки не дрожали от усталости, а сознание не туманилось. Иногда ей удавалось обуздать силу, иногда — нет. Тогда леса, где она тренировалась, превращались в поля сражений: выжженные, изломанные, наполненные шипами и терниями. Каждый раз, глядя на разрушения, Флора спрашивала себя: — Я управляю магией… или она мной? Ответа не было. Но не всё было тьмой. Иногда, в минуты слабости, она слышала голос. Тихий, тёплый, словно исходящий из глубин её души. «Флора… не сдавайся». Она не знала, кто это. Не знала, что где-то в Алфее молодой маг Палладиум каждый раз вздрагивал от таких же вспышек чувств. Для Флоры голос стал её тайным спутником. Она не доверяла никому из живых, но доверяла ему. — Я не одна, — шептала она, засыпая под чужими звёздами. — Пусть я никогда тебя не увижу… но я знаю, что ты есть. И всё же годы одиночества оставили след. Флора стала другой. Её взгляд — твёрже, походка — увереннее, движения — отточеннее. В ней больше не было той застенчивой девочки, что стеснялась своей силы. Теперь это была женщина, готовая встретить опасность лицом к лицу. Но внутри оставалась трещина. Одиночество точило её. Временами она ловила себя на том, что разговаривает сама с собой. Временами просыпалась в холодном поту, видя сны о семье. А иногда представляла, как возвращается в Алфею и смотрит Винкс в глаза. В такие моменты её магия дрожала, словно делилась её гневом. Всё изменилось на планете Аридия. Она остановилась там ненадолго, лишь чтобы отдохнуть. Леса Аридии были редкими, больше пустошей и камней. Флора выбрала пещеру у подножия горы и устроила временное убежище. Однажды вечером, когда она сидела у огня, почувствовала странную дрожь. Не магическую — а какую-то… родную. — Ты изменилась, Флора, — раздался голос. Она обернулась — и застыла. Перед ней стояла женщина в тёмно-алой мантии, с добрыми, но строгими глазами. Фарагонда. — Д… директриса? — голос Флоры сорвался. — Как… как вы меня нашли? Фарагонда улыбнулась чуть грустно. — Я всегда знала, что однажды найду тебя. Магия Алфеи связана с тобой, даже если ты ушла. Флора сжала руки в кулаки. — Зачем? Чтобы вернуть меня к тем, кто отвернулся? — Нет, — спокойно ответила Фарагонда. — Чтобы вернуть тебя к себе. Эти слова больно ударили. — Я… я больше не та. Я не хочу возвращаться в Алфею. Я не могу. Фарагонда сделала шаг ближе. — Пять лет ты несёшь эту ношу одна. Ты стала сильнее, я вижу. Но твоя сила пожирает тебя. Если так продолжится, ты разрушишь себя. Флора отвернулась. — Мне не нужен никто. — Но тебе нужна ты сама, — мягко сказала директриса. — А найти себя ты сможешь только там, где когда-то потеряла. В Алфее. Флора замерла. В её голове вспыхнули воспоминания: смех подруг, сражения, победы… и их молчание, когда она уходила. — Я не прощу их, — твёрдо сказала она. — И не прошу, — ответила Фарагонда. — Вернись не ради них. Ради себя. Ночь на Аридии была холодной. Флора долго сидела у огня, обдумывая слова Фарагонды. Она вспомнила, как пять лет назад шагнула в портал, думая, что одиночество спасёт её. Но оно лишь сделало её сильнее и слабее одновременно. Может, она права? Может, пора вернуться? Внутри отозвалось эхо. Голос, такой знакомый: «Флора…» И впервые за долгое время Флора улыбнулась. Пусть устало, но искренне. — Хорошо, — сказала она. — Я вернусь. Но не ради них. Ради себя. Фарагонда кивнула. — Это единственный правильный выбор. Утром они стояли перед порталом. Флора в последний раз оглянулась на Аридию, её пустоши и скалы. Это место стало лишь одной из остановок в её бесконечном пути. — Пора, — сказала Фарагонда. Флора сделала шаг в свет портала. Её сердце билось быстро, в голове смешались страх и решимость. Она возвращалась. Не той девочкой, что когда-то покинула Алфею, а женщиной, закалённой пятью годами боли и странствий. И где-то далеко, в Алфее, Палладиум снова вздрогнул от эха. На этот раз оно было другим: в нём звучала не только боль, но и надежда. — Флора… — прошептал он, и сердце его наполнилось предчувствием.