Глава 27. «На весах доверия»

Зал Совета был наполнен тишиной. Тишиной, густой, как дым после боя. Фарагонда сидела во главе длинного стола, рядом с ней — Саладин из Красного Фонтана и Гриффин из Облачной Башни. Их взгляды не встречались, но напряжение было почти осязаемым. — Мы не можем закрывать глаза, — первой нарушила молчание Гриффин. — Вчера симбионт едва не подчинил десятки студентов. А сегодня? Завтра? Вы хотите ждать, пока он овладеет всей школой? — Мы не знаем его истинной природы, — возразил Саладин. — Уничтожить его сейчас — значит потерять шанс понять, откуда он взялся. А это может быть связано с Трикс. Гриффин усмехнулась: — О, как удобно. Вместо того чтобы защищать учеников, мы будем изучать, как нас убивают. Фарагонда подняла руку, заставляя их умолкнуть. Её голос был твёрдым, но в нём звучала усталость: — Я видела, как Флора борется. Она удержала его, когда никто другой не смог. Но я также видела, что он держит её. Она замолчала, обводя зал взглядом. — Мы должны принять решение. — Я уже его приняла, — холодно сказала Гриффин. — Изолировать её. Симбионт уничтожить. Всё остальное — самообман. Саладин вздохнул, опершись на посох: — Я предлагаю компромисс. Пусть Флора докажет, что может контролировать его. Испытание. Если она справится — мы получим ключ к пониманию его силы. Если нет… тогда вы будете иметь полное право действовать. Фарагонда медленно кивнула. Её сердце сжималось, но в словах Саладина был разум. — Пусть будет испытание, — произнесла она. — Но не как наказание. Как последний шанс. Флора сидела в оранжерее, окружённая зелёными тенями. Палладиум вошёл тихо, в руках у него были свитки с печатями Совета. — Они приняли решение, — сказал он. Она не подняла глаз. — Решение? — Испытание. Ты должна доказать, что можешь удерживать симбионт. Флора резко вскинулась, её глаза сверкнули. — То есть они сомневаются во мне. Они думают, что я опасна. Палладиум положил свитки на стол и сел рядом. — Они боятся. А страх всегда ищет оправдание. — Это не оправдание, — горько ответила Флора. — Я уже потеряла семью. Я уже потеряла подруг. И теперь они хотят, чтобы я снова доказывала, что имею право существовать? Её голос сорвался, и она сжала кулаки. Палладиум осторожно коснулся её руки. — Я не прошу тебя ради них. Я прошу ради себя. Ты сильнее, чем думаешь. И если ты справишься, у тебя появится шанс не только удержать симбионт, но и удержать саму себя. Флора закрыла глаза. Слёзы блеснули на ресницах. — А если даже после этого они всё равно не поверят? — Тогда, — мягко сказал он, — останусь я. Её сердце дрогнуло. Слова прозвучали просто, без пафоса. Но именно в этой простоте было то, что она боялась потерять больше всего. Тем временем Винкс собрались в комнате Блум. Атмосфера была натянутой, как струна. — Испытание? — первой заговорила Стелла. — Это звучит как суд. — Потому что это и есть суд, — сухо сказала Муза. — Она связана с симбионтом, и Совет это видит. Блум встала, её глаза полыхнули. — Она связана, но борется! Разве вы этого не понимаете? Она могла бы сдаться ещё на Линфее, но не сдалась. — Пока, — вставила Текна. — Но её контроль нестабилен. Вероятность провала слишком велика. Стелла опустила глаза. — Я просто не хочу снова её потерять. Лейла обняла её за плечи. — Тогда давайте будем рядом. Не против неё, а с ней. Муза покачала головой. — Быть рядом с тем, кто может привести нас к гибели? Это уже не дружба, это слепота. Блум резко повернулась к ней: — А может, это вера. Та, которой у тебя никогда не хватало. В комнате повисла тишина. Ссора не разрешилась, она только глубже разорвала их. Ночью Флора лежала без сна. Луна светила сквозь стекло, и каждый луч казался ей пронзительным. Она закрыла глаза — и голос раздался снова. Они тебя не примут. Никогда. Но я — приму. Я — ты. Ты — я. Скажи слово, и всё станет проще. Флора сжала одеяло. — Нет, — прошептала она. — Я не твоя. Но они уже решили, что ты моя. Её сердце сжалось. Она понимала: испытание будет не только проверкой её силы. Это будет проверкой её права оставаться собой. И если она оступится — мир, который и так качается на грани, рухнет окончательно.