Глава 77

— ​Делай ​добрые ​дела ​и ​никогда ​не ​спрашивай ​о ​результате. ​ ​Действительно, ​Тихиро ​не ​была ​святой. ​ ​Она ​убила ​множество ​людей, ​когда ​служила ​в ​Армии ​Новых ​Соединенных ​Штатов. ​ ​Позже, ​покинув ​армию, ​она ​выполняла ​грязную, ​изнурительную ​работу ​для ​«Когтей ​Тигра». ​ ​Ее ​руки ​были ​запятнаны ​кровью ​— ​далеко ​не ​чисты. ​ ​Но ​в ​тот ​момент, ​когда ​они ​решили ​спасти ​ее, ​Лео ​и ​остальные ​не ​особо ​задумывались ​обо ​всем ​этом. ​Если ​бы ​кто-нибудь ​спросил ​почему, ​ответ ​мог ​бы ​быть ​простым: ​ ​— ​В ​Найт-Сити ​и ​так ​хватало ​сирот; ​не ​было ​нужды, ​чтобы ​Рёко ​стала ​еще ​одной. ​ ​Ответ ​Лео ​не ​прояснил ​замешательство ​Тихиро. ​Скорее, ​он ​лишь ​породил ​у ​нее ​еще ​больше ​вопросов. ​Но ​поскольку ​она ​не ​могла ​разобраться ​в ​этом ​прямо ​сейчас, ​ей ​оставалось ​лишь ​поклясться ​помнить ​их ​доброту. ​ ​— ​Я ​никогда ​не ​забуду ​этот ​долг. ​Однажды ​я ​отплачу ​вам ​всем. ​ ​— ​Ладно, ​ты ​все ​еще ​пациентка ​— ​не ​стой ​слишком ​долго. ​Присаживайся. ​Поговорим, ​когда ​сядешь. ​ ​Когда ​все ​уселись, ​Лео ​взглянул ​на ​Рёко, ​крепко ​прижимавшуюся ​к ​матери. ​ ​— ​Вы ​двое ​думали ​о ​том, ​что ​будет ​дальше? ​ ​Выражение ​лица ​Тихиро ​помрачнело. ​ ​— ​Изначально ​я ​планировала, ​чтобы ​один ​мой ​знакомый ​вывез ​меня ​и ​Рёко ​из ​города, ​но ​потом… ​ ​Если ​бы ​не ​предательство ​контрабандиста, ​они, ​возможно, ​уже ​покинули ​бы ​Найт-Сити, ​может ​быть, ​на ​самолете ​в ​Европу. ​ ​Лео ​на ​мгновение ​задумался ​и ​заговорил. ​ ​— ​Если ​ты ​все ​еще ​хочешь ​покинуть ​город, ​можешь ​попросить ​помощи ​у ​фиксера. ​Я ​знаю ​нескольких ​фиксеров, ​которые ​намного ​надежнее ​того ​контрабандиста, ​к ​которому ​ты ​обращалась. ​Не ​волнуйся ​— ​они ​тебя ​не ​продадут. ​И ​ты ​знаешь, ​как ​фиксеры ​умеют ​дергать ​за ​ниточки. ​Просто ​уехать ​из ​Найт-Сити ​— ​вообще ​не ​проблема. ​ ​— ​Но ​если ​ты ​также ​хочешь ​легальные ​документы, ​чтобы ​законно ​жить ​в ​Европе, ​ну… ​это, ​вероятно, ​превосходит ​возможности ​фиксера. ​В ​конце ​концов, ​какими ​бы ​находчивыми ​они ​ни ​были, ​они ​все ​еще ​просто ​фиксеры ​из ​Найт-Сити. ​ ​Лео ​подозревал, ​что ​контрабандист, ​которого ​наняла ​Тихиро, ​возможно, ​изначально ​и ​не ​смог ​бы ​достать ​эти ​легальные ​документы. ​Дело ​было ​не ​просто ​в ​находчивости ​— ​получение ​настоящих ​иммиграционных ​документов ​подразумевало ​целые ​цепочки ​поставок ​за ​этим. ​ ​Он ​верил, ​что ​контрабандист, ​конечно, ​мог ​бы ​вывезти ​Тихиро ​и ​ее ​дочь ​из ​Найт-Сити. ​Но ​что ​касается ​получения ​ими ​настоящих ​документов? ​Лео ​в ​это ​не ​верил. ​Этот ​контрабандист, ​скорее ​всего, ​с ​самого ​начала ​планировал ​обмануть ​Тихиро ​и ​ее ​дочь. ​Даже ​если ​бы ​он ​их ​не ​продал, ​в ​лучшем ​случае ​он ​мог ​бы ​просто ​вывезти ​их ​из ​города ​— ​и ​все. ​ ​Очевидно, ​контрабандист ​рассчитывал ​на ​то, ​что ​Тихиро ​не ​сможет ​вернуться ​и ​свести ​счеты, ​как ​только ​поймет ​обман. ​Действительно, ​хитроумный ​план. ​И, ​как ​упоминала ​Тихиро, ​она ​на ​самом ​деле ​знала ​этого ​контрабандиста ​лично. ​Достаточное ​доказательство ​того, ​что ​иногда ​самые ​близкие ​люди ​совершают ​самые ​жестокие ​предательства. ​ ​Что ​случилось ​бы, ​если ​бы ​они ​отправились ​в ​Европу ​без ​надлежащих ​документов ​или ​разрешений? ​ ​Они ​стали ​бы ​нелегалами. ​ ​В ​каждой ​стране ​нелегальные ​иммигранты ​были ​нежеланными ​гостями ​и ​практически ​не ​защищены ​местным ​законодательством. ​Забудьте ​о ​политике ​или ​льготах ​— ​об ​этом ​не ​могло ​быть ​и ​речи. ​И ​как ​иммигранты ​без ​документов, ​они ​не ​осмелились ​бы ​обратиться ​за ​помощью ​в ​полицию. ​Им ​пришлось ​бы ​прятаться. ​Если ​бы ​полиция ​попросила ​удостоверение ​личности, ​а ​они ​не ​смогли ​бы ​его ​предъявить, ​их ​бы ​немедленно ​депортировали. ​ ​Отсутствие ​документов ​означало, ​что ​какими ​бы ​образованными ​или ​утонченными ​они ​ни ​были, ​они ​смогли ​бы ​работать ​только ​нелегально, ​«вчерную». ​А ​в ​мрачной ​реальности ​2077 ​года ​даже ​корпоративные ​гиганты ​действовали ​как ​им ​заблагорассудится. ​Так ​что ​представьте, ​какой ​могла ​бы ​быть ​нелегальная ​потогонная ​фабрика. ​Забудьте ​о ​«восемнадцатом ​круге ​ада» ​— ​фабрика ​на ​черном ​рынке ​была ​бы ​намного ​хуже. ​ ​… ​ ​Увидев, ​что ​Тихиро ​и ​ее ​дочь ​замолчали, ​Лео ​внезапно ​осенила ​идея. ​ ​— ​Вообще-то, ​если ​вам ​действительно ​некуда ​больше ​идти, ​у ​меня ​есть ​мысль. ​Может ​быть, ​вам ​вообще ​не ​нужно ​покидать ​Найт-Сити. ​ ​— ​Остаться ​в ​Найт-Сити? ​— ​повторила ​Тихиро, ​выглядя ​ошеломленной. ​Но ​потом ​она ​покачала ​головой. ​ ​— ​Мы ​уже ​насолили ​«Когтям ​Тигра». ​Пока ​мы ​остаемся ​в ​Найт-Сити, ​Дзётаро ​никогда ​нас ​не ​отпустит. ​ ​Никто ​не ​забыл ​зверств, ​совершенных ​«Когтями ​Тигра». ​В ​те ​времена, ​когда ​«Бар ​Лиззи» ​еще ​не ​был ​под ​контролем ​«Моксов», ​его ​владелица, ​Элизабет ​«Лиззи» ​Борден, ​кастрировала ​члена ​«Когтей ​Тигра» ​и ​заплатила ​за ​это ​жизнью. ​Банда ​в ​отместку ​уничтожила ​весь ​ее ​бар. ​ ​Теперь ​Тихиро ​открыто ​предала ​их, ​убила ​многих ​их ​людей ​и ​даже ​стала ​причиной ​смерти ​«Дракона ​Масафусы», ​Нанто, ​во ​время ​попытки ​захвата. ​«Когти ​Тигра» ​ни ​за ​что ​их ​не ​отпустят. ​ ​Лео ​давно ​все ​это ​обдумал. ​Единственная ​причина, ​по ​которой ​он ​все ​еще ​предлагал ​альтернативу, ​заключалась ​в ​том, ​что ​он ​к ​ней ​подготовился. ​ ​— ​«Когти ​Тигра» ​— ​лишь ​одна ​из ​многих ​банд ​в ​Найт-Сити. ​Их ​основная ​территория ​— ​это ​Джапантаун ​в ​Уэстбруке ​и ​Кабуки ​в ​Уотсоне ​— ​они ​не ​контролируют ​весь ​город. ​Хотя ​за ​ними ​стоит ​«Арасака», ​«Арасака» ​— ​не ​единственное ​громкое ​имя ​в ​Найт-Сити. ​По ​крайней ​мере, ​«Милитех» ​не ​стал ​бы ​стоять ​в ​стороне ​и ​позволять ​«Арасаке» ​всем ​заправлять. ​ ​— ​Так ​что ​все, ​что ​тебе ​нужно ​сделать, ​— ​это ​спрятаться ​где-нибудь, ​куда ​«Когти ​Тигра» ​не ​смогут ​добраться. ​Проблема ​решена, ​верно? ​ ​Его ​слова ​заставили ​Тихиро ​замолчать. ​Увидев, ​что ​она ​глубоко ​задумалась, ​он ​продолжил. ​ ​— ​Конечно, ​Европа ​может ​показаться ​привлекательной: ​никаких ​«Когтей ​Тигра», ​относительно ​приличные ​социальные ​льготы ​— ​по ​крайней ​мере, ​по ​сравнению ​с ​Найт-Сити. ​Но ​эти ​льготы ​распространяются ​только ​на ​граждан. ​Как ​иммигранты ​без ​документов, ​вы ​никогда ​не ​будете ​рассматриваться ​как ​местные ​жители. ​ ​— ​Вспомни ​Америку ​двадцатого ​века, ​когда ​бесчисленные ​восточноевропейцы ​продавали ​все ​ради ​билета ​на ​пароход, ​веря, ​что ​улицы ​там ​вымощены ​золотом ​и ​они ​станут ​высшим ​классом. ​Реальность ​жестоко ​ударила ​по ​ним. ​Ни ​навыков, ​ни ​дипломов, ​некуда ​было ​податься, ​кроме ​как ​на ​тяжелый ​физический ​труд, ​живя ​в ​районах, ​страдающих ​от ​преступности. ​Разрыв ​между ​мечтой ​и ​реальностью ​многих ​доводил ​до ​беспробудного ​пьянства. ​ ​— ​Конечно, ​США ​двадцатого ​века ​были ​сильны ​— ​развитая ​страна, ​не ​затронутая ​обеими ​мировыми ​войнами. ​Но ​означало ​ли ​это, ​что ​кто ​угодно ​мог ​достичь ​американской ​мечты? ​Вряд ​ли. ​ ​— ​Та ​же ​логика ​применима ​и ​к ​вам. ​Европа ​может ​быть ​прекрасна, ​но ​без ​надлежащих ​документов ​она ​к ​вам ​не ​имеет ​никакого ​отношения. ​Вы ​не ​оттуда, ​и ​у ​вас ​нет ​легального ​статуса. ​ ​Тихиро ​выглядела ​заметно ​потрясенной ​словами ​Лео. ​Действительно, ​без ​легальных ​документов ​она ​и ​Рёко ​навсегда ​останутся ​нелегалами, ​вынужденными ​работать ​на ​черном ​рынке. ​Даже ​с ​рабами ​в ​старые ​времена, ​возможно, ​хозяева ​обращались ​лучше, ​по ​крайней ​мере, ​считая ​их ​собственностью, ​которую ​стоит ​беречь. ​ ​Нелегальные ​рабочие ​на ​подпольной ​потогонной ​фабрике ​не ​заслужили ​бы ​даже ​такой ​малости ​человечности ​— ​их ​использовали ​бы ​как ​одноразовые ​машины, ​пока ​они ​не ​падали ​замертво, ​и ​их ​заменяли. ​ ​И ​все ​же, ​хотя ​ее ​вера ​в ​«европейский ​план» ​пошатнулась, ​она ​казалась ​еще ​более ​растерянной, ​чем ​раньше. ​ ​— ​Но ​если ​мы ​не ​поедем ​в ​Европу, ​куда ​же ​нам ​тогда? ​ ​Все ​это ​время ​она ​целеустремленно ​возлагала ​все ​свои ​надежды ​на ​побег ​из ​Найт-Сити ​и ​поездку ​в ​Европу. ​Теперь, ​когда ​Лео ​проткнул ​ее ​мечту, ​она ​поняла, ​что ​понятия ​не ​имеет, ​как ​защитить ​себя ​или ​свою ​дочь. ​ ​Лео ​был ​не ​из ​тех, ​кто ​поднимает ​проблемы, ​не ​предлагая ​решений. ​Если ​уж ​он ​собирался ​помочь, ​то ​планировал ​довести ​дело ​до ​конца. ​ ​Загибая ​пальцы, ​он ​изложил ​ей ​варианты. ​ ​— ​Если ​не ​считать ​Уотсон, ​остаются ​еще ​Хейвуд, ​Санто-Доминго, ​и… ​Пасифика ​отпадает. ​Говорят, ​мэр, ​чтобы ​снизить ​уровень ​преступности, ​в ​общем-то, ​полностью ​списал ​ее ​со ​счетов. ​ ​Джеки ​коснулся ​пучка ​волос, ​завязанного ​на ​макушке, ​явно ​озадаченный. ​ ​— ​Как ​отсечение ​Пасифики ​снижает ​преступность? ​В ​этом ​нет ​никакого ​смысла. ​ ​Джеки ​был ​уроженцем ​Хейвуда, ​но ​он ​не ​особо ​следил ​за ​политикой ​и ​не ​понимал, ​как ​работают ​эти ​закулисные ​сделки. ​ ​Лео ​терпеливо ​объяснил: ​ ​— ​Если ​уровень ​преступности ​в ​районе ​слишком ​высок, ​ты ​можешь ​либо ​вложить ​огромные ​ресурсы ​в ​уничтожение ​тамошних ​преступников ​— ​что, ​возможно, ​даже ​не ​решит ​проблему ​окончательно, ​— ​либо ​объявить, ​что ​этот ​район ​больше ​не ​находится ​под ​твоей ​юрисдикцией. ​Как ​думаешь, ​что ​дешевле, ​Джеки? ​ ​Джеки ​потерял ​дар ​речи. ​ ​— ​…Отсечь ​его… ​ ​Лео ​хлопнул ​в ​ладоши. ​ ​— ​Точно. ​В ​самую ​точку. ​Хочешь ​поработать ​пресс-секретарем? ​ ​Пасифика ​выбыла ​из ​списка ​— ​слишком ​хаотична, ​практически ​отдельный ​город. ​Оставалось ​всего ​несколько ​вариантов.