Глава 104

Лео ​знал, ​что ​время ​вспять ​не ​повернуть ​— ​и ​от ​сожалений ​нет ​универсального ​лекарства. ​ ​За ​последние ​несколько ​дней ​он ​прочитал ​больше ​исследований ​и ​документов ​о ​киберпсихозе, ​углубив ​своё ​понимание. ​Одним ​из ​поразительных ​наблюдений ​было ​то, ​что ​почти ​все ​жертвы ​были ​рядовыми ​кибернаёмниками ​или ​низкоуровневыми ​корпоративными ​охранниками. ​Тем ​временем, ​высококлассные ​силовики, ​такие ​как ​личный ​телохранитель ​Арасаки ​Сабуро, ​Горо ​Такэмура, ​или ​приближённый ​Ханако ​Арасаки, ​Ода ​Сандаю, ​имели ​полностью ​кибернетизированные ​тела ​высокого ​класса ​без ​каких-либо ​признаков ​киберпсихоза. ​У ​них ​даже ​не ​проявлялись ​ранние ​симптомы. ​ ​Почему? ​Бывший ​исследователь ​«Зета-Тех» ​предложил ​одно ​объяснение: ​киберпсихоз ​был ​скорее ​побочным ​продуктом ​современного ​образа ​жизни ​и ​социального ​давления, ​чем ​чисто ​побочным ​эффектом ​протезирования. ​Да, ​кибернетические ​импланты ​могли ​влиять ​на ​химию ​мозга, ​но ​они ​были ​лишь ​катализаторами. ​Настоящей ​причиной ​был ​образ ​жизни ​людей ​в ​сильно ​дегуманизированном ​мире. ​Машины ​и ​ИИ ​были ​повсюду, ​и ​даже ​близкие ​заменяли ​лица ​металлическими ​пластинами. ​Некоторые ​люди ​теряли ​связь ​с ​человечностью, ​погружаясь ​в ​изоляцию, ​недоверие ​и ​страх. ​Они ​теряли ​эмпатию, ​и ​их ​подавленный ​гнев ​или ​паранойя ​перерастали ​во ​вспышки ​ярости. ​ ​Самое ​ужасное, ​что ​многие ​случаи ​оставались ​недиагностированными, ​потому ​что ​не ​каждый ​киберпсих ​превращался ​в ​бушующего ​бывшего ​солдата, ​напичканного ​рефлекторной ​технологией ​«Сандевистан». ​У ​некоторых ​был ​всего ​один ​имплант ​— ​может ​быть, ​новое ​колено ​или ​киберпечень ​— ​и ​они ​жили ​тихо, ​отгораживаясь ​от ​друзей, ​семьи ​и ​внешнего ​мира. ​В ​конце ​концов, ​их ​изоляция ​и ​психический ​коллапс ​были ​не ​менее ​трагичны. ​Просто ​о ​них ​никогда ​не ​писали ​в ​новостях. ​ ​Проще ​говоря: ​слишком ​много ​стресса, ​слишком ​мало ​облегчения. ​Разум ​ломался ​под ​тяжестью, ​заставляя ​людей ​винить ​общество ​или ​человечество ​в ​целом ​в ​своих ​страданиях, ​пока ​экстремизм ​не ​становился ​последним ​шагом. ​ ​Однако ​это ​всё ​ещё ​было ​лишь ​одним ​из ​многих ​правдоподобных ​объяснений. ​ ​— ​Кстати, ​Ребекка, ​ты ​знаешь ​каких-нибудь ​надёжных ​риппердоков? ​— ​спросил ​Лео. ​ ​Ребекка ​покачала ​головой. ​Её ​брат, ​Пилар, ​был ​техником ​средней ​руки, ​но ​установка ​новых ​имплантов ​была ​далеко ​за ​пределами ​его ​возможностей. ​Какое-то ​общее ​обслуживание ​— ​это ​нормально, ​но ​полная ​кибернетическая ​операция ​была ​ему ​не ​по ​зубам. ​ ​— ​Так ​как ​же ​вы ​обычно ​улучшаете ​свои ​импланты? ​— ​с ​любопытством ​надавил ​Лео. ​ ​Ребекка ​склонила ​голову ​и ​начала ​объяснять: ​ ​— ​Либо ​мы ​снимаем ​их ​с ​трупов ​в ​качестве ​лута, ​либо ​покупаем ​через ​Фарадея ​— ​знаешь, ​фиксеры ​могут ​достать ​что ​угодно, ​если ​у ​тебя ​есть ​деньги. ​ ​Она ​продолжила: ​ ​— ​Что ​касается ​операции, ​мы ​могли ​бы ​пойти ​в ​легальную ​больницу, ​но ​это ​слишком ​дорого. ​К ​тому ​же, ​больничные ​врачи ​задают ​миллион ​вопросов, ​проводят ​кучу ​тестов ​и ​в ​конце ​концов, ​вероятно, ​скажут, ​что ​ты ​не ​годен ​к ​операции, ​пока ​не ​улучшишь ​своё ​физическое ​состояние. ​Это ​расстраивает. ​ ​Она ​сжала ​кулаки, ​её ​щёки ​надулись ​от ​злости. ​ ​— ​И ​даже ​если ​мы ​всё ​это ​пройдём, ​мы ​всё ​равно ​не ​сможем ​себе ​это ​позволить. ​Так ​что ​мы ​обычно ​ходим ​в ​подпольные ​клиники ​— ​ты ​ведь ​их ​видел, ​да? ​Места ​с ​этими ​розовыми ​неоновыми ​вывесками, ​которые ​выглядят ​так, ​будто ​принадлежат, ​э-э, ​некоторым ​другим ​заведениям. ​ ​Люси ​инстинктивно ​коснулась ​затылка. ​Она ​вспомнила ​свои ​собственные ​столкновения ​с ​подозрительными ​медиками, ​когда ​скрывалась ​от ​«Арасаки». ​Если ​бы ​не ​её ​навыки ​и ​удача, ​она ​бы ​не ​раз ​погибла. ​ ​Лео ​спросил: ​ ​— ​Вы ​не ​боитесь ​врачей ​с ​чёрного ​рынка? ​ ​— ​Конечно. ​Поэтому ​всякий ​раз, ​когда ​Мэйн ​идёт ​на ​апгрейд, ​Дорио ​идёт ​с ​ним, ​— ​сказала ​Ребекка, ​сгибая ​руку, ​на ​которой ​почти ​не ​было ​мышц. ​— ​Дорио ​— ​бывшая ​из ​«Животных». ​С ​её ​телосложением ​любой ​сомнительный ​врач ​дважды ​подумает. ​ ​Лео ​кивнул. ​ ​— ​Но ​половина ​риппердоков ​в ​Найт-Сити ​даже ​не ​имеет ​медицинской ​лицензии. ​Они, ​по ​сути, ​дилетанты. ​Выжить ​под ​их ​ножом ​— ​это ​в ​основном ​удача. ​ ​Лицо ​Ребекки ​поникло. ​ ​— ​Мы ​знаем. ​Но ​какой ​у ​нас ​выбор? ​Мы ​просто ​обычные ​люди ​в ​Найт-Сити. ​Таких ​команд ​наёмников, ​как ​наша, ​тысячи ​— ​и ​очень ​мало ​высококлассных ​врачей ​вроде ​Вика ​Вектора. ​Нам ​не ​всегда ​так ​везёт. ​ ​Лео ​видел, ​к ​чему ​она ​клонит. ​Он ​похлопал ​себя ​по ​груди. ​ ​— ​Слушай, ​если ​доверяешь ​мне, ​я ​могу ​познакомить ​тебя ​с ​настоящим ​профи. ​ ​— ​Ты ​знаешь ​надёжного ​риппердока? ​— ​Глаза ​Ребекки ​загорелись. ​— ​Если ​ты ​говоришь, ​что ​он ​хорош, ​я ​тебе ​верю, ​но, ​эм… ​насколько ​он ​хорош? ​ ​Лео ​рассмеялся. ​ ​— ​Сначала ​говоришь, ​что ​доверяешь ​мне, ​а ​потом ​сразу ​же ​сомневаешься? ​— ​Он ​в ​шутку ​взъерошил ​ей ​волосы. ​Странно, ​но ​она ​не ​возразила ​— ​она ​начала ​воспринимать ​его ​«поглаживания ​по ​голове» ​как ​нечто ​странно ​успокаивающее. ​ ​— ​Не ​волнуйся, ​— ​заверил ​он ​её. ​— ​Вик ​— ​лучший ​риппердок ​в ​Найт-Сити. ​Я ​серьёзно. ​Он ​не ​какой-нибудь ​коновал ​из ​подворотни ​— ​он ​учился ​в ​Японии, ​первоклассная ​квалификация. ​ ​Когда-то ​Лео ​часто ​бывал ​у ​Вика ​и ​просканировал ​клинику ​своим ​тактическим ​визором, ​обнаружив ​в ​ящике ​стола ​сертификат, ​указывающий, ​что ​док ​прошёл ​продвинутую ​медицинскую ​подготовку ​в ​больнице ​при ​Токийском ​Университете. ​Лео ​однажды ​спросил ​Вика ​об ​этом, ​но ​Вик ​лишь ​улыбнулся, ​сказав, ​что ​это ​дела ​давно ​минувших ​дней. ​ ​— ​В ​любом ​случае, ​— ​продолжил ​Лео, ​— ​если ​вашей ​команде ​когда-нибудь ​понадобится ​огнестрельное ​оружие ​— ​кинетическое, ​тех- ​или ​умное ​— ​я ​могу ​помочь. ​Я ​сам ​могу ​делать ​кинетическое ​и ​тех-оружие, ​если ​у ​меня ​достаточно ​материалов. ​Мои ​затраты ​довольно ​незначительны, ​так ​что ​я ​могу ​продавать ​их ​дешевле, ​чем ​случайные ​уличные ​торговцы, ​продающие ​снаряжение, ​прошедшее ​через ​неизвестно ​сколько ​рук. ​ ​Он ​сделал ​паузу. ​ ​— ​Если ​вам ​нужно ​умное ​оружие, ​я ​всё ​равно ​могу ​помочь. ​Я ​просто ​закажу ​его ​через ​фиксера. ​Разница ​в ​том, ​что ​я ​могу ​предложить ​вам ​рассрочку. ​Фарадей ​и ​другие ​фиксеры ​работают ​строго ​по ​полной ​предоплате, ​но ​со ​мной ​вы ​можете ​платить ​частями. ​Или ​даже ​записать ​на ​счёт, ​если ​у ​вас ​туго ​с ​деньгами. ​ ​Таким ​образом, ​Мэйну ​и ​его ​команде ​не ​придётся ​рисковать, ​берясь ​за ​высокорискованные ​задания, ​только ​чтобы ​позволить ​себе ​новые ​киберимпланты ​или ​снаряжение ​— ​и ​им ​не ​придётся ​постоянно ​бросаться ​в ​смертельные ​миссии, ​чувствуя ​себя ​вынужденными ​улучшать ​свои ​тела ​быстрее, ​чем ​они ​могут ​с ​этим ​справиться. ​Лео ​нравилась ​группа ​Мэйна. ​Они ​были ​грубоватыми, ​но ​у ​них ​было ​сердце, ​и ​они ​присматривали ​друг ​за ​другом. ​Он ​не ​хотел, ​чтобы ​они ​«перегорели» ​и ​распались, ​или, ​что ​ещё ​хуже, ​закончили ​как ​многие ​недолговечные ​команды ​наёмников ​в ​Найт-Сити. ​ ​Нынешний ​головокружительный ​график ​установки ​имплантов ​Мэйна ​практически ​заигрывал ​с ​киберпсихозом. ​ ​… ​ ​После ​недолгого ​разговора ​с ​Ребеккой ​наконец ​прибыли ​люди ​Эль ​Капитана. ​Они ​забрали ​Джульетту ​вместе ​с ​данными, ​которые ​ему ​были ​нужны. ​На ​следующий ​день ​Лео ​позвонила ​Ребекка. ​Она ​сказала ​ему, ​что ​Мэйн ​и ​Дорио ​просмотрели ​запись ​последнего ​срыва ​Роуз. ​Наблюдение ​за ​Роуз ​— ​обычным ​человеком, ​который ​постепенно ​превратился ​в ​киберпсиха, ​— ​довело ​Джульетту ​до ​предела ​и ​чуть ​не ​убило ​её. ​Это ​оставило ​Мэйна ​в ​долгом, ​задумчивом ​молчании.