Глава 114

Пулемётный ​огонь ​яростно ​ревел, ​разрывая ​на ​куски ​всех, ​кто ​спешил ​вниз ​по ​лестнице ​на ​помощь. ​Несчастное ​подкрепление ​пало ​замертво ​прямо ​на ​ступенях, ​изрешечённое ​пулями. ​Их ​тела ​скатились ​на ​площадку ​ниже. ​ ​Член ​«Тигриных ​Когтей», ​прятавшийся ​за ​укрытием, ​выглянул ​и ​открыл ​огонь, ​но ​Лео, ​стоявший ​рядом ​с ​Джеки, ​заблокировал ​летящие ​пули. ​ ​Бам— ​ ​Лео ​сжимал ​клинок ​в ​правой ​руке, ​вращая ​им ​в ​стальном ​вихре. ​В ​левой ​руке ​он ​держал ​тех-револьвер, ​который ​издал ​громоподобный ​рёв. ​ ​Лоб ​члена ​«Тигриных ​Когтей» ​взорвался ​от ​удара, ​отбросив ​тело ​на ​несколько ​метров. ​ ​Пока ​Джеки ​обеспечивал ​прикрывающий ​огонь, ​Лео, ​Ви ​и ​Люси ​ворвались ​в ​мастерскую. ​Оказавшись ​внутри, ​они ​втроём ​разделились, ​чтобы ​зачистить ​«Тигриных ​Когтей» ​с ​двух ​разных ​направлений. ​ ​У ​Лео ​на ​его ​стороне ​проблем ​не ​возникло. ​Мастерская ​была ​завалена ​препятствиями, ​и ​в ​таких ​тесных ​условиях ​клинок ​работал ​лучше, ​чем ​пистолет. ​Любой ​из ​«Тигриных ​Когтей», ​кто ​пересекал ​его ​путь, ​падал ​после ​одного ​обмена ​ударами. ​ ​Тем ​временем ​Ви ​и ​Люси ​двигались ​вместе, ​безупречно ​используя ​«Мозамбикский ​метод»: ​два ​быстрых ​выстрела ​в ​туловище, ​за ​которыми ​следовал ​быстрый ​выстрел ​в ​голову ​— ​по ​сути, ​«дабл-тап» ​плюс ​хедшот. ​Первые ​два ​выстрела ​предназначались ​для ​быстрого ​и ​точного ​поражения, ​целясь ​в ​торс, ​так ​как ​это ​было ​проще, ​чем ​сразу ​в ​голову. ​Эти ​попадания ​также ​на ​мгновение ​лишали ​цель ​возможности ​сопротивляться, ​давая ​стрелку ​шанс ​прицелиться ​для ​следующего ​выстрела. ​Третья ​пуля ​завершала ​дело, ​уничтожая ​мозг ​и ​гарантируя, ​что ​враг ​больше ​не ​поднимется. ​ ​… ​ ​— ​Чёрт, ​чёрт, ​чёрт! ​Откуда, ​чёрт ​возьми, ​вообще ​взялись ​эти ​люди? ​ ​Офицер, ​ответственный ​за ​это ​убежище, ​Огата ​Мичико, ​съёжившись, ​пряталась ​внутри ​самодельной ​жестяной ​лачуги, ​слишком ​боясь ​выйти ​наружу. ​Она ​беспомощно ​наблюдала, ​как ​её ​подчинённых ​косят, ​словно ​траву. ​ ​Ни ​Джеки, ​несущий ​тяжёлый ​пулемёт ​снаружи, ​ни ​трое, ​ворвавшиеся ​в ​мастерскую, ​не ​могли ​быть ​остановлены. ​Одного ​за ​другим ​её ​людей ​вырезали. ​ ​Член ​банды ​рядом ​с ​ней ​дрожал ​от ​ужаса. ​ ​— ​Мичико… ​Что ​нам ​делать? ​ ​— ​Откуда ​мне ​знать?! ​ ​Огата ​Мичико ​выпалила ​не ​подумав, ​но ​крик ​ничего ​не ​решал. ​Несмотря ​на ​своё ​отчаяние, ​она ​не ​была ​полной ​дурой ​— ​она ​стала ​офицером ​не ​просто ​так. ​Слыша ​неослабевающую ​стрельбу ​внизу, ​она ​заставила ​себя ​успокоиться. ​ ​— ​Позвони ​Дзётаро ​Сёбо. ​Скажи ​ему ​немедленно ​прислать ​подкрепление. ​ ​— ​Понял, ​я… ​ ​Прежде ​чем ​подчинённый ​успел ​закончить, ​крупнокалиберная ​пуля ​пробила ​металлическую ​стену, ​поразив ​его ​и ​отбросив ​к ​противоположной ​стене. ​Когда ​он ​рухнул ​на ​пол, ​он ​был ​уже ​мёртв, ​кровь ​хлынула ​из ​огромной ​раны, ​быстро ​заливая ​землю. ​ ​Вскоре ​после ​этого ​шквал ​огня ​внизу ​резко ​прекратился. ​ ​Огата ​Мичико ​осторожно ​выглянула ​и ​увидела ​Лео, ​поднимающегося ​по ​лестнице ​с ​клинком ​в ​руке. ​Там ​лежал ​член ​«Тигриных ​Когтей», ​едва ​живой. ​Он ​дрожал, ​поднимая ​оружие ​в ​последней, ​отчаянной ​попытке ​выстрелить. ​ ​Но ​Лео ​двигался ​быстрее. ​Он ​отбил ​руку ​мужчины ​ногой, ​затем ​покончил ​с ​ним ​одним ​быстрым ​ударом. ​ ​Когда ​Лео ​вошёл ​в ​кабинет, ​Огата ​Мичико ​поспешно ​бросила ​пистолет, ​подняла ​обе ​руки ​и ​опустилась ​на ​колени. ​ ​— ​Подождите… ​пожалуйста, ​подождите, ​не ​убивайте ​меня. ​У ​меня ​есть ​деньги. ​Много ​денег. ​Достаточно, ​чтобы ​сделать ​вас ​счастливым. ​ ​Она ​дрожала, ​оглядывая ​Лео. ​Его ​одежда ​не ​походила ​ни ​на ​форму ​NCPD, ​ни ​на ​одежду ​корпоративного ​агента, ​поэтому ​она ​пришла ​к ​единственному ​выводу: ​Лео ​был ​наёмником, ​тем, ​кто ​работал ​за ​деньги. ​ ​— ​Вы ​здесь ​только ​потому, ​что ​кто-то ​вас ​нанял, ​верно? ​Если ​вы ​оставите ​меня ​в ​живых, ​я ​отдам ​вам ​все ​деньги, ​что ​у ​меня ​есть. ​Раз ​уж ​вы ​видели, ​что ​мы ​здесь ​производим, ​вы ​знаете, ​что ​я ​могу ​заплатить, ​и ​я ​заплачу ​больше, ​чем ​обещал ​ваш ​наниматель. ​ ​Она ​перевела ​дух. ​ ​— ​Что ​скажете? ​Подумайте. ​ ​Лео ​на ​мгновение ​замолчал, ​затем ​медленно ​улыбнулся. ​ ​Огата ​Мичико ​приняла ​это ​за ​обнадёживающий ​знак, ​и ​её ​напряжённое ​выражение ​лица ​смягчилось. ​ ​Однако ​следующие ​слова ​Лео ​были ​смертным ​приговором. ​ ​— ​Слушай. ​Труп ​разговаривает. ​ ​Мичико ​моргнула, ​в ​её ​глазах ​мелькнуло ​замешательство. ​Затем ​она ​заметила ​нечто ​странное. ​ ​Тёплая ​струйка ​потекла ​по ​её ​шее. ​ ​Она ​инстинктивно ​подняла ​руку, ​пальцы ​коснулись ​влаги ​— ​затем ​отдёрнула ​их, ​скользкие ​от ​крови. ​Её ​крови. ​ ​У ​неё ​перехватило ​дыхание. ​Когда ​он?.. ​ ​Тонкая, ​точная ​линия ​пересекала ​её ​горло, ​настолько ​чистая, ​что ​на ​мгновение ​показалось, ​будто ​её ​тело ​даже ​не ​осознало, ​что ​произошло. ​Ни ​боли. ​Ни ​удушья. ​Лишь ​медленное, ​ужасающее ​осознание ​того, ​что ​порез ​уже ​был ​там. ​ ​Её ​губы ​приоткрылись, ​но ​не ​вырвалось ​ни ​звука. ​ ​Лео ​поднял ​«Мурасаме» ​— ​и ​быстрым ​движением ​запястья ​он ​отвёл ​клинок ​в ​сторону, ​отправив ​резкую ​дугу ​крови ​брызнуть ​на ​пол. ​Багровые ​капли ​на ​мгновение ​задержались ​в ​воздухе, ​прежде ​чем ​исчезнуть ​в ​беспорядке ​под ​ним, ​оставив ​клинок ​снова ​чистым ​и ​сверкающим. ​ ​Мгновение ​спустя ​кровь ​хлынула ​из ​горла ​Мичико, ​и ​её ​голова ​соскользнула ​с ​плеч, ​с ​глухим, ​влажным ​стуком ​ударившись ​о ​пол. ​Её ​широко ​раскрытые, ​немигающие ​глаза ​смотрели ​в ​пустоту, ​пока ​остальное ​её ​тело ​качнулось, ​а ​затем ​рухнуло ​в ​расплывающуюся ​лужу ​багровой ​крови. ​ ​Всего ​за ​несколько ​минут ​«Тигриные ​Когти» ​были ​полностью ​уничтожены ​в ​этой ​нарколаборатории. ​ ​… ​ ​Пока ​Лео ​и ​остальные ​совершали ​налёт ​на ​одну ​из ​скрытых ​лабораторий, ​оставшиеся ​две ​одновременно ​были ​ликвидированы ​«Моксами» ​и ​NCPD. ​ ​Реакция ​мэра ​Райна ​была ​именно ​такой, ​как ​и ​предсказывал ​Лео. ​Одной ​лишь ​разгромленной ​лаборатории ​было ​недостаточно, ​чтобы ​он ​рискнул ​прикрыть ​это ​дело ​— ​твёрдые ​голоса ​избирателей ​и ​политические ​достижения ​были ​гораздо ​соблазнительнее. ​Если ​бы ​они ​только ​перехватили ​грузовик ​с ​партиями ​«Глиттера», ​Дзётаро ​Сёбо, ​возможно, ​покрыл ​бы ​убытки ​из ​собственных ​средств. ​Но ​крупный ​удар ​по ​всей ​операции ​«Тигриных ​Когтей» ​с ​«Глиттером» ​скрыть ​было ​невозможно. ​ ​Кроме ​того, ​мэр ​Райн ​хотел ​улучшить ​свой ​имидж. ​В ​окружении ​плотной ​охраны ​он ​лично ​прибыл ​в ​одну ​из ​скрытых ​лабораторий ​«Тигриных ​Когтей». ​Перед ​камерами ​«Новостей ​54» ​и ​WNS ​он ​произнёс ​речь ​о ​справедливости ​и ​борьбе ​с ​преступностью, ​используя ​пылающие ​останки ​разгромленной ​лаборатории ​в ​качестве ​драматического ​фона. ​ ​Публичность ​была ​огромной. ​ ​Из-за ​этого ​верхушка ​«Тигриных ​Когтей» ​сочла ​Дзётаро ​Сёбо ​некомпетентным. ​Они ​лишили ​его ​офицерского ​статуса ​и ​заменили ​кем-то ​другим. ​ ​Информатор ​Реджины ​в ​последний ​раз ​видел ​Дзётаро ​Сёбо ​возле ​его ​казино ​под ​названием ​«Феникс» ​на ​Элтон-стрит ​в ​Кабуки. ​Информатор ​вёл ​наблюдение ​за ​районом ​и ​подтвердил, ​что ​как ​только ​Дзётаро ​Сёбо ​вошёл ​внутрь, ​он ​больше ​оттуда ​не ​выходил. ​ ​Нападения ​на ​различные ​аванпосты ​«Тигриных ​Когтей», ​взлом ​их ​подсети ​для ​получения ​информации ​о ​транспортных ​маршрутах ​и ​производственных ​площадках ​«Глиттера», ​а ​затем ​нанесение ​сокрушительного ​удара ​по ​всей ​их ​операции ​с ​«Глиттером» ​— ​Лео ​спланировал ​все ​эти ​ходы, ​чтобы ​разрушить ​положение ​Дзётаро ​Сёбо. ​ ​Только ​после ​того, ​как ​Дзётаро ​Сёбо ​потерял ​доверие ​своих ​боссов ​— ​упав ​со ​своего ​высокого ​насеста ​— ​он ​стал ​бы ​уязвимым. ​Это ​было ​лучшее ​время, ​чтобы ​взяться ​за ​него. ​ ​Тем ​не ​менее, ​Лео ​решил ​не ​отправлять ​«Моксов» ​в ​атаку ​со ​стволами ​наголо. ​Сначала ​он ​хотел ​разведать ​казино, ​чтобы ​точно ​узнать, ​что ​происходит ​внутри. ​ ​… ​ ​Кабуки ​получил ​своё ​название ​ещё ​в ​те ​времена, ​когда ​японская ​медицинская ​корпорация ​контролировала ​эту ​часть ​Уотсона. ​Когда-то ​это ​была ​их ​гордость ​и ​радость, ​расположенная ​недалеко ​от ​крупного ​медицинского ​центра ​и ​процветающая ​благодаря ​ему. ​В ​конце ​концов, ​«Арасака» ​либо ​сокрушила, ​либо ​поглотила ​большинство ​конкурирующих ​корпораций. ​Другие ​бежали ​на ​дальнюю ​сторону ​залива, ​оставив ​Кабуки ​в ​состоянии ​нищеты ​(как ​и ​большую ​часть ​района ​Пасифика). ​ ​Но ​если ​чего-то ​в ​Найт-Сити ​никогда ​не ​не ​хватало, ​так ​это ​людей. ​Кабуки ​быстро ​снова ​заполнился, ​превратившись ​в ​прибежище ​для ​торговли ​на ​чёрном ​рынке. ​Днём ​он ​выглядел ​как ​тесный ​муравейник ​узких ​переулков, ​полных ​дисконтных ​магазинов, ​контрафактной ​косметики ​и ​дешёвых ​барахолок. ​Неоновые ​вывески ​и ​бумажные ​фонарики ​светились ​над ​тесными ​ларьками ​и ​витринами ​магазинов. ​ ​Ночью ​же ​Кабуки ​показывал ​своё ​истинное ​лицо: ​оживлённый ​центр ​чёрного ​рынка ​Найт-Сити. ​Импланты, ​органы, ​боевые ​стимуляторы, ​компоненты ​киберимплантов, ​стероиды, ​синтетические ​вирусы ​и ​записи ​брейндансов… ​если ​ты ​знал ​нужное ​место ​и ​нужных ​людей, ​ты ​мог ​достать ​что ​угодно. ​ ​Ходили ​слухи, ​что ​некоторые ​риппердоки ​держали ​скрытые ​клиники ​в ​подвалах ​или ​задних ​комнатах, ​утверждая, ​что ​их ​товары ​поступали ​из ​лабораторий ​в ​Тиба-Сити ​или ​Скандинавии. ​Любому, ​кто ​соблазнялся ​купить ​такие ​«экзотические» ​предметы, ​приходилось ​быть ​осторожным ​— ​некоторые ​торговцы ​чёрного ​рынка ​приобретали ​свой ​товар ​у ​«Мусорщиков». ​Эти ​преступники-вурдалаки ​были ​отбросами ​общества, ​охотясь ​на ​наивных ​туристов ​и ​утаскивая ​их, ​чтобы ​разделать ​на ​части, ​а ​их ​импланты ​и ​органы ​продать ​недобросовестным ​риппердокам. ​ ​… ​ ​Лео ​и ​его ​трое ​спутников ​вышли ​из ​такси ​Деламейна ​и ​направились ​вглубь ​узкого ​переулка. ​Тесная, ​извилистая ​улочка ​была ​застроена ​неопрятными ​витринами ​магазинов, ​уличными ​торговцами ​и ​тележками ​с ​едой, ​создавая ​резкий ​контраст ​с ​остальной ​частью ​города. ​ ​В ​отличие ​от ​фирменных ​«стальных ​джунглей» ​Найт-Сити, ​здания ​Кабуки ​были ​построены ​наспех ​и ​были ​малоэтажными, ​оставляя ​небо ​открытым ​наверху. ​Солнечный ​свет ​проникал ​сквозь ​щели ​в ​солнечных ​панелях, ​освещая ​пыльные ​улицы. ​Мусор ​носился ​по ​ветру, ​как ​перекати-поле. ​Восточноазиатские ​влияния ​смешивались ​с ​мрачным ​колоритом ​Дикого ​Запада ​так, ​как ​это ​мог ​произвести ​только ​Найт-Сити. ​ ​… ​ ​Пройдя ​дальше, ​они ​заметили ​нескольких ​«Мусорщиков», ​сидевших ​на ​корточках ​в ​переулке. ​«Мусорщики» ​были, ​по ​сути, ​похитителями ​тел, ​которые ​не ​утруждали ​себя ​ожиданием ​фактической ​смерти ​своих ​жертв. ​Их ​специализацией ​было ​приобретение ​высококачественных ​имплантов ​любыми ​необходимыми ​средствами. ​ ​Если ​вам ​довелось ​щеголять ​киберимплантом ​настолько ​дорогим, ​что ​на ​него ​можно ​было ​купить ​особняк ​в ​Норт-Оуке, ​вы ​напрашивались ​на ​неприятности. ​Всякий ​раз, ​идя ​по ​тёмной, ​дождливой ​улице, ​вы ​должны ​были ​убедиться, ​что ​вас ​стоит ​спасать, ​чтобы ​«Травма ​Тим», ​возможно, ​приехала ​за ​вами. ​В ​противном ​случае ​вы ​рисковали ​столкнуться ​с ​каким-нибудь ​грязным ​«Мусорщиком» ​с ​сильным ​восточноевропейским ​акцентом ​и ​потрёпанной ​сумкой, ​полной ​барахла ​с ​чёрного ​рынка.