Том 2 - Глава 1: Изумрудные Врата

Величественный порт «Сердце Холфорта» встретил Алекса оглушительным грохотом и запахом раскаленного металла. Гигантские грузовые махи, больше похожие на механических драконов, с рычанием перемещали многотонные контейнеры, а запыленные докеры в простецкой робе руководили их движениями. Здесь, на нижних ярусах, царила суровая рабочая атмосфера — никаких украшений, только практичность и тяжелый труд. Алекс крепче сжал ручку своего скромного саквояжа и двинулся к пассажирским терминалам. С каждым шагом вверх по спиральным пандусам мир вокруг преображался. Грохот махов сменился приглушенным гулом голосов и музыкой, воздух очистился от выхлопов и наполнился ароматами дорогих духов и свежести. Именно здесь он впервые увидел их — зверолюдей. Не изможденных работяг, а живые произведения искусства. У трапа яхты, отделанной золотом, стояла юная аристократка в платье стоимостью целого состояния. Рядом с ней замер лисолюд невероятной красоты — его шерсть переливалась на солнце, уши украшали изящные серебряные кольца, а на шее красовался не ошейник, а тонкий кожаный ремешок с фамильным гербом. Он держал ее сумочку и опахало с томным, отстраненным видом. «Предмет роскоши», — холодно констатировал про себя Алекс. — «Статусный символ». Его наблюдения прервала сцена у выхода. Девушка в слегка поношенном платье — явно из обедневшей дворянской семьи — с раздражением щелкала хлыстиком по руке своего слуги-кошколуда. — Не пялься по сторонам! — шипела она, ее лицо искажала нервная гримаса. — Ты меня позоришь! Красивый юноша с кошачьими глазами покорно опустил взгляд, поправляя на плече ее дорожный несессер. В его позе читалась не злоба, а многовековая привычка к покорности. Алекс отвернулся и быстро зашагал прочь, к вратам выхода. Эта сцена оставила во рту привкус горечи. Дорога до Академии стала для него живой иллюстрацией социальной пирамиды Холфорта. Он нашел остановку общественного дилижанса — скромную, но чистую карету, запряженную парой невзрачных механических грифонов. Рядом проносились частные экипажи с гербами знатных семей, запряженные породистыми мах-гиппогрифами. На платформе он заметил других юношей своего возраста. Сыновья бедных баронов. Их можно было узнать сразу: скромные, часто поношенные мундиры, серьезные лица, отсутствие свиты. Они держались небольшими группами, переговариваясь тихими, деловыми тонами. — Слышал, старик Мартель будет принимать зачет по тактике, — говорил один, поправляя очки. — Надеюсь, хватит на учебники, — отвечал другой, сжимая свой скромный баул. — Отец пишет, что с урожаем опять беда... Они не выглядели забитыми — скорее сосредоточенными, как солдаты перед битвой. Алекс молча занял место в дилижансе, чувствуя себя своим среди этих тихих, целеустремленных юношей. Академия Холфорт предстала перед ним во всем своем величии. Не просто учебное заведение — символ власти и роскоши. Белоснежные стены, устремленные в небо шпили, витражи с изображением подвигов Первопроходцев. Воздух звенел от магии и денег. Процедура регистрации была кратким уроком в социальной иерархии. Чиновник в приемной бросил взгляд на его документы и скромную форму. — Алекс Фон Эйтенгард? — произнес он так, будто имя было дурно пахнущим. — Новый титул. За... военные заслуги. — Он шлепнул печатью, не глядя. — Западное крыло. Третий этаж. Комната 307. Комната оказалась именно такой, как он ожидал: каморка под крышей с одним узким окном, пропахшая пылью и одиночеством. Алекс бросил саквояж на кровать и подошел к окну. Идеальный наблюдательный пункт. Двор Академии кишел жизнью. И в центре этого роя, как королева улья, сияла Анжелика Рафа Редгрейв. Ее окружала свита из восторженных девушек и ухаживающих юношей. Блондинистые волосы горели на солнце, каждое движение было отточенным и полным непоколебимой уверенности. Его взгляд нашел другую знакомую фигуру. Леон Фу Бартфорт шел один, руки в карманах, с маской скучающего превосходства на лице. Их взгляды встретились на мгновение. Леон замедлил шаг — узнал. Алекс ответил едва заметным кивком. Леон чуть скривил губы в усмешке и двинулся дальше. Вечерняя трапеза в общей столовой стала кульминацией дня. Социальный раскол был виден как никогда. В центре зала — пиршество. Анжелика, принц Джулиус, их приближенные. Столы ломились от изысканных блюд. Рядом с некоторыми сидели их слуги-зверолюды, кормящие их с рук. У стен, в полумраке, сидели его «братья по несчастью». Сыновья бедных баронов. Они ели простую похлебку с хлебом, говорили тихо, их лица были напряжены. Алекс взял свой поднос и сел за крайний столик. Он намеренно избегал взглядов, стараясь быть невидимкой. Его уединение нарушил громкий, пренебрежительный голос. — Эй, ты. Новенький. Освободи столик. Перед ним стояли трое. Не принцы, но явно из состоятельных семей. Лидер с самодовольной физиономией тыкал пальцем в его стол. — Мы тут с друзьями хотим посидеть. Проваливай. Алекс медленно поднял глаза с абсолютно пустым выражением лица. — Простите? Вы ко мне? Его спокойная реакция озадачила хама. — Я сказал, проваливай! — уже без прежней уверенности повторил он. — А, понял, — Алекс медленно отпил ложку похлебки. — К сожалению, я еще не закончил. Столы здесь закреплены за определенными семьями? Обидчик опешил от такой наглости. — Да ты... Смеешь со мной так разговаривать?! Вмешалась его подруга. Ее холодный голос прорезал зал: — Оставь его, Альберт. Он явно не в себе. Не унижайся, связываясь с убогими. Альберт, краснея от злости, отступил с ругательством. Алекс не почувствовал победы — только confirmation своей стратегии. Выйдя из столовой, он почувствовал, как его догоняет кто-то. — Дерзко, — прошептал тощий юноша в очках. — Глупо, но дерзко. Альберт не забудет. Его отец — главный поставщик фруктов для столицы. Алекс лишь кивнул. — Спасибо за информацию. Он не спросил имени парня. Еще рано. Дверь в комнату 307 захлопнулась, оставив снаружи шум и свет чужого мира. Первый день был прожит. Где-то внизу гремела музыка, смеялись аристократы. Там шла их игра. А его собственная игра только начиналась.