Том 2 - Глава 6: Первые недели (Часть 4/5)

Запись в дневнике, 25-й день учебы: Ленард сегодня был особенно невыносим. Заставил меня вручную переписывать и сверять данные с разбитого энергометра, который он «случайно» перегрузил. Говорит, что это развивает внимательность. У меня развивается ненависть к нему. Эффективно. Видел, как Джулиус и его свита тренировались на летательных тренажерах. Они отрабатывали сложнейшие групповые маневры. Это не просто игра — это слаженная работа. Возможно, он не так легкомысленнен, как кажется. Или же его команда настолько хороша, что компенсирует его отношение. Цель: найти способ отблагодарить Оливию за помощь с магией. Не привлекая внимания. Сложная задача в этом аквариуме сплетен. Благодарность в Академии была валютой сложной и двусмысленной. Подарок от барона, даже самого бедного, стипендиатке из простолюдинов мог быть воспринят превратно — как снисхождение, как попытка купить расположение или, что хуже всего, как романтический интерес, который мгновенно стал бы достоянием общественности и навредил бы Оливии куда больше, чем ему. Алекс ломал голову над этой проблемой, бродя между стеллажами в библиотеке. Он искал труды по базовой магической теории — что-то простое и фундаментальное, что могло бы помочь Оливии с той самой ненавистной ей теорией, не выдав при этом его собственных продвинутых знаний. Его поиски прервал тихий, насмешливый голос, знакомый до боли. — Ищешь руководство «Магия для чайников»? Алекс обернулся. К стеллажу прислонился Леон, его руки были засунуты в карманы, а на лице играла привычная полупрезрительная усмешка. — Расслабься, это шутка. Хотя, судя по твоим успехам в павильоне, не такая уж и плохая идея. Алекс ощутил привычный холодок вдоль спины. Леон не просто знал о его провале — он видел это. Или ему доложили. — Я просто освежаю основы, — нейтрально ответил Алекс, возвращаясь к изучению корешков. — Основы, — протянул Леон, словно пробуя это слово на вкус. — Да. С них стоит начинать. Особенно если твоя новая подружка-простолюдинка в них плавает как рыба в воде. В прямом и переносном смысле. Алекс резко повернулся к нему, но Леон лишь поднял руку в умиротворяющем жесте. — Эй, спокойно. Я не осуждаю. Наоборот. Стратегически разумный ход. — Он сделал шаг вперед, понизив голос. — Оливия может быть стипендиаткой, но у нее редкий дар. И, что важнее, чистая репутация. Связь с ней — это не связь с какой-нибудь голодной до титула аристократкой. Это... инвестиция в будущее. Если, конечно, ты сумеешь ее удержать. Он говорил так, будто обсуждал сделку по покупке скота. Расчетливо, холодно, без капли эмоций. — Это не инвестиция, — сквозь зубы проговорил Алекс. — Она помогла мне. Я хочу помочь ей в ответ. Без всякого скрытого смысла. Леон засмеялся — коротко, беззвучно. — В этом мире все имеет скрытый смысл, Эйтенгард. Особенно здесь. — Он обвел рукой библиотеку. — Ты думаешь, они все здесь просто так книги читают? Нет. Они ищут слабости друг друга, компромат, рычаги влияния. Знание — оружие. А библиотека — его арсенал. Он вытащил из кармана небольшую, потрепанную книжицу в простом переплете. — Вот. Возьми. «Основы магических потоков» старого мастера Элвина. Написано без заумных терминов, на пальцах. Как раз для твоей... подопечной. Алекс с недоверием посмотрел на книгу, потом на Леона. — Почему? Что тебе с этого? — Мне скучно, — пожал плечами Леон. — И я люблю наблюдать за интересными экспериментами. Ты и она — интересный эксперимент. Выживете ли вы в этом змеином гнезде, помогая друг другу? Или сожрете друг друга первыми? В любом случае, зрелище будет занимательным. Он сунул книгу Алексу в руки и развернулся, чтобы уйти. — И не благодари. Просто запомни — ты мне должен. Маленькое, но долго. Я люблю собирать долги. Алекс остался стоять со старой книгой в руках, чувствуя себя еще более запутанным, чем до разговора. Леон Бартфорт был непредсказуемым элементом, который вносил хаос в любые, даже самые простые расчеты. Выйдя из библиотеки, он почти столкнулся с Джулиусом и Мари. Они о чем-то оживленно беседовали. Мари, миниатюрная и хрупкая на вид, с большими, яркими глазами, жестикулировала, рассказывая что-то принцу. Увидев Алекса, она мгновенно замолкла, а ее пронзительный взгляд упал на книгу в его руках. На ее лице промелькнуло что-то — не удивление, а быстрая, моментальная оценка. Она узнала книгу? Или просто удивилась, что кто-то читает что-то столь старое и простое? Джулиус же едва заметил его, лишь кивнул с рассеяной вежливостью и продолжил слушать Мари. Вечером Алекс все же решился передать книгу. Он подкараулил Оливию, когда та возвращалась из столовой в свое скромное общежитие для стипендиатов. — Мисс Оливия, — окликнул он ее, выйдя из тени арки. Та вздрогнула и обернулась, на лице мелькнула легкая тревога, сменившаяся узнаванием. — О, мистер Эйтенгард... Алекс. Вы меня напугали. — Простите, — он неуверенно протянул ей книгу. — Я нашел кое-что. По теории. Там... очень доступно объяснены основы. Мне показалось, это могло бы вам помочь. Оливия взяла книгу, ее пальцы бережно провели по потертому переплету. Она открыла ее, пробежалась глазами по страницам, и ее лицо озарилось. — О! Мастер Элвин! Я слышала о нем, но никогда не могла найти его труды в открытом доступе. Они считаются... устаревшими для продвинутого класса. — Она посмотрела на него с искренней, неподдельной благодарностью. — Спасибо вам огромное! Это... это действительно очень ценно. — Пустяки, — отмахнулся Алекс. — Вы мне помогли, я вам. По-соседски. Они еще несколько минут постояли в неловком, но приятном молчании, пока окрик старшей надзирательницы не заставил Оливию поспешно ретироваться, прижимая книгу к груди. На следующий день на занятии по истории магии Алекс заметил перемену. Оливия сидела чуть прямее, ее ответы, хоть и тихие, были более уверенными. Когда магистр Кромвель задал каверзный вопрос, она, запинаясь, но верно, изложила теорию Элвина. Кромвель, привыкший к ее молчанию, удивленно поднял бровь. — Неплохо, мисс Оливия. Вижу, вы наконец-то открыли для себя классиков. Несколько аристократок на первых рядах фыркнули, но Оливия лишь покраснела и опустила голову, однако Алекс видел — ее губы тронула легкая, счастливая улыбка. Этот маленький успех не ускользнул от внимания Мари. Во время перерыва она «случайно» оказалась рядом с Алексом у фонтанчика с питьевой водой. Её миниатюрная фигурка едва доходила ему до плеча. — Мистер Эйтенгард, — начала она с своей обычно сладковатой улыбкой, но сегодня в ее больших глазах был острый, изучающий блеск. — Я видела, ваша... протеже сегодня блеснула знаниями. Очень мило с вашей стороны — помогать тем, кто в этом нуждается. Алекс почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Ее тон был подобен шелку, но под ним скрывалась стальная проволока. — Я просто вернул долг, мисс Мари. Мисс Оливия помогла мне с практической магией. — Ах, да, я слышала, — кокетливо наклонила голову Мари, и её движение было удивительно резвым и точным. — Вы знаете, в нашем мире так важно быть... осторожным. Создавать связи с теми, кто... как бы это помягче... не на своем месте, может быть опасно. Для обеих сторон. Она сделала глоток воды, ее глаза застыли на нем поверх края кружки. — Но вы, я вижу, человек добрый. И, наверное, одинокий здесь. Если вам когда-нибудь понадобится... более достойная компания, принц Джулиус и его окружение всегда рады новым интересным людям. — Пауза. — При условии, конечно, что они правильно расставляют приоритеты. Это было даже не предложение. Это был ультиматум, замаскированный под дружеский совет. Алекс посмотрел на ее миниатюрное, кукольное лицо и почувствовал тошнотворную волну дежавю. — Я ценю вашу заботу, мисс Мари, — сказал он с ледяной вежливостью. — Но я вполне capable сам выбирать себе компанию. И свои долги. Ее улыбка не дрогнула, но в больших глазах что-то мертвенное тронулось. — Как знаете. Желаю вам не ошибиться в выборе. Ошибки здесь имеют свойство... дорого стоить. Она развернулась с неожиданной для её хрупкого сложения стремительностью и уплыла прочь, оставив после себя шлейф дорогих духов и ощущение надвигающейся грозы. Запись в дневнике, 26-й день учебы: Мари сделала свой ход. Попыталась купить меня или припугнуть. Предложила место в свите Джулиуса в обмен на отказ от общения с Оливией. Я отказал. Возможно, это была ошибка. Но некоторые долги важнее карьеры. Леон наблюдает. Чувствую его взгляд. Он дал мне эту книгу, зная, что это привлечет внимание Мари. Он спровоцировал этот конфликт. Зачем? Чтобы посмотреть, как я буду реагировать? Чтобы столкнуть нас лбами? Оливия... стала увереннее. Это хорошо. И страшно. Потому что теперь она не просто невидимая стипендиатка. Она стала фигурой на доске. Из-за меня. Ленард сегодня снова издевался. Заставил чистить энергетические кристаллы вручную, без перчаток. Говорит, «пальцы должны чувствовать их пульс». Мои пальцы теперь чувствуют только боль. Но он прав. Я начинаю чувствовать разницу между кристаллами. Ненавижу, когда он прав.