Том 2 - Глава 10: Чаепитие с богиней

Ленард сегодня снова пытался превратить мои руки в решето. Говорит, что если я не научусь чувствовать энергетические потоки кончиками пальцев, то никогда не смогу по-настоящему овладеть магией. Он, черт возьми, прав, и это бесит больше всего. Мои пальцы горят, но я начинаю чувствовать... что-то. Какую-то вибрацию. Видел, как группа Джулиуса готовилась к своему первому официальному чаепитию. Они скупали пол-лавки кондитера, обсуждая, какие сладости произведут наибольшее впечатление на их дам. Брэд хвастался, что заказал эксклюзивный набор из столицы, который обошелся его семье в целое состояние. Джилк выбирал все с прицелом на эстетику, а не на вкус. Крис молча и методично скупал самое дорогое, не вдаваясь в детали. Грэг выглядел так, будто готовится не к чаепитию, а к штурму крепости. У меня же в кармане жалкие пятьдесят диа, отложенные на учебники. Но правило есть правило — чайная церемония обязательна. И я знаю, кого я хочу видеть своей гостьей. Мысль о предстоящей чайной церемонии витала в Академии, как навязчивый запах дорогих духов. Повсюду только и было разговоров, что о фарфоре, сортах чая, этикете и, самое главное, о том, кого пригласить. Алекс наблюдал за этой суетой со стороны, чувствуя себя аутсайдером. Его финансовое положение было плачевным. Пятьдесят диа — на эти деньги он мог купить либо десяток скромных пирожных, либо одну коробку хорошего чая, но не то и другое вместе. Он видел, как Мари, окруженная своей свитой, томно обсуждала, в каком из платьев ей пойти на чаепитие к принцу. Ее миниатюрная фигурка то и дело мелькала в толпе, а за ней, как тень, следовал ее юный слуга-полуэльф, его лицо было каменной маской, но глаза метали молнии в любого, кто осмеливался приблизиться к его госпоже слишком близко. И он видел Оливию. Она старалась быть незаметной, пробираясь между группами смеющихся аристократок, ее взгляд был устремлен в пол, а в руках она сжимала потрепанный учебник по основам магии. Она была той, кого никто не собирался приглашать. Не та статусная, не та богатая, не та связанная. Именно это и решило все для Алекса. Он подкараулил ее вечером, когда она возвращалась из библиотеки. — Мисс Оливия, — окликнул он ее, выходя из тени арки. Та вздрогнула и обернулась, на лице мелькнула легкая тревога, сменившаяся узнаванием. — О, мистер Эйтенгард... Алекс. Вы меня напугали. — Простите, — он замялся, внезапно осознавая всю нелепость своего положения. Барон, приглашающий на чаепитие стипендиатку. Это будет скандал. Но и приглашать кого-то другого... кого? Голодную до титула аристократку? Нет, уж спасибо. — Я хотел спросить... не согласились бы вы стать моей гостьей на чайной церемонии? — выпалил он, чувствуя, как глупо это звучит. Оливия широко раскрыла глаза. Она посмотрела на него так, будто он только что предложил ей полететь на луну. — Я?.. Но... мистер Эйтенгард, вы же барон... а я... — она смущенно потупила взгляд. — Вы уверены? Вас неправильно поймут. — Я уверен, — сказал Алекс, и к своему удивлению, понял, что это чистая правда. — Мне нужен не статус, а хорошая компания. И человек, с которым есть о чем поговорить, кроме цены на фарфор и сплетен о дворе. Оливия покраснела еще сильнее, но в ее глазах вспыхнула искорка надежды и... благодарности. — Я... я буду очень рада. Только... я почти ничего не знаю об этикете таких мероприятий. Я могу опозорить вас. — Этикету можно научиться, — улыбнулся Алекс. — А вот искренности — нет. Так что договорились? — Договорились, — прошептала она, и ее лицо озарила такая теплая, сияющая улыбка, что Алекс на мгновение забыл о своих финансовых проблемах. Приготовления оказались унизительными. Фарфоровый сервиз он взял напрокат у одного из одноклассников из Западного крыла за символическую плату. Чай купил не самый дорогой, но качественный, у торговца, который поставлял его еще его отцу на остров. Со сладостями пришлось проявить изобретательность. Вместо эксклюзивных столичных деликатесов он купил простые, но свежие булочки с корицей в пекарне у ворот Академии и горсть свежих ягод, которые сам же и собрал в заброшенном саду за библиотекой. Вечером перед церемонией он сидел в своей комнате и с отвращением смотрел на свой «банкет». Это выглядело жалко. Никакого сравнения с тем, что готовили другие. В дверь постучали. На пороге стоял Леон с насмешливой ухмылкой. — Слушал, ты решил произвести революцию в правилах хорошего тона? Пригласил простолюдинку. Смело. Глупо, но смело. — Что тебе нужно, Бартфорт? — вздохнул Алекс. — О, просто проходил мимо. И подумал — тебе может понадобиться вот это. — Он бросил на стол небольшой сверток. В нем оказалась маленькая, но изящная серебряная ложка для варенья с тонкой гравировкой. — Небольшой вклад в твое... мероприятие. Чтобы ты совсем уж не опозорил наше сословие. — Я не могу это принять, — нахмурился Алекс. — Считай это инвестицией, — пожал плечами Леон. — Мне интересно, чем закончится этот твой социальный эксперимент. Выживете ли вы вдвоем под перекрестным огнем насмешек? Или сломаетесь? В любом случае, зрелище будет занимательным. — После чего он удалился, оставив Алекса с противоречивыми чувствами. Утро чайной церемонии выдалось на удивление солнечным. Алекс нервничал. Он расставил свой скромный сервиз в беседке в дальнем углу сада — подальше от любопытных глаз основных групп. Оливия пришла ровно в назначенное время. Она была в своем лучшем платье — простом, но чистом и аккуратно отглаженном. Ее волосы были убраны в скромную, но милую прическу. — Доброе утро, мистер Эйтенгард, — произнесла она, слегка запинаясь. — Доброе утро, мисс Оливия. Прошу, садитесь. Первые минуты были неловкими. Алекс, вспоминая наскоро изученные мануалы, пытался вести светскую беседу, но это звучало фальшиво и натянуто. Оливия робко отвечала, ее глаза бегали по скромному угощению, и он видел, что она сравнивает его с тем, что было на столах у других. И тогда он сдался. — Знаете, мисс Оливия, — вздохнул он, откладывая в сторону книгу по этикету. — Я понятия не имею, что я делаю. Все это... — он обвел рукой свой скромный стол, — ...полная ерунда. Я ненавижу церемонии. Ненавижу эти пустые разговоры. И я абсолютно уверен, что провалю это мероприятие. Оливия сначала опешила, а затем... рассмеялась. Тихий, искренний смех, который снял все напряжение. — О, мистер Эйтенгард... я... я тоже ничего не понимаю во всем этом. Я всю ночь читала про то, как правильно держать чашку, и теперь боюсь до нее дотронуться. — Давайте договоримся, — предложил Алекс, чувствуя, как камень падает с его души. — Забудем про церемонии. Давайте просто выпьем чаю. И поговорим. О чем угодно. О магии, о книгах, о чем-то настоящем. И они заговорили. Сначала неуверенно, потом все свободнее. Алекс рассказывал о своем острове, о проблемах с флоатстоуном. Оливия — о своей деревне, о том, как впервые обнаружила свой дар, случайно вылечив сломанное крыло птице. Они обсуждали теорию магии, спорили о методах стабилизации энергетических потоков. Алекс забыл о времени, о окружающих, о своем статусе. Они не заметили, как к их беседке приблизилась группа студентов во главе с Брэдом. Тот с презрительной усмешкой окинул взглядом их скромный стол. — Боже мой, Эйтенгард, — фыркнул он. — Это что за пикник нищих? Я слышал, ты пригласил простолюдинку, но не думал, что ты опустишься до такого уровня. Где твой сервиз? Где твои сладости из столицы? Ты позоришь звание барона. Алекс почувствовал, как закипает ярость. Он видел, как Оливия сжалась, пытаясь стать как можно меньше. Но прежде чем он успел что-то сказать, раздался спокойный, насмешливый голос: — А мне кажется, здесь единственные, кто позорит звание — это вы, Брэд. Все обернулись. К беседке подходил Леон, невозмутимо поправляя перчатку. — Вы судите о качестве чаепития по стоимости сервиза? Как примитивно. Настоящая ценность — в беседе. А судя по тому, как скучают дамы за вашим столом, ваши столичные сладости не смогли подсластить горькую пилюлю вашего пустого красноречия. Брэд покраснел от ярости. — Ты!.. Как ты смеешь!.. — Я всего лишь констатирую факт, — пожал плечами Леон. — Теперь, если вы не против, вы мешаете моим друзьям наслаждаться их... аутентичным времяпрепровождением. — Его взгляд, холодный и предупреждающий, заставил Брэда отступить на шаг. Тот что-то пробормотал себе под нос и, бросив на них последний злобный взгляд, удалился вместе со своей свитой. Леон повернулся к Алексу и Оливии. — Мои поздравления. Вы только что пережили свое первое настоящее испытание на прочность. И, кажется, выдержали его. — Он кивнул и пошел прочь, оставив их в изумлении. Чайная церемония подошла к концу. Алекс и Оливия молча шли обратно к главному зданию. — Простите, мистер Эйтенгард, — тихо сказала она. — Из-за меня у вас были проблемы. — Нет, — перебил ее Алекс. — Это были лучшие полтора часа, проведенные мной в этой Академии. Спасибо вам, мисс Оливия. Она посмотрела на него, и в ее глазах он увидел не только благодарность, но и зарождающееся уважение. Доверие. Войдя в здание, они почти столкнулись с Мари и ее свитой. Та остановилась и смерила Оливию насмешливым взглядом. — Ах, вот где ты пропадала, милая. Я искала тебя, чтобы предложить помочь с... э-э-э... подготовкой к следующей церемонии. Но, вижу, ты уже нашла себе... покровителя. — Ее взгляд скользнул по простому платью Оливии, и на ее губах играла язвительная улыбка. Оливия сжалась, но на этот раз не опустила глаз. — Мне не нужна ваша помощь, мисс Мари. У меня все уже есть. Мари подняла бровь, явно удивленная такой дерзостью. Ее полуэльф-слуга, стоявший позади, нахмурился, и его взгляд стал еще более угрожающим. — Как знаешь, — пожала плечами Мари, ее голос стал сладким, как мед, но глаза оставались холодными. — Просто помни, дорогая, некоторые связи могут стоить тебе дороже, чем ты можешь себе представить. — И с этими словами она упорхнула, оставив после себя ощущение легкой угрозы. Алекс проводил Оливию до дверей ее общежития. — Не обращайте на нее внимания, — сказал он. — Она просто играет в свои игры. — Я знаю, — кивнула Оливия. — И... спасибо вам еще раз. За сегодня. За... все. Она быстро развернулась и скрылась за дверью, но не раньше, чем он успел заметить счастливую улыбку на ее лице. Вернувшись в свою комнату, Алекс взялся за дневник. Запись в дневнике, поздно вечером: Чайная церемония прошла. Не так, как планировалось, но... хорошо. Очень хорошо. Оливия... она не такая, как все. Она видит суть вещей. И она не боится быть настоящей. Леон снова появился неожиданно. Помог. Защитил. Почему? Что ему с этого? Его мотивы остаются загадкой. Мари показала свои истинные цвета. Она видит в Оливии угрозу. Нужно быть настороже. Но сегодня... сегодня был хороший день. Я не чувствовал себя одиноким. Завтра подземелье. Новые испытания. Но теперь я знаю, что у меня есть... друг. Он отложил перо. Впервые за долгое время он заснул с чувством спокойствия, а не тревоги.