Глава 7

      Конечно, она все еще злилась на него. Было больно, но… ожидаемо. Но главное — сестренка вернется домой, в безопасность. Может, все-таки позволит с ней поговорить… Когда-нибудь, пару столетий спустя. Главное — с ней все хорошо.       Конечно, дракон их встретил на выходе. Ожидаемо, по всем канонам легенд. Судя по расслабленной, вальяжной даже, позе и насмешливому прищуру алых глаз — выпускать их он вовсе не собирался и за хоть сколько-то серьезных противников не считал. Но если кому-то здесь и придется остаться — то точно не Стелле. И кто-то должен будет присмотреть, чтобы она вернулась домой… Полшага в сторону, переключить внимание дракона на себя. Он даже не успел ничего сделать — тело двинулось против воли, приближаясь к плотоядно ухмыляющемуся ящеру. Он продолжал осознавать происходящее, но повлиять на него больше не мог. Впрочем, цель достигнута — дракона замкнуло на нем, вытащив из-под внимания сестренку. Ну же, ведь прекрасный шанс сбежать, пока дракон занят, а этот благородный балбес застыл и, что хуже, Стелла с ним. Он же собирался ее спасать!       Тело вернулось под контроль на полпути, заставив споткнуться от неожиданности. Выдернуть клинок из ножен, одним почти заполошным взмахом просто отгоняя дракона подальше, чуть сместиться в сторону, закрывая сестру от его взгляда. Ну уж теперь-то благородный балбес сообразит вытащить ее отсюда поскорее?!       Когда за спиной разбилось окно, его уже вшибли в стену всем телом, сбив дыхание и заставив выронить меч. Выжить он не надеялся — не тот противник — разве что купить им собой немного времени, дать отбежать подальше, Гилтиас же где-то там, защитит их, когда дракон, наигравшись, вспомнит, что у него вообще-то была пленница. И, может, сестренка хотя бы иногда будет его вспоминать…       Убивал его дракон молча, сдавив когтистой рукой горло так, что вдохнуть не было никакой возможности. В глазах темнело, но не настолько, чтобы отключиться. Очевидно, легкой быстрой смерти ему не полагалось, а значит, и сдаваться раньше времени не следовало. Под судорожно шарящие по стене пальцы попалось что-то тонкое и острое, вроде шпильки или гвоздя. Он не стал задумываться, что это и откуда, достаточно было того, что это можно воткнуть в душащую руку, выгадав себе хотя бы один вдох. Дракон вдруг с воем отшатнулся, прижимая к себе покрывшуюся инеем руку. Видно, загадочное нечто было магическим. Эльф рухнул на колени, пытаясь вдохнуть, успел прочитать в алых драконьих глазах, что платить за этот удар будет очень больно…       Золотой вихрь снес скалящегося дракона с ног, протащил по коридору, выламывая им дверь наружу, оттуда плеснуло ярким пламенем и почти оглушило яростным рыком.       С трудом заставив тело повиноваться, Ботар-эль, держась за стену, дохромал до дыры, зиявшей теперь на месте двери, и замер, не зная, пугаться или восхищаться.       Гилтиас был едва ли не вдвое мельче, но двигался намного быстрее, яростно хлеща хвостом по бокам и пытаясь дотянуться до уязвимого горла противника. Драконы не взлетали — сцепились на земле, как кошки, рыча и взвизгивая. И все же, золотой слишком очевидно проигрывал в весе и силе. Ботар-эль моргнул несколько раз, возвращая зрению четкость, и потянулся за луком.       Синий дракон все-таки придавил юркого золотого к земле и вскинул голову, чтобы торжествующе порычать. Стрела вошла не в горло, а куда-то в сочленение между шеей и плечом, и застряла. Вытянуть из колчана вторую Ботар-эль еще успел, выстрелить снова — уже нет. Дракон как-то сразу оказался рядом, сбил с ног, прижал лапой, весившей, как целая гора, рыкнул в лицо недовольно, как на ничего не значащую мошку. Вот только стрелу из рук эльф так и не выпустил. И в глаз опрометчиво наклонившегося к нему дракона она воткнулась совершенно замечательно.       Гилтиас стащил с него эту махину, отбросил, встал над ним, расправив крылья и глухо рыча. Эльф с трудом выпрямился, подавляя желание прислониться, как к опоре, к оказавшейся рядом золотой лапе — остатками плывущего сознания понимал, что только помешает. Кажется, только моргнул, а Гилтиас уже тряс его за плечи руками, сверкая полным паники взглядом. По лбу и щеке у него тянулась длинная кровоточащая рана, кажется, от когтей, и светлая рубаха на плече совсем промокла от крови. Синего дракона нигде не было видно.       Потянувшуюся к нему руку дракон перехватил, мотнул головой.       — Это не серьезно.       — Стелла, — он дернулся подняться, но неожиданно сильные руки прижали к земле.       — Сиди, — рыкнул дракон. — Истечешь кровью раньше, чем до нее доберешься. С ней все в порядке, о себе думай!       До него только сейчас начало доходить, что сцепиться с драконом и остаться невредимым невозможно. Правому боку было горячо и мокро, разум затягивало в какую-то темную трясину, сопротивляться которой становилось безумно трудно.       — Не закрывай глаза — можешь их вовсе больше не открыть, — серьезно шепнул дракон, оказываясь вдруг как-то неприлично-близко. — Похоже, в ране остался кусок когтя. Я постараюсь достать, но это наверняка будет ужасно больно.       Он медленно кивнул, едва ли уже осознавая смысл слов. Дракон был горячим, а ему постепенно становилось слишком холодно. Боли он, как ни странно, не чувствовал вовсе, только страшную усталость.       — Эль! — голос, в котором так отчетливо звенели слезы, он узнал сразу, скользнувшие под руку узкие плечи и холодные пальцы на своих щеках — чуть погодя. Рваным почти неосознанным движением, от которого в боку все-таки плеснулась боль, заставив застонать сквозь зубы, попытался отодвинуть сестренку от себя.       — Испачкаешься… матушка рассердится, — это уже, кажется, отдавало бредом, но… Стелла была здесь. Хоть и злилась на него. Но позволила себя обнять…       Последним почти судорожным движением он прижался к ее плечу лбом. И все-таки закрыл глаза.

* * *

      Когда ладонь брата разжалась и безвольно упала в траву, Стелла застыла всем телом. К счастью, Гилтиас не стал ждать, пока она осознает случившееся: подхватил потерявшего сознание эльфа на руки, будто тот ничего не весил, мотнул головой внутрь башни. Дельвиэт кивнул и осторожно потянул Стеллу к себе, поднимая.       Гилтиас вломился в первую попавшуюся комнату, по счастью оказавшуюся жилой, сгрузил свою ношу на кровать и, негромко глухо рыча без слов, принялся колдовать. Дверной проем и окно затянуло золотистой дымкой, на столике у кровати из ничего соткались чаша с водой и ворох бинтов, пучки каких-то пряно пахнущих трав. Отрастив длинные звериные когти, дракон взрезал пропитанную кровью рубаху, шумно выдохнул, касаясь чего-то темного, застрявшего в боку эльфа.       — Он умрет? — Стелла в его руках дрожала всем телом, и Дельвиэт справедливо опасался, что, если сейчас рванется к брату, попросту упадет.       — Нет, — дракон поднял взгляд, бледно улыбнулся ей. — Я не позволю. Так, может, даже и лучше — не больно. Вам лучше отвернуться, юная леди. Зрелище будет неприятное.       Стелла вдруг фыркнула, разом прекратив дрожать. Встряхнула головой и аккуратно вывернулась из его рук, шагнула к дракону. Даже не пошатнулась — развернула плечи, убрала распущенные темные волосы за уши. Будто в бой собиралась.       — Кровь родного брата меня не пугает. Я могу помочь.       Дракон посмотрел на нее серьезно и внимательно. И кивнул.       Он и впрямь многое не знал о любимой. Не представлял, что она способна, закатав рукава платья, беспрекословно повиноваться указаниям дракона, подавая то, что он просил, очень бережно поддерживать за плечи, пачкаясь в крови раненного — и на мгновение Дельвиэт испытал совершенно нездоровую зависть к едва живому эльфу. Его Стелла всегда касалась и вполовину не так осторожно. Отвернулась она лишь однажды — когда из тела ее брата дракон вытаскивал крупный осколок, похожий на коготь. Судорожно всхлипнула, зажмурилась… но уже мгновение спустя решительно повернулась назад и больше уже взгляд не отводила. Сама затянула узелки на бинтах, охвативших торс и плечо брата. Потом поймала за плечи распрямившегося дракона, заставила сесть ровно и повернуть к свету порезанную щеку.       — Это скоро затянется.       — Я обязана поблагодарить за вашу помощь, — смочив чистый кусок бинта, Стелла аккуратно промыла рану. Дракон выдохнул, прикрыл глаза, позволяя ей и это. — Он же?..       — Спать будет долго, я, кажется, что-то напутал в заклинании. Но все будет хорошо. Вам лучше пока быть здесь, комната защищена. Я проверю башню.       — Вам тоже нужен отдых.       — Позже. Сначала нужно убедиться, что отдыхать безопасно.       Дельвиэт проводил его, выскользнувшего за дверь, задумчивым взглядом. Он не вмешивался, понимая, что для них обоих это что-то личное — о Стелле и говорить нечего, но слишком отчаянным был взгляд дракона, когда они ввалились в ту нишу только вдвоем, слишком поспешно он ринулся к башне. Теперь, когда опасность миновала…       — Что будем делать дальше?       — Дальше… — Стелла медленно провела пальцем по виску спящего брата. — Дальше я вернусь домой и выйду замуж.       — Нет!       — Я должна, — Стелла обернулась к нему с глазами, полными непролитых слез. Всхлипнула, сорвалась с места, обхватила его плечи тонкими ладошками. — Я люблю только тебя, всегда буду любить. Но другого пути нет.       — Мы еще можем что-то придумать, тебе не обязательно возвращаться…       — Я должна, — она качнула головой, отступила на шаг. — Ты не поймешь.       — Потому что родился сыном простого стражника?       — При чем здесь это? — Стелла посмотрела с недоумением, и он сразу же устыдился. Она же не такая, как ее братец. — Но у тебя нет брата или сестры, ты не знаешь, каково это. Мой брат сегодня едва не погиб, и последнее, что он слышал от меня, были слова жестокости. Я просто не могу иначе. Видно, такая у меня судьба.       — Ты не должна жертвовать собой!       — От замужества не умирают, — Стелла бледно усмехнулась, вновь пугающе напомнив своего брата. — Я виновата в том, что произошло, мне и платить.       — А как же я? Мной ты тоже готова пожертвовать?       — Мы останемся друзьями, — Стелла отвернулась, вновь ушла к брату, села на край кровати, больше не глядя на него.       Дельвиэт беззвучно застонал. Она не может это серьезно. Она — всегда твердившая, что никто не заставит ее следовать древним традициям, пока она этого не хочет, что лучше никогда не выйдет замуж, чем за нелюбимого, теперь готова отбросить все, что было прежде? Что бы она себе ни думала, это убьет ее. Если только не удастся отговорить от безрассудства.       Нужно выяснить у дракона, сколько времени будет спать ее братец. Сколько времени осталось у него наедине с любимой.