[ИскРа v1.8 | Протокол]: Утилизация

⟁ [Архив ИскРы → Центр Реестра Биосущностей → сегмент 14/2.16 — архивная запись]

«Каждая сущность мечтает быть свободной, но сперва она проходит через окно регистрации. Так устроен наш мир: хаос начинается с заявления».

— Савва Литвинов, техномаг-интерпретатор, из учебного курса «Информационная магия и контроль сущностей»

      — Двигай задом! — Устало облокотившись на мокрую, засранную плесенью стену, провожу рукой по лицу.       В душевой гулко отдаётся каждый нелепый вопль новобранцев, каждая муштра старших, и вроде никто особо никуда не торопится. Влажный воздух висит тяжёлым паром, вползая в лёгкие, прилипая к коже и пряча стойкий запах железа Северной Башни.       Шесть душевых головок в одной стороне, и шесть с другой, и все аналоговые, тянут вниз тонкие нити воды, и при этом все заняты. По плечу скользит холодный конденсат, и я тут же выпрямляюсь, стоит приметить одного парня, готового освободить душевую. Наглый новобранец решает пойти вперёд меня, за что и нарывается на подножку, распластываясь на скользком полу и врезавшись головой в ноги уходящего. Ситуация как в «Хрустальном Разуме», там главный мудила тоже решил, что он умнее системы. И чем кончил? Правильно, его размазало по стене.       — Знай своё место. — Сняв трусы, наконец встаю под водой, приметив осуждающий взгляд Лебро с правой стороны.       — Жестоко. — Продолжает он намыливать плечи.       — И ты заметил? — Намываю волосы и, жмуря глаза, пытаюсь перекричать шум воды. — Во новички обнаглели.       — Да я про тебя. — Закончив с душем, напарник выпрямляется и, будто бы реальный пёс, встряхивает голову и, выжав воду из бороды, готовится к уходу. — Мик, подойдёшь ко мне после душа. Надо поговорить.       — Хорошо.       Закончив с намыливанием, я задумываюсь, с каких пор Лебро тоже моется в общей душевой? Вроде есть собственная квартира, с чего ему быть тут? Невольно я снова вспомнил отчий дом, из которого меня выгнали, просто застыв под водой и залипнув в одну точку взглядом. Будь у меня своя квартира, да я бы тут появлялся ради галочки.       Встряхнувшись, пытаюсь сбросить с себя груз вины и вернуться к прежнему настрою. Не я виноват, чтобы вечно нести с собой этот камень. Освободив душевую и быстро обтеревшись, надеваю привычный костюм и нажав кнопку на воротнике, ожидаю, когда он плотно облепит тело. Мельком заглянув на кухню, здороваюсь со всеми по пути, и даже успев коротко поговорить с одним из новичков, который в обычные дни ходит за мной хвостиком.       В кухне Башни никогда нет запаха хлеба, яичницы или свежей зелени, только сухой привкус химии. Подхожу к аппарату, выдающему таблетки, приложив чистую ладонь к панели. Стерильный контейнер открывается, а внутри две серые капсулы, которые я просто глотаю в сухую, и возвращаюсь в казарму. Синтетический рацион для живущих в пределах Башни это всё, что они выдают для укрепления организма. Белок, минералы, стимуляторы, и совершенно никаких вкусов, и никаких лишних ощущений. Вот именно из-за этого и хочется поскорее накопить себе на квартиру. Там хоть ужин я буду готовить себе самостоятельно.       А в Северной Башне еда это не про удовольствие, а про формулу выдающегося тела. И чем дольше живёшь здесь, тем меньше вспоминаешь, как пахнет настоящий хлеб. Не удивительно, что большинство во время обеда сбегают в Институт. Там, за те же средства есть настоящая еда.       Радостно то, что хотя бы казармы отделены от новичков, иначе тут такой шум был поднят. Но сегодня видимо исключение, кто-то спорит, что среди них есть нимуэ, за что и получает по башке, ведь наши костюмы этого априори не позволяют из-за вшитого металла. Другие, переговариваясь с Лебро, делают ставки, кто первый сдохнет на завтрашней вылазке. И стоит мне хлопнуть дверью, как эти же парни затихают, устремив взгляд в мою сторону и брызнув едким смехом.       — Тебе лет сколько? — Щедро одарив пацана оплеухой, Лебро подходит ко мне.       — Хотел поговорить? — Будто по команде выпрямляюсь я, сцепив руки за спиной.       — Поел? — Выводит он меня из казармы. Будто бы не знает, что мы тут не едим.       — Да. — Машинально киваю я, когда шум за закрытой дверью утихает.       — Сейчас тебе придётся отправиться на миссию с другой командой. — Нахмурившись, я едва удерживаю себя от того, чтобы не попятиться.       — Ты время видел? — Невольно кривляюсь я, но всё же решаю хотя бы узнать, что от меня хотят. — Зачем?       — Есть важное задание, которое нужно исполнить сегодня до полуночи. — Раскрывает он ладонь и передаёт мне всю информацию о новой команде, где и когда всё произойдёт. — Это всего лишь на пару часов. Им нужен подрывник.       — Я сапёр. — Хочется помягче напомнить командиру о моей роли в команде, но его это совершенно не смущает.       — Привыкнешь.       Дожидаясь новой команды перед капсулой, я постоянно проверяю время, пока пытаюсь составить список книг. Увидел на одном сайте, что за всю жизнь стоит прочитать определённые книги. Парочку из них я уже встречал в архивах ИскРы Института, и несколько упоминаний виртуальных копий. Перечитывая огромнейший список из сотни книг, на глаза попадается одна знакомая, «Повесть о семи ликах времени», мы проходили его в первые годы на правоохранительных органах. Как же я ненавидел всю эту хронику в трёх томах о войне между архимагами, инвоями и кланами нимуэ. Там же читать, не перечитать. Но всё же в список желаемых добавляю, может, в более осознанном возрасте эти книги проявят себя иначе?       Двадцать восемь лет это уже осознанный возраст? Ну-ну… а то мне всё ещё стыдно за свои вчерашние поступки. Может это и есть «осознанный возраст», когда принимаешь свои ошибки и понимаешь, что повторять их чревато последствиям? А я собираюсь не повторять свои ошибки? Нет! Тогда точно рано мне читать подобные книги.       Размышляя о втором списке книг, рядом со мной поравнялись двое парней, явно старше даже самого Лебро. У этой работы есть свои пределы? Мужикам ведь по пятьдесят!       — Твоё имя Мик Лефркат? — Голос мужчины справа резонирует настолько низко, что я вздрагиваю.       — Так точно. — Даже не повернувшись к нему, строго и быстро проговариваю я. — А вы, я так понимаю, мой сегодняшний командир.       — Так точно. — Медленно, с расстановкой, в отличие от моего ответа, произносит он, протянув руку для рукопожатия. — Личислав. Коротко Личь. Это, — указывает он по мою левую сторону, заставив оглянуться, — наш старший аналитик, Цатори. — Мужчина с тёмными волосами просто что-то рассматривает в своём ЯДРЕ. Свет тусклых ламп падает прямо на волосы, окрашивая и так не очень светлую кожу в более тёмные оттенки. — Его имя, лучше не сокращай. — Значит вспыльчивый, да ещё и аналитик. Все они на одно лицо, надменные, циничные, жестокие мудаки и начисто лишённые каких-то эмоций. Прямо как наш белобрысый. — Скоро должен присоединится хилер, его зовут Клинт.       — Хилер? — Удивлённо оглядываюсь я, застав как раз его появление. На вид не больше тридцати лет, хотя с нашими технологиями, поди пойми их. Яру тоже вроде как за тридцать, а выглядит моложе меня. — Я думал их больше не ставят в команды.       — Больше нет. — Гордо заявляет Личь, задрав щетинистый подбородок.       Заняв свои места в капсуле, мы в скором времени оказываемся в пределах Института. Мне казалось, что наше задание явно будет не тут, но спешить с вопросами не хотелось, и вскоре мы сменили одну подземную капсулу на другую. Мягкое гудение рельсов висит в воздухе, уводя нас всё дальше и от Института, и от Башни. Редкий свет бьёт полосами по маленькому овальному окну, выхватывая из темноты куски металла, стальных дверей и стеклянных панелей.       Как бы не хотелось признавать, в компании этих старичков на редкость тихо. Сложно сказать, что это не давит, но и врываться со своим мнением неуместно. Кто знает какие у них проблемы, а тут я со своими тупыми шутками.       Короткий и резкий поворот ярко ощутим, дерьмо, чуть шею не сломал, и едем вперёд ещё несколько минут. Темнота до этого ничуть не заинтересовывала, но вот широкие стены, будто бы не имеющие границ, светло-синее освещение подстать жуткому месту оказалось в разы привлекательнее.       Проезжаем мимо полностью автономного и автоматизированного цеха, даже непонятно чего именно, Института? Башни? Кому принадлежит это место? Хотя, похер. Конвейеры, огромные механические руки-манипуляторы. Едва не сворачиваю себе шею в попытках разглядеть больше. Морозное стекло контейнеров, внутри которых отличимы чужие лица. Лёд держит их неподвижными, как в витринах секс-шопа. Скулы тонкие, губы полные, едва мерцающая в бликующем свете кожа. Нимуэ. Веки неподвижны, но взгляд настолько напуган, что кажется вот-вот моргнут.       Криста выглядит также. Пропорции тела, плавность движений, всё лишь бы угодить непонятно кому.       Слышу недовольное ворчание этого хера, аналитика. Типа не отвлекайся. Безвольно отворачиваюсь, иначе если буду дальше пялиться либо блевану, либо достану детонатор и всё тут к хуям подорву. К тому же поток контейнеров остаётся далеко позади, а мы молча продолжаем путь.       Оказавшись в нужном секторе, все выходим из капсулы и медленно продвигаемся по тёмному тоннелю, что приходится включить наручный фонарь. Серые шкафчики рядом со стенами, бойлер в углу, прямо рядом с дверью, через которую мы проходим. И всю нашу дорогу над головами тянутся жёлтые трубы. Секундочку, мы в школе? Да быть не может, такие шкафчики вполне себе дешёвые и многие учреждения могут их себе позволить. А жёлтые трубы это кажется газ. Отлично!       Дойдя до очередной двери, Цатори сразу смешается к стене, как будто боится испачкать свой аналитический зад. Клинт, в свою очередь, встаёт на таком расстоянии, будто уже собирается лечить нас жестами издалека. Только хмурый Личь идёт рядом. Странно конечно, что мне, как подрывнику, не дали нужные заряды.       Безликая дверь отворяется слишком легко. Прислушиваясь, пытаюсь понять есть ли ещё кто-то поблизости. Здание пустое, если не считать нас, а в комнате наполненный тряпками, разными субстанциями для уборки и дроны для уборки, на нижней полке стоит подозрительный ящик.       — Приступим.       Стоит мне сделать шаг внутрь этой кладовой, как воздух становится гуще, явно подогретый карманным ядерным реактором. Отблеск стен сразу же падает на глаза, заставив провести по ним рукой. Влажные. Трубы над головой скрипят. Где мы всё–таки?       Хрустнув пальцами, вытаскиваю из набедренного кармана эндоскоп, и первым делом провожу осмотр. На ладони вместо интерфейса моего профиля высвечиваются внутренности взрывчатки. Взрывчатка с таймером значит. Пытаюсь продвинуть трубку чуть глубже, и найти источник питания, но при таком обилии разноцветных проводов попробуй угадать.       Стоит коснуться крышки ящика, как голова моментально накрывается шлемом с оргстеклом перед лицом. Удобно, когда всё-таки есть нейро-связь с ЯДРОМ. Медленно стараясь раскрыть, ящик в углу моргает индикатор, ровно так же, как и пульсирует мой мозг, стоит мне задуматься снова о чтении.       Первая в моей жизни мина была лет двадцать назад, если не ошибаюсь. И то, миной назвать сложно, но мать хотела меня порадовать.       — Мне показалось, или ты улыбаешься? — Глухо раздаётся голос Лича через шлем, пока он, скрестив руки на груди, наблюдает за каждым моим движением.       — Ага, — не поднимая головы, скалюсь я. — фейерверк на коленке собрал. Бровей лишился и две недели ходил как инопланетянин.       Плюхаюсь на холодный пол нарочно громко, чтобы Личь дёрнулся. А он и напрягся. Цатори вообще в боевую стойку встала. Ну, смешные, им бы почаще встречаться с сапёрами, а то совсем чувство юмора растеряют.       Мою шутку не оценили, вот я получил подзатыльник от Лича.       — Да ладно вам. — Хихикаю я, снова коснувшись коробки и ощутив, как от неё тянет горячей солью. С-сука! — Личь, отступи к Клинту. Желательно без рывков. — Улыбка сползает с лица слишком быстро и очевидно для них.       — Зачем? — Возражает Цатори. Вроде как не к нему отправляю командира, чего бубнит?       — Заткнись. — Упрямо бормочет Личь, но всё же следует моему совету.       Из набедренного кармана вытаскиваю отвёртку, раскрывая внутренний корпус. Среди кучи стандартных разноцветных проводов нахожу кнопку выключения и, видимо для пущего страха, таймер, который должен сработать в полночь. У нас примерно ещё пять часов. А заряд? Где заряд? Не хочется вскакивать на ноги и в очередной раз нарваться на оплеуху, так что я просто оглядываюсь.       Все стены на месте, ничего относительно нового, и ненужного. Стандартный набор для первой помощи, огнетушитель, форсунки для тушения пожара и прочий хлам, как для склада. Даже мигающий индикатор в углу лишь для виду. Поднимаю голову, направив фонарь, и весь тёмный потолок усеян взрывчаткой. А тут мы все вчетвером. Блестяще!       Обнаружь мы эту взрывчатку на пять часов позже, никто бы не выжил. Мы бы даже не доехали.       — Что находится над нами? — Пока не уделяю внимания коробке передо мной, пытаясь посчитать сколько именно взрывчатки тут.       — Секретно! — Раздаётся холодный голос Цатори, заставив оглянуться. — Твоя задача обезвредить.       — Да? — Фыркаю я, поймав его взгляд. — Изначально я готовился быть подрывником.       Так и не дождавшись ответа, поворачиваюсь к ящику и провожу пальцем по красному проводу прямо к выключателю. Будто по нервам пальцем веду. Выключатель аккумулятора щёлкает, и тут же гаснет индикатор в углу.       Взяв на удивление лёгкий ящик в руки, поворачиваюсь к команде и передаю его именно Цатори. Пусть помучается.       — Держи.       — Это… не…       — Чего? — Поджав губы, дожидаюсь, когда шлем соберётся обратно, открывая моё лицо и спокойно рассматривая хмурого аналитика. — Не взорвётся? Ну не знаю. — Пожав плечами сухо улыбаюсь. — Взорвётся, если уронить. Но ты ж аккуратный, да? — Делаю я паузу, когда Личь забирает ящик. — Личь, ящик надо утилизировать по протоколу. Внутри ещё соль гуляет.       — Работаем, — бросает он, разглядывая потолок.       Остальная часть работы стала настолько рутиной, что по привычке я стал считать в уме сколько именно книг я уже набрал для чтения, но пока даже не взялся за них. Есть ещё «Сто потоков слияния». Сагу о роде изобретателей, что веками строили устройство в Северную Башню, которое соединяло в себе магию, технику и судьбы, но так и не сумели её запустить. Сегодня ещё добавил к ним парочку… хорошо бы сначала осилить уже имеющийся.       Закончив со сборами, взрывчатка отправлена отдельной капсулой, а за ней мы. В ожидании я затаил дыхание, вскоре мы должны были снова проехать через тот самый сектор, но капсула его так и не достигла.       Глянув в сторону Лича, он просто что-то рассматривал в своём ЯДРЕ. Значит мы ещё не закончили работу. Конечная станция пахнет сырым камнем и пылью, оттенки меди витают в воздухе, напоминая камеру пыток. Спустившись к путям, по которым ездят капсулы, прищурившись рассматриваю сосредоточенного на ЯДРЕ Лича.       Вытащив из второй капсулы заряды, Цатори вместе с Клинтом несут их, пока мы с Личем освещаем узкий коридор, тянущийся точно кишки мёртвого зверя. Звук шагов моей сегодняшней команды пропадает в темноте, оставаясь лишь в моей памяти. Я шагаю почти бесшумно, но мне явно не хватает такого же опыта.       — Мик. — Поторапливает меня Личь, вскоре я ровняюсь с ним. — Открой ЯДРО. — Подчинившись, на ладони всплывает интерфейс моего профиля. Личь в свою очередь проводит пальцем в мою сторону, и вскоре у меня всплывает информация о новом задании. А раньше поделиться этим было сложно?       [Заложить магический заряд в секторе тридцать один]       И всё. Без объяснений, без цели. Таблетка без инструкции, сказали глотать, значит не спрашивай, где вода. Вчитываясь в мелкие детали задания, продолжаю грызть ногти.       — Тут. — Останавливается Цатори, оторвав взгляд от ладони и опустив вместе с Клинтом ящик со взрывчаткой.       Оказавшись перед на вид толстой металлической дверью, провожу голой ладонью по старым отметинам и пару раз стучу. Точно толстая. Рассматриваю швы, пытаюсь угадать, насколько прочно они сделаны, пока за моей спиной разгорается спор, в который я не собираюсь вникать. Это не моя команда, вот меня это и не должно беспокоить. А петли? Тогда это не дверь, а обычная стена. Металлическая?       Углубившись в собственные мысли, я даже не заметил, как кто-то ушел и уже вернулся с тем же ящиком от взрывчатки.       — Мне устанавливать это? — Хмурюсь я.       — Да. — Строго отвечает Личь, поднеся ящик ближе.       А то, что я понятия не имею из чего сделан корпус, какая целостность детонатора, и нет ли дополнительной взрывчатки от уже заложенного в том здании, это видимо неважно.       Всё равно! Сказали делать — делай. Раскрываю ящик, крышка неохотно поддаётся и скрипит, как и старый пердун. Подношу ближе к стене и вытаскиваю свои инструменты. Если я не буду полезным, меня заменят. Надо же, даже столь сухой и давний голос отца продолжает всплывать в моей памяти. Как бы там ни было, старик прав, из-за чего и вбиваю эту мысль глубже в голову клином в кору мозга.       Необходимо на месте сымпровизировать и поменять чужой датчик на свой. Прошу команду отойти, шлем снова защищает голову. Заменив датчик, приходится менять и дохлый аккумулятор. Нащупав в кармане гладкий футляр камня, спешно вырезаю на нём руну отвёрткой.       Контакты касаются камня, и воздух рядом втягивается в себя. По грубым линиям выбивки пробегает бледно-зелёный свет, складываясь в узор и пульсируя в такт моему сердцу. Только теперь я смог нормально выдохнуть.       Свет в руне стабилизируется, и механизм оживает. Всё, мина снова готова, но теперь уже под моим контролем.       Стяжками и химическим гелем мы крепим взрывчатку по всем краям искусственной стены. Гелем всё же удобнее, он сразу впитывается в микротрещины камня и металла, прочно врастая в поверхность. Выглядит как живая ртуть.       — Какое время нужно установить? — Снова сажусь я напротив ящика.       — Полночь.       Странно, но я могу допустить, что при взрыве либо я, либо наша команда в целом не должна находиться тут. Проведя рукой по крышке, высвечивается почти чистый интерфейс от руны. Установив время, медленно поднимаюсь и отхожу, как от опасной женщины: и притягивает, и знаешь, что лучше держать дистанцию. Отхожу, пока не достигаю безопасного расстояния.       — Красиво разложили. Я доволен. — Упёрся я руками в бока рассматривая проделанную работу. — Если бы не ощущение, что нас сейчас сожрут.       Машинально провожу руками по карманам, убеждаюсь, что все инструменты на месте и, прождав ещё некоторое время, покидаю место будущего взрыва.       — Оптимист хренов. — Фыркает Цатори, развернувшись на пятках.       — Оптимист сказал бы, что нас сожрут быстро. А я реалист. — Пожимаю плечами. Цатори закатывает глаза.       По пути к капсуле я не могу не задаться вопросом, на кой тут нужен аналитик. Личь — командир, Клинт нужен в экстренной ситуации, а Цатори?       — Эй, хилер, — кидаю я через плечо, — у тебя есть режим «разговаривать»?       — Он платный. Для тебя с предоплатой. — Даже бровью не повёл. Тихо ответил и пошёл быстрее.       Вернувшись к Башне, не успеваю я дойти до казармы, как ЯДРО на запястье оживает сухим, бездушным мерцанием. Они издеваются? Развернув ладонь, получаю очередное сообщение, даже оперативное распоряжение. Им что, от скуки делать нечего?       Нужно немедленно присоединиться к основной группе в тридцать седьмом секторе, и таймер, безжалостно отчитывая секунды. Десять вечера, они о чём думают?