ГЛАВА 8. МЕРТВЫЙ ГОРОД / ЧАСТЬ 1. НОМЕР 210

2-Й ДЕНЬ 3-ГО МЕСЯЦА ВЕСНЫ 1012 ГОДА

      Вот он - Шиндо, последний город перед лесом Мори. Склонившееся к горизонту солнце окрасило его в оранжево-золотой. Скелеты воздушных турбин вечно действующей ветряной электростанции справа и слева возвышались над дорогой ведущей к городу. «Похоже на сон»,- подумал Кайт. Вид мертвого, но по-своему красивого города поселил в сердце художника странные чувства. В этой смеси была и щемящая тоска, и печаль, и сожаления о несбывшемся. Шиндо пустотой своих улиц шептал художнику о том, что нет никакой надежды на то, что что-то еще сбудется. Руины. Конец пути. Но в лучах заходящего солнца даже одиночество пустого города казалось прекрасным.       Кайт шел по широкими улицам, между высокими, длинными, словно скалы, домами до самой темноты. Лишь когда Шиндо погрузился в сумерки, художник задумался о ночлеге.       Внезапно вывеска на невысоком здании, рядом с которым остановился художник, засветилась. От неожиданности Кайт отшатнулся и чуть не упал.       -Этот город мертв, разве нет?- обратился он к самому себе.       Вслед за этим одна за другой загорелись все вывески вдоль улицы, но вокруг по-прежнему не было ни единой живой души.       -И да, и нет,- ответ на вопрос художника донесся с другого конца улицы, где только что зеленым вспыхнула надпись: «Гостиница Шиндо. Добро пожаловать домой».       Закурив, Кайт направился туда.       Отели, рестораны, бары, ночные магазины и аптеки… Руины исчезли в темноте и теперь Шиндо казался самым обычным городом, не менее живым, чем какой-либо другой. В окнах мелькали человеческие силуэты. Отовсюду нарастающей волной хлынул шум ночной жизни. Художник на время забыл, где находится. Дойдя до гостиницы с зеленой вывеской, он остановился. Поднимающийся к черному небу дым от его папиросы обрисовал прозрачный силуэт человека, выглядывающего из окна гостиницы на втором этаже.       -Простите, что это значит: "и да, и нет"?- спросил Кайт, выдыхая облачко дыма в невидимого незнакомца.       Тот закашлялся, но видимым все же не стал. Из его окна донесся тихий звук, похожий на смешок.       -Если вы хотите меня видеть, вам не обязательно травить меня дымом вашей папиросы,- ответил он, и тут же добавил:- Желаете побеседовать – добро пожаловать. Мой номер 210.- После этого неожиданный собеседник ушел, закрыл окно и задернул темно-розовые занавески.       Мрачно-молчаливый консьерж провел художника до нужной двери. Теперь Кайт стоял перед ней, глядя на три золотистые цифры. «Здесь все какое-то неправильное,- думал он.- Оживший мертвый город. Странный невидимка.… И надо же было ему услышать меня на расстоянии целой улицы! Теперь вот консьерж…- Кайт покосился на спину свернувшего к лестнице молодого человека в зеленом пиджаке.- Обычно они болтают без умолку, а этот… Что я вообще здесь делаю?». Придумать ответ на последний вопрос художник не успел – дверь перед ним открылась, а на пороге в приглашающем жесте застыл немолодой мужчина в темно-красном бархатном халате.       -Про-о-шу,- растягивая слово по слогам, пропел он.       Художник вошел. Короткий коридор переходил в большую комнату, единственную в этом номере. В глаза тут же бросились три пары высоких окон зашторенных полупрозрачными темно-розовыми занавесками. Кайт снял обувь и прошел к вытянутому старому дивану. Мужчина сел в кресло напротив.       -Рад, что вы решили зайти,- сказал он, складывая пальцы в замок.- Меня зовут Нодо. Я занимаюсь тем, что живу в этом номере – это моя работа. А вы? Чем занимаетесь?       -Я художник,- ответил Кайт, доставая коробочку с папиросами, на что тут же отреагировал мужчина:       -Будьте любезны, если вам хочется курить – справа от вас лежит мой портсигар, угощайтесь. Но дым ваших папирос я, простите, никак не могу выносить.       Действительно, рядом на диване лежал позолоченный портсигар. «Хм, я его не заметил или его тут не было?»,- спросил себя Кайт, но не подал виду. Достал одну сигарету и закурил. Комнату ту же заполнил приятный запах отменного табака и вишни.       -Если я не ошибаюсь, вас интересовало, не мертв ли этот город?- напомнил Нодо.       -Расскажите мне, что значил ваш ответ. «И да, и нет» - это как?       -О! Ведь это же очевидно!- воскликнул мужчина, чуть подавшись вперед.- Да вы и сами все видели. Днем – руины, а ночью…- Нодо не договорил, а лишь повел рукой в сторону окна.       Лицо Кайта было непроницаемым, он спокойно смотрел на своего странного собеседника, хотя в душе от происходящего ему было не по себе.       -Шиндо не может быть живым, ведь в нем никто не живёт,- сказал он, сминая сигарету в стеклянной пепельнице и делая особый акцент на последних двух словах.       -То, что здесь нет живых людей, не делает это место мертвым.- Мужчину, казалось, задели слова художника.       На это Нодо ничего не ответил. Он внимательно уставился на художника, будто пытаясь смотреть сквозь него. Затем как-то неожиданно расслабился. Откинулся на спинку кресла и снова собрал в замок пальцы. Сейчас он смотрел не на Кайта, а скорее ему за спину.       -Значит художник?- вдруг переспросил он. На лице мужчины появилась недобрая усмешка.- А зачем с художником путешествует ёкай?       Стоило мужчине сказать это, как из-за спины Кайта, вмиг став плотным, появилось существо из бледно-светящегося тумана. Оно застыло за спиной художника, возвышаясь над ним и бесстрастно глядя на Нодо. Лицо последнего в долю мгновения вновь стало добрым. Он выставил ладони вперед в примирительном жесте и быстро заговорил:       -Стоит ли так нервничать? Я ведь просто поинтересовался. Любопытство, понимаете? Ничего дурного я не хотел, уж простите.- Он вскочил с кресла и бегом подбежал к одежному шкафу. Достал темно-серый костюм-тройку и, в спешке переодеваясь, все продолжал извиняться.       -Вы можете пожить в этом номере. О плате не беспокойтесь.       Видя, что мужчина собирается уходить, Кайт слегка обескураженный, попытался выяснить, куда тоо собирается и по какой причине он начал свои сборы так внезапно, да и неудобно ему, простому художнику, жить за чужой счет.       -Ни о чем не беспокойтесь. Я ведь ненадолго. Вернусь через несколько дней. Но стоит ли комнате пустовать, в то время как вам негде жить?       Художник ничего не успел ответить. Нодо исчез. После его ухода ёкай за спиной Кайта тоже растаял, почувствовав, что необходимости в его присутствии и защите больше нет.       Художник остался один в пустом гостиничном номере.