Часть 5

Жители Японии буквально приросли к экранам. Поезда метро, переполненные в час пик, замерли в странной тишине: пассажиры, уткнувшись в телефоны, с ужасом смотрели одни и те же кадры. В чайных лавках и закусочных, на остановках и даже на стройках люди ставили портативные телевизоры или планшеты и глядели в экраны, не в силах отвести взгляд. Кадры были чудовищными: несколько ракет подряд ударяли по комплексу японского посольства в Сеуле. На записи, сделанной камерами наблюдения, видны были яркие вспышки, обрушивающиеся стены, бегущие сотрудники в коридорах, а затем — огонь и клубы дыма. Соцсети взорвались. Люди делились видео, комментировали в прямом эфире, тысячи пользователей оставляли гневные посты. Даже те, кто ещё вчера выступал против малейших шагов к милитаризации, требовали немедленного возмездия. "Это нападение на нас!"— писали одни. "Никаких компромиссов, только удар!" — добавляли другие. В воздухе чувствовалось, как страна, привыкшая к сдержанности и осторожности, начинает стремительно меняться. Ровно в полдень, когда напряжение достигло апогея, перед камерами вышел министр иностранных дел Сато Такаши. Он стоял за трибуной в здании министерства, его лицо было мрачным, голос звучал чётко и ровно, хотя за каждым словом чувствовалась сдерживаемая ярость. — Сегодня произошло то, чего Япония не может игнорировать, — начал Сато. — Это ничем не спровоцированный акт агрессии. Северная Корея намеренно ударила по японскому посольству в Сеуле. Факт атаки подтверждён камерами самого посольства, и мы располагаем неопровержимыми доказательствами. Мы уже обратились в Женеву, где временно заседает Организация Объединённых Наций. Мы также связались с нашими союзниками — Австралией и Индией, чтобы они дали международную оценку этому преступлению. Он сделал паузу, перевёл дыхание и продолжил: — Мы не хотим войны. Япония восемьдесят два года остаётся мирной страной и хочет оставаться такой. Но это не значит, что мы позволим безнаказанно нападать на наших граждан и нашу страну. Мы будем сражаться не для того, чтобы захватить чужие земли, а для того, чтобы защитить свои. Мы категорически требуем от Северной Кореи и её спонсоров прекратить агрессию против Республики Корея, прекратить бомбардировки её территории и ни в коем случае не пересекать тридцать восьмую параллель. Слова министра прозвучали особенно жёстко, когда он перешёл к завершающей части заявления: — В случае продолжения агрессии против Японии, враг получит достойный ответ. Парламент уже предоставил Силам самообороны полномочия действовать в рамках нашей конституции. Быть миролюбивым — не значит быть слабым. Быть миролюбивым значит быть готовым сражаться ради мира. Эти слова услышали миллионы. В квартирах и офисах, в переполненных станциях метро и на шумных улицах Токио наступила почти осязаемая тишина. Люди слушали, затаив дыхание, понимая, что их страна стоит на пороге тяжелейших испытаний. Одни сжимали кулаки и шептали: "Наконец-то мы дадим отпор". Другие — бледнели и смотрели на экраны с тревогой, думая о том, что снова, как и восемьдесят лет назад, Япония вступает в тень большой войны. Когда трансляция завершилась, мир привычной повседневности показался хрупким и ненадёжным. Никто не сомневался: страна больше никогда не будет прежней.