Часть 7

Все ведущие японские телеканалы одновременно прервали свои передачи на экстренный выпуск. На экране появился премьер-министр Мациока, стоящий у трибуны в окружении министров обороны, иностранных дел и главы штаба Сил самообороны. В зале царила напряжённая тишина — даже щёлканье камер журналистов стихло, когда Мациока поднял глаза к объективу и начал говорить, обращаясь прямо к народу: — Дорогие сограждане. Сегодня я выступаю перед вами не как политик, а как сын своей семьи и сын своей страны. Когда моему отцу был всего один год, мой дед погиб во время Номонханского инцидента.Отец прожил всю жизнь с одной мыслью: Япония должна оставаться мирной, невоюющей державой. Он учил меня, что самое ценное для нас — это мир, сохранённый ценой огромных жертв. Но сегодня у нас нет выбора. Мациока сделал паузу, и зал словно замер, а миллионы зрителей по всей стране ждали продолжения. — В течение последних суток армия Северной Кореи пересекла 38-ю параллель и захватила Сеул. Наши сограждане, десятки тысяч людей, оказались в опасности. Несмотря на все меры, часть из них до сих пор остаётся в зонах боевых действий. Мы не можем бросить их на произвол судьбы. Мы вынуждены отправить военный контингент в Пусан, чтобы организовать их эвакуацию. Это решение тяжёлое, и я принимаю его с полной ответственностью. Премьер крепче сжал края трибуны, его голос окреп: — Я хочу, чтобы весь мир услышал: мы не стремимся к войне, мы не ищем чужих территорий и не намерены нарушать международное право. Но если кто-либо попытается воспрепятствовать эвакуации наших граждан, Япония ответит жёстко и решительно, используя все имеющиеся в нашем распоряжении средства. На экране появились кадры со спутников, показывающие горящий Сеул и порт Пусана, заполненный беженцами. Мациока продолжал: — Наши предупреждения уже переданы официальным каналам: через посольства Китая и России, через Организацию Объединённых Наций, а также через организацию "Чонрён". Мы ясно заявили — эвакуация наших граждан не является актом агрессии. Это акт гуманизма и защиты человеческой жизни. Он перевёл дыхание, и голос его стал мягче, но от этого ещё более убедительным: — Мы обязаны защитить тех, кто сейчас надеется на нашу помощь. Это наш долг как государства, это наш долг перед нашими семьями, нашими детьми и предками. Мы готовы сделать всё, чтобы они вернулись домой живыми. Быть мирной страной — не значит быть слабой страной. Быть мирной страной — значит иметь мужество встать на защиту жизни. После этих слов в зале раздались вспышки фотокамер, но на улицах Японии царила мёртвая тишина: люди в домах и кафе, в метро и на заводах вслушивались в каждое слово. Многие впервые за десятилетия почувствовали, что на их страну легла тень большой войны.