Первая миссия Оливера

Оливер, по рации: – Я уже на месте, сержант. Поэтому, хочу задать несколько вопросов: мне нужно осмотреть или полностью изучить планы? И если наткнусь на разведданные - мне их взять? Сжт. Грэйс: – Не стоит рисковать шкурой, Оливер. Хватит информации о времени взлёта, если они готовятся пускать бомбардировщик - предупредим союзников в Мичигане. Если времени достаточно ‐ скажем начальству, пусть отправят группу диверсантов. Оливер: – Просто думал, что будет забавно увидеть, как их великий план пойдёт против них самих. Если, конечно, это будет чертежи. Сжт. Грэйс: – Неплохая мысль, но это скорее способ понять, как враг продумал контратаку. Не забывай, Оливер, это – их план, не наш. Оливер: – Вас понял, мэм. Сжт. Грэйс: – Главное, не вздумай пародировать Бонда, Оливер. Оливер: – В мыслях такого не было, мэм. Сжт. Грэйс: – Есть ещё вопросы? Приём. Оливер: – Никак нет. Сжт. Грэйс: – В таком случае, конец связи. Грэйс отключила рацию. Оливер теперь с врагом наедине, на окраине города, в чаще густых зарослей. И в этот момент, он серьёзно напрягся, ошибки непростительны, даже чих может стоить жизни, раньше он хвастался, что он "быстрее летящей пули", что он всегда номер один. А теперь он жалеет за то, что вообще покинул Детройт. Оливер достал бинокль и через один глаз предмета, стал рассматривать местность. Аэропорт был не таким большим, всё же здание старое, двор, терминал, ангары и взлётная полоса. Во дворе дозорных было мало, примерно 4 солдат, на полосе виден, готовый ко взлёту, бомбардировщик, а там охраны многовато и судя по всему, внутри терминала тоже. Туда будет сложно пробраться в лоб, если бы не полуразрушенная стена в офисе бухгалтерии на втором этаже. Оливер: – Вот это уже лучше. Да и находится в самой заднице мира. Разведчик начал считывать расстояние с этого места, до терминала. Расстояние приличное, а охрана, пока что, не смотрит на, нужный для Оливера, конец терминала. Оливер: – У меня 27 секунд на пробежку. Положив сумку, он достал термос с кофе. И получив крепкую дозу кофеина, Оливер, взяв гранату, нож и пистолет, начал обратный отчёт. Оливер: – Три... Разведчик вставил глушитель на пистолет. Оливер: – Два... Он взял гранату и бросил взгляд на, уже расслабленных, дозорных, затем заострил внимание на мусорном контейнере, через которого он перепрыгнет на офис бухгалтерии. Оливер: – Один. – после этого, он выдернул чеку. – Ну с Богом. Оливер бросил взрывчатку в глубь чащи и пулей помчался к контейнеру, граната взорвалась, подняв шум не только самим взрывом, но и среди бойцов и птиц, которые тут же приняли укрытие. В это время, Оливер уже зацепился за край разрушенного офиса и поднялся на второй этаж здания. Посмотрев в окно, Оливер увидел, как противники судорожно осматривались в оба, не было слышно о чём они говорили, но было ясно то, что половина бойцов внутри терминала пойдёт разведывать обстановку. Оливер, про себя: – Удачи в поисках никого. Первая половина задания была выполнена, он смог пробраться к охраняемой зоне. Сейчас его ждёт задание посложнее – найти информацию о взлёте, и надеяться, что его никто не услышал, а ведь прыжок от крыжки контейнера мог бы его спалить, если бы не граната, через детонацию грохот контейнера может расслышить только кто-то с нечеловеческим слухом, а такие существуют, и их применяют. Оно прямо под ним, оно прекрасно знает, что никого наверху быть не должно, даже снайперов. Оливер всё ещё кипел, по его городу, где находится его мать, сбросят бомбу, ему надо прочесать каждый кабинет на наличие документов, а если тут их нет – надо придумать план по проникновению в ангары. Оливер: – Всё таки, хорошо, что авиация в 30-х ещё развивалась. Я бы с ума сошёл, если пришлось обыскивать современный аэропорт. Он вошёл в зону отдыха, по среди комнаты стоял стол, на котором было много бумаг, среди которых лежала инструкция. Инструкция по новой модели UWM (Universal War Machine), тот самый биомеханический "золотой" солдат, но другого класса. Гвардеец, уже пятая модель. Оливер: – Совсем свежий "терминатор". Выглядит... недружелюбным. Тут явно было долгое обсуждение, и среди этих бумаг должно быть что-то о времени взлёта, и он не прогадал, бумага с датой была на столе. Он достал рацию и попытался связаться с Грэйс, но всё не мог наладить контакт. Оливер: – Ну же, чёртов кусок пластика. Поняв, что он зря тратит своё время, ведь они собираются взлетать завтра, Оливер решил просто взять бумагу с датой и вернуться. Он собрался уйти тем же путём, но когда он приблизился к двери, перед ним встал он. Гвардеец собственной персоной, тёмная военная рубашка, лёгкий бронежилет, серые штаны, берцы, пустые жёлтые глаза и железный респиратор, который является половиной его лица. У Оливера теперь большие проблемы. Оливер, чуть замявшись: – Здравствуйте, сэр... Я тут-э... из профсоюза. Гвардеец, без эмоции, обратился к собеседнику: – Вы находитесь в охраняемой территории. Прошу вас либо уйти, либо ответить перед нашей великой армией. Оливер: – Это для меня - большая честь, но я лучше уйду, спасибо. Золотой крепко схватил Оливера за руку, в которой была дата взлёта. Гвардеец: – Прошу вас оставить это. Оливер скомкал бумажку, взял её в левую руку и сложил в карман. Оливер: – Мне нужно это конфисковать. Выхватив нож, он вонзил его в руку супер-солдата, но реакции не последовала. И когда разведчик посмотрел в глаза оппоненту, он вспомнил лекцию Эмили о том, что глаза-то ко всему чувствительны. Не долго думая, Оливер пырнул ножом правый глаз биомеха, тем самым, ослабив хватку последнего. Оливер бросился в бег, задание уже частично выполнено. Он обошёл кибер-солдата, который уже приходил в себя, привыкая к неисправности кровоточащего глаза, Оливер мчался туда, откуда залез, гвардеец вышел в коридор и достав Кольт, прицелился в беглеца. Но Оливер уже спрыгнул с края бухгалтерии, бежал он, к его счастью, очень быстро, тревога уже поднялась, после первого выстрела гвардейца. Гвардеец направился к беглецу, Оливер, надеясь хотя бы отвлечь гвардейца, выстрелил в сторону преследователя, но этого существа такое не пугает, гвардеец бежал к нему невозмутимо. А в их сторону двигалась группа бойцов "Ares", Оливер бежал к своей сумке со всех ног, а группа начала пальбу прямо в заросли, куда побежал разведчик. Пули, градом, разрезали кусты и ветви, ломали кору с деревьев, Оливер, успев выхватить сумку, двигался к машине, на которой приехал, снаряды летали прямо перед ним, он бежал в полуприсяди, но его смогли ранить в лопатку, пуля впилась в кость, дальше Оливеру пришлось бежать с онемевшей рукой, выработанный адреналин пытался игнорировать боль и усталость в ногах, он не слышал ни свистящий град свинца над головой, ни резкий хлопок выстрелов, ни своё тяжёлое дыхание, всё внимание было только на единственном спасении, на транспортном средстве. Открыв дверь, Оливер кинул сумку в пассажирское сиденье и завёл машину. На тропинку вышел гвардеец, и Оливер, вдавив газ в пол, поехал к нему на встречу без колебаний. Но из-за того, что транспорт слабо разогнался, гвардейцу хватило и одного удара, чтобы вывести машину из строя, киборг ударил по капоту с такой силой, что у него самого немного сползлась кожа на руках, запятнав капот золотистой кровью, капот помялся подобно фольге, как и двигатель. Оливер полностью выдохся, в лёгких словно перо застряло, от тряски машины, у него кружится голова. А гвардеец, со всё тем же выражением лица, подошёл к водительскому сиденью. Гвардеец: – Вы, сэр, должны ответить перед нашей великой армией. Прошу вас не оказывать сопротивления. Оливер, язвительно: – Поцелуй меня в зад, хрен железный. Он, мельком, взглянул на свой пистолет, хотел он выхватить огнестрел, но гвардеец, снова схватив его за правую руку, на этот раз, вывихнул кисть Оливера, а последний лишь стиснув зубы, кричал от боли. Но кричал от боли не только Оливер. В чаще леса послышались крики солдат, выстрелы по кому-то, и звуки, будто кого-то разрывали, и это точно не волк и не медведь, зверь не издавал ни звука. Слух гвардейца не улавливал рычаний хищника, затем всё стихло. Взяв уже свой пистолет, гвардеец прицелился туда, откуда отчётливо были слышны звуки побоища. Что-то стало приближаться с огромной скоростью, что-то небольшое. Силуэт хищника набросился на гвардейца, это была девушка в длинном серовато-синем военном плаще, с медальоном в виде значка опасности и с чем-то вроде диадемы тёмного цвета. Гвардеец отпрыгнул в сторону, увернувшись от атаки и пытался выстрелить, но она, щупальцем со спины, выбила оружие из рук гвардейца, затем, она, рывком, нанесла удар когтями, сломав железную маску с лица боевой машины, обнажив оголённую челюсть, дезориентировав его. Воспользовавшись этим, она, схватив киборга за голову, оторвала её, тем самым, убив гвардейца. И после такого зрелища, Оливер почему-то выглядел более расслабленным. Оливер, выдохнув: – Привет, Элис. Выглядишь прекрасно, как всегда. Элис, выбросив голову биомеха, не желая её есть: – А тебя, бедняжка, сильно поранили. Выглядишь соответствующе для солдата, переживший баталию. Оливер: – Но эй, я ещё живой. Элис: – Благодаря кому? Всё же я не могла не вмешаться. Не хотелось бы, чтобы такая преданность пропадала зря. Оливер: – Ты защищаешь меня? Разве не должно быть наоборот. Элис: – Сегодня ты достаточно поиграл в героя, милый. Сейчас тебе стоит вернуться. – сказала она, медленно шагая обратно в лес. – Кстати, за это ты должен мне целого оленя. Оливер, смеясь: – Я тебе хоть два принесу, когда... – он вспомнил, что кисть и лопатку надо восстановить. И уже с досадой в голосе, продолжил. – вылечу это...