Глава 7

      Гаррик медленно перелез через парапет, проклиная всех богов. Он заметил в центре угрюмого Ксейдена и надеялся, что тот подхватит его своей тенью, если тот упадёт. Возможно.        Тени Ксейдена извивались и сворачивались вокруг него, словно охраняя его присутствие, как это обычно бывало, когда он был эмоционален.        — Я не подхвачу тебя, если ты упадёшь, — крикнул Ксейден, даже не обернувшись, чтобы взглянуть на него.       Неважно.        — Я бы и не мечтал об этом, — съязвил в ответ Гаррик.        Гаррик медленно приближался к нему, пока не оказался на безопасном расстоянии, а затем сел рядом, крепко схватившись руками за парапет.        — Если хочешь поразмышлять, неужели ты не можешь сделать это поближе к чёртовой земле? — спросил Гаррик, заглядывая за край. Ксейден бросил на него ледяной взгляд.        — Почему ты здесь?       — Потому что мне нравится играть своей жизнью, — ответил Гаррик. У Ксейдена щёлкнула челюсть. Ветер трепал их волосы, пока они сидели какое-то время, глядя на смертоносный обрыв и слушая свист ветра. Тени Ксейдена всё ещё клубились и разворачивались вокруг него, пока он задумчиво наблюдал за пейзажем.        — Как она? — спросил Гаррик через некоторое время, нарушая тишину. От резкого звука его голоса ему захотелось съёжиться. При этих словах Ксейден опустил взгляд на колени, и по щекам скатилась слеза. Гаррик изо всех сил пытался сдержать эмоции. Он никогда раньше не видел, чтобы Ксейден плакал.         Ксейден опустил голову, уперевшись локтями в колени, словно мог сжаться настолько, чтобы исчезнуть в темноте. Его голос, когда он наконец раздался, был хриплым шёпотом: — Она проснулась сегодня утром.       Гаррик моргнул. — Она что? — Гаррик снова оглядел Ксейдена. Он не то чтобы прыгал от радости. — Тогда что не так?       — Она всё ещё в плохом состоянии, у неё инфекция. Я никогда не чувствовал себя так… — голос Ксейдена на мгновение затих. Гаррик предположил, что тот тоже удивлён столь внезапным обменом чувствами.        — Беспомощно, — закончил он.        Гаррик позволил слову на мгновение повиснуть в воздухе, унесенному ветром. Он медленно выдохнул, переминаясь с ноги на ногу, когда его ботинки заскребли по камню.       — Тебе нужно верить, что она справится, — наконец сказал он тихим голосом. — Она сильная.        Ксейден не шевелился, не отвечал. Он просто смотрел перед собой, стиснув зубы, а тени сгущались всё сильнее, словно сковывая его.       Гаррик помедлил, а затем добавил: — Ты сделал всё, что мог.       — Мне следовало сделать больше, — пробормотал Ксейден. Он согнул руки на коленях. — Быстрее. Умнее. Что-нибудь. Что угодно.       — Ты не бог, Ксейден.       — Нет, — сказал он, и его глаза стали как сталь. — Но мне нужно стать лучше.       Наступила гнетущая, но не пустая тишина. Гаррик позволил ему напрячься, дать подышать. Он не собирался тянуться к нему, похлопывать по спине или говорить какие-то пустые утешения.        — Я бы хотел, чтобы Малек поменял нас с ней местами, — продолжил он. Гаррик внезапно осознал это.        — И какой в этом смысл?! — воскликнул он. Ксейден прищурился. Через мгновение он наконец повернул голову, совсем чуть-чуть, намеренно. Его взгляд встретился с взглядом Гаррика, бурным и непроницаемым.       — В этой постели лежала бы не она, — сказал Ксейден ровным, но напряжённым голосом. — Ей бы не было больно.       — Она бы тоже не боролась изо всех сил, чтобы выжить, — резко ответил Гаррик. — Не оскорбляй её так.       Глаза Ксейдена сузились, мускул на его челюсти дёрнулся. Гаррик не отступил.       — Думаешь, она хотела бы, чтобы ты тратил здесь время, мечтая о том, чего не можешь изменить? Она не умерла, Ксейден. Она жива. И ты ей нужен.       — Я знаю, — тихо сказал Ксейден, почти неслышно.       — Тогда веди себя соответственно.       Ветер снова обдувал их, принося резкий запах дыма и камня. Ксейден отвернулся, устремив взгляд обратно на горизонт, но что-то в его позе едва заметно изменилось. Плечи всё ещё расправлены, но уже не так напряжены. Тени всё ещё извивались, но уже не так неистово.       Гаррик медленно вздохнул. — И, может быть, ты перестанешь пытаться убить нас здесь и пойдёшь к ней?       Ксейден едва заметно кивнул. Затем он наконец встал. Тени за его спиной выстроились в цепочку.       Он не поблагодарил Гаррика.       Ему это было не нужно.        Внезапно взгляд Ксейдена стал расфокусированным, как это обычно случалось, когда он разговаривал со своим драконом. Он почти почувствовал, как у него учащённо забилось сердце, а брови Ксейдена тревожно нахмурились.        — Что такое? — спросил Гаррик. Ксейден пошёл по парапету, почти бегом.        — Что-то не так с Тейрном, — крикнул он на бегу, и Гаррик последовал за ним. А это означало…        Когда они снова добрались до ротонды, Ксейден оглянулся на Гаррика, и в его глазах читалось такое отчаяние и страх. Но ему не нужно было говорить ни слова.        — Я пойду к драконам. Ты пойдёшь к Вайолет.        Ксейден отчаянно кивнул, и его благодарность была очевидна. А затем он направился в сторону медицинского крыла.