Глава 2 Кто она?

Леви стоял посреди комнаты, хмуро озираясь в поисках ответов. Недосып и раздражение достигли апогея, а голова раскалывалась так, будто череп вот-вот схлопнется. Его взгляд зацепился за комод. Понадобилась целая минута, чтобы решиться заглянуть внутрь. — Занимаюсь какой-то хернёй, — ворчал себе под нос Леви, перебирая вещи. — Эту комнату уже десять раз под лупой обшарили. Что ты тут ещё надеешься найти, дурак? Но брошенная Йегером фраза о том, что Соню похитили из-за её происхождения, а не из-за больной любви, не давала ему покоя. Леви не мог взять в толк, что в ней такого особенного, чтобы этот марлийский ублюдок поставил на кон всё, даже собственную жизнь. Безусловно, она умна и привлекательна. Но Леви считал этих качеств недостаточными для столь рискованных игр. Йегер, естественно, знал больше, чем говорил, но давить на него пустая трата времени. Всё упрётся в его упрямое молчание. — Может, переломать ему ноги? Сразу рот откроет. Леви от этой мысли замер и, прищурившись, пристально вглядывался в пустоту. Но затем встряхнул головой и перешёл к следующему выдвижному ящику. За полчаса он обыскал каждый пыльный угол этой проклятой комнаты. Мысль нанести увечья Йегеру уже не казалось такой бредовой. Он вернулся в исходную точку, встал в центре и, скрестив руки на груди, размышлял, что делать дальше. Внезапно воспалённый мозг вырвал из памяти брошенную когда-то Соней фразу. «Никогда ничего не прячь в предмете, который можно переместить». Леви, словно ужаленный, сорвался с места и принялся постукивать по стене, прислушиваясь к каждому глухому отклику. Откинул декоративный ковёр и глазами шарил по паркету. — Не может быть! — выпалил Леви, заметив выступившую дощечку. Он и сам не до конца верил, что сумел так легко догадаться. Присев на корточки, он попытался аккуратно отсоединить деревяшку, но когда она не поддалась, психанул и, сделав упор ладонью о пол, выдрал её с «корнем». В маленьком самодельном тайнике лежала невзрачная тетрадь. Леви даже успел разочароваться, пока доставал её. Столько времени потратил впустую. Он рассчитывал увидеть хоть что-то из её мира — магические вещи, схемы, чертежи, оружие. Что угодно, кроме этой потрёпанной бумаги. Он небрежно покрутил тетрадь в руках, а затем с каменным лицом открыл первую страницу. Что за… От увиденного Леви не удержался на корточках и опустился на пол. Поджал ноги под грудь, упёрся локтями в колени и начал вчитываться в каждую строчку. Перед ним, на развороте тетради, аккуратным почерком было выведено досье на Эрена. Точнее, подробная характеристика: от пищевых привычек до мельчайших черт характера. Следующие листы содержали такие же описания на Микасу, Армина, Жана, Сашу и Конни. В общем, на всех, кто имел хоть какую-то роль в жизни Эрена. Леви перевернул страницу и увидел свои инициалы, обрамлённые с двух сторон сердечками. Это непроизвольно вызвало улыбку. Но на душе скребли кошки. Он и сам не понимал, хочет ли он знать, что она думает о нём. Ведь всего за день до трагедии Соня его называла идеальным мужчиной. «Хотя как такого монстра, как я, можно считать идеальным? Да и вообще любить…» Он громко выдохнул и начал внимательно изучать всю «подноготную» о себе. 1. Заботливый — его забота проявляется не в словах, а в действиях, что не может не впечатлять. «Он запомнил, что я люблю чай с мёдом, переживает о моём здоровье и всегда учтиво подмечает, какая фаза цикла. Принёс пару конфет и освободил от работы во время «этих» дней, когда я мучилась с болью живота. Хотя знает меня всего две недели. Это очень мило». Леви оторвался от тетради и с недоумённым выражением лица пытался вспомнить, когда он успел совершить те самые выдающиеся поступки, которые её так впечатлили. Разве что мёд — да, он узнал, что она сладкоежка, и просто ставил банку на стол во время их чаепитий. Конфеты? Возможно, взял с собрания, чтобы отвлечь её от мрачных мыслей. Но «учтиво подмечать фазы цикла»? Это уже перебор. Он просто заметил, что она стала плаксивее, чем обычно, ей было больно и дал отдохнуть, так поступил бы любой адекватный мужчина. «Неужели такие мелочи делают меня идеальным?» — промелькнула горькая мысль. — «Или она просто… хотела так думать?» 2. Сильный — не только физически, но и морально. Он выстоит там, где другие сломаются. «Больно смотреть, как он несёт на себе тяжесть всего мира. Мечтаю стать такой же волевой, а не ноющей тряпкой». Леви обречённо провёл ладонью по лицу, словно пытаясь стереть с себя груз этих слов. Он не чувствовал себя сильным, а лишь уставшим человеком, который вынужден сражаться ради общей цели. 3. Справедливый — чётко разделяет добро и зло, имеет свой собственный, непоколебимый моральный кодекс. «Он может быть суров, но всегда по делу, и его приказам я доверяю безоговорочно». 4. Дисциплинированный — его самоконтроль и требовательность к себе вызывает только восторг. «Его сила воли восхищает и пугает одновременно. Я бы хотела быть хоть немного похожей на него в этом». 5. Надёжный — на него можно положиться в любой ситуации. «Рядом с ним я в безопасности. Он не бросит. За ним как за каменной стеной. С ним не страшно». Леви не выдержал и сжал тетрадь. Он даже не заметил, как её украли у него из-под носа. Идеальный защитник, ничего не скажешь. «Верила в этот бред, а теперь оказалась в аду, а я сижу тут, как бесполезный кусок дерьма. Так в каком месте, блядь, я надёжный?» От этой мысли стало так тошно, что он едва не швырнул тетрадь в стену. Сдержал его только последний пункт, который сквозь боль заставил улыбнуться. 6. Невероятно сексуальный и харизматичный. — «Пол штаба хочет с ним переспать, в том числе и я. Настолько хочу, что готова пойти на отчаянный шаг и подлить что-нибудь в чай. Очень трусо-слетательный мужчина. Харизма как у Фора из «Дивергента». Такой же холодный и недоступный». Леви не выдержал и хмыкнул: «Кто такой этот Фор? И что такое «Дивергент»? Она так называет гарнизон? Какой же бред». Он решил, что больше не выдержит этих восхищённых описаний, не имеющих никакого отношения к реальности, и, перепрыгнув через пару пунктов, начал читать недостатки. Пункты, с которыми я готова мириться 1. Язвительный 2. Невероятно упрямый 3. Контролирующий Пункты которые бесят и настораживают 1. Жестокость 2. Неконтролируемая агрессия 3. Эмоциональная недоступность 4. Мстительность Ну тут не поспоришь. Леви даже слегка удивился: приписок с примерами, как выше, не оказалось. Привычки и предпочтения: Отдаёт предпочтение качественному чёрному чаю. Требователен к процессу заваривания: температура воды, время, чистота посуды. В еде ценит простоту, качество и свежесть продуктов. Не любит излишеств и беспорядка на тарелке. Часто сидит, поджав одну ногу и обхватив её руками, что визуально уменьшает его фигуру и создаёт психологический барьер. Леви внезапно обратил внимание на то, как он сидит, и резко вытянул ноги. Крайняя скупость в словах и движениях. «Часто это привычка заставляет невольно нервничать, особенно когда в упор смотрит в глаза и молчит». Ему внезапно стало неловко. Неужели он настолько предсказуем, что она всего за пару недель смогла отследить и запомнить его привычки? Даже он сам о себе знал меньше, чем прочитал на этих двух листах. Но это было ещё не всё. Дальше, как и у предыдущих ребят, шёл список психиатрических отклонений. Леви даже задумался, хочет ли он вообще знать о себе такую информацию. Но любопытство взяло верх. Обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР) перфекционистского типа. Особенно проявляется в отношении поверхностей. Часто неосознанно проводит рукой по моему комоду и проверяет, нет ли пыли. Ритуальные действия, связанные с наведением порядка, являются для него способом снижения тревоги. Леви лишь из контекста понял, что речь идёт об уборке. Он показательно фыркнул. «Так пишет, словно не была со мной в подземном городе и не видела, какая там грязь». Тревожное расстройство личности. Помогает успокоиться, когда я запускаю ему пальцы в волосы. Вероятно, так же успокаивала в детстве мама. «Ахренеть», — Леви никогда даже не задумывался об этом. Но хоть и нехотя согласился, что этот метод действительно помогал. Проблемы со сном. Преследуют ночные кошмары. Помогает, когда шепчу ему на ухо. Сразу успокаивается и проваливается в сон. Спит не более трёх часов в сутки и просыпается от малейшего шума. Как ни странно, помогает крепко спать мой запах. Телесный контакт даётся тяжело, но как только чувствует, что я не представляю угрозы, наоборот, становится чересчур тактильным. Несмотря на указанные отклонения, Леви демонстрирует феноменальную силу воли и функциональность. Его «сломанность» является не слабостью, а результатом адаптации к нечеловеческим условиям. Его преданность, проходящая через призму этой боли, становится только сильнее и ценнее для тех, кто сумел её разглядеть. Кажется, я его люблю. «Чушь полнейшая, которая ко мне не имеет никакого отношения», — цинично рассуждал Леви. Но через секунду подскочил на ноги и подлетел к комоду. Открыл третий выдвижной ящик и достал стеклянную колбу. Открыл крышку и в нос сразу ударил аромат ягод. Дёрнулся и распахнул глаза. Приложив ладонь ко лбу, шокированно уставился в пустоту, осознав, что только что умудрился уснуть на пару минут. Он даже сладко зевнул. Сунул колбу в карман и сделал шаг к выходу, однако рука сама потянулась к тетради. Вдруг там есть что-то ещё? Открыл и то, что увидел, заставило снова опуститься на пол. Что за… Перед его взором предстали незнакомые слова, а напротив — цифры и приписки с какими-то закорючками. Леви предположил, что это был её родной язык. Доширак — 1 Имба — 2 NPC — 3 Кринж — 4 Фанфик — 5 Прайм — 6 Факап — 7 Нормис — 8 Вайб — 9 — Что блядь происходит? Леви отчаянно пытался разобрать незнакомые буквы и уловить смысл этих слов. То, что цифры являются шифром или координатами, он смекнул сразу. Но их истинное значение так и осталось для него загадкой. Он думал, что больше его ничего не сможет сегодня поразить, пока не перевернул страницу. Записи, которые были выведены аккуратным почерком исчезли без следа. На листе творился хаос: где-то текст был яростно перечёркнут, где-то ровные строки срывались в неразборчивую рябь, где-то местами кляксы, где-то страница даже была прорвана насквозь от сильного нажима пера. Убить подстилку Зика. Вино заражено спинномозговой жидкостью этого чепушилы. Не допустить гула! Азумабито — гидросамолёт. Уговорить на бомбардировщик. Идиотка, нужно было слушать лекции. Сама бы создала истребитель. При делении ядра более тяжёлые атомы разделяются на более лёгкие. Проще воссоздать первую ракету Оппенгеймера. Но как доставить её на Парадиз? Быть настороже с малолетним пиздюком Эреном. Постоянно льёт в уши. Вижу по глазам хочет устроить геноцид, даже несмотря на наш разговор. Не допустить смерти Ханджи и Саши. Оставить их на острове. Пробудить пубертатную язву Энни. Пусть отрабатывает свои грешки перед Парадизом. Привезти к ней папашу как рычаг давления. Предупредить Леви, чтобы не устанавливал, как последняя бестолочь, рядом с собой громовое копьё. Даже несмотря на то, что подвергнется эмоциональной дезориентации из-за смерти своего отряда. Снять проклятие титана… управляет червяк (паразит), Имир ширма. Гражданская война! Пресечь на Парадизе — разжечь на Марли. Ураний 235 — Австралия, см. координаты на предыдущей странице. Леви машинально перевернул лист и снова попытался понять, что значат приписки рядом с цифрами. Сказать, что он был в ахуе, — значит ничего не сказать. Сорвавшись с места, он на четвереньках подполз к дыре в полу и, стиснув челюсть, начал выдирать соседние доски. Вот оно. Достал содержимое и развернул. У него разбежались глаза от количества чертежей и схем. Череп готов был расколоться пополам, а мозг отказывался складывать всё это в единую картину. Леви решил сначала хорошенько выспаться, чтобы с ясной головой разгадать этот ребус. — Да кто она, мать твою, такая?! *** Три месяца спустя. Соня приложила ребро ладони ко лбу и, задрав голову, взглянула на стаю перелётных птиц. Она сидела, облокотившись о ствол дерева, и безэмоционально наблюдала за паникующими сослуживцами. Единственное, о чём она мечтала, — это поесть. Соня, как никогда, прочувствовала на себе, почему старики в её мире так одержимо отзывались о куске хлеба. Её и ещё девятерых неудачников, как она мысленно их окрестила, отправили в разведку проследить, с какой периодичностью из тоннеля выезжал «Бронированный поезд» с противотитановой пушкой. Оказалось, что крепость, которую она видела в начале четвёртого сезона, была не одна. И сейчас вся марлийская армия пыталась пробиться через вторую. И, по данным, которые Соня успела подслушать, на пути был третий город, а уже потом — порт. На пустынном поле, усыпанном трупами марлийских солдат, виднелся небольшой пролесок из пятнадцати старых лиственных деревьев. Там-то Соня и её товарищи по несчастью прятались уже почти сутки. Они остались без еды, оружия и надежды на спасение. Формально им обещали подкрепление, но Соня и не надеялась, что кто-то вообще заботится о том, живы ли они. Единственным шансом на спасение оставался Кольт, который, раненый в ногу и обессиленный, сидел метрах в десяти от неё. Всё-таки кандидатов в титаны берегли, и Соня рассчитывала, что хотя бы за ним вернутся. Кольта с двух сторон окружили Вики и тот самый врач, Бен, который когда-то помог Киму выкрасть её с Парадиза. Соня, не скрывая злорадства, пару раз язвительно отметила, как же ему повезло сражаться за великую державу, а не лечить в комфортном кабинете «жалких демонов» на проклятом острове. К её удивлению, бедолага начинал каяться в своём бездумном поступке и жалобно твердил, что время вспять не вернуть. — Всё очень плохо! — завизжал щуплый элдиец. — Там штук десять врагов… и все они с винтовками идут прямо на нас! — он вроде обращался ко всем, но по старой привычке смотрел именно на Соню. К ней моментально вернулся тремор. Она дрожащей рукой поправила сползающую повязку и в сердцах выругалась. Именно благодаря ей десять человек избежали прямого обстрела и не угодили в преисподнюю. И вот теперь они снова оказались на грани жизни и смерти. Соня отчаянно перебирала в голове варианты сопротивления, но, как назло, ни один не казался сто́ящим. Остальные же в ступоре глупо пялились на предвестника своей неминуемой кончины. Соня зажмурилась, сдерживая предательские слёзы. Совершенно обессиленная, она и двигалась с трудом, не говоря уж об открытом сопротивлении. Но внезапно услышала, как кто-то беззаботно что-то пьёт, смачно при этом причмокивая. Соня распахнула глаза и медленно повернула голову на источник звука. Перед ней предстала занимательная картина: элдиец Фин, которого они с Вики за спиной называли «дива», оттопырив мизинчик, наслаждался в минуту всеобщей безысходности водичкой. — Откуда, блядь, у тебя стеклянная бутылка? — Соня вскочила и вырвала её из рук. Он показательно цокнул и, карикатурно надув губы, пролепетал: — Ну не пить же мне из вашей железной фляги, кишащей бациллами. Вот и прятал бутылку за пазухой. У Сони так быстро завертелись шестерёнки, что она бессознательно принялась барабанить ладонью по бедру. Присутствующие мгновенно перевели всё внимание на неё и, притаившись, ждали команды. — Бен, у вас остался спирт? Врач почесал затылок и, неоднозначно пожимая плечами, ответил: — Вроде бы ещё есть немного... Соня подскочила на ноги и, обращаясь ко всем сразу, начала свою пламенную речь: — Товарищи! Несмотря на расовую стену между нами, мы оказались заложниками одной трагедии, — два марлийца фыркнули, но Соня продолжила, не сбавляя натиска. — Давайте же станем плечом к плечу и, как единая команда, повергнем врага! На кону стоит нечто большее, чем личная неприязнь, и это... Соня демонстративно выдержала паузу и уже набрала полные лёгкие воздуха, чтобы продолжить, но её грубо перебили, словно заезженную пластинку. — Хорош пиздеть, — выставив руку вперёд, ляпнула девушка. — Что делать нужно? Её звали Кира, чистокровная марлийка с колкими голубыми глазами и чёрными волосами. Можно было бы подумать, что она на дух не переносит элдийцев. Но нет — она ненавидела всех без исключения. Даже закатанные рукава формы кричали о её крайнем пренебрежении к марлийской власти. — Итак, излагаю план. Намётки в общих чертах. Всё предельно просто: заманить, навалять. — Всё? — Кира вскинула бровь. — Всё. Наступила неловкая пауза, а затем щуплый элдиец снова завизжал: — Мы все умрём! Кира поджала губы и, не дав опомниться, врезала ему в нос. — Да завали ты уже свой писклявый рот. — Спасибо, — отстранённо пробормотала Соня. — А ты, подружка, реально всё больше смахиваешь на Тони Старка, — ухмыльнувшись, подала голос Вики, которая всё это время не отходила от раненого Кольта. — С чего мы должны слушать грязное отродье? — воскликнул лысеющий марлиец. — С твоей причёской, я бы вообще не высовывался, чтобы не пугать красивых людей, — брезгливо проговорил Фин, свысока разглядывая у марлийца мерцающую залысину. — Что ты сказал, элдиец? — рявкнул жертва буллинга. Соня тяжело вздохнула и помахала рукой, подзывая всех к себе. — Давайте соберёмся в кружок. Действуем слаженно, потому что, если полагаться только на понты… — она кинула беглый взгляд на каждого в кольце. — Подруга, какие понты? Мы даже не знаем, что это. «Гребанный Исаяма и его тупорылое аниме», — прорычала у себя в голове Соня, но вслух сказала следующее: — Значит так, главная задача — забрать у подступающих врагов оружие. Мы притаимся в засаде, я отвлеку коктейлем Молотова, — Соня обошла сослуживцев и направилась к врачу, — мы выпрыгиваем из укрытия, и пока противники дезориентированы, наносим удары со спины. Затем, — она достала из аптечки спирт и залила в пустую бутылку, — вы отвлекаете, пока я убиваю врага, управляющего крупнокалиберным пулемётом. Убиваю стражников на стене. — Она оторвала от формы полоску ткани и смочила спиртом, — Кира, у тебя сохранилась граната? Девушка нехотя вытащила её из-за пазухи и покрутила в руке. — Отлично. Минут через десять будет делать круг почёта противотитановый поезд. Важно дать Кире доползти до него, а там, глядишь, и подмога прибудет. Бен, спички остались? Мужчина засунул ладонь в карман, достал коробок и потряс им около уха. — Пару штук найдётся. Соня прикусила губу и ритмично сжимала и разжимала кулаки, чтобы унять тремор. — А я предлагаю просто спрятаться на дереве и переждать, — вновь подал голос, лысеющий марлиец. — Стратег, каких поискать. Тебя не смущает тот факт, что у нас раненый? — выпалила Соня, сдерживая себя, чтобы не открутить ему голову. — Плевать мне на это отродье. Из-за него мы все погибнем. — Он прав. Спасайтесь. Я всё равно не жилец, — прошептал Кольт. — Значит так, мы своих в бою не бросаем! Марлиец только хотел вступить в спор, но его пресекла Кира: — Заткнись, долбак, пока я не выпотрошила твои кишки. — Всё, нет времени на раздумья. Нам нужно скрыть белую форму, так что натирайте себя землёй быстро. С этими словами Соня присела на корточки, зачерпнула грязь и начала размазывать её по рукавам. Остальные последовали за ней. Все, кроме «дивы» — он остался стоять на месте и брезгливо рассматривал сослуживцев. «Как можно было придумать для армии белую форму…» — ворчала Соня. Закончив со своей маскировкой, она подошла к надменному парню и, не церемонясь, вывалила жменю грязи на его кучерявую голову. — Иуууу, — он карикатурно заныл, театрально оттопыривая пальцы в стороны. — Ты знаешь, как сложно потом вымывать песок из корней! — А знаешь, что ещё будет тяжело отмыть? — прошипела Соня, впиваясь в него ледяным взглядом. — Твои бестолковые размазанные мозги. Она встала на цыпочки и обратилась к Вики: — Сможешь оттянуть Кольта в те кусты? Вики лишь легонько качнула головой и, взяв парня под подмышки, потащила его в указанную сторону. Спустя пять минут, притаившись на ветке и глотая отчаянные слёзы, Соня заплетающимся пальцами пыталась поджечь спичку. Или ты, или тебя. Первая спичка вспыхнула и тут же потухла. Да блядь… В центре поляны уже показались враги. Они внимательно вглядывались в чащу и что-то бубнили. Пожалуйста, вселенная, помоги… И словно по волшебству вторая спичка вспыхнула, а огонёк надежды не погас. Соня поднесла его к тряпке. Без промедления, швырнула бутылку в дерево напротив. Раздался хлопок. Резкая бело-оранжевая вспышка ослепила противников. Они, прикрывая глаза, заорали, а отряд, не теряя ни секунды, нанёс сокрушительные удары врагам. Кто камнем по голове, кто перочинным ножом в спину, кто просто свернул шею. Соня выдрала из окровавленных рук винтовку и вскарабкалась обратно на дерево. Остальные, как единое целое, подошли к трупам, перевалились через них и связали тела ремнями. — И как я потяну перед собой эту тушу? — фыркнула Кира, пытаясь подняться. — Это ваш щит. На адреналине и не такое удержишь. Соня легла животом на толстую ветку и попыталась прицелиться. Но без линзы силуэты расплывались. Или ты, или тебя. Выстрел. Промах. На противоположном конце замельтешили фигуры. Пулемёт открыл беспорядочный огонь, поливая пулями тела по второму кругу. Соня глубоко выдохнула и приложила палец к спусковому крючку. Ей удалось собраться, и по всем правилам, она выстрелила на выдохе. На этот раз она попала. Пулеметная истерика оборвалась. Отряд сорвался с места и, несмотря на тяжёлый груз перед собой, с криком ринулся на врага. Выстрел — бездыханное тело рухнуло со стены. Ещё выстрел — второй упал следом. Когда с последним было покончено, Соня спрыгнула на землю, перекинула винтовку через плечо и бросилась вдогонку. Как только показались новые караульные, ребята отстегнули трупы и легли на землю, прикрываясь ими как щитами. Не успела Соня добежать до рельс, как прямо на Киру наставили несколько винтовок и что-то орали. — Да пошли вы к чёрту, мрази! — взревела девушка и сорвала чеку гранаты, явно собираясь подорваться вместе с противниками. Соня успела подлететь и пережать пальцем выступ. — Рано, — прошептала она Кире, а потом заорала врагам: — Мы хотим сдаться в плен! Трое врагов стояли прямо у тоннеля, из которого уже доносился гул приближающегося поезда. — Мы не берём в плен элдийское отребье! — Я капитан! Я скажу, где наша база! Солдаты замешкались, заспорив между собой. Этого мига Соне хватило. Увидев «нос» противотитанового состава, она вырвала гранату из рук Киры и метнула её в тоннель. Дальше всё происходило как в тумане. Соня подхватила Киру, словно ребёнка, пробежала пару метров и швырнула её на землю, прикрывая собой. Взрыв. В ушах зазвенело, её оглушило. Она, шатаясь, поднялась, дезориентированная, но не успела сделать и шага, как кто-то грубо схватил её и сбросил в овраг. Она ударилась о камень и рассекла голову. Последнее, что Соня увидела перед тем, как провалиться в темноту, — каменная челюсть и зелёные пронзительные глаза.