Понедельник

Утро понедельника началось для Тома с совещания у начальства, поэтому на свое рабочее место он пришел в расчете получить от Троя первые результаты по делу об исчезновении в Баджерс-Дрифт. – Итак, Трой, что тебе удалось выяснить, пока я тренировал терпение на совещании? Трой перелистал блокнот: – Я проверил сводку происшествий по нашему графству и у соседей. Никого, соответствующего Дурслю и его жене по возрасту и приметам, там нет. Ни среди жертв, ни среди пострадавших, ни среди преступников. В госпиталь Марии Магдалины в Костоне они также не обращались. Я разослал запросы с фото в больницы Оксфорда и Лондона, но на них, как вы понимаете, еще не ответили. – А что мистер Фоссет, прислал то, что мы у него просили? – не особо удивившись отсутствию результатов, поинтересовался Барнаби. – Да! – радостно ответил Трой, снова взявшись за блокнот. – Адрес родительского дома мистера Дурсля в Литтл-Уингинге, контакты юридической фирмы, телефон кузена, – все это у нас теперь есть. – И ты созванивался с ними? – Да, конечно. Сначала я позвонил в «Галлахер, Галлахер и Кросби». Представляете, для встречи с ними даже не нужно ехать в Лондон! Мистер Алистер Кросби представляет интересы лорда Элдона, против которого сельская община Мидсамер-Оакс подала иск о признании неправомочным запрета прохода по тропе через его угодья. Дело будет рассматриваться сегодня в суде графства, в Костоне, в два часа пополудни, – и Трой посмотрел на Барнаби таким сияющим взглядом, как будто приезд адвоката в Костон был его личной заслугой. – Очень хорошо, – милостиво признал Барнаби. – А что с кузеном? – Его зовут Поттер, Гарри Поттер. На звонки не отвечает, – сообщил Трой, погрустнев. Том взглянул на часы: – Возможно, он на работе. Дозванивайся до него, он нам нужен. Экспертиза уже готова? Вид у Троя стал совершенно печальный. – Нет, сэр, пока нет. И насколько я знаю, у экспертов проблемы… – Что ты имеешь в виду? – Барнаби внимательно посмотрел на Троя. – В выходные молодые ребята из лаборатории, Фил, Тони, еще несколько человек, ездили в Лондон на футбол и там не то что-то съели, не то подцепили какой-то вирус, но четверо из них сейчас в отпуске по болезни, – развел руками Трой. Барнаби вздохнул, закрыл глаза, откинулся на спинку стула и посидел так какое-то время, потом снова выпрямился. – Трой, а если предположить, что Дурсли просто оказались не в то время и не в том месте? – наткнувшись на непонимающий взгляд сержанта, Барнаби продолжил:  – Если они стали свидетелями какого-то преступления? Что вообще происходило в Баджерс-Дрифт в конце прошлой недели? Какие-нибудь кражи, аварии на дороге, порча имущества, хоть что-нибудь? Трой принялся лихорадочно рыться в бумагах на своем столе. – Нашел! Так, Баджерс-Дрифт… Драка в магазине в пятницу, сцепились две женщины, по словам свидетелей, на почве давней личной неприязни. Драка в пабе в субботу, тоже давний конфликт. В четверг… Трой отлистал назад. – В четверг местный фермер, Джо Браун, вез навоз в машине с плохо закрепленным бортом, тот открылся, и часть содержимого высыпалась на живую изгородь и газон миссис Ламер. Та подала жалобу на порчу имущества. Но все участники конфликта живы и пока невредимы. А, и сегодня рано с утра владелица местной гостиницы «Георгий и дракон» вызвала полицию в связи с исчезновением постояльца, туриста из Польши. – Что-о-о?! – Барнаби поднялся с кресла в полный рост и очень недобро посмотрел на Троя. – Почему я только сейчас об этом слышу? – Но… всего три часа прошло… и вы были на совещании… – растерянно пробормотал Трой. – Это должно было стать первой новостью, которую я услышал от тебя по возвращении, – раздраженно выговорил Барнаби. – Отныне я хочу тотчас же узнавать про все происшествия в Баджерс-Дрифт, даже если там пропадет кот или исчезнет книга в библиотеке. Все понятно? И, дождавшись от Троя кивка, приказал: – Едем в Баджерс-Дрифт.  

***

Гостиница «Георгий и дракон» находилась в самом центре деревни, на Хай-стрит, в двухэтажном беленом доме со старинной деревянной дверью и не менее старинной вывеской над ней. Барнаби толкнул старинную дверь, на мгновение задержался, оглядываясь по сторонам. Владелица гостиницы, миссис Эндрюс, была знакома полиции Мидсамера как свидетель по делу о вандализме в саду миссис Питерс (накануне финала конкурса на лучший сад графства), но на работе у нее инспектору прежде бывать не приходилось. Обстановка внутри была продолжением внешнего облика: нарочито грубоватой обработки каменные стены с побелкой, деревянные полы и потолочные балки, старинная мебель из натурального дерева. Сразу у входа была небольшая деревянная площадка с лоскутным ковриком, вправо и вверх от нее поднималась деревянная лестница на второй этаж, а несколько ступенек вниз вели к небольшому холлу с креслами и диванами в цветочек и стойкой администратора. Последняя была расположена неожиданно боком, в стенной нише, из-за чего дежурному, чтобы контролировать входную дверь и лестницу, приходилось выглядывать из-за стены. За стойкой дежурила сама хозяйка гостиницы, и встретила она их весьма сдержанно: – Здравствуйте, инспектор, ваши констебли уже были у нас и уехали. – Здравствуйте, миссис Эндрюс. Мы бы все-таки хотели задать вам несколько вопросов. Миссис Эндрюс высунулась посильнее из-за стойки, чтобы убедиться, что холл пуст, потом откинула часть столешницы и посторонилась, пропуская Барнаби и Троя внутрь. – Давайте поговорим в моем кабинете. Незачем клиентам видеть, что гостиницей интересуется полиция, – и, снова выглянув из-за стойки, только уже не в сторону холла, а в направлении задней части дома, крикнула: – Грейс! Замени меня! Потом прошла в дальний угол за шкафом для почты и открыла маленькую дверь в стене. За ней оказался небольшой, но уютный кабинет с окном во внутренний сад. – Проходите, присаживайтесь, – сказала миссис Эндрюс, указывая на два стула перед заваленным папками письменным столом. Обошла стол и села в кресло за ним. – Вы сказали, что не хотели бы, чтобы клиенты видели интерес полиции к гостинице, но при этом сами нам позвонили, не странно ли это? – полюбопытствовал Барнаби, усаживаясь на стул. – А был какой-то выбор? – устало ответила миссис Эндрюс вопросом на вопрос. – Этот поляк должен был выписаться в воскресенье. Но он этого не сделал. Я подождала до утра понедельника, поняла, что что-то случилось, и заявила в полицию. – Вы беспокоились за мистера… – Трой оторвался от блокнота и посмотрел на миссис Эндрюс. Та вернула ему взгляд, полный усталого презрения. – Гузек, Томаш Гузек, – так его звали по документам. И у меня не было причин за него беспокоиться, потому что он внес предоплату. Нет, я беспокоилась за свою гостиницу. Мне нужно было освободить номер для других постояльцев, значит, собрать и вынести вещи мистера Гузека. И лучше было это сделать руками полиции. Так меньше риск скандала. – У вас уже исчезали гости? – спросил Барнаби, с интересом разглядывая миссис Эндрюс. – Слав богу, нет, – покачала она головой. – Но мой отец работал в большом отеле в Лондоне, многое повидал, он советовал всегда обращаться в полицию, если в деле замешан иностранец. Так меньше ответственности для владельца гостиницы и персонала. – Хорошо, – кивнул Барнаби. – Вопрос с вашими мотивами мы прояснили. А теперь расскажите нам подробно все, что вы знаете о мистере Гузеке: когда въехал, что о себе рассказывал, куда ходил, или, может быть, кто-нибудь приходил к нему? – Заселился он в гостиницу в среду. Паспорт, виза, – все документы у него были в порядке. Сказал, что съедет в воскресенье и сразу же оплатил проживание. Был вежлив, общителен, в приподнятом настроении, обмолвился, что у него здесь встреча. Я подумала, что речь о девушке, так он был воодушевлен. – Он говорил по-английски? – уточнил Трой. – Да. С сильным акцентом, но в целом понятно, – ответила миссис Эндрюс. – Он что-нибудь у вас спрашивал? Например, как пройти по какому-нибудь адресу, где находится какой-нибудь магазин, паб, почта? – У меня – нет, но, может, он задавал вопросы кому-нибудь еще, – пожала плечами миссис Эндрюс. – Мистер Гузек случайно не сказал, откуда он узнал про вашу гостиницу? – Да, – кивнула миссис Эндрюс. – Я специально задавала ему такой вопрос, он ответил, что гостиницу ему посоветовал один его знакомый соотечественник, который как-то у нас останавливался. – А у вас часто бывают туристы из Польши? – полюбопытствовал Трой. – Приезжих из Восточной Европы в последнее время довольно много, в том числе из Польши, – снова пожала плечами миссис Эндрюс. – Когда вы в последний раз видели мистера Гузека? – спросил Барнаби. – В пятницу днем. Он пообедал у нас, но от ужина заранее отказался, сказал, что у него планы на вечер. И все, больше я его не видела. – И вы не видели, как он уходил? – Нет, – покачала головой миссис Эндрюс. – У меня у самой были планы на пятничный вечер. – И когда мистер Гузек не появился в субботу, вы не обеспокоились? – Трой оторвался от блокнота и внимательно посмотрел на хозяйку гостиницы. – Нет, – слегка раздраженно ответила она. – Послушайте, сержант, я своим постояльцам не мать и не сторож. Мое дело – следить за чистотой и за тем, чтобы еда была вкусной, и не лезть в дела клиентов. Мистер Гузек вел себя прилично и вовремя платил, остальное меня не касалось. Или вы всерьез считаете, что нужно беспокоиться, если взрослый мужчина проводит время с девушкой или с друзьями, или с кем там еще он собирался встречаться? – А к самому мистеру Гузеку кто-нибудь приходил? – задал Барнаби следующий вопрос. Дождавшись, пока миссис Эндрюс отрицательно покачает головой, он извлек сложенный портрет предполагаемой миссис Дурсль и книгу о здоровом питании с фотографией автора на задней стороне обложки. – Взгляните, пожалуйста, на эти изображения. Не видели ли вы этих людей в обществе вашего постояльца? Возможно, не в гостинице, а где-нибудь в деревне? Или, может быть, они справлялись о нем, когда его не было, до пятницы или после? Миссис Эндрюс внимательно рассмотрела оба изображения и снова покачала головой. – Нет, с Гузеком я их не видела, и про него они не спрашивали, у меня, по крайней мере. А этого мужчину, – она постучала ногтем по портрету Дадли Дурсля на книге, – я видела у нас в деревне, одного. Он, кажется, вообще с некоторых пор у нас живет. Отрицательный результат Барнаби не удивил и не разочаровал. Он собрал все изображения и отдал их Трою. – Спасибо, миссис Эндрюс. Мы хотели бы взглянуть на номер, в котором жил мистер Гузек. – Там не на что смотреть, – миссис Эндрюс привычным уже движением пожала плечами. – Ваши констебли забрали все оставшиеся вещи, и я распорядилась начать уборку. Вечером должны приехать новые постояльцы. – Тем не менее, мы бы хотели взглянуть, – вежливо, но твердо возразил старший инспектор. – Как хотите, – пожала плечами миссис Эндрюс, потом поднялась, обошла стол и распахнула дверь кабинета: – Прошу, следуйте за мной. Они вышли из кабинета, под любопытным взглядом помощницы миссис Эндрюс выбрались из-за стойки, пересекли холл и поднялись по деревянной лестнице на второй этаж. Миссис Эндрюс провела их по широкому коридору с наполовину белеными, наполовину обшитыми деревом стенами и остановилась перед полуоткрытой дверью, из которой доносилась бодрая танцевальная мелодия. Барнаби и Трой подошли к двери и заглянули внутрь из-за спины миссис Эндрюс. В не очень большом, обставленном в стиле «сельская старина», но вместе с тем довольно уютном номере убиралась молоденькая девушка в темно-синем платье. Энергичными движениями она метелкой смахивала пыль с мебели и картин на стене, одновременно подпевая и пританцовывая под доносившуюся из радиоприемника песню. Миссис Эндрюс прошла в номер и выключила приемник. В наступившей тишине еще прозвучало громкое «… и я люблю-ю-ю те-е-ебя…», а потом девушка поняла, что случилось, ойкнула и замолчала, удивленно смотря на хозяйку и посетителей. – Рут, сколько раз повторять: не включай музыку так громко! – сердито выговорила миссис Эндрюс. – А если кто-нибудь отдыхает? – Миссис Эндрюс, я проверила – на этаже никого нет, все разошлись, – начала горячо оправдываться Рут. – Прошу прощения, – вмешался Барнаби. – Миссис Эндрюс, позвольте мне задать несколько вопросов вашей сотруднице. Мисс, я старший инспектор Барнаби из управления полиции Костона, расследую исчезновение мистера Гузека, который останавливался в этом номере. Вы его знали? И, если не трудно, назовите вашу фамилию. – Мартин, Рут Мартин, – представилась девушка. – Да, я знала мистера … э-э-э… Гузека. Он был приятный. Барнаби вопросительно посмотрел на мисс Мартин. – Он не мешал мне убираться, не ставил никаких условий. Некоторые постояльцы против уборки, когда бы я ни пришла, то им рано, то им поздно, то просто неудобно, а потом жалуются, что не убрано, – Рут бросила выразительный взгляд на миссис Эндрюс. – И вообще был вежливый, не заносчивый. И очень веселый, радостный, как будто у него что-то очень хорошее в жизни произошло или должно было произойти. – Он не спрашивал у вас, как пройти по какому-нибудь адресу, например, где находится какой-нибудь магазин, паб, почта? – поинтересовался Трой. – Да, в первый же день, как заехал, спросил у меня про нашу церковь, как ее найти. Я ему все подробно объяснила. Но вообще про церковь многие спрашивают, она у нас какая-то жуть какая старая и знаменитая. Барнаби и Трой, у которых с церковью святого Михаила были связаны не совсем приятные воспоминания, синхронно поморщились. – Когда вы в последний раз видели мистера Гузека? – спросил Барнаби. – В пятницу, – немного подумав, ответила Рут. – Он почти весь день провел в номере, до обеда я у него убиралась, потом принесла ему обед, а ближе к вечеру принесла вазу. – Вазу? – хором в три голоса переспросили Барнаби, Трой и миссис Эндрюс. – Да, – кивнула Рут. – Обычную вазу для цветов. Он просил пониже и пошире, я нашла более-менее подходящую и принесла. Вот же она стоит, – и показала рукой на пустую низкую стеклянную вазу на столе. Все внимательно на нее посмотрели. – Цветов нет, – констатировал очевидное Трой. – А цветы были в номере? И откуда они тогда взялись, он же не выходил? – Нет, – Рут решительно помотала головой. – Цветов я не видела. Да я и его самого больше не видела. – А кого-нибудь из этих людей, – Барнаби толкнул Троя, чтобы тот показал рисованный портрет и фото с обложки, – вы видели вместе с мистером Гузеком в гостинице или в деревне? Или, может быть, они приходили к нему или справлялись о нем? Рут внимательно посмотрела на изображения. – А, это тот приезжий из Лондона и его девушка, – безошибочно опознала она. – Нет, с Гузеком я их не видела. Видимо, мистер Дадли Дурсль успел примелькаться в деревне. – Спасибо, мисс Мартин, –  поблагодарил Барнаби. – Вы нам помогли. Если вы вспомните что-нибудь еще, позвоните нам по телефону, который вам сейчас даст сержант Трой. Спасибо, миссис Эндрюс, не провожайте, я найду дорогу сам. Закончивший раздачу визиток Трой нашел шефа у машины в глубокой задумчивости. – Сэр, вы тоже думаете, что эта Гермиона встречалась с этим поляком, а Дурсль их застал и сделал нечто плохое, а потом пустился в бега? Барнаби вынырнул из своих мыслей. – Я думаю, что кому-то из нас придется сейчас поехать в Литтл-Уингинг, чтобы опросить местных жителей относительно Дадли Дурсля, его родителей и кузена. И этот кто-то – ты. – А… э-э-э… – пробормотал ошарашенный Трой. – А вы, сэр? – А я пообщаюсь с юристом мистера Дурсля. Тем более что он как раз у нас в Мидсамере, как ты это любезно выяснил. Ну что ж, за работу! – и инспектор обезоруживающе улыбнулся.  

***

К зданию суда графства Барнаби подъехал после плотного обеда, успев, впрочем, к концу заседания по делу «Сельская община Мидсамер-Оакс против лорда Элдона». В суде старшему инспектору приходилось бывать довольно часто, многих сотрудников он знал лично, поэтому его быстро и без лишних вопросов подвели прямо к Алистеру Кросби, адвокату, ведшему дела Дадли Дурсля. Невысокий плотный мужчина в возрасте слегка за пятьдесят, с сильно выраженными носогубными складками, цепким взглядом и крепким рукопожатием чем-то неуловимо напомнил Барнаби бульдога. – Итак, инспектор, что полиции Мидсамера нужно от моего клиента? – поинтересовался адвокат после того, как церемония представления был закончена. – Узнать его местонахождение, – ответил Барнаби. – И в связи с каким расследованием вам это необходимо? – По делу о пропаже без вести двух человек. – Что заставляет вас думать, что мой клиент имеет какое-то отношение к пропаже этих людей? Барнаби решил, что с этим пинг-понгом вопросами-ответами надо заканчивать и сказал: – Один из этих пропавших и есть ваш клиент, мистер Дадли Дурсль. Полицию вызвала его соседка, миссис Уилсон. Она была обеспокоена тем, что в последний раз видела мистера Дурсля несколько дней назад, в его доме, тем не менее, постоянно горит свет, а двери дома не заперты. – Вы хотите сказать, что действительно не нашли мистера Дурсля дома? – тоном легкого сомнения поинтересовался мистер Кросби. – Увы, да, – подтвердил Барнаби. – Мистера Дурсля не было дома, на телефонные звонки он не отвечал, машина его стояла около дома, так что он покинул свое жилище каким-то другим способом. Полиция прибыла по вызову после обеда в воскресенье, но в комнатах горел свет, и горел, если верить соседке, уже больше суток. Дверь была не заперта, часть вещей раскидана и перевернута. То есть, уход или отъезд вашего клиента был стремительным и незапланированным. И, возможно, даже не совсем добровольным. Поэтому нам нужна ваша помощь и важна любая информация, которой вы можете с нами поделиться. – Я очень обеспокоен тем, что вы мне сообщили, – сказал Кросби после небольшой паузы. – Надеюсь, вы расследуете это дело как можно скорее и найдете моего клиента в добром здравии. Я постараюсь помочь вам, но прошу вас учитывать, что я связан адвокатской тайной. И, если это не тайна теперь уже следствия, кто этот второй пропавший человек, о котором вы говорили? – Некая девушка по имени Гермиона, которая около месяца назад поселилась в доме мистера Дурсля и представлялась всем его женой. Она тоже исчезла. Кросби приподнял бровь. Барнаби внимательно посмотрел на него и спросил: – Судя по вашей реакции, мистер Дурсль не просил вас о составлении брачного договора? – Нет, – Кросби покачал головой. – Ни о каких подобных изменениях в своей личной жизни мой клиент мне не сообщал. – Скажите, мистер Кросби, как человек, знающий мистера Дурсля, мог он жениться стремительно и без подготовки? Потеряв голову от любви? – Мне бы очень хотелось сказать вам «нет», но мой клиент еще очень молод и, возможно, вы уже знаете, недавно потерял мать, так что вполне мог, встретив привлекательную девушку с сильным и властным характером, как у покойной миссис Дурсль, совершить необдуманный поступок. К сожалению, да. – А в последнее время он не обращался к вам с просьбой внести эту девушку, ну или кого-то другого, в свое завещание? Кросби молча укоризненно посмотрел на Барнаби. – У мистера Дурсля есть завещание? – Барнаби зашел на вторую попытку. – Я не уверен в том, что мой клиент одобрил бы разглашение информации, касающейся его личных дел. Барнаби мысленно проанализировал последнюю фразу. Хм, кажется, он что-то нащупал. Надо попробовать. – Скажите, мистер Кросби, по вашему мнению и опыту, часто ли молодые люди составляют завещания? И как часто они их потом меняют? – Очень интересный вопрос! – оживился Кросби. – Вообще, молодым людям не очень свойственно заботиться об отдаленном будущем, но иногда, под влиянием трагических событий в семье, у своих друзей или близких, они все-таки делают соответствующие распоряжения. И, поскольку завещание было составлено довольно рано, впоследствии в их жизни могут произойти события, которые заставят их пересмотреть его, например, разочарование в одном человеке и сближение с другим, даже с таким, отношения с которым прежде не складывались. Барнаби хотел было уточнить, правильно ли он понял намеки, но Кросби, словно уловив его намерение, принялся откланиваться. – Простите, но я тороплюсь на встречу с  другим клиентом. Был рад вам помочь, инспектор. Сообщите мне, если будут какие-то новости. До свидания. Барнаби посмотрел вслед адвокату, размышляя, подходит ли происходящее под определение «помощь». С точки зрения юриста, тот определенно чем-то поделился, возможно, даже информацией. Что ж, осталось понять, кого он имел в виду. В кармане у Барнаби зазвонил телефон. – Да, Трой, слушаю тебя. – Сэр, я въезжаю в Литтл-Уингинг, – бодро отрапортовал сержант. – Так быстро? – удивился Барнаби, но тут до его слуха донеслись звуки клаксона и какие-то не очень разборчивые ругательства, и дальнейшие вопросы отпали сами собой. – Ползут как черепахи и не думают уступить дорогу! – возмущенно воскликнул Трой. – Вы что-то спросили, сэр? – Просить тебя соблюдать правила дорожного движения, скорее всего, бесполезно? – Я всегда соблюдаю правила, сэр, вы сами это знаете. Но в этом Литтл-Уингинге просто черепашье лежбище какое-то, пешком и то будет быстрее. А ведь мне надо спешить, я еще должен пообщаться с соседями Дурслей. Не могу же я врываться к ним домой ночью. Барнаби со вздохом возвел глаза к небу. – Но, сэр, я вам звоню совсем не для того чтобы жаловаться. Мне перезвонил кузен Дурсля, мистер Поттер. Я сказал ему, что мы расследуем дело, касающееся его кузена, и нам надо с ним пообщаться. Он приедет завтра в Мидсамер. Я предложил ему встречу в каком-нибудь нейтральном месте, но он не имеет ничего против беседы в полиции. В общем, завтра в одиннадцать он придет к нам в управление. – Почему так поздно? – поинтересовался Барнаби. – С утра я буду докладывать вам по итогу моей поездки в Литтл-Уингинг, – с достоинством ответил Трой и тут же завопил: – Да что вы там, уснули за рулем?! Барнаби отключился, качая головой и лелея тайную надежду не увидеть в качестве итога поездки Троя счет за ремонт чьей-нибудь машины. Телефон снова зазвонил. – Джойс, милая, как у тебя дела? – ласково спросил Том. – Я хочу сводить родителей и Энн с Терезой на заседание нашего клуба «Корни и ветви», – ответила Джойс. – Не хочешь присоединиться? – Прости, пожалуйста, но пока не могу. Я отправил Троя в родной городок Дадли Дурсля, а сам пока разбираюсь с проблемами в одиночку, – Барнаби даже не слукавил. – Да-да, сейчас иду! – сказала Джойс кому-то на своей стороне телефона. – Это Том. Что? Передать привет? Тебе привет, Том! – Спасибо! Вам интересно провести время. Целую, люблю. – И я тебя тоже люблю, – ласково сказала Джойс и закончила звонок. Что ж, пожалуй, надо действительно разобраться с какой-нибудь проблемой, раз он заявил про это Джойс. Барнаби сел в машину и поехал в управление. Где-то там должны были находиться вещи мистера Гузека, собранные полицией в его номере в гостинице. Стоит на них взглянуть. Коробка с изъятыми в гостинице вещами ждала Барнаби на его рабочем столе. Основной объем занимала большая сумка, не то дорожная, не то спортивная. В ней лежали одежда, смена белья, зонт, гигиенические принадлежности. То, что документы, деньги, телефон в коробке отсутствовали и, скорее всего, были где-то со своим хозяином, мистером Гузеком, Барнаби знал еще от констеблей патрульной машины, которые первыми прибыли по вызову миссис Эндрюс, но все равно тщательно перетряхнул содержимое и отложил в сторону записную книжку, «Путеводитель по южной Англии» и какую-то книгу, предположительно на польском. Сев за стол, Барнаби перелистал все книжки, внимательно разглядывая страницы в поисках каких-нибудь надписей, заметок, рисунков. «Путеводитель по южной Англии» был девственно чист и, кажется, вообще не читан. В блокноте нашлась пара записей на польском. Самой читаемой выглядела последняя книга: толстый том крупного формата, в мягком белом переплете с веселым рисунком красного цвета в фольклорном стиле. Края страниц были немного разлохмачены; по центру корешка шла трещина, обычно возникающая от того, что книгу слишком сильно раскрывали посередине; на обложке и отдельных страницах красовались пятна от чая и еды; отовсюду торчали листки, салфетки, обрывки газет и другие импровизированные закладки. Судя по всему, книга мистеру Гузеку была интересна и важна, раз он взял ее с собой в другую страну, несмотря на ее неудобный крупный формат, и так увлеченно читал. Барнаби потянулся к телефону на столе, по памяти набрал номер. – Сэм? Здравствуй! Это Том Барнаби. Как дела, как семья? Что? Уже в университете? Как быстро растут дети! Моя Калли? Да, тоже выросла, сейчас в Лондоне, хочет стать актрисой. Да, представь себе. Да, я звоню по делу, ты прав. Мне очень нужен переводчик с польского. Ну, я думаю, что это польский, но до конца не уверен. Блокнот с парой записей и книга. Хотя бы представлять, о чем там речь. Сэм, ты инспектор в Оксфорде, умные ребята с разнообразными знаниями ходят вокруг тебя толпами, найди мне одного. Спасибо! Буду должен. Привет Хэлен! Барнаби знал Сэма Фиппса еще с тех давних пор, когда они оба были молодыми сержантами в полиции Мидсамера, и верил в его способность в кратчайшие сроки найти нужного человека. Послезавтра, ну или даже завтра вечером. Хотя, на завтра у них с Троем была назначена встреча с кузеном Дурсля, мистером Поттером, возможно упомянутым в возможно существующем завещании.