Глава 51. Огненная формула судьбы

Воздух сгустился. Он перестал быть просто воздухом — стал вязкой массой, пахнущей кровью и горячей землёй. Лес Смерти был свидетелем тысяч боёв, но этот… этот он встретил, словно старую примету: когда два демона смотрят на третьего — деревья перестают расти, а мир замирает в ожидании. Передо мной стояли два зверя в человеческой оболочке: Гаара — безмолвная ярость песков; Орочимару — холодный голод змеиной души. И оба хотели приблизиться. К моей тьме. К огню, что не должен был существовать. Пламя давило на кожу изнутри. Клык Кьюби царапал рёбра. Не разум — инстинкт. Не сила — голод. Я вдохнул. И мир вспыхнул красно-золотой волной. Гаара двинулся первым — песок ударил вверх гигантским клином. Не просто атакой — это был приговор. Я ушёл в сторону, земля под ногами взорвалась, рванула корни, ударила камнями по дереву позади — прожигая дыру чистой силой песчаного давления. Орочимару плавно скользил, наблюдая. Интерес. Он наслаждался. Я видел, как его взгляд дрожал — не от страха, нет — от предвкушения. — Давайте же, — прошипел он. — Заставьте меня сожалеть, что я не забрал вас раньше. Гаара ударил снова — песчаная рука схватила землю, рывком разрывая её на две половины, создавая канаву прямо между нами. — Покажи, — произнёс он тихо, — кто ты. — Смерть, — ответил я. — Но не твоя. Пламя рванулось по рукам. Моя чакра поднялась, густая, плотная, почти материальная. Она не была огнём — это была память огня. Ожоги, боль, клеймо — всё, что оставил Скорпион во мне. Гаара шагнул вперёд — песок поднял его над землёй. Он будто плыл. Не человек — воплощённая пустыня. Я прыгнул ему навстречу. Мы столкнулись. И лес закричал. Песок сшибался с огнём, создавая паровые взрывы. Каждый удар превращал воздух в ударную волну. Гаара пытался замкнуть меня в когтях из песка — я рвал их пламенем, как мокрую бумагу. Он тянулся ниже — захватить ноги, лишить опоры. Я прыгал выше, отбивая подпорки его песчаных волн. Он менял форму атаки каждую секунду — клинок, молот, сеть, лавина — но я читался в этом ритме. Я видел через его ярость. Он был не чудовище. Он был ребёнок, которому дали слишком много силы и не дали ни одной причины жить. — Почему ты не боишься? — спросил он, голосом, который не должен был звучать в бою. — Потому что мне нечего бояться. Я шагнул вперёд и ударил — пламя врезалось в стену песка, прорезало её, как горячий нож. Гаара впервые покачнулся. Он не упал. Но покачнулся. Это был разлом. И Саске заметил его. — Ханзо! Отойди! — крикнул он. Он рванулся вперёд, складывая печати быстрее, чем я видел раньше. Его руки — молния. Глаза — чёрные угли. — Гоймон Рэндэн!! Гаара поднял руку — песок взвился. Саске вспыхнул молнией. А воздух между ним и Гаарой стал полем, где два мира решили схватиться. И я понял — Саске не вмешивается. Он соревнуется. Он хочет доказать, что он — не пустой. Орочимару рассмеялся тихо. — Двое сосудов. — Как же… прекрасно. Я развернулся к нему. — Чего ты хочешь? Он подошёл ближе. На полшага. На дыхание. — Тебя. Его рука метнулась — длиннее, чем должна быть, суставы растянулись, как змея. Я ударил огнём. Он ушёл в тень. Появился за спиной. Коснулся моёй метки. Боль. Боль, как будто в меня вогнали тысячу игл одновременно. Муравьи из огня пробежали по нервам. Кьюби взревел. Кровь закипела. — Ты… ключ, — прошептал Орочимару. — А я — тот, кто его повернёт. Я разворачивался с ударом. Он исчез. Появился слева. Снова исчез. Я не видел его — только то, как земля подрагивает от его движений. — Хината!! — крикнул я. — Глаза! Хината уже активировала байкуган. Её голос был дрожащий, но чёткий: — Он движется слишком быстро… но я вижу… его чакра — как… яд. — Закрой глаза, дитя, — прошептал Орочимару прямо возле её уха. Она не успела вздохнуть. Саске рванулся, отбивая его рукой. Кулак в кровь. — Не трогай её!! Орочимару отступил. На секунду. На жест. Но этой секунды было достаточно. Гаара взревел. Саске ударил снова. Песок взлетел. Пламя прорвалось. Огонь Скорпиона смешался с чакрой Лиса. И мир перед глазами стал красно-золотым, обжигающим. Я больше не думал. Я просыпался. Внутри. Глубоко. Метку Орочимару выжигало огнём. Песок Гаары ломался под рукой. Саске кричал моё имя. Хината тянулась ко мне, режа воздух ладонями. Лес дрожал. Звери молчали. Земля билась, как сердце. Я шагнул вперёд. И пламя взорвалось по моим плечам крыльями, которых не должно было существовать. Скорпион. Лис. Я. И всё вокруг поглотил ревущий, живой огонь. Сражение начиналось по-настоящему.