Том 2 глава 2: Место ночлега

Кромешная ночь. Стены Штормграда. Высокие стены королевства уходили в чернильное небо, теряясь в темноте. На них, как и каждую ночь, несли службу солдаты Ветра, суетливо дособирали конструкции рабочие и... Народ Земли? На одной из сторожевых башен, в ряду с остальными, возвышалась зенитная установка непривычного глазу образца. Её корпус отливал насыщенным зелёным цветом, а в прозрачных каналах внутри орудия пульсировала тусклая, но живая энергия того же оттенка. Рабочие как раз закончили последние штрихи сборки, когда к ним подошёл любопытный стражник. — Интересное однако вооружение... — протянул солдат Ветра, с неподдельным удивлением разглядывая невиданный механизм. Он привык к стрелам, баллистам и магии ветра, но это нечто стояло особняком. Инженер из Народа Земли, вытирая ветошью перепачканные руки, довольно усмехнулся. — А то! — ответил он с гордостью. — Наши технологии дали рост не только в военном деле, но и во многих других аспектах. — О как, — хмыкнул воин, обходя орудие по кругу. — И насколько данное оружие эффективно? Инженер переглянулся с коллегами, затем перевёл взгляд на зенитку и коротко хмыкнул. — Ну... — он сделал паузу, подбирая слова, но в глазах плясали хитрые искорки. — Скажем так, эффективность куда выше, чем у обычных катапульт. И это ещё мягко сказано. Ветер ночного Штормграда пронёсся между ними, словно тоже заинтересовавшись новым гостем на стенах королевства. — Интересно было бы взглянуть на его мощь, — с неподдельным любопытством протянул воин Ветра, продолжая разглядывать невиданное орудие. — Вот враги нагрянут — увидишь, — с лёгкой ухмылкой ответил инженер. Выражение лица солдата мгновенно изменилось. Не сдержавшись, он отвесил инженеру увесистый подзатыльник. — Ай! За что?! — возмутился тот, потирая затылок. — Уж лучше сплюнь... — сурово ответил воин, сверкнув глазами. — Не хватало нам ещё врагов здесь. Он обернулся и обвёл взглядом спящий город, остановившись на башнях замка в центре столицы. — Сын у меня в одной из школ учится, — добавил он уже спокойнее, не отрывая взгляда от огней города. — Ему ещё два года. А потом — начнёт свою взрослую жизнь. Инженер понимающе кивнул, сплюнув для порядка через плечо. — И на кого учится? Воин усмехнулся, пожав плечами. — Да откуда ж мне знать? Молчит. Говорит только, что если всё получится — дело прибыльное будет. Хорошие деньги сулит. — Ясно, — отозвался инженер. — Что ж, удачи твоему парню. Пусть всё сложится. — Спасибо, — кивнул солдат. Помедлив, поинтересовался: — А у вас в королевстве как? — В нашем государстве, — машинально поправил инженер, но тут же отвлёкся на возню позади. — Да всё гладко. Слышал, через несколько дней поезд с военными и жителями отправится в сторону столицы для... Эй! Аккуратнее с этими болтами! Боже, понабирают всяких на такую специальность! Не договорив, инженер сорвался с места и побежал распекать нерадивых новичков, возившихся с деталями установки. Солдат Ветра проводил его взглядом, коротко усмехнулся и, поправив перевязь, вернулся на свой пост, вглядываясь в темноту за стенами. Утро. Королевство Штормград. Комната/Покои Вари(Варвары). За столиком, утопая в утреннем полумраке, сидела Варя. На ней была помятая пижама, лицо хранило следы беспокойной ночи — сонное, с тёмными кругами под глазами, волосы нерасчёсанным пучком торчали в разные стороны. Она сонно зевнула, прикрывая рот ладонью, и сделала маленький глоток из чашки. Из уборной вышла Маша. Дриада выглядела немногим лучше: та же пижама, спутанные волосы, сонное личико и синяки под уставшими глазами. — Доброе утро... — пробормотала Маша, почти падая на стул напротив. У Вари нервно дёрнулся глаз. Она молча щёлкнула пальцами, и магия ветра услужливо заварила Маше свежий чай. — Ага... — выдохнула волшебница ветра, сжимая чашку. — Я бы так не сказала. Особенно после того, что произошло вчера ночью... Маша сонно зевнула, кинула в чай две ложки сахара и принялась медленно размешивать. — И не говори, — согласилась она, сделав первый глоток. Варя тоже отпила из своей чашки и устало откинулась на спинку стула. — И чего это Снежку потянуло на... — она запнулась, понижая голос. — Сама знаешь, на что. Маша ненадолго задумалась, а затем заговорила с видом заправского лектора: — Варь, то, что Снежка делает по ночам, называется масту... — Не надо! — Варя резко перебила подругу, выставив вперёд ладонь. — Я и сама знаю, что это. Не произноси название этого... увлечения вслух. Маша понимающе кивнула, но продолжила уже без запретного слова: — Хорошо. Так вот, это... занятие обусловлено биологической потребностью и выбросом гормонов — эндорфинов, дофамина. Оно помогает нашей Снежке снимать стресс, улучшает настроение и физическое самочувствие. Это здоровый способ изучения собственного тела, который не вызывает никаких заболеваний, а является естественной частью сексуального здоровья человека. — Ясно... Спасибо, — Варя благодарно кивнула за столь исчерпывающую лекцию, хотя щёки её слегка порозовели. — Но всё равно непривычно осознавать, что наша тихая, скромная подружка — вот... такая. Маша тихо хихикнула в чашку. — Варь, знаешь же поговорку: не цени книгу по обложке... — ...потому что в ней может быть интересное содержание, — закончила Варя, закатывая глаза. — Знаю я её. Но всё равно не верится. Она снова отпила чай, задумчиво глядя в окно. — Просто я бы скорее поверила, что такое вытворяет Алёнка, а не наша тихоня... И в ту же секунду Варя осознала, что ляпнула лишнее. Чашка замерла в её руках. Глаза расширились. Она медленно перевела взгляд на Машу, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Воздух в комнате словно сгустился. Имя, которое они обе старались лишний раз не произносить, повисло между ними тяжёлым, болезненным напоминанием. Варя открыла рот, чтобы извиниться или как-то сгладить неловкость, но слова застряли в горле. В этот самый момент Маша решила сменить тему, пока неловкость не стала совсем удушающей. Она обвела взглядом покои подруги и вдруг заметила то, чего не хватало. — Кстати... — Маша намеренно придала голосу обыденность. — А где Снежка? Варя моргнула, выныривая из болезненных мыслей, и тоже оглядела комнату. Кровать Снежки была аккуратно заправлена — ни следа присутствия. — Не знаю, — ответила она, ставя чашку на стол. — Я проснулась — ты ещё спала. А Снежка куда-то ушла. Даже записки не оставила. В комнате повисла пауза. Девочки одновременно перевели взгляды на окно, за которым просыпался Штормград. Утренний ветер лениво шевелил лёгкие шторы, а где-то вдали кричали чайки, кружа над крышами. И в этот момент, не сговариваясь, они мысленно произнесли одно и то же: — Куда же ты подевалась, Снежка... Церковь ветряного королевства. Задний двор. На заднем дворе церкви царило умиротворение. Утренний свет мягко золотил каменные дорожки, а лёгкий ветерок игриво подхватывал опавшие листья, кружа их в медленном танце. Снежка вместе с двумя монахинями усердно подметала двор. Метлы ритмично шуршали по камням, собирая мелкий сор и пыль. — Ох, большое вам спасибо, Морозова, — с искренней благодарностью произнесла первая служительница, поправляя головной убор. — Втроём мы куда быстрее управимся. Снежка подняла взгляд и мягко улыбнулась. — Не нужно благодарностей. Мне было приятно помочь. — И всё же мы рады, что вы помогаете нам в этом, — добавила вторая монахиня, старательно сметая мусор в совок. В этот момент на заднем дворе появился Авель Розенберг. Он шёл неторопливо, облачённый в подрясник, и на его лице сияла привычная добрая улыбка. — Здравствуйте, святой отец, — в унисон произнесли служительницы, слегка склоняя головы. — Здравствуйте, Авель, — поздоровалась Снежка, продолжая держать метлу. Монашки тут же переглянулись, и первая из них осторожно заметила: — Морозова, ты не совсем правиль... — Не утруждайся, сестра, — мягко остановил её Авель, и его голос прозвучал спокойно, словно тёплый ветер. Монахиня смущённо улыбнулась, чувствуя лёгкий стыд за свою попытку сделать замечание гостье. — Вижу, вы хорошо прибрались, — одобрительно кивнул Авель, окидывая взглядом чистый двор. — Вы большие молодцы. Он задержал взгляд на Снежке, а затем перевёл его на служительниц. — Сёстры мои, ступайте выполнять прежние задачи. Те поклонились и бесшумно удалились внутрь церкви, оставив Авеля и Снежку наедине во дворе. Авель повернулся к волшебнице льда. — Благодарю тебя, Снежка, — произнёс он с той же мягкостью. — Да благословит тебя Бог Всевышний за помощь, которую ты нам оказала. Снежка засмущалась, опуская взгляд на метлу в руках. — Ну что вы, не нужно благодарностей, — тихо ответила она. — Мне было нетрудно. Честно. Авель улыбнулся, принимая её ответ. — Раз так — то как скажешь, — кивнул он. — Но всё равно спасибо тебе. В наше время не каждый готов помочь церкви. Особенно та, кто приходит сюда с такой болью в сердце, как у тебя. Его последние слова прозвучали тихо, но проницательно. Он смотрел на Снежку с пониманием, не требуя ответа, просто признавая то, что видел. — Снежка, — мягко обратился он к ней, — есть ли у тебя свободное время или тебе нужно идти? Она задумалась на мгновение, теребя край одежды. — Ну, на самом деле дел у меня никаких нет, за исключением одного... — её голос дрогнул, и она слегка сгрустнула, проговаривая последние слова. — Вы понимаете, о чём я... Авель улыбнулся той же тёплой, понимающей улыбкой. — Не волнуйся, — произнёс он спокойно. — Это ненадолго. У тебя будет время на... То, что ты хочешь сделать. Снежка кивнула, чувствуя, как тревога внутри немного отпускает. Она доверяла этому человеку. Авель повернулся к ней спиной и направился в сторону церкви. — Ступай за мной, — бросил он через плечо. Снежка последовала за ним.

***

Они поднимались по каменным ступеням вверх. Авель шёл впереди уверенным, размеренным шагом, а Снежка следовала за ним, с любопытством разглядывая старинные стены, видевшие не одно поколение прихожан. Через несколько минут они оказались в длинном коридоре. Свет проникал сквозь узкие витражные окна, раскрашивая пол разноцветными бликами. — Идём... — сказал Авель и направился прямо. Снежка задержалась на секунду, оглядываясь по сторонам, но затем поспешила за ним. Они остановились у массивной деревянной двери. Авель осторожно нажал на ручку, и дверь с тихим скрипом отворилась. Изнутри донёсся странный звук — Пения? — Заходи, — пригласил он, жестом указывая внутрь. Снежка заколебалась. Она подняла взгляд на лицо Авеля — в его глазах читалось лишь спокойствие и доброта. Сделав глубокий вдох, она перешагнула порог. Авель вошёл следом, мягко прикрывая за собой дверь. Они вошли. Снежка огляделась и поняла, что оказалась на смотровой площадке — небольшом балконе, нависающем над главным залом церкви. Авель направился к перилам, и она последовала за ним. Подойдя к краю, отец Розенберг посмотрел вниз. Снежка сделала то же самое. Внизу, в залитом утренним светом пространстве, монахини стройным хором пели молитву. Их голоса поднимались ввысь, заполняя каждый уголок храма и достигая самого балкона. Пение было чистым, пронзительным и невероятно красивым. — Как тебе? — тихо спросил Авель, не отрывая взгляда от происходящего внизу. — Очень красиво, — искренне ответила Снежка, чувствуя, как внутри разливается тепло. Она наслаждалась этим моментом, позволяя музыке омывать свою встревоженную душу. Некоторое время они слушали молча. Затем Авель заговорил снова: — Я был слегка удивлён вчера, — начал он, по-прежнему глядя вниз. — Тем, что ты знаешь молитву церкви государства льда и его религии. Снежка на мгновение смутилась. — Ну, не то чтобы я её знаю, — осторожно ответила она. Авель повернул голову и озадаченно посмотрел на неё. Волшебница льда, почувствовав необходимость объясниться, торопливо продолжила: — Просто я не особо заинтересована во всём этом, если честно. Просто мама когда-то водила меня сюда и научила той молитве, которую сама знала. Вот и всё. — Вот оно как, — Авель понимающе кивнул и вновь перевёл взгляд вниз, на поющих монахинь. — Но если так, то я рад, что она обучила тебя этому. Знания, переданные от сердца к сердцу, — самые ценные. Снежка мягко улыбнулась, чувствуя благодарность к матери за тот далёкий урок. Они снова замолчали, погрузившись в созвучие голосов, что поднимались к ним снизу, словно касаясь самого неба. После разговора и упоминания молитвы Снежка вдруг вспомнила о подруге, которая томилась в плену у Вэйла. Неизвестность терзала душу — что сейчас с Алёнкой? Где она? Жива ли? В глазах волшебницы льда предательски защипало. По щеке скатилась первая слеза, за ней вторая. Снежка изо всех сил старалась сдержаться, но тело предательски дрожало от подступающих рыданий. И тут перед её лицом возник белоснежный платок, парящий в воздухе. Она удивлённо обернулась — Авель, мягко улыбаясь, управлял им с помощью магии ветра. — Спасибо... — прошептала Снежка, принимая платок и вытирая мокрые дорожки на щеках. — Я могу понять тебя, дитя, — тихо произнёс он, и в его голосе прозвучала такая глубокая, неподдельная печаль, что Снежка замерла. — Мне тоже пришлось пройти через это... Она подняла на него заплаканные глаза, в которых читалось недоумение. — Что вы имеете в виду? — осторожно спросила волшебница. Авель встретил её взгляд и не отводил его несколько долгих секунд. Затем медленно, словно совершая болезненный ритуал, достал из-под одежды старый потёртый кулон. Щелчок — и медальон раскрылся, являя миниатюрный портрет. — Софи, — выдохнул он имя, и в этом единственном слове смешались любовь, нежность и бесконечная горечь. Снежка всмотрелась в изображение. С портрета на неё смотрела девушка лет пятнадцати-семнадцати. Короткие тёмные волосы обрамляли юное лицо, темно-фиолетовые глаза лучились мягким светом, а на губах застыла спокойная, добрая улыбка. — Моя дочь, — голос Авеля дрогнул, но он продолжил. — Я растил её один. Её мама, моя супруга, погибла при родах. Он замолчал, и на его лице мелькнула тень той давней боли, а затем — тёплая улыбка, осветившая черты. — Я воспитывал её, растил, любил... И она меня любила. Мы были счастливы. Улыбка исчезла, сменившись мрачной тенью. Его лицо словно окаменело. — А затем... — в голосе мелькнула едва сдерживаемая ярость, — она погибла. Снежка затаила дыхание. — Она не обладала моей магией ветра. Совсем обычная. Однажды она вышла на балкон нашего дома... Старые доски не выдержали. Отломились. Она упала лицом вниз и... Он не договорил. Повисла тяжёлая тишина, в которой слышалось лишь пение монахинь да где-то вдалеке крик чайки. Взгляд Авеля стал нервным, в глубине тёмных глаз полыхнула искра гнева, тут же погашенная усилием воли. — Поэтому, — продолжил он уже мягче, беря себя в руки, — я надеюсь, что ты, Снежка, сможешь найти Алёнку. Ту, что, как я понял, стала тебе очень дорога. — Верно... — едва слышно прошептала Снежка, потрясённая историей священника. Она снова посмотрела на кулон, на улыбающуюся Софи, и вдруг остро осознала, что Авель понимает её боль лучше, чем кто-либо другой. Потому что тоже знает, каково это — бояться потерять самого дорогого человека. — Я наверное пойду... — тихо сказала Снежка, чувствуя, что сейчас лучше оставить священника наедине с его воспоминаниями. Авель не ответил. Он продолжал смотреть вниз, на поющих монахинь, и Снежка вдруг заметила, как на его щеке блеснула одинокая слеза. Она скатилась по гладкому лицу и исчезла в одеждах, словно её и не было. — Ступай, — едва слышно произнёс он, так и не повернув головы. Снежка молча кивнула, хотя понимала, что он не видит этого жеста. Она развернулась и тихо направилась к выходу с балкона, но перед тем как уйти, задержалась на мгновение, бросив прощальный взгляд на ссутулившуюся фигуру отца Авеля. Он стоял неподвижно, опершись руками о перила, и вслушивался в пение, которое теперь, казалось, звучало только для него одного. Для него и для той, чей портрет остался спрятанным под одеждой, у самого сердца. Снежка вышла, мягко прикрывая за собой дверь, и направилась вниз, в главный зал церкви — молиться за подругу. А Авель остался на балконе, погружённый в свои мысли, в свою боль и в ту бесконечную любовь к дочери, которую не смогло остановить даже время. Тронный зал правителей ветра. Просторный зал, освещённый потоками дневного света, льющимися сквозь высокие витражные окна, хранил торжественную тишину. В центре, у тронов, стояло большое позолоченное зеркало, поверхность которого мерцала магическим свечением — через него поддерживалась связь с собеседницей. — Как я и сказала, мы должны оставаться начеку, — голос Василисы Васильевны звучал твёрдо и настойчиво. — Вэйл может вторгнуться и к вам, и ко всем остальным королевствам. Аэрон, король Штормграда, внимал её словам с каменным лицом. Светлокожий блондин с аккуратной бородой и голубыми глазами, он выглядел ровно на свои тридцать с небольшим лет — статный, уверенный, облачённый в роскошные королевские одежды, подчёркивающие его статус. Рядом с ним восседала Эмира, королева Штормграда. Тёмно-коричневые волосы волнами спадали на плечи, а фиолетовые глаза смотрели с королевским достоинством. Её наряд, не уступающий супругу в великолепии, дополнял образ мудрой правительницы. — Даже если он вторгнется к нам, у него вряд ли будут шансы, — уверенно заявил Аэрон, слегка подаваясь вперёд. — Благодаря королевству Земли мы смогли обеспечить себе и нашему народу хорошую защиту. Новые установки на стенах, зенитные орудия... — Не стоит недооценивать нашего противника, — прервала его Василиса Васильевна, и в её голосе послышались стальные нотки. — Мы не знаем, что у него на уме. Вэйл уже однажды доказал, что способен нанести удар там, где его не ждут. Эмира переглянулась с мужем и мягко вступила в разговор: — Допустим, мы сможем отстоять Штормград. Хотя, если честно, это не главное — жизнь жителей куда важнее любых стен. — Она сделала паузу, подбирая слова. — Но что мы будем делать дальше? Мы не знаем, где он находится. Мы не знаем, где его логово. В тронном зале повисло короткое, напряжённое молчание. Даже ветер, обычно вольготно гуляющий по коридорам замка, словно затаился. — Это стоящий вопрос, — наконец отозвалась Василиса. — И вы не единственная, кто его задаёт. — Она помедлила. — Но в крайнем случае лучше всего будет убить Вэйла. Без него его карточный домик рассыплется, а планы будут обречены на провал. — У вас уже есть план? — оживился король, подаваясь вперёд. — Разумеется, — кивнула Василиса, но в её голосе проскользнула осторожность. — Однако я не даю гарантий, что он пройдёт успешно. — Она сделала паузу. — В критическом положении я буду вынуждена прибегнуть к плану «Б». Эмира вопросительно приподняла бровь. — И в чём же заключается ваш план «Б»? — с любопытством, смешанным с тревогой, спросила королева. Василиса Васильевна открыла рот, чтобы ответить, но внезапно отвела взгляд в сторону, словно услышав что-то за пределами видимости зеркала. — Пока рано, — сказала она после затянувшейся паузы. — Для этого плана мне нужно будет заручиться согласием... Впрочем, сейчас мне нужно идти. Конец связи. Поверхность зеркала пошла рябью, свечение померкло, и через мгновение оно вновь стало обычным отражающим стеклом, в котором виднелись лишь двое правителей и пустой тронный зал позади них. Аэрон и Эмира переглянулись, и в глазах обоих читалась одна и та же мысль: положение дел куда серьёзнее, чем им хотелось бы признавать.

***

— Уже всё закончили, милорд, — советник почтительно склонил голову, обращаясь к королю. Аэрон стоял у каменных перил балкона, опершись о них руками, и пристально вглядывался в сторону городских стен. Ветер трепал его светлые волосы, но король, казалось, не замечал этого. — Они в этом уверены? — спросил Аэрон, не оборачиваясь. — Можете не беспокоиться, — ответил советник, выпрямившись. — Инженеры Земли несколько раз проверили… как они их называют, зенитные установки. Всё функционирует безупречно. Он деликатно прокашлялся и продолжил: — Также с прошлой недели идёт обучение наших солдат использованию огнестрельного оружия. Аэрон наконец обернулся. Взгляд его голубых глаз был тяжёлым, испытующим. — Однако нужно понимать, что, в отличие от зенитного вооружения, огнестрельное оружие, которое будет использовать армия Ветра, всё ещё тестовое. Так сообщил правитель Земли. С этими словами король покинул балкон, возвращаясь в тронный зал. Советник последовал за ним, держась на почтительном расстоянии. — Убежища готовы? — бросил Аэрон через плечо. — Да, мой король, — поспешно ответил советник. — На случай нападения все жители будут эвакуированы согласно утверждённому плану. — Хорошо, — кивнул Аэрон, останавливаясь у трона. — Но лучше лично проверьте их состояние. Чтобы, как говорят инженеры Земли, не произошло никаких сбоев. Советник низко поклонился. — Я могу идти? Король не ответил. Он лишь пронзил советника долгим, тяжёлым взглядом, в котором читалось: «Ты ещё здесь?» Советник понял всё без слов. Ещё раз поклонившись, он бесшумно покинул тронный зал, оставляя короля наедине с его мыслями и тревогами о грядущем.

***

Тренировочный зал. В центре просторного помещения, уставленного тренировочными манекенами и стойками с оружием, разгорелся бой на деревянных мечах. Варя и Маша сошлись в спарринге, хотя слово «разгорелся» здесь вряд ли уместно — бой подходил к концу. Они отрабатывали боевые навыки. Время сейчас требовало быть в физической и боевой форме — никто не знал, когда может понадобиться умение защищать себя и других. За поединком наблюдали двое. Снежка сидела на скамье у стены, а рядом с ней расположился Корвин. Одет он был просто, по-уличному: джинсы, спортивная обувь, футболка тёмно-фиолетового цвета и жилетка поверх неё. Причёска оставалась прежней — тёмно-синие волосы, чёлка закрывает правый глаз, бледно-розовая кожа выдавала его не совсем человеческое происхождение. На площадке прогремела серия ударов. Маша, тяжело дыша, пошатнулась и рухнула на пол, выронив деревянный меч. — Думаю, на сегодня хватит, — усмехнулась Варя, протягивая подруге руку. — Тебе-то точно на сегодня всё, — проворчала Маша, хватая её за ладонь и с трудом поднимаясь на ноги. — Тебе ведь со мной и Снежкой пришлось отрабатывать атаки. Я тут одна отдувалась. К ним уже подходили Корвин и Снежка — с полотенцами и бутылками воды. — Как себя чувствуешь? — спросил Корвин, протягивая Маше полотенце. — Выдохлась, — честно призналась Маша, вытирая пот с лица и шеи. — Спасибо. Варя приняла полотенце от Снежки и тоже принялась вытираться, пытаясь отдышаться после интенсивной тренировки. — Тебе бы тоже не помешало потренироваться, Корвин, — заметила она, покосившись на парня. — Мне этого не нужно, — спокойно ответил он, пожав плечами. — Но спасибо, что предложила. Снежка мягко улыбнулась, переводя взгляд с одной подруги на другую. — На сегодня отдых нам не помешает. Вы обе молодцы. В этот момент дверь отворилась, и в зал вошли правительница Штормграда, королева Эмира, а рядом с ней — темноволосая служанка. Ребята синхронно обернулись, встретившись с ними взглядом. — Привет, мам, — первой отозвалась Варя, чуть расслабляясь при виде матери. — Здравствуй, доченька, — тепло ответила Эмира, после чего обвела взглядом остальных. — Здравствуйте, девочки. Здравствуй, Корвин. Маша, Снежка и Корвин молча кивнули в ответ, соблюдая положенное уважение к правительнице. — Вижу, закончили тренировку? — Эмира указала взглядом на убранные в сторону деревянные мечи. — Верно, — отозвалась Маша, вытирая шею полотенцем. — Мы тренируемся на случай нападения. Чтобы быть в форме, если вдруг... — Но надеюсь, этого не произойдёт, — тихо вставила Снежка, сжимая в руках бутылку с водой. Взгляд королевы изменился — стал жёстче, недовольнее. — Этого и не произойдёт, — твёрдо произнесла Эмира. — По крайней мере, вы с этим не столкнётесь. Варя нахмурилась, не понимая. — Что ты имеешь в виду, мама? — в голосе принцессы проскользнула тревога. Королева перевела взгляд с дочери на остальных и обратно, словно принимая решение. — Выйдем, поговорим, — коротко бросила она. — Хельда, за нами. Темноволосая служанка бесшумно кивнула и последовала за королевой и принцессой, когда те направились к выходу. Дверь закрылась, оставляя Машу, Корвина и Снежку в напряжённой тишине тренировочного зала. Они переглянулись, застыв в ожидании. — Не к добру это, — тихо произнесла Снежка, и её голос дрогнул. Словно в подтверждение её слов, из-за закрытой двери донеслись приглушённые голоса, быстро переросшие в крики. Слова было невозможно разобрать — только интонации: резкий, властный голос королевы и взволнованный, почти умоляющий — Вари. И было совершенно ясно, кто на кого кричит. После этого за дверью полыхнула фиолетовая вспышка, за которой последовала оглушительная тишина. Спустя несколько секунд дверь распахнулась, и в зал вошли Варя и Хельда. Лицо принцессы пылало едва сдерживаемой яростью. — Всё плохо? — монотонно, без тени эмоций спросил Корвин. Варя не ответила. Она лишь вскинула руку, и магия ветра сорвалась с её пальцев — стоящие рядом манекены с грохотом повалились на пол, разлетаясь в стороны. — Видимо, да, — тихо констатировала Маша, наблюдая за последствиями магической вспышки. — Варечка, что стряслось? — Снежка шагнула вперёд, голос её дрожал от тревоги. Варя тяжело дышала, пытаясь успокоиться. Наконец она подняла взгляд на друзей и огорчённо вздохнула, признавая поражение. — Собирайте вещи. Ребята переглянулись. Удивление мелькнуло на их лицах, но быстро сменилось пониманием. — Мама сказала нам уехать, — голос Вари звучал глухо, с металлическими нотками. — Для моей и вашей безопасности. — Она кивнула в сторону служанки. — В сопровождении отправила Хельду. Повисло тяжёлое молчание. Первой не выдержала Снежка: — Но как же жители? — в её голосе звучало искреннее возмущение. — Вдруг, когда начнётся вторжение, кому-то понадобится помощь? Солдатам, жителям... Мы не можем просто уехать и бросить всех! — Что ж... — Корвин скрестил руки на груди, его единственный видимый глаз сузился. — Видимо, иного выхода у нас нет. — Ошибаешься, — твёрдо сказала Варя. Все трое озадаченно уставились на неё. Принцесса перевела взгляд на Хельду, стоящую чуть поодаль с бесстрастным лицом. — Ты ведь поможешь нам, пожалуйста? — в голосе Вари, только что звучавшем сталью, теперь слышалась мольба. — Пожалуйста, Хельда... Хельда медленно перевела взгляд на принцессу. Её тёмные глаза скользнули по лицу Вари, затем по остальным, задержались где-то в стороне, словно она взвешивала каждое слово просьбы. Тишина затягивалась, становясь невыносимой. Несколько лет назад. Хельда медленно брела по бесконечным коридорам замка, направляясь в крыло, где располагались покои принцессы Варвары. Мысли путались, сменяя одна другую — она пыталась подобрать нужные слова, чтобы проведать девочку после того, что случилось. Остановившись перед массивной дверью, служанка замерла, собираясь с духом. Несколько глубоких вдохов — и она подняла руку, чтобы постучать. — Ваше Высочество... — Я же сказала не беспокоить меня! — резкий, почти истеричный голос из-за двери оборвал её на полуслове. Хельда вздохнула. Даже сквозь дубовую преграду она уловила в тоне принцессы не только раздражение, но и что-то другое. Слабость. Боль. Отчаяние. — Принцесса, — мягко произнесла она, прижимая ладонь к двери. — Это Хельда. Тишина. Такая густая, что, казалось, её можно было резать ножом. Ни звука, ни шороха — только собственное дыхание и стук сердца в ушах. А потом раздался щелчок отпираемого замка. Дверь медленно приоткрылась, явив щель, в которой виднелся лишь край фиолетового платья. — Проходи... — голос Вари звучал глухо, надломленно. Хельда переступила порог, не оборачиваясь. Дверь за её спиной закрылась, и щелчок замка прозвучал неожиданно громко в повисшей тишине. Только тогда служанка позволила себе обернуться. Перед ней стояла юная принцесса. Фиолетовое платье с ветреными узорами, расшитое серебряной нитью, выглядело неуместно празднично на фоне того, что творилось у девочки внутри. Лицо Вари было мокрым от слёз, глаза покраснели, нос шмыгал — она явно плакала долго и безутешно. Варя торопливо вытерла щёки тыльной стороной ладони, но новые слёзы уже наворачивались на ресницы. Она отводила взгляд, не в силах смотреть на служанку — на её лице читался стыд. Ей, принцессе, было неловко проявлять слабость перед прислугой. — Прости, Хельда... — голос девочки дрогнул. — Что проявляю слабость... Так неловко... Хельда молчала какое-то мгновение, просто глядя на неё. Её лицо оставалось спокойным, но затем на губах расцвела тёплая, понимающая улыбка. — Всё в порядке, Варь, — мягко сказала она, опускаясь на пушистый ковёр посреди комнаты и раскидывая руки в стороны, словно приглашая в объятия. — Подойди ко мне. Варя подняла на неё удивлённые, заплаканные глаза. Варя сделала несколько неуверенных шагов и уткнулась лицом в объятия Хельды, прижимаясь к ней всем телом, словно ища спасения от всего мира. Для Вари она не была просто служанкой. Хельда стала ей подругой. А может, даже больше — матерью, которой так не хватало в моменты, когда королевские обязанности забирали родителей. Она всегда заботилась о принцессе. Спрашивала, как та поживает, когда они случайно встречались в коридорах. Они играли в чаепития в укромных уголках замка, использовали магию ветра для забав — хотя магию использовала только Варя, ведь Хельда родилась без неё. Обычная, простая девушка, которую в детстве многие гнобили за отсутствие дара. Но Варю это никогда не волновало. Она не была разочарована в своей подруге. Наоборот — Хельда стала тем человеком, который успокаивал её, когда становилось невыносимо. Когда родители отчитывали за проступки. Когда весь мир, казалось, оборачивался против неё. Хельда обняла девочку в ответ. Одной рукой прижимала к себе, другой мягко гладила по светлым волосам, пока Варя всхлипывала у неё на груди. — Всё в порядке, — тихо шепнула Хельда, и в её голосе впервые за долгое время проступила та мягкость, которую она обычно прятала за каменным лицом и бесстрастными глазами. — Я с тобой. Варя продолжала всхлипывать, не в силах ответить. — Они... Они изгнали его, — наконец выдавила она сквозь слёзы. Хельда лишь поцеловала её в макушку. — Тссс... Я знаю, Варь. — То, что он обычный парень, не делает его хуже меня или родителей, — голос принцессы дрожал от обиды. — Но они всё равно изгнали его. Просто потому что он не из знатного рода... — Понимаю, — Хельда продолжала гладить её по голове, чувствуя, как слёзы девочки пропитывают ткань её платья. Варя отстранилась ровно настолько, чтобы заглянуть в лицо подруги. — Вот была бы ты королевой... — она шмыгнула носом. — Ты бы изгнала его? Хельда встретила её заплаканный взгляд и ответила почти без паузы: — Разумеется, нет. — Она мягко улыбнулась. — Он ведь твой друг, Варь. Принцесса надула губы, но в глазах уже забрезжил слабый свет. — Не единственный, — тихо сказала она, снова опуская голову на грудь девушки. — Ты ведь тоже мне друг, Хельда. Хельда замерла на мгновение, обдумывая услышанное. — Твоя подруга — простолюдинка, принцесса? — спросила она с лёгкой, едва заметной усмешкой. Варя, понемногу приходя в себя, твёрдо ответила: — Да. Хельда снова улыбнулась — той редкой, тёплой улыбкой, которую берегла только для неё. — Ну тогда, — она чуть крепче обняла девочку, — я умная, а ты красивая. И в этой незамысловатой фразе было столько тепла и принятия, что Варя, всхлипнув в последний раз, почти успокоилась. Почти. Несколько часов спустя. Кромешная ночь накрыла королевство плотным одеялом тьмы. Большая часть народа уже видела десятые сны, и лишь редкие огоньки в окнах да силуэты стражников на стенах напоминали о том, что жизнь не замирает полностью. Среди каменных стен замка, крадучись, двигалась фигура в тёмном плаще. Варя оделась максимально удобно, но закрыто — никаких развевающихся нарядов, только практичная одежда, способная защитить от ночного холода и скрыть в тенях. Она направлялась к причалу, где среди множества больших парящих кораблей стоял один маленький — её билет на свободу, за пределы королевства. Шаги. Варя замерла. Металлический лязг доспехов — стража. Она метнулась в сторону, ища укрытие, но чья-то рука резко схватила её, зажала рот ладонью и втянула в глубокую тень арки. Сердце бешено колотилось. Варя попыталась вырваться, но хватка была крепкой, а рука на рту — непроницаемой. Стража прошла мимо. Факел осветил брусчатку, на мгновение скользнул по арке, но никого не заметил. Солдаты двинулись дальше, патрулируя территорию. — Куда намылилась, подруга? — раздался знакомый шёпот, и рука наконец отпустила. Варя резко обернулась. Из тени выступила Хельда, и даже в темноте принцесса разглядела её спокойное, чуть насмешливое лицо. — Хельда! Я... — начала Варя, но палец служанки коснулся её губ. — Тссс... — Хельда приложила палец к своим губам, призывая к молчанию. — Следуй за мной. Они ловко проскользнули мимо постов, ныряя в тени и используя каждую складку местности как укрытие. Хельда знала замок как свои пять пальцев — каждую щель, каждый потайной ход. Вскоре они оказались у причала. Маленький кораблик покачивался среди громадин военных судов, пришвартованных к воздушной пристани. — Спасибо тебе, Хельда, я... — Варя попыталась выразить благодарность, но служанка мягко перебила её. — Расслабься, Варь. Я понимаю. — Хельда смотрела на неё с той редкой теплотой, которую берегла только для принцессы. — На твоём месте я бы поступила так же. Варя кивнула, комок в горле мешал говорить. Она открыла рот, чтобы спросить... — Если хочешь спросить, как я узнала о твоём побеге, — перебила Хельда, — то объяснять не стану. Просто знай: у меня свои источники. Варя закрыла рот, проглотив вопрос. Вместо этого она шагнула вперёд и крепко обняла подругу. Хельда, помедлив мгновение, обняла в ответ. — Я благодарна тебе, — прошептала Варя в плечо служанки. — Ты столько для меня сделала... Я даже не знаю, что говорить. — Говорить и не нужно, Варь, — тихо ответила Хельда, погладив её по спине. Она отстранилась и перевела взгляд на маленький кораблик, затем снова на принцессу. — А теперь ступай на борт и плыви. Думаю, родители переживут твою несостоявшуюся коронацию. Варя всхлипнула, но улыбнулась. Она кивнула, развернулась и быстрым шагом направилась к кораблю. Закинув сумку, она уселась на место рулевого, схватилась за весло и обернулась. Хельда стояла на причале. Лицо её, как обычно, не выражало эмоций — каменная маска, надёжно скрывающая всё, что внутри. Но вдруг маска треснула: Хельда улыбнулась — тепло, открыто, по-настоящему. И подняла руку, махая на прощание. — Желаю удачи в поступлении в магический колледж! — крикнула она, и голос её эхом разнёсся над пристанью. Варю накрыло волной эмоций. Слеза скатилась по щеке, но она улыбалась сквозь неё. — Обязательно! — крикнула она в ответ, изо всех сил загребая веслом. Кораблик плавно оторвался от причала и поплыл в ночное небо, унося принцессу в новую жизнь. А Хельда всё стояла и махала, пока силуэт подруги не растворился в темноте среди мерцающих звёзд и огней спящего Штормграда. Настоящее время.

Несколько часов спустя.

Сказочный патруль, Корвин и Хельда шли по одной из тихих улочек столицы. До этого они проделали путь в повозке, которая должна была доставить их в укромное место — подальше от глаз, подальше от опасности, подальше от королевского указа. Теперь же они остановились у неприметного здания. Хельда уверенно шагнула вперёд и толкнула дверь. Остальные последовали за ней. Внутри оказался небольшой, но уютный ресепшен. За стойкой сидела девушка, увлечённо читающая книгу. Услышав звук открывающейся двери, она подняла глаза и расплылась в тёплой улыбке. — О, Хельда! — радостно воскликнула она, откладывая книгу в сторону. Хельда и остальные подошли к стойке. — Привет, Мэй, — отозвалась Хельда с непривычной для неё мягкостью в голосе. — Сколько не виделись с последнего раза? Девушка за стойкой тихо хихикнула. — И правда, целая вечность прошла! — Мэй окинула взглядом компанию. — Ты пришла заселяться? О, и не одна, как я погляжу. Девочки и Корвин молчали, предоставляя Хельде вести разговор. Та и не возражала. — Да. Это Сказочный патруль, — Хельда кивнула в сторону подруг, — а это Корвин. Нам бы заселиться. Мэй внимательно посмотрела на Хельду, и её улыбка слегка померкла, сменившись понимающим выражением. — Вот как... Что-то стряслось? — осторожно спросила она. Хельда коротко кивнула. — Верно. Если говорить проще — укрываю Варвару с её друзьями. — Она сделала паузу, бросив взгляд на принцессу. — А если ещё точнее — они хотят помочь Штормграду. Защищать жителей, которые не успеют укрыться, когда начнётся... Девочки ошарашенно уставились на Хельду. Та спокойно, без тени сомнения, раскрыла присутствие принцессы перед незнакомкой. Варя напряглась, Маша переглянулась со Снежкой, и только Корвин сохранил невозмутимость. Он внимательно наблюдал за реакцией Мэй, рассудив, что Хельда вряд ли стала бы так легко разбрасываться словами, не будь у неё веских причин доверять этой девушке. Мэй выслушала, ничем не выдав удивления. Лишь понимающе кивнула. — Хорошо, — просто сказала она и, достав из-под стойки ключи, протянула их Хельде. — Третий этаж, тридцать седьмая. Дальше найдёте. Затем она перевела взгляд на Варю — и в этом взгляде не было ни подобострастия, ни любопытства, только спокойное уважение. — Не беспокойтесь, Варвара, — твёрдо, но мягко произнесла Мэй. — Я умею хранить тайны. И никому не проболтаюсь. Обещаю. Варя слегка кивнула, принимая её слова. — Идёмте, — коротко бросила Хельда, направляясь к лестнице. Остальные молча последовали за ней, оставляя Мэй за стойкой — вновь одну, с книгой и с чужими секретами, которые она обещала сохранить.

Несколько минут спустя.

Ребята разобрали вещи и разошлись по трём спальням. В одной поселилась Хельда, во второй — Сказочный патруль, в третьей — Корвин. Сейчас все они собрались в небольшой, но уютной гостиной. Девочки и Корвин расположились на диване и креслах, когда дверь одной из спален отворилась и оттуда вышла Хельда с длинной сумкой через плечо. — Хельда, — тут же отозвалась Варя, не скрывая лёгкого недовольства в голосе. — Может, объяснишь, что это только что было? Хельда остановилась, перевела взгляд на принцессу и после недолгой паузы тяжело вздохнула. — Хорошо, — сказала она, опуская сумку на пол и с удобством устраиваясь в кресле напротив. — Прежде чем ты начнёшь меня отчитывать — хотя я знаю, что ты не собиралась, — начала Хельда, глядя прямо на Варю. — Скажу одно: Мэй — моя подруга. Мы знакомы с детства, и мы с ней… не разлей вода. Она обвела взглядом слушателей, убеждаясь, что они внимают каждому слову. — Я часто говорила ей о тебе, Варь. Ей было интересно, и в то же время… ну, ты сама понимаешь. Она всегда хорошо к тебе относилась, даже не будучи знакомой лично. И к счастью, сейчас она работает здесь администратором. Как ты уже поняла, она согласилась нам помочь. И за оплату взяла лишь половину положенной суммы. Девочки переглянулись. Варя внимательно выслушала, и напряжение в её плечах слегка спало. — Хорошо, — наконец кивнула она, чуть смягчившись. — Я рада, что у тебя есть такая… — А что в этой сумке? — неожиданно перебила Снежка, указывая на длинный свёрток у ног Хельды. Хельда перевела взгляд на волшебницу льда, затем на сумку. Уголок её губ чуть приподнялся — в намёке на улыбку или одобрение вопроса. Она поднялась, расстегнула молнию и одним движением вытряхнула содержимое на свободный диван. Холодно блеснул металл. — Нам же нужно будет оружие для защиты жителей, — спокойно пояснила Хельда, наблюдая за реакцией. — Не будете же вы биться голыми руками. В общем, выбирайте. На диване лежали несколько мечей разной длины и формы, пара кинжалов с изящной гравировкой, небольшой лёгкий топорик и даже тонкий стилет, больше похожий на произведение искусства, чем на оружие. Ребята переглянулись, после чего поднялись и подошли к импровизированному арсеналу. Глаза загорелись азартом — каждый присматривался, прикидывал, примерялся к будущему клинку, который, возможно, спасёт чью-то жизнь. Выбирать оружие не стала только Варя — её собственный ветряной меч уже был призван и ждал своего часа. Корвин, недолго думая, выбрал саблю. Клинок удобно лёг в руку, словно был создан специально для него. Снежка остановилась перед нагинатой — японским алебардой на длинном древке. Её пальцы осторожно скользнули по гладкой поверхности, примеряясь к балансу. Маша застыла в нерешительности. Она перебирала мечи, примерялась, взвешивала в руке — и никак не могла определиться. В итоге, вздохнув, взяла самый обычный, ничем не примечательный меч. Просто чтобы было. Хельда молча собрала оставшееся оружие обратно в сумку и, застегнув её, перевела взгляд на Машу. — Маш, — позвала она. Девушка обернулась, всё ещё крутя в руках выбранный меч. — Да? — Ты умеешь стрелять из огнестрельного оружия? Маша кивнула, не придавая вопросу особого значения. Хельда скрылась в своей комнате и через минуту вернулась, неся в руках арбалет — компактный, но явно мощный, с удобным прикладом и оптическим прицелом. — Держи. — Она протянула оружие Маше. — Думаю, это тебе подойдёт больше, чем меч. Маша приняла арбалет, бережно, почти с благоговением. Её пальцы сами нашли нужные выемки, глаза пробежались по механизму, оценивая, взвешивая, запоминая. Она явно знала, с чем имеет дело. — Спасибо, — тихо сказала она, улыбнувшись уголками губ. Все определились с оружием. Корвин, Снежка и Маша молча кивнули, показывая, что выбор сделан. Варя наблюдала за ними, опершись на свой светящийся клинок. — Хорошо, — подвела черту Хельда, удовлетворённо оглядывая компанию. — Теперь подберём для вас защиту. Без неё далеко не уйдёте. — Хорошо, но, Хельда, можно вопрос? — осторожно спросила Снежка. Хельда посмотрела на неё и молча кивнула. — Это, конечно, хорошо, что ты предоставила нам оружие, но... откуда у тебя нагината, если она из Японии?

Несколько часов спустя.

Наступил конец вечера. Храм Ветра уже погрузился в сумерки, когда из его дверей вышли пожилая женщина и молодой священник. — Ох, спасибо вам большое, Авель Розенберг! — женщина тепло улыбнулась, сжимая в морщинистых руках небольшой узелок. Парень лишь скромно улыбнулся в ответ. — Не меня вам стоит благодарить, мэм, — мягко произнёс он. — Всё лишь благодаря Господу Богу. Ему и говорите спасибо. Я же — лишь последователь и проводник его воли. Женщина покачала головой, но улыбка её стала ещё теплее. — И всё же вы такой добрый человек, — сказала она, собираясь уходить. — Спокойной ночи вам. — Спокойной ночи, — отозвался Авель, провожая её взглядом. Она обернулась на прощание, помахала молодому священнику и скрылась в вечерних сумерках. Авель постоял ещё мгновение, глядя ей вслед, затем развернулся и вошёл обратно в храм. Дверь за ним закрылась с тяжёлым, глухим стуком. Он остановился в центре пустого зала. Взгляд его поднялся к изображению Бога Ветра — лику, сотканному из света и теней, что вечно колыхались от движения воздуха. Авель улыбался, глядя на него. Но улыбка сползла с его лица, сменившись холодной, сосредоточенной серьёзностью. Он двинулся в сторону стены, где тускло мерцали догорающие свечи в настенном канделябре. Подойдя вплотную, его пальцы коснулись металла, нащупали скрытый механизм и резко дёрнули канделябру вниз. Глухой щелчок — и где-то внутри стены заскрежетали шестерни. Часть стены рядом с ним бесшумно сдвинулась вглубь, а затем плавно уехала в сторону, открывая тёмный проём. Авель шагнул внутрь, и стена тут же вернулась на место, скрыв проход от посторонних глаз. Коридор, в котором он оказался, уходил глубоко под землю. Авель шёл вперёд, не зажигая света — его шаги были уверенными, словно он знал каждый поворот наизусть. Вскоре он ступил на платформу, и та с тихим гулом пришла в движение, опуская его всё глубже и глубже в недра под храмом. Когда платформа остановилась, он оказался в ярко освещённом коридоре. Здесь уже не пахло ладаном и воском — только холодный металл и магия. Авель направился вперёд, и на полпути свернул в боковое помещение. Внутри кипела работа. Мониторы мерцали десятками изображений. Монахи и монашки в рясах сновали между столами с аппаратурой, их лица были сосредоточены и бледны в свете экранов. В центре помещения возвышалась огромная колба, заполненная мутной жидкостью. Внутри неё угадывался человеческий силуэт — неподвижный, словно спящий. Авель подошёл к колбе вплотную. Его ладонь легла на холодное стекло, пальцы чуть коснулись поверхности там, где за мутной толщей угадывалось лицо. — Сэр, — раздался голос за спиной. Авель обернулся. Монашка, ответственная за оборудование, почтительно склонила голову. — Когда он будет готов? — спросил Авель, и в его голосе не осталось ни следа от той мягкости, с которой он разговаривал со старушкой у входа. Только холод и сталь. — Осталось совсем немного, сэр, — ответила монашка, не поднимая глаз. — Ещё пара дней, максимум — неделя. — А что насчёт солдат? — Он снова перевёл взгляд на колбу. — Они готовы, — последовал уверенный ответ. — Все последователи нашего дела вооружены и ждут приказа. Как только понадобятся — выступят. — Хорошо. Авель в последний раз взглянул на тёмный силуэт внутри колбы. В его глазах мелькнуло что-то — гордость? Нетерпение? Или, может быть, тень той самой боли, что он показывал Снежке на балконе? Он резко развернулся и, не сказав больше ни слова, покинул помещение, оставляя монахов и монашек заканчивать свою тайную работу в глубинах под храмом. Он пошёл дальше по коридору. Мимо то и дело проходили монахи и монашки, почтительно склоняя головы при виде священника. Авель никак не реагировал — взгляд устремлён вперёд, мысли где-то далеко, лицо холодное и сосредоточенное. Он остановился у двери в конце коридора, толкнул её и вошёл. Внутри оказалось небольшое помещение, главное место в котором занимало устройство для дальней связи — сложный механизм из металла, хрустальных сфер и мерцающих рун. Авель подошёл к нему вплотную и начал нажимать несколько кнопок, вводя нужную комбинацию. Воздух вокруг устройства загустел, и сквозь хрустальные сферы начало пробиваться фиолетовое свечение. Экран замерцал помехами — Авель быстро поправил несколько настроек, подкрутил рычажки, и изображение стабилизировалось. На проекции проявился силуэт человека. Вэйл. Его фигура, как всегда, скрывалась за тёмной одеждой, лицо пряталось за маской, оставляя видимыми только глаза — холодные, расчётливые. — Как обстоят дела в Штормграде? — без предисловий спросил Вэйл. Авель выпрямился, держа руки за спиной. — Армия приведена в боевую готовность. По стенам установлены зенитные установки — технология королевства Земли. По городу круглосуточно курсируют патрули. Построены подземные убежища для населения. И... — он сделал паузу, — огнестрельное оружие. Тестовые образцы уже проходят обучение у солдат Ветра. Вэйл коснулся пальцами подбородка, скрытого маской, задумчиво отводя взгляд в сторону. — Подготовились они прилично, — протянул он, и в голосе послышалась усмешка. — Но это им не поможет. Этот день народ Ветра не забудет никогда. Он снова перевёл взгляд на Авеля. — Как обстоят дела с подготовкой? У нас? — Почти всё готово, — твёрдо ответил Авель. — Нужна ещё неделя. Может, чуть меньше. — Он помедлил. — А что насчёт тебя? Вэйл не стал церемониться с ответом. — Обо мне не беспокойся, — отрезал он. — У меня уже есть то, что я смогу противопоставить нашему противнику. Жди моего сигнала. Связь прервалась. Фиолетовое свечение погасло, оставляя Авеля одного в тишине подземного помещения. Он стоял неподвижно, глядя на потухший экран. В глазах его плескалась тёмная, глубокая решимость. Сомнений не осталось — пути назад больше не было. Продолжение следует...