Глава 15

Они поднялись по широкой лестнице на второй этаж. Войдя в свою комнату, Ло открыл шкаф и впервые за последнее время немного замер. Когда-то, здесь висели лишь его неизменный черный костюм, несколько сменных рубашек, штаны и галстук в голубую клетку. Теперь же полки пестрели большим разнообразием всевозможной одежды. Пока он размышлял, что лучше взять с собой, в дверь постучали. На пороге стоял Джон. В его руках были две небольшие, яркие вещицы. — Я тут кое-что прикупил. – сказал он с легкой, доброй ухмылкой. — Для отпуска. Чтобы... соответствовать атмосфере. Он протянул Ло одну из бандан. Ткань была мягкой, хлопковой. Одна была голубой в клеточку, а вторая, которую Джон оставил себе, была оранжевой в клеточку. Ло посмотрел на бондану в своей руке, на бондану Джона и потом на него самого. Это был не просто аксессуар от солнца. Это был тихий, почти детский ритуал единства. Два куска ткани, которые ничего не значили сами по себе... Но вместе, на их головах под палящим тропическим солнцем, на фоне белого песка и бирюзового океана, они должны были стать негласным, но красноречивым заявлением: «Они - друзья, которые вместе отдыхают на пляже.» — Спасибо. – тихо сказал Ло, и его пальцы сжали мягкую ткань. — Пожалуйста! – радостно, почти по-мальчишески ответил Джон, его улыбка стала чуть шире. Он развернулся и вышел из комнаты, мягко прикрыв за собой дверь, оставив в воздухе легкий шлейф своего присутствия. Ло еще долго стоял, глядя на голубую клетку у себя в ладони. Он подошел к зеркалу в простой деревянной раме, что висело над комодом. Нерешительно, почти неуверенно, он поднял бандану к голове, примеривая, как ее можно повязать. И тут он понял как будет выбирать одежду для отпуска! По их сочетанию с этой банданой! Первым делом он вытащил футболку Ярко-кораллового цвета. На ней был изображе огромный, ухмыляющийся стилизованный краб, держащий в клешне коктейльный бокал. Ло усмехнулся, приложил ее к бандане. Подходит! Затем почти абрикосового оттенка шорты. Дальше, яркая разноцветная рубашка с ананасами. Он примерил всё это перед зеркалом, накинув рубашку на футболку с крабом. Отражение заставило его фыркнуть. Он был похож на туриста с открытки. Вот так и было нужно! Ло аккуратно сложил и положил эти вещи в чемодан. По такому же принципу, собрав себе несколько ярких образов, он собрал весь чемодан. И после этого он, с особой бережностью, положил бондану в специальный, отдельный карман на внутренней стороне крышки чемодана. Ло закрыл чемодан. Замки защелкнулись с глухим, но отчетливым звуком. Он вышел в коридор. Дом был погружен в послеобеденную дремоту. Из гостиной доносился тихий голос Саши. Она, судя по отрывкам фраз, разговаривала по телефону, вероятно, с кем-то из персонала на острове, уточняя последние детали. Проходя мимо комнаты Джона, Ло услышал негромкое, довольное бормотание. Дверь была приоткрыта. Джон стоял перед большим зеркалом в полный рост. Его чемодан лежал открытым на кровати, а в его руках была его оранжевая бандана. И он… тренировался её завязывать. Его пальцы с неловкой серьезностью перебирали концы ткани, пытаясь воспроизвести какой-то увиденный, вероятно, в интернете, узел. На лбу у него выступила легкая испарина от концентрации. Всё это было не то... Он постоял та ещё какое то время, а потом завязал её как простую повязку, откинув волосы со лба. Посмотрел в зеркало. Легкая, почти мальчишеская улыбка тронула его губы. Он кивнул, явно оставаясь довольным этим простым решением. И только тогда его взгляд поймал отражение Ло в дверном проёме. Он не вздрогнул, лишь обернулся, все ещё с банданой на голове. — А, Ло. Смотри. – он указал пальцем на бондану, сидевшую на нем теперь с удивительной естественностью, как будто она всегда была частью его образа. — Оказывается существует, как минимум 5 основных способов завязать бандану! – объявил он с серьезностью, достойной презентации сложного финансового отчета. — Мне больше всего понравился вот этот вариант. – он ткнул пальцем в простой узел у себя на затылке. — А ты… ты уже придумал, как будешь носить свою? Взгляд Ло скользнул по оранжевой клетке, по довольному, открытому лицу Джона. — Придумал! – с той же радостью сказал Ло. — Отлично. Тогда к планам. Завтра в 10 утра водитель будет ждать у ворот. – сказал Джон, возвращаясь к деловому тону, но без привычной резкости. Ло просто кивнул, всем своим видом показывая, что понял и принял эти условия. Джон взглянул в окно, где солнце золотило верхушки деревьев парка. — Тогда… осталось только дождаться утра. – он снял бандану, аккуратно сложил ее и тоже подложил в специальный, отдельный карман на внутренней стороне крышки чемодана. — Я, пожалуй, спущусь к Бенни. Проведу с ним вечер. – в его голосе прозвучала легкая, едва уловимая грусть предстоящей короткой разлуки, тут же перекрытая уверенностью в скорейшем воссоединении. — Хорошо. – тихо ответил Ло. — Я тогда пойду на кухню. Заварю себе какао. — Тогда и мне завари, пожалуйста! – сказал Джон сразу же, без раздумий. — Ладно. – с легкой, почти незаметной снисходительностью, но и с неподдельной теплотой в голосе ответил Ло. — Заварю. – он развернулся и вышел, мягко прикрыв за собой дверь, оставив Джона собираться для визита в вольер. Кухня усадьбы была просторным царством тишины и едва уловимой сладости, всегда витавшей в воздухе. Ло стоял у кухонной плиты. Он достал две широкие керамические кружки: одну с изображением улыбающегося слона, другую - простую, тёмно-синюю, и поставил их на столешницу. Молоко в маленькой кастрюльке начало закипать, выпуская первые нежные пузырьки к поверхности. Ло убавил огонь до самого тихого шипения. Он открыл банку с какао, и густой, шоколадный аромат мгновенно заполнил пространство вокруг, смешавшись с запахом теплого молока. Он насыпал какао в кружки и добавил в каждую по две ложки сахара. Ло взял кастрюлю и тонкой струйкой начал вливать молоко в кружки, помешивая ложкой. Потом он поставил кружки на поднос и вышел из кухни. Внизу, в вольере, царил покой. Бенни лежал на мягкой подстилке, его огромные бока медленно и ритмично поднимались в глубоком, ровном сне. Джон сидел рядом, прислонившись спиной к тёплому, шершавому боку слона, его ноги были вытянуты перед собой, а руки находились под головой. Его взгляд был устремлен в высокое окно вольера, где последние полоски заката догорали на небе, окрашивая его в тёмные космические тона с множеством звёзд. Шаги Ло приблизились. Он остановился на пороге, чтобы открыть дверь вольера. Затем он подошёл к Джону. Тот наконец оторвал взгляд от неба и повернул голову. — Ваше какао. – тихо, по доброму сказал Ло, протягивая ему кружку со слоном. Джон медленно, будто возвращаясь из далёкого путешествия, взял кружку. — Благодарю. – его голос прозвучал немного приглушённо, впитав тишину вольера. Он поднёс кружку к лицу, вдохнул пар, и на его губах появилась умиротворяющая улыбка. Ло кивнул и присел неподалёку, на краю той же соломенной подстилки. Они пили какао молча, наслаждаясь этой тишиной, были слышны лишь тихие звуки сопения Бенни во сне и далёкий крик ночной птицы. Когда они допили какао, Ло встал с подстилки, беря в руки и пустую кружку Джона. — Спокойной ночи, Джон! Спокойной ночи, Бенни! – сказал он напоследок, прежде чем уйти обратно на кухню. — Спокойной ночи, Ло! – ответил ему Джон, продолжая смотреть на звёздное небо.

***

Тишину утра нарушал лишь едва слышный гул работающего на холостых ходах двигателя. Водитель в тёмном костюме и перчатках стоял у открытой задней пассажирской двери. Широкая дверь дома открылась и из вышли Джон и Ло. Их чемоданы уже были погружены в багажник. Джон обернулся к дверям. На пороге стояла Саша. Она не вышла наружу, оставаясь в проеме, скрестив руки на груди. На её лице была спокойная улыбка. — С Бенни… – начал было Джон. — С Бенни всё будет хорошо. – мягко, но твёрдо закончила за него фразу Саша. Джон смотрел на неё несколько секунд, а потом, медленно кивнул. — Хорошо. — До встречи! – сказала Саша на прощание. — До встречи! – почти одновременно ответили ей Джон и Ло. Двери автомобиля закрылись с тихим, герметичным щелчком. Воцарилась абсолютная тишина, нарушаемая лишь едва слышным шепотом системы климат-контроля. Джон откинулся на спинку сиденья. Он закрыл глаза, сделал глубокий, медленный вдох, а затем так же медленно выдохнул. — На аэродром. – сказал он тихо, не открывая глаз. — Слушаюсь, сэр. – так же тихо отозвался водитель через перегородку. Машина тронулась с места. Они выехали из-под навеса и мягко покатились по идеально ровной гравийной аллее, оставляя усадьбу позади. Ровно через 15 минут они подъехали к аэродрому. Водитель вышел и открыл дверь со стороны Джона. — Приехали. – тихо произнёс Джон, констатируя очевидное, но как будто для себя и вышел из машины. Ло вышел со своей стороны. К ним подошёл менеджер. — Мистер Харрис, доброе утро. Всё готово к вашему вылету. Погода по маршруту идеальная. – сказал он с профессиональной, ненавязчивой улыбкой. Джон кивнул, но не улыбнулся в ответ. Он смотрел мимо него, на самолёт. Они поднялись по трапу. Джон остановился у входа, окинув взглядом пространство. Сели на два удобных кресла у иллюминаторов с одной стороны салона, друг на против друга. — Добро пожаловать на борт. – поприветствовал их проводник. — Мистер Харрис мы готовы к вылету по вашему указанию. Капитан передаёт, что расчётное время в пути: шесть часов пятнадцать минут. — Можно взлетать. – сказал Джон ровным, лишенным эмоций голосом. — Принято, сэр. – так же ровно ответил проводник, сделав едва заметный поклон головой, и удалился к служебной зоне. Загудели двигатели, сначала отдаленно, потом все ближе, заполняя салон низким, ровным гулом. Самолет тронулся с места, мягко покатился, набирая скорость и взлетая в воздух. Минуты две, три они сидели в полной тишине, оба уставившись в свои иллюминаторы на бесконечное, ослепительно белое море облаков под ними. Это тишину прервал Ло. — Я всё спросить хотел, но не было подходящего момента. – задумчиво сказал Ло продолжая смотреть в окно, не оборачиваясь к Джону. — А что там с Шерон? Джон медленно, почти лениво перевёл взгляд с облаков на профиль Ло. — После архива... я больше не выходил с ней на связь. – продолжил Ло. Он наконец оторвался от иллюминатора и посмотрел прямо на Джона. — Она вообще знает про найденные картины или они всё ещё в той лаборатории? — Она знает, что они нашлись. – начал Джон. — Но знает не всё. Саймон взял на себя их "пристройку". – губы Джона дрогнули в лёгкой, почти невидимой усмешке. — Все картины были ювелирно приведены в оборот через подставные аукционные дома и реставрационные мастерские. Никаких следов, никаких вопросов. – он слегка развёл руками. — После ваших изысканий в архивах и разговоре с Эстебаном... – продолжил Джон, уже возвращаясь к сути вопроса о Шерон. — Для неё находка одной из картин Моро, которая "всплыла" на радарах одного из частных арт-рынков - это прямое и логичное следствие. Плод её исследовательского прорыва. — Для неё это непрерывная, красивая цепочка: Гипотеза -> Находка в пыльных бумагах -> Зацепка -> Материальное подтверждение, всплывающее из небытия частных коллекций. Та самая история... – он сделал микроскопическую паузу. — о которой мечтает каждый искусствовед. — Она сейчас, насколько мне известно, ведёт переговоры о кураторской позиции в музее в Амстердаме. Её работа по «делу Моро» и последующее "обнаружение" утраченных работ стали её визитной карточкой. – Джон произнёс это с лёгкой, сухой усмешкой. — Ей предлагают написать книгу. Статьи, лекции, приглашения на симпозиумы... Она в зените своей карьеры. Иногда уравнения складываются… элегантно. —Элегантно. – тихо повторил Ло, пробуя это слово. А потом кивнул. — Тогда всё в порядке. – завершил этот диалог Ло и они снова замолчали.

***

Прошло несколько часов. Самолет уже снижался, готовясь к посадке. За иллюминатором проплывала ослепительная бирюза океана, белоснежные полоски пляжей и изумрудные короны тропических островов. Картина, казалось, была состряпана в рекламном бюро и не имела ничего общего с реальностью. Ло, преодолев первоначальный, чисто физиологический шок от этого зрелища, погрузился в странное, почти оцепеневшее состояние. Он не мог оторвать взгляда от иллюминатора. — Ну что? Готов окунуться в нирвану всё включено? – поинтересовался Джон. Ло медленно, очень медленно, словно с большим усилием, оторвал взгляд от гипнотизирующей красоты за окном и повернулся к Джону. — Я все еще жду, когда включится сирена и окажется, что это психологический тест на стрессоустойчивость. – честно признался Ло. Джон лишь тихо, сдержанно хихикнул. — Поверь мне. – наконец глядя на Ло, сказал Джон и в его глазах танцевали озарные искорки. — Самый большой стресс здесь - это выбрать между массажем и ароматерапией. Или решить, заказать ли еще один коктейль с зонтиком. Я, кстати, рекомендую. Ты выглядишь так, будто тебе нужно минимум три. В этот момент самолет с легким шипением выпустил шасси. Они приземлились. У аэродрома их открытый электрокар белого цвета. Рядом с ним стоял водитель – молодой мужчина в белоснежной униформе с короткими рукавами и в фуражке. — Добро пожаловать, мистер Харрис, мистер Дейвисон! – поприветствовал он их радостным голосом. — Надеюсь, перелет был приятным. Пожалуйста, устраивайтесь поудобнее. Джон кивнул в ответ, его собственное лицо оставалось нейтральным, но уголки губ немного приподнялись - признак того, что эта показная, но качественная идиллия его не раздражала, а скорее забавляла. Он сел на заднее сиденье электрокара, сложенное, как и все здесь, из ротанга и белой кожи. Ло последовал за ним, заняв место рядом. Электрокар тронулся практически беззвучно, с легким, едва слышным жужжанием. Они выехали за пределы ограждения аэродрома. Дорога была неширокой, идеально ухоженной аллеей, вымощенной светлым ракушечником. Воздух, который сразу же обволок их теплой пеленой. Поездка длилась не больше десяти минут. Она пролетела в этом ароматном, гипнотическом тумане, под монотонное жужжание электромотора и щебет экзотических птиц. За очередным поворотом открылись ворота, а за ними дорога сменилась на подъездную аллею к вилле. Они вышли из машины. Вилла внутри была просторной, прохладной. Прямо перед ними, за еще одной панелью раздвижного стекла, лежал лазурный бассейн. Под соломенным навесом ждали шезлонги с мягкими матрасами, а в стороне, среди высокой травы и цветов, виднелся округлый контур джакузи под открытым небом. Джон вышел к бассейну, поставил руки на бедра и, закинув голову, закрыл глаза, подставляя лицо солнцу. Через секунду он обернулся к Ло, который все еще стоял в проеме, осматриваясь. На лице Джона появилось выражение легкой, почти озорной таинственности. — Ну что ж. – сказал он, и его голос звучал негромко, немного шутливо, с той самой интонацией, с которой объявляют о начале игры. — Пора озвучить свод местных правил! — Правило первое... и оно же последнее... – объявил он, подняв указательный палец. — Абсолютный, безоговорочный… отдых! – Джон произнес это слово с преувеличенной серьезностью, но глаза его смеялись. — Никаких дел! Он не выдержал и рассмеялся, тихим, счастливым смехом, который растворился в звуке прибоя. — Просто постарайся забыть что ты кто-то, кроме человека, который приехал сюда отдыхать, есть и ничего не делать. Договорились? —Договорились. – тихо, но твердо сказал Ло. Возможно, он действительно сможет к этому привыкнуть. Они оба взяли свои банданы. Ткань была мягкой и всё ещё емного прохладной. Ло просто сложил ткань по диагонали и завязал сзади, на затылке. Джон завязав её точно таким же способом. На его лице расплылась медленная, беззаботная улыбка. — Идеально! Теперь мы официально в отпуске! – он махнул рукой в сторону шезлонгов под соломенным навесом у бассейна. Они скинули обувь прямо на теплый камень террасы и легли на шезлонги. Тишину нарушал лишь мерный гул прибоя. Джон пролежал так минуту. — Думаю, сейчас идеальный момент для коктейлей. – не открывая глаз, он поднял руку и щёлкнул пальцами в воздухе. Казалось кроме них, здесь никого не было видно. Однако почти мгновенно из тени павильона с баром появился молодой человек в белых шортах и поло. Он приблизился с бесшумной, ненавязчивой почтительностью. — Чем могу быть полезен, сэр? — Два коктейля. – сказал Джон, всё ещё не открывая глаз. — Что-нибудь освежающее и с зонтиками. — Будет готово в течении 5 минут, сэр. – улыбнулся бармен и так же бесшумно удалился. Через пять минут он вернулся и поставил на столик между шезлонгами два высоких бокала. — «Золотой восход», сэр – тихо сказал бармен. — Приятного вам отдыха. – и также удалился в сторону бара. Джон приподнялся на локте, взял свой бокал и сделал глоток. Ло тоже сел и взял свой бокал. — Знаешь, в чём главная прелесть этих зонтиков? – спросил он, глядя в небо. —В чём? – спросил Ло, следуя за его взглядом. — В том, что они абсолютно бессмысленны! – сказал Джон с задорной улыбкой на лице и снова лёг на шезлонг. Ло покрутил свой бокал, наблюдая, как зонтик покачивается. — Получается, это не просто коктейль. – тихо заметил он. — Это что-то из философии? — Именно! – сказал Джон не открывая глаз.

***

Так прошла неделя. Они пили коктейли, ели разнообразную экзотическую еду, купались в океане, ходили на разные спа процедуры, в общем - отдыхали по полной! Сейчас Ло лежал в прохладной тени павильона на огромных подушках в гамаке. В его руках была книга – толстый, потрёпанный том в мягком переплёте, который он взял с полки в гостиной почти наугад, руководствуясь лишь коротким названием и приятной на ощупь бумагой. Внезапно зазвонил телефон Джона. Рефлексы Ло сработал быстрее мысли. Старая жизнь, та самая, что осталась за океаном, только что напомнила о себе протяжным, настойчивым звонком. Джон, сидевший в шезлонге, даже не вздрогнул. Он взял телефон, посмотрел на экран и радостно улыбнулся. — Слушаю. – произнёс он, не скрывая улыбки. Через несколько секунд Джон кивнул, хотя собеседник этого видеть не мог. — Понял. – сказал он чётко. — Держи нас в курсе. – и положил трубку на столик рядом с пустым бокалом из-под утреннего сока. Джон повернулся к Ло. Тот смотрел на него, и его взгляд выражал немой вопрос. — Саша. – просто сказал он. Взгляд Ло смягчился. — Бенни чувствует себя настолько хорошо, что устроил сегодня утром ревизию в кладовой. – продолжил Джон, и его голос стал ещё теплее. — Взломал защёлку и чуть не съел месячный запас моркови и яблок. Пришлось выманивать его оттуда его любимыми арбузами. – он говорил это с такой смесью гордости и снисходительности, с какой родитель говорит о шалостях выздоравливающего ребёнка. Бармен принёс ещё коктейлей. — Ну? – спросил Джон у Ло. — Как ощущения? – он широким жестом обвёл пространство вокруг. Ло сделал глоток. Напиток был холодным, сладким. — Пока что... – голос Ло прозвучал задумчиво. — Мой внутренний параноик в полной панике. Джон радостно фыркнул. Его смех растворился в звуке прибоя. — Отлично! – воскликнул он. Ло посмотрел на его смеющееся лицо, на оранжевую бандану, сдвинутую набок, на глаза, в которых не было и тени той ледяной расчетливости что была раньше. — Так ему и надо! Передай ему, что его услуги больше не нужны! – Джон произнёс это шутливо, расслабленно, как очередную абсурдную шутку. Но слова, столь небрежно брошенные, ударили во что-то очень глубинное. Ло внезапно вздрогнул. Его взгляд, только что рассеянный, мгновенно сфокусировался на лице Джона. Его пальцы чуть сильнее сжали бокал. — В-всмысле... не нужны? – спросил он, и его голос потерял всю расслабленность. В нём прозвучала лёгкая, но отчётливая настороженность. Старая, знакомая тень промелькнула в его глазах. Джон, увидев эту мгновенную трансформацию, тут же объяснил что он имел ввиду. — Ты сюда приехал не как мой телохранитель, а как друг! Так пусть он не мешает тебе спокойно отдыхать! – Джон отложил свой бокал и повернулся к нему полностью. — Саша сказала, что она с Бенни могут приехать даже раньше, чем предполагала. – начал Джон. — А ты... – продолжил Джон, и в его голосе прозвучала тёплая, одобрительная нота. — Ты с ним, я видел, очень хорошо подружился. Он тебе доверяет. Ты его понимаешь. – Ло отвёл взгляд куда-то к горизонту. — Я это всё к чему. Я за эти несколько дней понял, что теперь когда с Бенни всё в порядке и он скоро тоже будет здесь... – Уголки его губ дрогнули в лёгкой улыбке. — Мне больше не нужно везде присутствовать лично. Совсем забросить всё было бы слишком глупо, но мне для этого вполне достатично рабочего ноутбука в моём кабинете на вилле. Пара часов в день для самых важных решений. – он сделал небольшую паузу, перед тем как продолжить. — И вот, пока я буду занят этими… скучными, но необходимыми рабочими вопросами... – он произнёс это с легким, самоироничным оттенком. — Тебе не нужно будет постоянно стоять возле меня. Ты можешь гулять с Бенни по пляжу, кормить его любимыми арбузами, играть с ним в мяч, быть его другом. И в общем-то заниматься всем чем захочешь. – Джон произнёс последнее слово с искренней радостью. — Что думаешь? – спросил он наконец, смотря на Ло. Ло не ответил сразу. Тишина затянулась. Казалось, что воздух между ними, только что наполненный теплотой и доверием, снова стал прохладным и напряжённым. Он медленно перевёл взгляд на Джона. — А по официальной версии... я всё ещё телохранитель? – неуверенно спросил Ло. — По официальной? Ну пока-что да. – Он произнёс это безо всякого давления, просто как констатацию факта. — А так-то она может быть любой, какая нам больше понравиться. – Джон широко улыбнулся, положив руки под голову. Он увидел, как напряжение в плечах Ло не отпускает, и его тон стал чуть более серьёзным, но по-прежнему дружеским. — Если тебя это прям так волнует… – продолжил он, глядя в небо, — Можем составить новый договор, где твоей должностью будет… ммм… – он прищурился, подбирая варианты. — «Профессиональный отдыхающий»? Или «Специалист по подбору самых звонких арбузов»? – Он бросил взгляд на Ло, глаза его смеялись. — А… зарплата? – спросил Ло тише обычного, почти шёпотом. — Она также будет приходить на ту карту или будет другая? – вопрос вырвался сам собой, как последний крючок старой жизни, цепляющийся за привычные рамки. Джон, ожидавший, возможно, вопросов о Бенни или деталях "новой должности", откровенно удивился. Его брови медленно поползли вверх. Он смотрел на Ло несколько секунд. Казалось, он физически не мог понять, как в этой идиллической картине их жизни нашлось место для такого приземлённого, бюрократического вопроса. Он тихо фыркнул, но не со смехом, а с лёгким, доброжелательным недоумением. — Ло... – произнёс Джон, растягивая его имя. — Ну я же у тебя безлимитку не забираю! Зачем делать много отдельных карточек? – он наклонился чуть ближе, и в его взгляде появилось искреннее любопытство. — Или тебе принципиально важно видеть эти циферки на какой-то конкретной карте, которая осталась где-то там, на материке? – он произнёс последнюю фразу не как укор, а с искренним любопытством. Джон видел, как Ло немного отвернулся и тогда в его голосе прозвучала немного тревожная нота. — Ты... правда хочешь туда вернутся? – спросил Джон прямо. Его голос потерял всю лёгкость. — Опять просто… выполнять приказы? Быть инструментом в чьих-то руках, пусть даже в моих? – он сделал паузу. — Мы тут уже все к тебе привыкли... К настоящему тебе. – интонационно выделил последнее предложение Джон. — Я не совсем об этом. Я не хочу. Просто...– начал Ло немного тихо. Его голос был хриплым от внутреннего напряжения, пытаясь подбирать более подходящие слова. — Непривычно всё это. Твоё предложение. – он замолчал, делая глубокий вдох, собираясь с духом для самого главного. — Возможно… я могу попробовать. – наконец таки смог сказать Ло. — Отлично! Значит будем пробовать. – Вновь улыбнувшись сказал Джон. — Слушай внимательно! – сказал он, и его голос приобрёл ту самую чёткую, отточенную интонацию, с какой он когда-то излагал сложнейшие стратегии на советах директоров. — Бенни, предпочитает арбузы только с тёмно-зелёной коркой и гулким звуком при постукивании. – Джон поднял указательный палец. — Он умеет отличать их и если что-то не соответствует его критериям, он его откатить в сторону и есть не станет. Я проверял. — он кивнул, подтверждая научность своих наблюдений. — Я хочу научить тебя выбирать именно такие арбузы. Это целая наука! – Джон говорил это так будто-бы выступал на симпозиуме, наблюдая за реакцией Ло. Его лицо было серьёзным, но в уголках глаз уже танцевали весёлые искорки. — Теоретическая часть закончена. Пора переходить к практике. – он встал, и его движения снова стали энергичными, деловыми. — Мы отправляемся на рынок. – заключил Джон. Поездка заняла у них 20 минут. Рынок оказался не огромным и шумным базаром, а скоплением нескольких десятков навесов и прилавков под открытым небом. Воздух был густым и сладким от запахов спелых фруктов, сладостей, пряностей, жареной рыбы, мяса и свежего хлеба. Джон шёл уверенно, как свой, лишь иногда кивая знакомым продавцам. Он вёл Ло через этот калейдоскоп запахов и красок, пока они не вышли к ряду, где земля была усыпана соломой, а на ней, как драгоценные камни, лежали арбузы. Они переливались всеми оттенками зелёного, от почти самого тёмного до салатового, разных размеров и форм. — Смотри. – сказал он тихо, беря в руки первый арбуз. — Этот… слишком светлый. Оттенок говорит о том, что его сорвали рано. – он положил его обратно и взял другой. — А этот… видишь это желтоватое пятно? Он перележал на одном боку. Мякоть с той стороны может быть перезрелой. Джон стучал костяшками пальцев по арбузам, прикладывая их к уху, ловя ту самую, гулкость. Ло наблюдал молча, впитывая каждое слово. Затем Джон, выбрав пару десятков арбузов, которые, по его мнению, были безупречны, отступил на шаг. — Теперь ты попробуй. – сказал он, жестом приглашая Ло вперёд. Ло взял первый попавшийся. Он был тяжёлым, корка - тёмной. Ло постучал по нему, звук был глухим. — Этот не подходит. – взял другой. Его движения, поначалу неуверенные, становились всё увереннее. Пальцы наткнулись на арбуз почти идеально круглой формы, с тёмно-зелёной кожурой. Ло поднял его, почувствовав приятную, сочную тяжесть. И постучал. Раздался гулкий звук, отдающийся лёгкой вибрацией в пальцах. Ло поднял глаза на Джона. Тот, не говоря ни слова, лишь медленно, одобрительно кивнул. Они провели на рынке несколько часов. Обратная дорога прошла в лёгком, удовлетворённом молчании. —Осталось дождаться вердикта главного критика. Который, напомню, будет здесь завтра утром. – Он повернулся к Ло, и на его лице снова расцвела та самая, широкая, беззаботная улыбка, но теперь в ней читалась и твёрдая уверенность. — Но я уверен, что они все идеальные. Ты быстро учишься! – с радостной гордостью сказал Джон.

***

Утром когда Джон и Ло завтракали, на телефон Джона пришло сообщение. — Они на подлёте. Примерно через час сначало они услышали едва уловимый, низкий гул. Он нарастал, превращаясь в мощные, размеренные удары лопастей, рассекавших воздух. На горизонте возникла тёмная точка, быстро превращавшаяся в стремительный силуэт большого вертолёта. Он летел к широкой лужайке за виллой, специально предназначенной для таких случаев. Вертолёт с ревом завис над землёй, поднимая вихрь песка и листьев, и затем мягко приземлился. Двигатели начали сбавлять обороты. Открылась боковая дверь и из неё вышла Саша. Она выглядела усталой, но собранной. Она радостно помахала им рукой. Затем открыла ключём несколько замков открывая двери по больше. Сначала оттуда покозался кончик хобота. Потом голова с маленькими, умными глазами, которые сразу же нашли Джона. Бенни медленно, но уверенно ступил по трапу на мягкую траву острова. Потом его глаза встретились с глазами Джона. И Бенни издал радостный трубный клич. Он направился прямо к Джону. Его огромная, морщинистая голова склонилась. Он вытянул хобот. Кончик хобота, влажный и тёплый, коснулся сначала плеча Джона, потом его щеки, осторожно, почти с робостью, как будто проверяя, реально ли это. Он обнюхал его, втягивая воздух с тихим, сопящим звуком, запоминая запах солнца, океана и… дома. Потом, удовлетворившись, Бенни мягко, но настойчиво обвил хоботом торс Джона в своеобразном, очень осторожном объятии, издав при этом ещё одно тихое, довольное урчание. Только после этого Бенни повернул голову. Его умные глаза нашли Ло. И, к удивлению самого Ло, слон, аккуратно отпустив Джона, сделал несколько шагов в его сторону. Он снова вытянул хобот. Ло замер, позволив кончику хобота коснуться его руки, потом плеча. И снова издал тот же тихий, одобрительный звук. Саша, наблюдая за этой сценой, улыбалась, скрестив руки на груди. Потом она подошла к брату и обняла его, прижавшись щекой к его плечу. — Видишь? Всё в порядке. Он перенёс перелёт прекрасно. Не капризничал ни минуточки. Джон, который, казалось, всё это время не дышал, наконец выдохнул. Он положил руку поверх её руки на своём боку и кивнув. Его взгляд не отрывался от Бенни. — Сейчас ему нужно отдохнуть. – она отпустила брата и сделала шаг к Бенни, ласково похлопав его по мощному бокy. —Пойдём, здоровяк. – сказала она. — Покажу тебе твои новые апартаменты. – Саша повела его к большому просторному вольеру находящемуся не очень далеко от виллы. Бенни, кажется, понял её с полуслова. Он издал короткое фырканье и развернул своё массивное тело, следуя за ней. Джон и Ло молча последовали за ними. Вольер и правда был просторным. Внутри было пространство размером с большое футбольное поле. Часть его покрывала мягкая трава, чуть подальше лежал песок, а другая часть представляла собой искусственный водоём с аккуратным спуском в воду. Саша подошла к массивным, но плавно отъезжающим в сторону воротам. — Добро пожаловать, Бенни! – сказала она, отступая в сторону и делая широкий, приглашающий жест рукой. Бенни не спеша, переступил через невысокий порог и сделал несколько шагов вглубь. Он подошёл к водоёму, опустил кончик хобота в воду, попробовал её, поднял голову и выпустил в воздух тонкую, искрящуюся на солнце струйку. Потом он медленно, с видом знатока обнюхал песок, потыкал в него хоботом, и наконец, с глубоким, довольным кряхтением, опустился на колени, а затем и вовсе растянулся на боку на мягком песчаном ложе, подняв в воздух легкое облачко пыли. Его глаза прикрылись. — Спасибо, Саш! – наконец сказал Джон. — Всегда пожалуйста! – ответила Саша, с тёплой улыбкой. — Пойдёмте тоже отдохнём. – она сделала шаг по направлению к тропинке, ведущей обратно к вилле, и обернулась, заговорщицки подмигнув. — И выпьем по кружечке какао с пончиками? — Я всегда ЗА! – воскликнул Джон, отходя от вольера. В его голосе звучали нотки лёгкости и почти мальчишеского задора. — Я тоже! – сказал Ло, подбегая к ним. Они дружно пошли к Вилле. Под их ногами мягко шуршал песок, перемешанный с мелкими камушками.