Глава 35. Незваный гость

Гул из столовой доносился приглушённо, будто из другого мира - оттуда, где жизнь продолжала течь своим чередом, где кто-то смеялся, звенели тарелки, и всё было по-прежнему. А здесь, в коридоре, время будто замерло, и свет был другим. Ярким, резким, почти стерильным - как в операционной, где нет места теням, но от этого становится только тревожнее. Он заливал пространство ровно, безжалостно, не оставляя ни одного тёмного угла, где можно было бы спрятаться от этого холода. Трис стояла, вглядываясь в поворот, за которым исчез Бенни. Секунды тянулись медленно, и каждая из них казалась длиннее предыдущей. Лампочки на потолке замигали - хаотично, без ритма, как будто кто-то невидимый проходил сквозь пространство, задевая провода. Мэй шаркнула подошвой по полу, и звук прозвучал слишком громко в этой странной тишине. - А куда ушёл Беннет? - спросила она, и в голосе её слышалось лёгкое недоумение. - Он всегда так резко исчезает? Трис обернулась к ней, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Он просто пошёл проверить кое-что. Скоро вернётся. Слова прозвучали убедительно - но только для того, кто не знал Трис. Она сама не верила в них, и холодок уже начинал расползаться по позвоночнику. Может, это действовала тишина. Может, немигающий взгляд Мэй, который она вдруг почувствовала на себе. Девушка смотрела внимательно, без улыбки, без напряжения. Её взгляд был спокойным, даже любопытным, но в нём было что-то, от чего хотелось поёжиться. Трис отвела глаза, обхватила себя руками, стараясь не показывать, что ей не по себе. - Холодно, - сказала она, будто оправдываясь. Мэй улыбнулась - тепло, почти по-дружески - и протянула руку. На мгновение Трис замерла. Что-то в этом жесте казалось неправильным - слишком медленным, слишком нарочитым. Кожа на затылке похолодела, волоски встали дыбом, и тело напряглось, готовое отшатнуться, хотя разум всё ещё колебался, не зная, как реагировать. И в этот момент из-за поворота появился Бенни. Он двигался бесшумно, как тень, но движения его были слишком резкими, слишком настороженными. Свет упал на его лицо, делая черты почти хищными - ни тепла, ни расслабленности, только холодная сосредоточенность. Взгляд сразу же приковался к Мэй, к её руке, всё ещё протянутой в сторону Трис, и в этом взгляде было что-то, от чего воздух вокруг, казалось, стал плотнее. Мгновение он стоял неподвижно, оценивая, просчитывая. Потом шагнул вперёд и встал между ними, отгораживая Трис. Его плечи были напряжены, челюсть сжата, а взгляд - холодный, непроницаемый - говорил яснее любых слов. Мэй опустила руку. Но не отвела глаз. Она смотрела на Бенни с тем же спокойным любопытством, что и на Трис, будто изучала его реакцию. - Не догнал, - коротко сказал Бенни, и голос его прозвучал глухо, почти безразлично. Но Трис слышала в нём то, что не услышал бы посторонний: напряжение, которое он пытался скрыть. Она прикусила губу. Снова - тот запах, едва уловимый, тошнотворный, уже знакомый. Он исходил не от Бенни, не от Мэй - он витал в воздухе, как остаточный след чего-то, что прошло здесь совсем недавно. Трис покачала головой - коротко, почти незаметно. «Не здесь. Не сейчас». Повернулась к Мэй. Улыбнулась - натянуто, но постаралась, чтобы это выглядело естественно. - Нам пора на урок, - сказала она, и голос её прозвучал чуть быстрее, чем обычно. - Мы с Бенни готовим проект по истории. Вместе. Нам нужно обсудить пару деталей до звонка. Запоздало поняла, что урок истории уже прошёл. Но было поздно - слова уже сорвались с языка. Она неуверенно поджала губы, но не остановилась. Схватила Бенни за руку и потянула его вперёд. Они прошли мимо Мэй, оставляя её одну в пустом, залитом стерильным светом коридоре. - Она мне не нравится, - сказал Бенни, когда они отошли достаточно далеко. Трис остановилась, повернулась к нему. - Ты просто себя накручиваешь. Она ни при чём. - Не подпускай её близко. - В его голосе не было места для спора. - Перестань видеть врага в каждом, кто оказывается рядом. - После того, что произошло в склепе, осторожность не помешает. - Осторожность - да, - отрезала Трис, чувствуя, как слова становятся острее, чем хотелось бы. - Паранойя - нет. Между ними повисло напряжение. Трис не хотела связывать свою тревогу с тем, как Мэй смотрела на неё, но мысль об этом всё равно вертелась где-то на краю сознания. Чтобы отвлечься, она спросила: - Что ты там видел? Бенни задержал на ней взгляд, будто проверяя, действительно ли она хочет это знать. - По запаху и скорости - это вампир. Но я с ним раньше никогда не встречался. - Ты уверен? - Нет. След потерялся около лесополосы. - Он помолчал, потом добавил тише: - Но ясно одно: этот кто-то что-то хотел от тебя. Они двинулись дальше. Тишина между ними стала тяжелее, чем прежде. Когда уроки закончились, они вышли на улицу, и вечерний свет встретил их мягкими золотистыми оттенками. Закат уже начинал угасать, но его последние лучи ещё лежали на лицах, делая их теплее, убирая ту резкость, что была в школьных коридорах. В конце дорожки, ведущей от школы, стояла Кэролайн. Она не пошла к ним сразу: на секунду будто прилипла к дорожке, собираясь с силами. Потом медленно двинулась вперёд, и в каждом её шаге чувствовалась неуверенность, которой раньше в ней не было. Когда она остановилась перед ними, глаза её были влажными, а губы дрожали. - Можно… можно с вами поговорить? - спросила она, и голос её сорвался на шёпот. Трис посмотрела на Бенни, потом снова на Кэролайн. - Конечно, - сказала она мягко. - Бенни, дай нам минутку. - Нет, - перебила Кэролайн. - Я хочу, чтобы вы оба остались. Я… должна извиниться. Она перевела взгляд с Трис на Бенни, и плечи её опустились. - Простите меня. За всё, что я сказала. За «сиротского гурмана». За «кровавую диету». За… - она всхлипнула, - за то, что я веду себя как истеричка, когда у меня что-то пошло не так. Я не хотела вас ранить. Я просто… не знаю как справиться со своими чувствами. Трис подошла к ней и обняла. Кэролайн замерла на мгновение, а потом уткнулась носом в плечо Трис, и по её щеке скатилась первая слеза. Когда она немного успокоилась, Кэролайн отстранилась и вытерла глаза ладонью. Потом подняла глаза на Бенни, который стоял в стороне, глядя на неё с выражением, которое трудно было прочитать. - Беннет, - сказала она, и голос её дрогнул. - Ты ведь… ты не обязан. Но если ты захочешь… может, зайдёшь сегодня к нам? Я испеку что-нибудь. В общем, я заглажу свою вину. Бенни помолчал, глядя на неё. Потом его губы дрогнули в едва заметной усмешке. - Хорошо. Кэролайн застыла, будто не веря своим ушам. - Что? - Я сказал «хорошо». Приду. Кэролайн издала странный звук - похожий на смех, плач и радостный визг одновременно - и схватила Трис за руки так резко, что та чуть не потеряла равновесие. Этот вечер обещал быть тёплым и семейным. Трис с Бенни развалились в гостиной на мягком диване, и Трис чувствовала, как усталость последних дней начинает отпускать. Телевизор работал фоном - какой-то комедийный ужастик, который она не смотрела, но его звук создавал иллюзию нормальной жизни. В гостиной горел приглушённый, мягкий свет. Торшер в углу отбрасывал тёплые круги на ковёр, и в этом свете всё казалось спокойнее, безопаснее. Входная дверь с грохотом распахнулась, впуская Кэролайн - запыхавшуюся, раскрасневшуюся, с пожелтевшим тетрадным листом в руках. Она потрясла им в воздухе, как знаменем, и крикнула так, что Трис показалось, будто стены дрогнули: - В мои руки попал рецепт бабушки Бонни, и я намерена его использовать! Это прозвучало скорее как угроза, чем как обещание, но Трис с Бенни переглянулись и одновременно хмыкнули. - Ты уверена, что это безопасно? - спросил Бенни, и в его голосе послышалась усмешка. - Нет! - донеслось из кухни. - Но вы всё равно будете пробовать! Кэролайн шумела на кухне, гремела посудой, что-то напевала - и в этом шуме было что-то настолько тёплое, что Трис почувствовала, как в груди разливается покой. Трис откинулась на спинку дивана, чувствуя, как Бенни закидывает ей руку на плечи. Она облокотилась на него и закрыла глаза на мгновение, вдыхая аромат лимонного пирога, который уже заполнял весь дом. Но где-то внутри, глубоко под слоем уюта, продолжал тлеть холодок, который она не могла прогнать. Как будто то, что они выпустили в склепе, ещё не ушло. Как будто оно ждало. Она перевела взгляд на окно. За стеклом уже стемнело, и в отражении она видела своё лицо - уставшее, но всё ещё живое. - Что-то не так? - спросил Бенни, заметив её взгляд. Трис покачала головой. - Нет, - сказала она. - Ничего. Всё хорошо. Через некоторое время Кэролайн позвала их на кухню. Там пахло выпечкой - тёплой, сладкой, с лёгкой кислинкой. Кэролайн стояла у стола, держа в руках тарелку с ровным куском, покрытым золотистой корочкой. - Только не говорите, что это несъедобно, - сказала она, ставя тарелку на стол. - Если пирог не получился - винить семейство Беннет. Я просто исполняла рецепт. Они сели за стол. Тишина повисла в воздухе - не напряжённая, а ожидающая, будто Кэролайн собиралась с силами, чтобы сказать что-то важное. - Я… хочу вам рассказать, - начала она. - Про Тайлера. Она перевела дыхание. - Мы с ним на грани. Я знаю, что он видит во мне только красивую картинку. Он постоянно говорит про девушку своего друга, которая готовит «пальчики оближешь», - она кривилась, вспоминая его слова. - И я не хочу его терять. Но больше всего меня бесит, что это он хочет порвать, а не я. Понимаете? Это он! Боже, как же бесит! Она говорила громко, жестикулировала так, что чуть не сбила кружку со стола. Трис поймала её, поставила на место, но Кэролайн даже не заметила - она выплёскивала злость и обиду, которые копились в ней слишком долго. Бенни молчал, глядя на неё. Потом отрезал кусок пирога и отправил в рот. Прожевал, проглотил и только тогда сказал: - Пирог получился неплохим. Я готов быть подопытным. Кэролайн резко замолчала и уставилась на него во все глаза. - Если я сейчас кинусь тебя обнимать, ты меня отшвырнёшь? - спросила она, и в голосе её послышалась надежда. Бенни усмехнулся. - Конечно. Она скептически прищурилась, но в глазах уже мелькал интерес. - А вампиры вообще могут спокойно есть человеческую еду? - спросила Кэролайн, и в голосе её послышалось искреннее любопытство, смешанное с вызовом. - В отличие от людей, у нас рецепторы гораздо острее. Так что могу сказать точно: пирог действительно удался. Мы можем есть человеческую пищу как все, - он сделал паузу, - но насыщения от неё не получаем. Кэролайн моргнула, осмысливая услышанное. - То есть ты сейчас ешь пирог просто ради вкуса? - переспросила она. - А ты думала, что ради калорий? - усмехнулся Бенни. Трис смотрела на этот обмен репликами и чувствовала, как внутри разливается странное тепло. Она видела, как Кэролайн постепенно перестаёт видеть в Бенни только вампира - она начинает видеть в нём друга. И это было важнее любых извинений. На мгновение в кухне повисла тёплая, почти идиллическая тишина. Трис поднесла ложку к губам, чтобы попробовать пирог. Но кусок застрял у неё в горле. Снова - тот тошнотворный запах, который она уже знала. Он не смешивался с ароматом выпечки, он ложился поверх него, как маслянистая плёнка, убивая уют. Липкий взгляд, направленный на неё откуда-то из темноты за окном. Он был там. Невидимый, но осязаемый. Трис попыталась отбросить это ощущение, убедить себя, что это просто наваждение. Что уютная кухня, тёплый свет и запах пирога не могут быть связаны с тем, что они выпустили из склепа. Но Бенни рядом с ней напрягся. Она почувствовала это - как он замер, как его плечи стали жёстче, как его взгляд метнулся к окну. - Незваный гость, - тихо сказал он.