Часть 40

Томми прижимается лицом к окну. Здания проносятся мимо, и у него есть несколько секунд, чтобы прочитать вывески над дверями или рекламные щиты. Губы Томми дрожат в радостной улыбке. Он поворачивается к человеку, сидящему рядом. Он указывает на случайное здание. Его губы приоткрываются, он готов привлечь внимание Уилбура к яркой фреске на кирпичной стене. Но его губы смыкаются, когда он замечает напряженное выражение лица Уилбура. Он скрестил руки на груди, постукивает ногой по полу, а его брови сведены над прищуренными глазами. Он выглядит встревоженным, но Томми совершенно не понимает почему. Томми толкает Уилбура в руку. Уилбур поспешно отрывает взгляд от окон в противоположной части вагона. Его глаза встречаются с глазами Томми, и на его лице появляется слабая, неуверенная улыбка. Когда Уилбур отводит взгляд, довольный тем, что успокоил Томми, его лицо снова становится напряженным. Томми недовольно фыркает. Он вытаскивает ноги из пластикового кресла и поворачивается в ту же сторону, куда смотрит Уилбур. Томми придвигается ближе, и их плечи соприкасаются, пока поезд катится по рельсам. Томми мог бы сказать, что не понимает беспокойства Уилбура, но это не совсем так. Они углубляются на территорию Синдиката. Насколько известно Уилбуру, Томми никак не связан с Синдикатом. Если бы они случайно встретили кого-то из членов клуба, на Томми посмотрели бы с неодобрением, учитывая его статус человека, а не гибрида. На самом деле даже обычный гражданин мог бы смотреть на Томми свысока из-за отсутствия у него характерных черт. Несмотря на все это, Томми согласился пойти с Уилбуром на фестиваль, который проходит в Истоках. Уилбур миллион раз повторял, что Томми должен отказаться, но при этом клялся, что с Томми все будет в порядке, если он останется с Уилбуром и остальными. Томми был склонен доверять Уилбуру, даже несмотря на то, что сам он себе не доверял. Фестиваль это, конечно, здорово, но Томми больше радует другая причина. Если Уилбур так волнуется, но все же позволил Томми пойти с ним, значит, он наконец готов раскрыть Томми правду о своем гибридном статусе. Это огромный шаг. Томми чувствует, что они наконец станут семьей, когда Уилбур признается во всем, особенно если Уилбур почувствует себя достаточно комфортно, чтобы быть самим собой рядом с Томми. Блондин пытается сдерживать эмоции, чтобы не напугать Уилбура, но это крайне сложно, учитывая, что Томми по натуре очень эмоциональный человек. Поезд медленно останавливается на станции. Несколько человек встают и оглядываются, чтобы проверить, на месте ли их вещи. Томми встает одним из первых. Он тут же оборачивается. Он хватает Уилбура за предплечье, чтобы тот поднялся на ноги. Лицо Уилбура озаряется весельем. Он не сопротивляется, пока Томми тащит его через толпу на станцию. Томми делает глубокий вдох, дрожа от волнения. Он никогда раньше не бывал в Истоках. По сути, это отдельная деревня на острове. Здесь рады гибридам, но не людям. Отсюда также действует Синдикат, и Томми не терпится увидеть место, которое Синдикат поклялся защищать и оберегать десятилетиями. Уилбур идет впереди, когда они выходят из здания вокзала. Он выходит на широкие улицы. Десятки машин припаркованы вдоль тротуара. Из земли поднимаются указатели, которые направляют движение и показывают названия станций. На одном из электронных указателей даже отображается расписание автобусов. На различных поверхностях, из которых складывается оживленная улица, можно увидеть множество фресок и граффити. Томми с живым интересом разглядывает все вокруг, сравнивая и противопоставляя увиденное городскому пейзажу, который он знал всю свою жизнь. Здесь не так много произведений искусства, но есть и небольшие различия в архитектуре, которые Томми замечает, даже если не может определить, в чем именно они заключаются и как они соотносятся с городом. Размышления Томми прерывает человек с розовыми волосами. Техно прислонился к машине, скрестив руки на груди. Пешеходы обходят его стороной. Он не обращает на них внимания, его лицо совершенно бесстрастно. Заметив Уилбура и Томми, он отталкивается от машины и поворачивается к ним лицом. Он разводит руки в стороны, указывая на машину. Томми обгоняет Уилбура, и на его лице расплывается широченная улыбка. Он останавливается прямо перед Техно, покачиваясь на каблуках. Он оглядывается через плечо на Уилбура и показывает большим пальцем на Техно. — Смотри, у нас есть личный шофёр. — Шути в машине, — ворчит Техно, открывая пассажирскую дверь для Томми. Блондин благодарно кивает Техно, но делает это лишь наполовину в шутку. Прежде чем Томми успевает сесть в машину, Уилбур хватает его за плечи. Он оттаскивает блондина от открытой двери. Он отталкивает Томми в сторону. Он садится на пассажирское сиденье. Его ухмылка последнее, что видит Томми, прежде чем Техно закрывает дверь за Уилбуром. Томми ворчит, сверля Уилбура взглядом через тонированное стекло. Он едва различает лицо Уилбура, но ему кажется, что вместо словесных перепалок они обмениваются все более неприязненными взглядами. Техно открывает для Томми заднюю дверь. Однако он не задерживается, чтобы закрыть ее. Он обходит машину и садится на водительское сиденье. Томми забирается на заднее сиденье. Он устраивается на среднем сиденье и наклоняется, чтобы закрыть дверь. Дверь захлопывается, и Томми устраивается поудобнее в центре. Он кладет руки на плечи рядом с подголовниками Техно и Уилбура. Он наклоняется вперед, сидя на краю сиденья. Он оказывается почти на одном уровне с Техно и Уилбуром, чувствуя себя частью разговора. Техно не обращает на него внимания, сворачивая на свою улицу. — Пристегнись, — приказывает Уилбур, постукивая тыльной стороной пальцев по лбу Томми. Это тщетная попытка, ведь у него нет сил, чтобы оттолкнуть Томми, но Томми понимает, что пытается сделать Уилбур. — Если он хочет покончить с собой, пусть, — тихо добавляет Техно, сосредоточившись на дороге. Из-за фестиваля на дорогах пробки, и Техно дышит ровно, чтобы унять эмоции. В конце концов, из-за его гнева они не поедут быстрее. — Я бы хотел больше доверять твоему вождению, — Томми толкает Техно в плечо. Уилбур просит его прекратить и напоминает, что нужно пристегнуться. После этого они продолжают спорить. В конце концов Томми пристегивается. Он сделал это не потому, что так сказал Уилбур или потому, что Техно пригрозил разбить машину, а потому, что сам этого хотел. Тем не менее они продолжают спорить, даже когда Томми уступает их требованиям. Они перескакивают с одной темы на другую. Однако, о чем бы они ни спорили, напряжение никогда не нарастает. Томми смеется так же часто, как и говорит. Уилбур смеется вместе с ним. Техно несколько раз улыбается и просит их не отвлекать его. Они чуть не разбиваются, когда Уилбур и Томми решают как следует позлить Техно. Розововолосый мужчина винит их обоих. Томми, в свою очередь, винит Техно. Уилбур считает, что виноваты все. Техно заезжает на парковку. Он платит за несколько часов и едет на своей машине к ближайшему свободному месту на втором этаже. Томми с широко раскрытыми глазами выпрыгивает из машины. Он кружится на бетонном полу, слушая, как его хихиканье отдается эхом. Техно поднимает бровь, глядя на Томми, отчасти он удивлен, но в основном сбит с толку. Уилбур, напротив, снова выглядит встревоженным. Он заламывает руки, его взгляд мечется по парковке. Вокруг них больше никого нет — по крайней мере, никого, кто не остался бы в машине. С ними всё в порядке, но Уилбур всё равно повторяет: — Будь осторожен, Томми. Томми закатывает глаза. Уилбур уже не раз брал Томми с собой. Но никогда не волновался так сильно. Томми не понимает, чем Истоки отличаются от других мест. Вероятность того, что Томми погибнет, высока в любом секторе острова. Причины этого не имеют никакого значения. Томми скрещивает руки на груди и идет в ногу с Уилбуром. — Со мной все будет в порядке, Уил! Какого хрена ты так переживаешь? Я уже пообещал, что не буду нарушать закон. А если и нарушу, у нас есть Техно. Он просто изобьет копов. Уилбур не отвечает. Он отворачивается от Томми, напряженный еще сильнее, чем в прошлый раз. Томми нерешительно протягивает руку, чтобы коснуться руки Уилбура. Прежде чем он успевает сказать, что его беспокоит тревога Уилбура, Техно сообщает, что не станет спасать Томми, если тот нарушит какой-нибудь закон. Томми стискивает зубы и решает оставить Уилбура наедине с его проблемами. Рано или поздно он признается. Скорее всего, он ничего не сказал, потому что это Томми. Блондин не позволяет этой мысли задеть себя за живое, когда подходит к Техно, чтобы обсудить условия их контракта о том, когда Техно придет его спасать. Условия совсем не выгодны для Томми, но его смех эхом разносится по парковке, когда они выходят на залитый теплым солнцем двор. Томми в предвкушении носится по улице. Он здоровается со всеми, широко улыбается и машет рукой. Он смотрит на все эти случайные безделушки, которые продают в честь фестиваля. Он подумывает о том, чтобы купить что-нибудь, но не находит ничего, что, по его мнению, подошло бы его друзьям и семье. Его взгляд постоянно прикован к множеству деталей, доказывающих, что он находится в Истоках, а не где-то еще. Томми уверен, что выглядит таким же туристом, каким себя чувствует. Он оглядывается через плечо. Техно и Уилбур явно не так сильно озадачены происходящим. Томми продолжает улыбаться и как ни в чем не бывало спрашивает: — Вы двое выросли в Истоках? Техно и Уилбур обмениваются непонятным взглядом. Глаза Томми слегка сужаются. Вопрос должен быть простым. Формально в Истоках живут несколько людей, так что они не станут скрывать, что близки к гибридам. Даже если бы они это сделали, Томми был уверен, что сегодня они раскроют правду. Что может быть лучше, чем сейчас, когда их всего трое? Если только они не хотят, чтобы здесь была и Кристин, ведь Томми уверен, что она тоже гибрид. Возможно, в их компании есть и другие. Возможно, они захотят рассказать ему все сразу, но, с другой стороны, они могли бы подготовить его к этому, начав с того, где они выросли, и посеяв эту мысль в его голове. — Что-то вроде того, — в конце концов решает Техно. Томми медленно кивает, принимая этот ответ за чистую монету. Он мог бы найти в этом скрытый смысл, но не станет. В конце концов, сегодня важный день. В Истоках проходит фестиваль. Он может провести время с семьей и друзьями. Правда вот-вот раскроется. Ради всего этого стоит улыбаться. Уилбур берет инициативу в свои руки, как только неловкий момент проходит. Он хватает Томми за запястье и проталкивается мимо блондина. Он тащит Томми за собой, и улыбка блондина становится только шире, пока он следует за Уилбуром. Он протягивает ему другую руку. Техно быстро понимает намек и вкладывает свою руку в протянутую ладонь Томми. Они идут по улице втроем, как утята, ищущие свою маму-утку. Томми тихо посмеивается. Остальные уже собрались на углу улицы. Таббо замечает их первым. Он вырывается из толпы, чтобы обнять Томми. Блондин принимает его ласку, отпуская руки Уилбура и Техно. Таббо обнимает Томми за плечи и подталкивает его к остальным. Кристин снова его обнимает. Сниг ерошит ему волосы. Томми отмахивается, и Джек случайно получает удар в нос. Томми виновато усмехается. Джек хватает Томми за шею, и Таббо присоединяется к Томми, чтобы разнять их. Томми вырывается из рук Джека и чуть не падает на Ники. Она ловит его, просунув руки ему под мышки. Он отклоняется назад, и она улыбается ему. Шелби наклоняется, чтобы прикрепить цветок к его рубашке. Томми благодарит их обоих, когда его ставят на ноги. Чарли подбегает и обнимает Томми обеими руками. Он бы упал на землю, если бы Квокити и Джейден не оттащили Чарли. Филза подходит последней и сталкивается плечами с Томми. Блондин первым обнимает Филзу, уткнувшись лицом в его шею. После приветствий группа начинает вместе осматривать фестиваль. Иногда небольшие группы отделяются, но они всегда возвращаются с сувенирами, едой или забавными историями о том, что увидели. Томми хочет попробовать всё, поэтому никогда не отказывает, когда кто-то хочет, чтобы он что-то посмотрел вместе с ними. Томми никогда раньше не был на фестивалях и никогда раньше не раньше Истоках, и оба этих факта делают его чрезвычайно любопытным и возбуждённым. Он чувствует себя маленьким ребенком, когда ест вкусности, которые никогда бы не осмелился попробовать сам, или играет в игры с правилами, которые едва понимает, особенно когда у его товарищей по игре разные стратегии для победы. Когда группа уходит отдохнуть в тень, Томми стоит рядом с Филзой с бутылкой воды в руке. Он наблюдает за другими посетителями фестиваля. Он видит самых разных гибридов. Никто из них не стыдится того, кто они есть. Никто из них не боится, что на них нападет Бинарный убийца. Они полностью доверяют Синдикату, и Томми кажется, что он видит организацию с совершенно новой стороны, несмотря на то, что рядом с ним нет никого из членов Синдиката. Томми полуулыбается. Он хочет спросить об этом Азраила при следующей встрече. Томми поворачивается к Филзе, у него есть несколько вопросов к этому человеку, а не к суперзлодею, который сейчас далеко от него. — А вообще, зачем нужен этот фестиваль? Филза удивленно распахивает глаза. Он хохочет, качая головой и размахивая рукой. — Прости, я думал, тебе уже кто-то рассказал. Это праздник в честь основания Истоков. Ну, не в честь его основания, а скорее в честь того дня, когда он официально стал тем, чем является сейчас. Раньше Федерация переселяла гибридов в эту долину для сбора ресурсов. Когда в этот район пришел Синдикат, они смогли превратить его в безопасное убежище для гибридов. Этот праздник ответ на происходящее, он призван показать, насколько они благодарны Синдикату, и доказать, что у них единая идентичность как у народа Истоков, а не просто как у гибридов. Томми снова оглядывает людей. Как бы прекрасна ни была эта мысль, Томми знает, что единая идентичность Истоков делает их мишенью для Федерации. Когда начнется война, это будет противостояние героев и злодеев Федерации и Истоков. Конечно, Томми понимает, что все будет сложнее. Есть и другие фракции, которые могут остаться нейтральными или привести к тому, что война разделится на несколько направлений. Кроме того, есть и другие причины, по которым герои могут сражаться со злодеями, помимо их местоположения, объединения или гибридного статуса. Томми знает недостаточно, чтобы делать какие-либо выводы. Он знает лишь то, что эта битва будет повторяться снова и снова. — Не время для урока истории. Время повеселиться! — Сниги подбегают, обнимая одной рукой Томми, а другой Филзу. Он встает между ними и расталкивает их в стороны. Его руки скользят по их плечам, пока он присоединяется к группе. Филза с любовью закатывает глаза. Он с улыбкой подталкивает Томми в плечо. Томми улыбается в ответ и бежит вперед, чтобы догнать Таббо. Филза уходит к жене, а Томми и Таббо шепотом подшучивают над влюбленной парой. Слова Снига звучат как пророчество, пока они продолжают бродить по территории фестиваля. Они по-прежнему делают то, что попадается им на глаза, небольшими группами. Томми проводит время почти со всеми членами группы, и они тащат его за собой, чтобы он попробовал все, чем не успел заняться в детстве. Его энтузиазм заразителен, и все смеются вместе с ним, пока он пытается выжать максимум из этих драгоценных нескольких часов в день. Вместе с Таббо он ловит яблоки в емкости с водой. Он покупает цветочные венки вместе с Шелби. Он проходит через дом с привидениями вместе с Джеком. Ники помогает ему выбрать лучшие угощения. Сниг пускает сосульку по рубашке Томми, и блондин использует любую возможность, чтобы отомстить ему тем же. Чарли тянет его к надувному батуту, а Джейден и Квакити спорят с работником фестиваля, пока Томми и Чарли ускользают из этого района. Они убегают и оказываются в компании Филзы. Это целиком и полностью идея Чарли — сбежать от Квокети и Джейдена, играя в странную игру в догонялки или прятки. Когда их ловят, Томми прижимается к Техно, и он жалуется все время, пока они идут мимо столов, заставленных книгами. Уилбур спасает его. Они садятся за стол для пикника. До конца вечера они слушают уличных артистов, остывая и хихикая вместе. Когда день подходит к концу, все расходятся по своим машинам. Томми обнимает всех на прощание, дольше всего задерживаясь в объятиях Кристин. Она обещает увидеться с ним, как только они уедут. Томми соглашается. Он спешит к Уилбуру и следует за брюнетом по улицам, пока Техно решает кое-какие вопросы с Филзой, в которые Томми не посвящен. Томми был бы расстроен, если бы не чувствовал приятную усталость, как после хорошей тренировки. Томми и Уилбур ждут у машины. Дверь на заднее сиденье открыта. Томми сидит боком на стуле, опустив ноги на бетонный пол. Он прислонился к дверному косяку. Уилбур стоит у колеса, прислонившись к багажнику. Он скрестил руки на груди и выглядит задумчивым, ожидая возвращения Техно. Томми закрывает глаза, наслаждаясь прохладным ветерком, который дует в затененном гараже. Он мог бы так и заснуть. Когда они поедут к поезду, Томми, скорее всего, вздремнет на несколько минут. Уилбур наверняка разбудит его вовремя. Томми мог бы спросить, можно ли ему сегодня остаться с семьей. Завтра у него нет никаких дел. Он уже не в первый раз ночует у них. Они ему как семья он ведь сам сказал Уилбуру, что они семья, не так ли? Уилбур задает вопрос раньше Томми. — Зачем ты сегодня приехал? Томми не открывает глаза. Он хмурится, обдумывая вопрос, позволяя самим словам и тону, которым они были произнесены, задержаться в памяти. Из всех вопросов, которые мог бы задать Уилбур, на этот Томми не подготовил ответа. — Какого хрена ты тут делаешь? Это ты меня пригласил. — Я знаю, просто… я не думал, что ты согласишься, вот и всё, — просто говорит Уилбур. Глаза Томми приоткрываются. Он упирается виском в дверной косяк. Он садится прямо и смотрит на Уилбура. Тот смотрит не на Томми, а на окна без стёкол в другой части гаража. Томми совершенно не понимает, что он говорит. Уилбур говорит так буднично, что Томми кажется, будто он пропустил целый абзац. Зачем Уилбур его позвал, если не ожидал, что Томми согласится? Он на самом деле не хотел, чтобы Томми приходил, или блондин совершенно неверно истолковывает ситуацию, как ее преподносит Уилбур? — Знаешь, думаю, я ясно дал понять, что мне нравится проводить время со всеми. Кажется, сегодня я смеялся больше, чем за всю свою гребаную жизнь. Это что-то да значит. А если дело в том, что я нахожусь на территории Синдиката, то мне все равно. То есть мне, конечно, не все равно, черт возьми, но, знаешь, это... терпимо. У меня нет судимостей, Уил, так что у меня нет проблем, куда бы я ни пошел, — объясняет Томми, как может. Он не добавляет, что у него есть определенные навыки и способности, из-за которых у него проблемы, даже несмотря на отсутствие судимостей. Уилбур медленно кивает. Больше он ничего не говорит. Томми смотрит на него, затаив дыхание, в ожидании, что Уилбур назовет истинную причину. Томми обдумывает ситуацию и приходит к выводу, что Уилбур считает, будто Томми что-то имеет против гибридов. Томми никогда не говорил ничего плохого о гибридах ни Уилбуру, ни кому-либо другому, но, возможно, это укоренилось в психике Уилбура из-за детской травмы. Томми вздыхает, собираясь с духом. Он ерзает на стуле, глядя на Уилбура, пока тот не смотрит ему в глаза. Он боится, что его стошнит, но вместо этого Томми удается заговорить. — Я не против гибридов, и не только потому, что ты один из них. Уилбур заметно вздрагивает. Его губы беззвучно приоткрываются, а пальцы дергаются, словно он хочет дотянуться до Томми, но не решается. Блондин нервно смеется, потирая затылок. Он продолжает, понимая, что Уилбуру нужно больше поддержки. — А чего ты ожидал, Уил? Я же не слепой. Я знаю, что ты, Техно и Кристин. Я бы не удивился, если бы кто-то еще в группе был в курсе. Но для меня это не имеет значения. Мне все равно, кто вы люди, гибриды, кто-то еще. Я ничего не имею против гибридов. И против тебя тоже, потому что ты мой брат. Это важнее всего. Я надеялся, что ты сам мне скажешь, но подумал: черт с ним, кто-то должен что-то сказать, пусть это буду я. — Какая разница, кто я? — шепчет Уилбур. Он выглядит печальным. В его глазах нет слез, но Томми чувствует, что они вот-вот прольются. Томми хмурится. Когда он представлял себе этот разговор, то думал, что он закончится объятиями и улыбками. Он думал, что они подтвердят свое родство. Но это убитое горем выражение на лице Уилбура совсем не то, чего ожидал Томми. Ему это совсем не нравится. — ...что ты имеешь в виду? — Если бы я был кем-то другим, тебе было бы до этого дело? Достаточно ли нашего братства? — повторяет Уилбур. Он выглядит отчаявшимся. Томми хотел бы знать, что сказать, чтобы успокоить Уилбура, но он по-прежнему не до конца понимает вопрос. Кем еще мог быть Уилбур? Это вымышленное имя? Неужели какое-то странное существо убило Уилбура и заменило его в их отношениях? Был ли у Уилбура... другая личность? — Хотелось бы так думать, — медленно, задумчиво, осторожно произносит Томми. Он не хочет, чтобы Уилбур неправильно истолковал его слова. Он не хочет лгать Уилберу, когда тот, кажется, готов открыться во всех смыслах, о которых Томми даже не подозревал. Томми протягивает руку и берет Уилбура за руку. Он сжимает ее и продолжает, уверенно, но не менее осторожно. — Знаешь, у меня тоже есть свои секреты. Надеюсь, ты и за это меня не возненавидишь. Если ты пообещаешь не ненавидеть меня, я обещаю не ненавидеть тебя. Уилбур вздыхает. Он колеблется, его глаза сужаются. Он качает головой. Он садится на корточки перед Томми. Он запрокидывает голову, чтобы не терять зрительный контакт. Томми хмурится еще сильнее. Уилбур собирается умолять его о прощении? Он собирается признаться в чем-то, что, по его мнению, разрушит их братство? Томми кивает, скорее себе, чем Уилбуру. Он готовится к тому, что тот ему скажет. — Слушай, я давно хотел тебе сказать, но на самом деле я… — Что вы тут делаете? — с любопытством спрашивает Техно, огибая машину сзади. На его лбу блестит тонкая испарина, но в остальном он выглядит невозмутимым. Все меняется, когда Уилбур бросает на Техно виноватый взгляд. Глаза Техно сужаются. Его голос становится грубее, когда он подходит к водительской двери: — Садись в машину. Мы уезжаем. Уилбур отодвигается от Томми. Блондин придвигается ближе к центру заднего сиденья. Он закрывает дверь. Звук захлопывающейся двери последний шум, который раздается в машине, пока Техно выезжает с парковки. Атмосфера гнетущая, тишина нерушима. Уилбур прислоняется головой к окну. Костяшки пальцев Техно белеют, когда он сжимает руль. Томми сворачивается калачиком, пытаясь не обращать внимания на напряжение в машине. Когда они подъезжают к станции, Томми начинает выходить из машины. Голос Техно звучит бесстрастно, его взгляд прикован к Уилбуру. — Мне что, ехать с тобой в одном поезде? Уилбур виновато качает головой. Томми открывает рот, чтобы что-то спросить, но ничего не успевает сказать, следуя за Уилбуром в пустой вагон, где, кроме них, есть лишь несколько пассажиров. Они находят себе места. Томми кладет голову на плечо Уилбура, не обращая внимания на проплывающий мимо город. Уилбур ничего не говорит, пока они едут на другой конец острова. Мысли Томми возвращаются к разговору. Что собирался сказать Уилбур? Кто он такой? Почему Томми должен из-за этого отвергнуть брата? Томми не думает, что Уилбур может сказать ему что-то такое, что убьет братскую любовь в его сердце. Томми так долго мечтал о семье, что не хочет отказываться от нее ни за что на свете. Возможно, его удивит то, что скажет Уилбур, но он точно не потеряет семью из-за этого, если ему просто все расскажут. В конце концов поезд останавливается. Томми вяло поднимается на ноги. Он направляется к выходу. Не успев выйти из вагона, он слышит свое имя. Уилбур полуулыбкой встречает Томми. — Ты был прав. Я фантомный гибрид. Томми отвечает Уилбуру более широкой улыбкой. — Спасибо, что доверился мне. Лицо Уилбура мрачнеет, и он поспешно отводит взгляд. Двери за ними закрываются. В животе у Томми что-то сжимается. Он инстинктивно понимает, что статус Уилбура как фантомного гибрида это не то, что он хотел сказать Томми на парковке. Не это расстроило Техно. Но это шаг в правильном направлении. Томми довольствуется тем, что есть. Он отворачивается от станции и направляется к своему магазину. Поднимаясь по лестнице, он понимает, что в квартире наверху кто-то есть. Томми осторожно преодолевает последние несколько ступенек. Он толкает дверь, готовый в любой момент нанести удар. Его способности указывают ему направление, откуда доносится еще одно сердцебиение. Кто-то сидит в кресле в углу. Она смотрит в окно, и бледный свет угасающего рассвета падает на ее безучастное лицо. Она смотрит на Томми, который стоит в своей квартире с открытой входной дверью. Он знает, кто она: Голем. Она одна из героев. Он не знает, зачем она здесь, а она не знает, как его нашла. Томми оглядывает комнату. Она ничего не украла и не испортила его квартиру. Она просто пробралась внутрь через открытое окно. Она кивает на окно. — Я знаю, как обойти чары, но сработала технологическая сигнализация. Я знаю, что она не вызвала полицию, но у меня есть лишь несколько предположений о том, кому она все-таки позвонила. Нам нужно разобраться с этим до того, как кто-то приедет, да? — Чего ты хочешь? — Томми скрипит зубами, сжимая кулаки перед собой. Даже несмотря на все свои тренировки с Техно, Томми сомневается, что выиграет этот бой. Но, думает он, он не позволит герою переступить через себя. — Зачем бы еще я была здесь? Я хочу костюм. — Выражение ее лица менее подавленное, но счастливее она точно не выглядит. — Какой тебе принести костюм? — Томми сердито смотрит на нее. Она смеется этот пустой звук нервирует Томми. — Тебе не нужно мне врать. Я знаю правду. Но не волнуйся, остальные не знают. — Я тебе не доверяю. Она понимающе склоняет голову набок. — Что бы это ни значило, я тебе тоже не доверяю. Я просто хочу получить костюм от Подземного портного. — Это дурацкое название. — У тебя их много. Тебе нужно выбрать одно, пока не прижилось какое-нибудь дурацкое имя. Если люди начинают тебя как-то называть, их сложно переубедить, — признается Голем, и, судя по всему, она говорит по собственному опыту. — Но я отвлеклась. Я здесь не для того, чтобы давать тебе советы. Я здесь только для того, чтобы вести дела. Я заплачу все, что ты запросишь. Я подпишу конфиденциальный договор, хотя, возможно, нам придется исключить защиту для других героев. Я вас не трону и могу пообещать, что не буду им помогать, но и мешать им я тоже не могу. Кроме того, мне не нужен вычурный костюм со всеми этими прибамбасами. У меня просто есть тот, кого я хочу защитить, вот и все. К тому же времена меняются. Модные наряды в тренде. А эти тусклые костюмы - нет. Голем теребит свой воротник. На ней темно-серый комбинезон без каких-либо украшений. На плече вышит символ Федерации, но больше в ее костюме нет ничего примечательного. На ней нет никакой защитной экипировки. Это ожидаемо, учитывая, что одна из ее способностей превращать свою плоть в желеобразную субстанцию, но Томми все равно кажется, что наколенники это не так уж много. Голем встает на ноги. Она кладет карту на кофейный столик. Она стоит перед Томми. Она ненамного выше его. Ее темные глаза смотрят прямо в ярко-голубые глаза Томми. Тайное очарование слабо, а значит, Томми ни разу не видел Голем вне ее костюма. Но глаза Голем сверкают узнаванием. Она смотрит на него так, словно знает кого-то, кто выглядит точно так же. Она вздыхает и отводит взгляд. — Это моя карта. Позвони мне, когда закончишь костюм. Я знаю, что ты занятой человек, и я не тороплюсь. Я буду ждать хоть годами, хотя и попрошу заплатить позже, если у тебя уйдет столько времени. В любом случае я обещаю не рассказывать о тебе героям, если ты не донесешь на меня за дружбу с сообщником злодея. Голем возвращается к окну. Она выскальзывает наружу и спрыгивает на землю. Томми не двигается с места. Его взгляд падает на ее визитку, оставленную на кофейном столике. Он хмурится, ошеломленный ее появлением, словами и странным выражением лица. Голем думала, что кто-то поспешит в магазин, и она была права. На подоконник приземляется Азраил. Он забирается в комнату, сложив крылья за спиной. Он оглядывает гостиную в поисках каких-либо признаков взлома, кроме разбитого окна. — Я получил сообщение от системы безопасности. — Это была ложная тревога. Я открыл окно, — Томми улыбается Азраилу. — Нужно попросить Пульвериза перепроверить систему.