Глава 5. Та, кто не ведётся

      Бар «The Rusty Nail» оказался именно таким, как обещало название: ржавым, прокуренным и насквозь пропитанным дешёвым пивом. Неоновая вывеска мигала через раз, внутри пахло жареным маслом и чем-то кислым, будто кто-то пролил уксус. Райан толкнул дверь, Райли зашёл следом, и оба замерли на секунду, привыкая к полумраку.       — Классное место, — сказал Райли с иронией. — Прям мечта романтика.       — Зато дёшево, — ответил Райан и двинулся к стойке.       За ней стояла женщина. Высокая, выше среднего роста, с рыжими волосами, собранными в небрежный пучок, из которого выбились несколько прядей. Она протирала стакан, не глядя на вошедших, но Райан уже заметил родинку у ложбинки — вырез футболки (простой, хлопковой, без надписей) открывал ровно настолько, чтобы эта деталь бросилась в глаза. И не только родинка. Грудь тоже было не скрыть — уверенная тройка, которая даже под свободной тканью угадывалась без усилий.       Райли сел на табурет, Райан рядом.       — Добрый вечер, — сказала женщина. Голос с хрипотцой, спокойный, без заискивания. — Что будете?       — Виски. Двойной. — Райан наклонил голову, разглядывая её. — А тебе что налить?       Она подняла глаза — серые, с холодным блеском, без тени интереса.       — Мне на работе не положено. Вам двойной виски и… — она перевела взгляд на Райли.       — Пиво. Любое светлое нефильтрованное.       Она кивнула, развернулась к полкам. Райан проводил её взглядом — длинные ноги в потёртых джинсах, удобные ботинки без каблука, никаких украшений, даже часов.       — Не зевай, — шепнул Райли. — Она не в твоём вкусе?       — Почему же, — так же тихо ответил Райан. — Просто…       Она поставила перед ним стакан, перед Райли — кружку.       — С вас двадцать два пятьдесят.       Райан достал деньги, положил на стойку, но не отодвинулся. Отхлебнул виски, поморщился — дешёвое, но сойдёт.       — Давно работаешь в таком месте? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал легко. — Красивая девушка — и за стойкой в этой дыре?       Она не улыбнулась. Даже бровью не повела.       — Пять лет. У нас сегодня специальное предложение на бургер. Принести?       Райан растерялся на секунду — такого отпора он не ожидал. Обычно женщины или смущались, или начинали кокетничать, или хотя бы смотрели в ответ. Эта же смотрела сквозь него, как сквозь стекло.       — А что насчёт тебя? — не сдавался он. — Какое у тебя любимое блюдо?       Она вытерла стойку, бросила тряпку в ведро.       — Я предпочитаю не обсуждать личное с гостями. Но если у вас есть вопросы по меню — я с удовольствием отвечу.       Улыбка. Вежливая, стерильная, не касающаяся глаз. И она тут же отвернулась к другому концу стойки, где кто-то поднимал пустую кружку.       Райли прыснул в своё пиво.       — Она тебя сделала, — сказал он, давясь смехом. — Быстро, чисто и без свидетелей.       — Заткнись.       — Ладно, ладно. Только лицо у тебя сейчас такое, будто ты впервые увидел женщину, которая не падает к твоим ногам.       Райан промолчал. Он смотрел, как рыжая — имени он ещё не знал — разносит заказы, ловко лавируя между столиками. В движениях не было суеты, только точность, как у человека, который делает одно и то же каждую ночь и давно перестал обращать внимание на лица.       Она подошла снова, проверить, не нужно ли долить.       — Как вас зовут? — спросил Райан, понизив голос.       — Грейс. — Она поставила перед ним салфетку. — Если захотите ещё виски, просто поднимите руку.       — Грейс, — повторил он. — Красивое имя.       — Спасибо.       Ни тени кокетства. Ни искры в глазах. Спасибо — и всё. Райан почувствовал, что тонет в зыбучем песке её вежливости. Он привык, что его обаяние работает как ключ зажигания — повернул, и мотор завёлся. А здесь просто щёлкнуло пустое.       Она отошла к другому посетителю. Райли уже допил пиво и поглядывал на дверь.       — Долго здесь сидеть будем?       — Не знаю, — сказал Райан. — Ещё по одному?       — Тебе — да. Мне пора воздухом подышать.       Райли сполз с табурета, хлопнул Райана по плечу и вышел. Райан остался один. Допивал виски медленно, разглядывая Грейс — как она наклоняется, принимая заказ, как поправляет выбившуюся прядь, как её родинка смещается при каждом движении. Он представил, что было бы, если бы он подошёл, взял её за руку, прошептал что-то на ухо. Она бы, скорее всего, отстранилась и вежливо сказала: «Вы нарушаете личное пространство».       Эта мысль была странно… освежающей? Бесила? И то и другое.       Он поднял руку. Грейс подошла.       — Ещё виски?       — Нет. Скажи, — он задержал взгляд на её лице, — ты всегда такая?       — Какая?       — Неприступная.       Она на секунду замерла, потом ответила ровно:       — Я на работе. Здесь я — официантка. Моя задача — приносить напитки и улыбаться. Всё остальное — не моя забота.       — А вне работы?       — Вне работы я предпочитаю, чтобы меня не беспокоили.       Она взяла его пустой стакан, развернулась и ушла на кухню, оставив Райана с чувством, что он только что проиграл раунд, даже не успев нанести удар.       Он сидел, сжимая пальцами край стойки, и думал. О том, что Грейс — это не песня, которую можно переключить. Не женщина, которую можно очаровать за пять минут. Это стена, о которую он разбил лоб, и теперь ему было не больно, а странно интересно.       Райли ждал его у мотоциклов.       — Ну что? Нашёл свою новую?       — Нет, — сказал Райан, надевая шлем. — Она не ищет.       — Первый раз такое, да? — Райли усмехнулся, но без злорадства. — Может, это знак?       — Какой?       — Что пора перестать быть таким… предсказуемым.       Райан не ответил. Завёл мотор, и рык Yamaha заглушил все мысли, кроме одной: имени Грейс и родинки у ложбинки. И того, что он обязательно вернётся в этот бар. Не потому, что хочет её завоевать. А потому, что впервые за долгое время ему захотелось не убегать, а остаться.       Хотя бы на минуту дольше.