Глава 15

— Вон из моего класса, — процедил сквозь зубы Гарри. — За последние два дня вы отправили в больничное крыло четверых студентов, — заявила Амбридж таким тоном, будто это он здесь был тупицей. — С подвернутыми лодыжками и парой царапин. Я мог бы и сам их вылечить, но они были так воодушевлены своими дуэлями, что я отослал их к Поппи — просто чтобы убедиться, что ничего не упустил, — объяснил ей Гарри в такой же снисходительной, издевательской манере. — Вы профнепригодны для преподавания в этой школе, — отрезала она, хлопнув пухлыми ладонями по рабочему столу Гарри. — А вам вообще нельзя находиться рядом с детьми! — воскликнул Гарри. — Я требую, чтобы мы пошли к директору, — заявила она. — Это пустая трата времени. Мы оба прекрасно знаем, что он меня ни за что не уволит. — Я хочу, чтобы вас здесь не было, — прошипела она, наклоняясь над его столом. — Уверяю вас, это взаимно, — ровным тоном парировал Гарри. Гарри больше всего на свете хотелось натравить на нее Фреда и Джорджа, а может, устроить что-нибудь с Флоренцем? — Я заставлю вас пожалеть о том, что вы здесь остались, — пригрозила она. С Гарри было достаточно. Он поднялся, нависая над ней всем своим ростом. — В очередь встаньте, — отрезал он и, собрав бумаги, оставил розовую ведьму позади. В коридоре он чуть не сбил с ног Невилла Лонгботтома и Теодора Нотта. До Гарри донесся цокот каблуков Амбридж, приближавшейся к ним. — Вы оба меня ждете? Они дружно кивнули. — Прошу, идите за мной, — сказал Гарри, уводя их на следующий этаж. Шагал он быстро, но не настолько, чтобы студентам приходилось бежать, чтобы не отставать. — Мне просто нужно было передать вам письмо, — произнес Невилл, протягивая ему конверт. На нем аккуратным почерком, который, как сразу понял Гарри, точно не принадлежал Невиллу, был выведен адрес. — Мои родители и бабушка хотят встретиться с вами. Кажется, зовут на ужин, — с теплой улыбкой добавил Невилл. Гарри улыбнулся ему в ответ, положив письмо поверх стопки бумаг. — С большим удовольствием. — Он перевел взгляд с одного студента на другого: — Вы ведь не по общему делу хотели поговорить? — О, нет, извините, — сказал Невилл, замедляя шаг. — До свидания, профессор Поттер. — Он слегка помахал рукой, развернулся и направился обратно к лестнице. — Мы можем поговорить наедине? — спросил Теодор. Гарри кивнул, и они зашли в пустующий класс. Гарри выставил чары конфиденциальности. — Что стряслось? — спросил Гарри, закончив накладывать заглушающее заклинание. — Дело в моем отце, — выговорил Теодор. — У него неприятности? Теодор переступил с ноги на ногу. — У тебя неприятности? — нажал Гарри. Теодор глубоко вздохнул и, глядя себе под ноги, тихо произнес: — Мой отец и есть эти неприятности. — Расскажи, что тебе нужно, — произнес Гарри. — И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь. Теодор поднял взгляд, всматриваясь в лицо Гарри: — Вы правда поможете мне? — Да. Потому что я помню, как сам ходил за помощью к взрослым, и помню, что люди гибли, когда меня не слушали. Поговори со мной, и я выслушаю. — Мой отец — Пожиратель смерти, — выпалил Теодор. — Я знаю, — ответил Гарри. Теодор покраснел: — Он творил ужасные вещи, и сейчас начинает снова. — Он творил ужасные вещи по отношению к вам, мистер Нотт? — спросил Гарри. Теодор снова уставился себе под ноги, сжав кулаки. Он что-то пробормотал. — Извини, ты не мог бы повторить? — мягко попросил Гарри. Мальчик неохотно поднял голову; на его лице читалась злость, а в широко распахнутых глазах застыл страх. Над верхней губой выступили капельки пота. — Меня зовут Тео. — Тео, — нежно произнес Гарри, стараясь не делать резких движений и держа руки по швам. — Тео, отец причинял тебе боль? Глаза Тео налились яростью: — Моя мама мертва, она покончила с собой после прошлой войны. Мне некуда идти. Я не знаю, как мне быть. Что я должен делать? Гарри глубоко вздохнул: — Если с твоим отцом что-то случится, кто тебя заберет? — Малфои, но они пропали. У меня никого нет, — сказал Тео. — Отец прислал мне письмо, он требует, чтобы я вернулся домой на зимние каникулы, но я не могу туда возвращаться. Этим летом... — Он явно прикусил язык. — Крестный Драко — профессор Снейп. Ты не знаешь, перейдешь ли ты под его опеку в таком случае? — спросил Гарри. Тео на мгновение задумался: — По магическому закону — да, но... но... Гарри ждал, пока Тео совладает со своими мыслями, эмоциями и отчаянием, которые и привели его к нему, к Гарри, из всех возможных людей. Наконец Тео прошептал: — Но профессор Снейп ведь тоже Пожиратель смерти. Гарри кивнул: — Это правда, но он не из тех, у кого есть привычка сдавать детей Тёмному Лорду. Тёмный Лорд знает, что за всеми действиями профессора Снейпа приглядывает директор. — Директор не станет мне помогать, я ведь со Слизерина. Гарри поджал губы: — Я помогу тебе. И декан Слизерина тоже поможет. Тео вытер рот рукавом. Он постепенно брал себя в руки, хотя Гарри всё еще отчетливо видел, насколько сильно напуган его студент. — Почему вы помогаете мне? Гарри наклонил голову набок: — А почему ты пришел именно ко мне, если думал, что я не помогу? — Я надеялся, но считал, что скорее уж вы решите, будто я заманиваю вас в ловушку, или не поверите мне по какой-нибудь другой дурацкой причине. Гарри пожал плечами: — У меня есть свои способы справляться с ловушками, но я верю твоему слову. Тео нахмурился: — А что, если я и правда замышлял против вас недоброе? — Значит, мне бы навредили. Но я твой профессор, и моя работа — помогать тебе, если это необходимо. — Больше никто так не считает. — Профессор Снейп спасал мне жизнь столько раз, что я знаю: это не так. — Снейп не стал бы мне помогать. — А ты просил его об этом? Тео покачал головой. — В идеале, чего бы ты хотел от меня в отношении твоего отца, Тео? — спросил Гарри. — У меня есть связи среди мракоборцев, но с те... — Нет! — почти выкрикнул Тео. — Министерство не должно знать! Моего отца не особо любят, но у него там достаточно связей. К тому же слишком много людей работают на Тёмного Лорда, чтобы кто-то рискнул пойти против моего отца. — Хорошо. Тогда вопрос в следующем: ты хочешь, чтобы я проучил твоего отца, или чтобы он исчез? Тео побледнел, и Гарри увидел, что мальчик наконец полностью осознал всю тяжесть ситуации. Существовало множество причин, почему дети не просили о помощи. И порой, какие бы раздоры ни царили в семье, перспектива потерять близкого человека казалась им еще страшнее. Откуда ребенку знать, как поступят взрослые? Как внешние силы — закон, соседи или друзья — распорядятся этой тайной? Откуда им знать, что всё это не обернется против них самих? И даже если они наберутся смелости попросить о помощи, где гарантия, что они её получат? А хуже всего — что, если помощь придет, но не справится, сделав всё бесконечно ужаснее? Что, если Гарри как-то подведет Тео? И отец покарает его сильнее прежнего за то, что тот посмел вынести сор из избы. Что тогда делать Тео? — Я… не хочу, чтобы он умирал. Ему место в тюрьме, но… — Тео осекся. — Но ты хочешь, чтобы он оставался там и не вышел на свободу до того, как ты станешь совершеннолетним и перестанешь от него зависеть. Тео зажмурился: — Я просто не хочу возвращаться домой. — Я обещаю не убивать его, Тео. Я со всем разберусь. — А если я не нужен профессору Снейпу? Что, если он не возьмет меня к себе? — Тогда тебя заберу я. Я лорд Поттер, и у меня достаточно средств, чтобы обеспечить не одного ребенка. Тео снова уставился себе под ноги: — Спасибо вам, сэр. — Не за что. Ты даешь мне разрешение обсудить это с профессором Снейпом? Тео удивленно поднял глаза: — Вы спрашиваете моего разрешения? — Это твоя жизнь, — просто ответил Гарри. — Да, я разрешаю. Но только не говорите ему, где собираетесь держать моего отца. — Обещаю не говорить ему. Он до сих пор не знает, где я держу Малфоев. Тео моргнул: — Так вы всё-таки их похитили? Драко думает, что они мертвы. — К сожалению, ради его же безопасности ему лучше верить в это. — Но мне вы рассказываете, что собираетесь сделать с моим отцом, доверяя и рассчитывая, что я об этом не разболтаю. — Драко не просил меня сделать так, чтобы его родители исчезли. А ты просишь. И я лучше рискну открыться тебе, чем позволю тебе думать, будто ты заказал убийство собственного отца. — Когда вы выпустите моего отца, он меня убьет, — произнес Тео. — Заклятие Забвения должно это предотвратить, я думаю. Тео снова переступил с ноги на ногу: — Мне пора на следующий урок. — Всё будет хорошо, Тео. Тео направился к выходу, но перед тем как открыть дверь, обернулся: — Выиграйте эту войну. Такие люди, как мой отец, вообще ничем не должны руководить. Гарри кивнул. Он еще долго оставался в пустом классе, впервые по-настоящему осознавая, почему Фоукс вернул его именно в этот момент истории, а не в более ранний. Шрамы на теле их общества раскинулись гораздо глубже, чем мог оставить один лишь Волан-де-Морт. Дора едва успела заскочить в лифт, врезавшись в спину Кингсли. Тот лишь крякнул, но ничего не сказал — их сделали напарниками и личной охраной Фаджа из числа мракоборцев, или, как их уже начали называть в других отделах, личными ищейками Фаджа. Фадж приказал им провести расследование внутри министерства. Это играло на руку Ордену, поскольку вместо того, чтобы искать сторонников Дамблдора, Кингсли и Дора получили официальный повод выслеживать сторонников Волан-де-Морта. Какое всё-таки счастье, что Фадж понятия не имел, что и Кингсли, и Дора были союзниками Дамблдора. — Тебе не кажется, что Фаджу прямо сейчас не помешала бы охрана? — спросила Дора. В лифте они были одни. — Я наложил на его дверь защитные чары, и мы вернемся как раз вовремя, чтобы проводить его на обед и обратно, — отозвался Кингсли своим глубоким голосом. Дора обожала работать в паре с Кингсли. Он был, пожалуй, одним из самых крутых мужчин, которых она когда-либо встречала, а от его сухого чувства юмора она вечно хихикала. Впрочем, работа с кем угодно, кроме Грозного Глаза, уже была шагом в правильном направлении. — И всё равно мне кажется, что это плохая затея. — Фадж сам себе худший враг. Тёмному Лорду и его прихвостням даже помогать ему в этом не нужно. — Ну да... — протянула Дора. В лифте воцарилась тишина, прерываемая лишь звуковыми сигналами при проезде этажей. — Ты в последнее время прямо воспряла духом, — прощупал почву Кингсли. — Проводишь кучу времени в Хогвартсе. Дора вспыхнула, и ее волосы окрасились в розовый цвет: — Укрепляю семейные узы. — И как успехи? Ладишь со своим сыном? — спросил Кингсли. Дора улыбнулась: — Тедди невероятный. Он зовет меня мамочкой. Это немного странно, но я ничего не могу с собой поделать — чувствую, будто он часть меня. Недостающий кусочек, о необходимости которого я даже не подозревала. — А лорд Поттер? — лукаво осведомился Кингсли. — Он тоже недостающий кусочек? Дора снова покраснела, но улыбка так и не сошла с ее лица: — Гарри тоже совершенно невероятный. — Так у вас всё официально? — Мы официально встречаемся, да, но... — Но? — подтолкнул он её. — Встречаться с кем-то, кто живет под одной крышей с твоими родителями, не так уж просто. Моя мама считает, что это умора. — Но она ведь одобряет? — Думаю, я бы не отказалась от чуть меньшего одобрения с её стороны. — И всё же он подходит тебе больше, чем Римус, — констатировал Кингсли. Она метнула в него сердитый взгляд: — Это еще почему? Потому что он моложе? Кингсли посмотрел сверху вниз на свою молодую, энергичную, полную надежд напарницу и мягко произнес: — Нет. Дело в том, что из-за Гарри ты чаще улыбаешься, а бегая за Римусом, ты только больше изводила себя тревогами. — Ну, с Гарри тоже далеко не так просто, как кажется, — вздохнула она. Кингсли грустно улыбнулся: — Римус — хороший человек, но Гарри, возможно, суждено стать великим. Лифт звякнул, открывая двери на этаже Артура. Они вышли и направились прямиком к его кабинету — ведь в этом отделе вряд ли кто-то мог работать на Тёмного Лорда, а Фадж черным по белому приказал им допросить мистера Уизли. Дора так и расплылась в улыбке, глядя на двух волшебников. Сейчас будет весело. — Здравствуй, Артур, — произнес Кингсли нарочито угрожающим тоном. Артур поднял голову, глубоко нахмурившись. — Кингсли, Тонкс, — сухо отозвался он. — Как продвигается ваша работа? — Проклятые сиденья для унитазов, трое маглов в больнице Святого Мунго, но в остальном всё тихо. — А ваша семья? — В порядке. — Даже дети, которые учатся в школе? — С ними всё хорошо, — коротко отрезал Артур. — Даже с Рональдом? — нажал Кингсли. — А почему с ним должно быть что-то не так? — парировал Артур. — Потерять лорда Поттера в качестве друга, должно быть, сильный удар? Они ведь были близки, не так ли? — Рон немного приуныл, если верить его сестре, но ничего сверхъестественного. — Хорошо, — произнес Кингсли. — Это всё? — спросил Артур. — У меня вообще-то есть настоящая работа, которой нужно заниматься. — В таком случае благодарим вас за уделенное время, — ответил Кингсли, разворачиваясь обратно к лифту. Дора лучезарно улыбнулась Артуру, и тот подмигнул ей в ответ. Она прибавила шагу, догоняя Кингсли с его широким размашистым шагом. — Перестань подпрыгивать, — процедил он уголком рта. Она перестала скакать, но ее улыбка ни капли не угасла. Он вздохнул: — Иногда я искренне не понимаю, как ты умудрилась родиться дочерью Андромеды. — Это еще что значит? — спросила она, шутливо толкнув его локтем в бок. — Это значит, что мы с твоей матерью дружили в школе, учились на одном факультете, и пока она не вышла замуж за Теда, она была главной звездой Слизерина. — И к чему ты клонишь? — не унималась Дора. — К тому, что твоей матери никогда в жизни не пришлось бы пересдавать зачет по скрытности. — Вы мне теперь это до конца дней припоминать будете, да? — вздохнула она. — До тех пор, пока ты сама не перестанешь... — прямо как по щелчку пальцев, она споткнулась на ровном месте у входа в лифт, и он перехватил её за локоть, — ...нам об этом напоминать. — Зато меня распределили на Хаффлпафф, прямо как папу. Он улыбнулся ей: — Поверь, я в курсе. Волан-де-Морт пристально смотрел на зажатую в руке газету. ЧАША ХАФФЛПАФФА ВОЗВРАЩЕНА В ХОГВАРТС. ГОБЛИНЫ ГРИНГОТТСА ОБНАРУЖИЛИ СОКРОВИЩЕ ОСНОВАТЕЛЬНИЦЫ В СЕЙФЕ БЕЛЛАТРИСЫ ЛЕЙСТРЕЙНДЖ. ГОБЛИНЫ УТВЕРЖДАЮТ, ЧТО ПРЕДМЕТ БЫЛ ОЧИЩЕН ОТ ПРОКЛЯТИЙ ПЕРЕД ВОЗВРАЩЕНИЕМ В ШКОЛУ. Его крестражи. Гарри Поттер знал про его крестражи. — ХВОСТ! — призвал Волан-де-Морт. Червь тут же подполз к нему: — Да, Ваша Светлость. — Мне нужно, чтобы ты вернулся в Хогвартс. — Мой Лорд? — испуганно пролепетал он. — Я не знаю, хватит ли у меня си... — Молчать! Я не спрашивал твоего мнения и не прошу тебя ни на кого нападать. Я и так знаю, что ты способен лишь разочаровать меня. Хвост заискивающе сжался. — Тебе нужно добраться до седьмого этажа, трижды пройти мимо стены на повороте коридора и мысленно повторять, что тебе нужна комната, где хранится диадема Рейвенкло. И не возвращайся, пока не найдешь её. — Слушаюсь, Ваша Светлость, — выговорил Хвост, после чего поспешно выскочил из комнаты. Волан-де-Морт провел остаток дня, пытаясь отыскать свои остальные крестражи, в очередной раз проклиная Люциуса за то, что тот отдал дневник. Защитные чары на хижине Мраксов были разрушены, а кольцо исчезло. Если Поттер прознал про кольцо, то на диадему надежд оставалось мало. Дневник, кольцо, чаша и диадема выскользнули из его рук. Нагайна оставалась в безопасности, а медальон... Волан-де-Морт трансгрессировал на побережье Северной Ирландии, прямиком в затаенную пещеру, где ни один из его барьеров не был потревожен вот уже более шестнадцати лет. Он взмахнул волшебной палочкой перед дальней стеной; скала содрогнулась и разошлась в стороны, словно рассекаемая кожа. На твердую землю с глухим стоном упал человек. Волан-де-Морт молча наблюдал за тем, как волшебник пытается подняться на колени, несколько раз срываясь и падая обратно. — Тебе понравился твой сон? — спросил Волан-де-Морт. Серо-голубые глаза яростно уставились на него, хотя сам мужчина продолжал мелко дрожать, опираясь на руки и колени. — Мне всегда нравилось это заклинание. Оно настолько близко к некромантии, что его следовало бы объявить вне закона. Впрочем, оно слишком редкое, чтобы министерские законы уделяли ему много внимания. Шестнадцать лет ты провел в полном одиночестве. Твое тело было сковано, неизменно, мертво, пока твой разум бодрствовал каждую секунду, лишенный покоя сна или сновидений. Вечность в заточении камня, в плену собственного разума. В свое время это был один из путей, которые я открыл, чтобы обойти Смерть, хотя в конечном итоге заклятие начинает разъедать душу, и через тысячу лет ты все равно умираешь. Не истинное бессмертие. Существует похожее заклинание, которое, как говорят, использовали боги, чтобы обращать людей в деревья, но в отличие от трансфигурации, здесь ты полностью осознаешь весь свой персональный ад. Серо-голубые глаза налились яростью. — Я пришел предложить тебе искупление, — промурлыкал Волан-де-Морт. — Последний шанс доказать, чего ты стоишь. Если ты мне не поможешь, я найду для тебя наказание куда страшнее. Регулус Блэк без чувств рухнул к ногам Тёмного Лорда. В ту же ночь Гарри отправился на охоту. Он ушел, как только Тедди уснул в своей кровати. Было еще рано — около восьми вечера, когда он покинул Хогвартс. Поместье Ноттов представляло собой жалкое зрелище. О, когда-то оно было величественным, но, по скромным оценкам Гарри, из двадцати комнат пригодными для жизни оставались от силы три. Здание заросло плесенью, краска облупилась, а крыша, казалось, вот-вот провалится внутрь. Жилище выглядело получше квартиры Римуса, но не сильно. Защитные чары оказались злобными, но довольно простыми для взлома. Андромеде не нравилась идея того, что он идет сюда один, но она знала о состоянии дома Ноттов и считала маловероятным, что Тёмный Лорд или другие Пожиратели смерти устроят здесь собрание. Чтобы проникнуть на территорию, Гарри воспользовался своей верной мантией-невидимкой. Он застал Нотта на помещении, которое, судя по разбросанным повсюду кастрюлям, сковородкам и тарелкам — сплошь грязным, — когда-то было кухней. С потолка свисала одинокая масляная лампа с коротким фитилем, отбрасывая лишь самую малость света в темную комнату. Единственной ошибкой Гарри стало то, что он наполовину споткнулся о бутылку из-под виски. Спустя мгновение Нотт-старший уже выхватил палочку и открыл по нему огонь. Гарри сбросил мантию, пока заклинание за заклинанием срывались с палочки Пожирателя смерти. Разноцветные вспышки ярко озаряли полумрак комнаты. Гарри выглядел как дирижер оркестра, взмахивающий палочкой из стороны в сторону и отражающий каждое проклятие по отдельности. Бой был тихим, быстрым и жестоким. Гарри оставался в обороне до тех пор, пока Нотт не потерял терпение и не закричал: — Авада... Прежде чем тот успел договорить заклятие, заклинание Гарри уже уложило мужчину на пол в полном параличе. — Мистер Нотт, — вкрадчиво произнес Гарри, перешагивая через разбросанный в комнате мусор, чтобы опуститься на колено рядом с мужчиной. — Гарри... Поттер... — пробормотал Нотт-старший сквозь онемевшие губы. — Да, Гарри Поттер, также известный как худший кошмар Тёмного Лорда. — Убью... тебя... — Нет, — отрезал Гарри. — Не в этот раз. — Гарри забрал у волшебника палочку и направил её вверх: — Морсмордре. — Зеленый луч устремился ввысь, и снаружи над домом замигала Чёрная метка. После этого Гарри переломил палочку пополам и сунул обломки в карман. Позже он выбросит их в океан. — НЕТ!.. — прохрипел Нотт из самой глубины горла, всё еще не в силах пошевелиться или хотя бы моргнуть. — Побереги связки, сейчас тебе будет куда больнее, чем твоей уязвленной гордости, — предупредил Гарри, хватая мужчину за руку и резко задирая рукав. Он приставил палочку к Чёрной метке Нотта и принялся заживо сдирать её с человеческой плоти. Крик Нотта был жалобным, но Гарри не остановился. Он достал из мантии мазь от ожогов и втер её в рану. Обугленная кожа затянулась с помощью магии, покрывшись рубцами, а Чёрная метка так и не проступила вновь. Гарри оглушил его Остолбеней, после чего взвалил тяжелое тело себе на плечо. Поудобнее перехватив мужчину, он подошел к своей мантии-невидимке и накинул её на них обоих. Ему удалось трансгрессировать в Лондон и проникнуть на площадь Гриммо, не переполошив ни миссис Блэк, ни Сириуса. Оказавшись внутри, он сразу переместился в подземелья. Люциус и Нарцисса на этот раз были полностью одеты. — Здравствуйте, сэр Гарри Поттер! — радостно воскликнул Добби. — Привет, Добби, Малфои, — поздоровался Гарри. — Добби, ты не против, если я запру здесь еще одного пленника? — Против, — отрезал Люциус. — Да, конечно! — воскликнул Добби. — Всё что угодно для сэра Гарри Поттера. — Кто это? — потребовал ответа Люциус. — Твой коллега, Пожиратель смерти, — бросил Гарри. — Сделай одолжение, не говори ему, где он находится. — Кто это, Гарри? — спросила Нарцисса более дружелюбным тоном, чем её муж, пока Гарри швырял мужчину в камеру напротив них. Она была поменьше, и Гарри пришлось помочь Добби активировать несколько защитных заклинаний. — Кто бы это ни был, он не может здесь оставаться, — заявил Люциус. — Люциус, — осадил его Гарри. — Помнишь, мы уже говорили о том, что это не твои покои, а твоя тюрьма? Я волен использовать это подземелье так, как мне вздумается. Гарри направил палочку на Нотта, приводя его в чувство. Тот вскочил на ноги с яростным ревом и бросился на решетку. Прутья обожгли его, заставив скрючиться от боли и зарычать на Гарри, словно дикий раненый зверь. — Нотт? — недоуменно спросил Люциус, поднимаясь с места. — Ты притащил сюда Нотта? Идиот, тебе следовало его прикончить. — Предатель! — прорычал Нотт. Нарцисса хмурилась. Она ничего не говорила, но её язык тела ясно давал понять, что гость — а уж тем более еще один Пожиратель смерти — это последнее, чего бы ей хотелось. — Ты идиот, Поттер, — бросил Люциус. — Нотт призовет Тёмного Лорда прямо сюда. — Ну, если только вы, ребята, не ставите Чёрную метку куда-то еще, я в этом сильно сомневаюсь. — Ты выжег её? — ошеломленно переспросил Люциус. — Я больше не студент и не младенец, — ответил белобрысому лорду Гарри. — И я давно перестал драться как ребенок. Я переломил его палочку и обыскал на предмет всего остального. — Ты не можешь держать меня здесь! — заорал Нотт. — Вообще-то, — отозвался Гарри, — могу. — Гарри почувствовал толчок в запястье. Сработали одни из его защитных чар, хотя и не те, что оберегали Тедди или их покои. Судя по силе импульса, в одну из ловушек Гарри угодил далеко не рядовой студент. — О, отлично, — произнес Гарри. — Еще один. Спасибо, Добби. Извини, Нарцисса. Скоро наведаюсь снова. — Поттер! — вдогонку выкрикнули Нотт и Люциус, когда Гарри трансгрессировал. Как только Гарри переместился к границе Хогвартса, он тут же принял форму пустельги и во весь дух полетел к их апартаментам на втором этаже. Согласно показаниям его чар, все были в безопасности, но Гарри должен был убедиться в этом собственными глазами. — Гарри, — заговорила Андромеда, стоило ему влететь в гостиную. — Что случилось? — Сработали чары, — бросил Гарри, направляясь прямиком к комнате Тедди и даже не буркнув приветствия в адрес Доры, Кингсли, Теда или Северуса. Андромеда последовала за ним. Тедди крепко спал. Гарри провел рукой по спине сына и наклонился, чтобы поцеловать его в макушку. Тедди завозился, но так и не проснулся. За всю жизнь своего сына Гарри проделывал это неисчислимое количество ночей. Андромеда коснулась руки Гарри, которая всё еще лежала на спине Тедди: — Я побуду здесь с ним. А ты иди посмотри, кто у тебя там попался. Гарри кивнул и, поцеловав Тедди еще раз, вышел. — Ты хотел поговорить, Поттер, — констатировал Снейп. — Скоро, но тут кое-что всплыло, — ответил Гарри. Он посмотрел на Дору и Кингсли и с улыбкой добавил: — Два мракоборца. Думаю, вы мне как раз пригодитесь. Кингсли и Дора переглянулись. Тед присоединился к жене у постели Тедди. Северус бесшумно следовал за Гарри, шурша своей развевающейся черной мантией. — Ба, какие люди, — ухмыльнулся Гарри. — Не думал, что ставил крысоловку, но надо же — вот и ты. Хвост пискнул, намертво пригвожденный магией к тому месту, где он наступил на защитные чары Гарри, — прямо перед расколотой диадемой. — Питер Петтигрю, — произнес Кингсли, и отвращение в его глубоком голосе прозвучало подобно раскату далекого грома. — Похоже, нас ждет судебный процесс века, — заметила Дора. — Амелия всё еще у себя в кабинете, она сегодня задерживается допоздна, — подтвердил Кингсли. — Постучите по дереву, чтоб не сглазить, но, может, Судьба меня всё-таки не так уж и ненавидит, — произнес Гарри. — Я пойду за сывороткой правды, — сказал Снейп. Они доставили Питера всей группой, и Амелия созвала экстренное слушание. Слушание, которое потрясет всю магическую Британию. ПИТЕР ПЕТТИГРЮ ЖИВ! ПОДТВЕРЖДЕННЫЙ ПОЖИРАТЕЛЬ СМЕРТИ, А НЕ ГЕРОЙ. ТОТ-КОГО-НЕЛЬЗЯ-НАЗЫВАТЬ ВЕРНУЛСЯ! СИРИУС ОРИОН БЛЭК ОПРАВДАН ПО ВСЕМ СТАТЬЯМ.