Часть 4

      Так и вышло, что на одной планете в один год сошлись пути тех, кто не должен был встречаться и они должны были быть в разных краях галактики: укрывающийся от взора Галактической Империи бывший лорд ситхов Мол и мастер джедай со своей юной ученицей. Их встреча на Джаниксе была предрешена слепым случаем или волей Силы. Мол со своими уголовниками пошел на штурм местного полицейского участка, планируя силой вытащить оттуда Лути Варио, но внутри наткнулся на запертую в камере Девон. Почувствовав в девушке потенциал в Силе, Мол принял молниеносное решение он забрал её с собой.       Дальнейшие события разворачивались с пугающей, стремительной быстротой. Местный капитан полиции Брендор Лоусон попытался лично арестовать Мола и его банду, но недооценил бывшего Ситха: весь его отряд был уничтожен. Вслед за этим на Джаникс прибыла Империя, которые привели с собой Инквизитора, который шел по следу Мола, но вскоре обнаружил и присутствие джедаев Девон и Икко-Дио Даки.       Оказавшись зажатыми в Имперской тиски, вчерашние враги были вынуждены пойти на отчаянный шаг. Капитан Брендор Лоусон, его сын Райли, Девон и мастер Даки заключили временный союз с Молом и его наемниками, чтобы вырваться со взятой в блокаду планеты. Спасительной соломинкой для них стал Драйден Вос. Один из амбициозных капитанов Багрового рассвета. Он предложил Молу сделку: Вос вывозит всю группу с Джаникса на своем корабле, а Мол взамен устраняет нынешнего главу синдиката посадив Драйдена в кресло лидера.       Цена этого побега оказалась чудовищной. Пробиваясь сквозь кордоны штурмовиков к точке эвакуации, банда Мола была практически полностью истреблена. В ожесточенных перестрелках погибли почти все Мандалорцы и яростные братья-забраки, Скорн и Икар. Но самый страшный кошмар ждал выживших у самого финала.       Путь к спасению им преградил тот, чье появление заставило Мола похолодеть от ужаса Дарт Вейдер, новый зловещий ученик Дарта Сидиуса, который убил Рук крайне жестоко даже для ситха выбрав ее легкие через ее рот.       То, что произошло дальше, нельзя было назвать боем. Это было жестокое, хладнокровное избиение. Вейдер, словно стена из черного металла и чистой темной ярости, легко подавлял атаки Мола, Даки и Девон. Они чудом оставались живы под градом его ударов, но спастись всем было не суждено.       Видя мизерные шансы на побег, Брендор Лоусон сделал свой последний шаг для спасения сына. Он увел за собой основные силы имперцев, чтобы прикрыть отход Райли к кораблю Воса. Перед этим капитан успел отдать единственный приказ верному дроиду Тубутсу: любой ценой доставить Райли на к его матери имперской чиновнице. В это же время мастер Икко-Дио Даки пал в неравной дуэли, пронзенный багровым клинком Дарта Вейдера.       Охваченная слепым гневом Девон и тяжело раненный Мол были вынуждены отступить. Неспособные противостоять ужасающей мощи лорда Вейдера, они едва успели заскочить на улетающий корабль Драйдена Воса. И там, в безопасной глубине космоса, глядя на тлеющие угли своей прошлой жизни, сломленная потерей учителя Девон сделала свой выбор. Она добровольно согласилась стать ученицей Мола, чтобы подготовится лучше стать сильнее для своей будущей мести.

***

      Драйден Вос сдержал свое слово. Он сделал именно то, что обещал: переправил Мола и выживших по дальше Империи. Он не просто помог им сбежать, но и предоставил надежное убежище в своей роскошной крепости, обеспечив беглецов медикаментами, одеждой и лучшими припасами.       Вечером во время ужина, который Вос устроил в память о погибших, Девон жадно, до боли в горле, глотала холодную чистую воду. Гнев и ярость после мучительной смерти мастера Даки все еще полыхали в ее груди ядовитым пламенем. Ей до безумия хотелось выплеснуть эту бурю наружу, силой мысли раскрошить кубики льда, плавающие в стакане, но она заставила себя сдержаться, когда Восс вкрадчиво обратился к ней: — У вас есть какие-нибудь особые предпочтения в еде, юная леди? — Хммм… Я съем что угодно. Спасибо. — глухо ответила Девон.       Она была настолько истощена и голодна, что с одинаковым безразличием проглотила бы любое блюдо, предложенное хозяином крепости: будь то изысканное мясо, овощи или самая дряхлая сухая трава. К счастью, Драйден Вос славился своим утонченным, даже извращенным вкусом. Все поданные яства выглядели настолько роскошно, что за всю свою аскетичную жизнь в Ордене джедаев Девон никогда ничего подобного даже не видела. И всем этим изобилием они были обязаны Молу… Израненный забрак сел за стол прямо напротив нее, не сводя с девушки тяжелого, изучающего взгляда желтых глаз. — А как насчет вас, лорд Мол? — вежливо повернулся к нему Восс.       Драйден обратился к Молу вторым лишь потому, что, как он любил повторять при каждом удобном случае, «сначала леди». Это ужасно раздражало Девон. Она могла считать себя кем угодно беженкой, сиротой, недоучкой падаваном, но точно не леди. Однако Вос с упорством маньяка настаивал на светском этикете, что топило всех присутствующих в вязком чувстве неловкости.       Девон в принципе мало что нравилось в ее новой жизни. Но больше всего ее воротило от самого Драйдена Воса. Этот лощеный, покрытый шрамами человек казался ей по-настоящему жутким и фальшивым с первой секунды их знакомства. В гробовой тишине, повисшей в зале, Девон отчетливо услышала ответ Мола. Из-за механических протезов и тяжелых травм нижней половины тела бывший ситх мог питаться исключительно специализированной синтетической пастой. Обычно эта субстанция была отвратительной на вкус, но Драйден предусмотрительно позаботился о том, чтобы для его высокопоставленного гостя доставили концентрат высшего качества с приятным вкусом.       Затем Восс переключил внимание на Райли. Оставшийся без отца мальчик пил воду так же жадно, как и Девон, и торопливо, почти испуганно объедался хрустящими снеками. Он послушно соглашался на всё, что ему предлагали слуги Воса. В этом крылась злая, жестокая ирония: прямо сейчас сирота уплетал деликатесы из рук криминального авторитета, в то время как его отец, всю жизнь честно служил закону и пачками сажал таких, как Вос, за решетку.       Трапеза проходила под гнётом гнетущего молчания, которое лишь изредка прерывалось краткими, сухими репликами между Восом и его молчаливым покровителем. Пользуясь моментом, Драйден то и дело витиевато, издалека прощупывал почву, пытаясь выяснить главное: когда именно Мол исполнит свою часть сделки и хладнокровно ликвидирует действующего главу Багрового рассвета босса Ринтеру. На все эти настойчивые расспросы Мол неизменно отвечал лишь одним коротким, леденящим душу словом: — Скоро.       С наступлением ночи все разошлись по своим покоям. Драйден выделил Девон небольшую, но уютную комнату, где было всё необходимое для комфорта: новая одежда, чистые полотенца, канистра с холодной водой и лекарства. В этих стенах она впервые за долгое время почувствовала себя почти в безопасности.       Но на душе всё равно было не по себе. С того самого момента, как на Джаниксе она столкнулась лицом к лицу с Инквизиторами, а затем и с Вейдером, её не покидало липкое тревожное предчувствие. Девон отчаянно пыталась убедить себя, что это лишь отголоски пережитого горя, усталость и скорбь по погибшему мастеру Даки. Но стоило ей сомкнуть глаза, как удушающее ощущение чужого присутствия только усиливалось.

Ей стало холодно

      Этот леденящий душу холод распространялся откуда-то изнутри, из самой глубины её души. Невероятно измотанная, Девон тщетно пыталась успокоить бьющееся сердце. Она ворочалась с боку на бок, цепляясь за мысли о том, что она в безопасности, что теперь Мол присматривает за ней и обязательно поможет стать сильнее. Она убеждала себя, что больше не беспомощна, что у неё впереди есть, а что у нее есть только…

Тьма

Черная бездна тянулась к ней. Она начала задыхаться от ощущения, будто невидимая рука сжимает ее горло. Беспомощность поглотила ее сознание. Она почувствовала притяжение… зов…

      Девон резко вскочила с кровати. Тяжело дыша, со страхом и широко раскрытыми глазами она озиралась по сторонам, пытаясь сообразить, где находится. Этот порочный круг ментальных пыток повторялся из раза в раз, до самого рассвета. В последующие дни после трагедии на Джаниксе Девон так и не смогла уснуть. Тьма, которую она согласилась впустить в свою жизнь, теперь отказывалась оставлять её в покое.       И когда Мол начал тренировать её, ментальное истощение дало о себе знать. У Девон не получались даже простейшие фехтовальные комбинации. Она искренне ненавидела себя за эту слабость. Ей было больно. Мол тоже не проявлял к ней ни капли жалости: он раз за разом жестко пресекал её атаки, и она проигрывала абсолютно все спарринги. Девон просто не успевала реагировать. Мол обязан был заметить, что она угасает на глазах, что она больше не та собранная девушка, какой была в день их первой встречи. Но бывший ситх демонстративно держался в стороне. Возможно, у него хватало собственных проблем. В конце концов, он не был ни её опекуном, ни другом. С какой стати его вообще должно было заботить её ухудшающееся душевное состояние или бессонные ночи?       Но когда ситуация окончательно вышла из-под контроля, и во время очередного спарринга Девон от усталости чуть не потеряла сознание, Мол дал понять, что видел всё с самого начала. — Что с тобой происходит, Девон?! — резко спросил он, скрестив руки на груди. — Я устала! — со слезами в голосе выкрикнула Девон, тяжело опираясь на колени. — Я… я не сплю с того самого момента, как мы сбежали с Джаникса!       Мол с сухим щелчком выключил свой световой меч и подошел ближе. Его желтые глаза хищно сузились. — Тогда прими снотворное или что-то в этом роде! Тебе нужны силы для боя!       Бросив на неё суровый, разочарованный взгляд, он развернулся и стремительно покинул тренировочное поле. Девон чувствовала себя раздавленной и опустошенной, как никогда прежде. Ну конечно… Его интересовали исключительно её боевые навыки, способность убивать и служить его планам. И ничего больше. Они даже близко не разговаривали так, как должны общаться учитель и ученик. Совсем не так, как когда-то говорил с ней её погибший мастер Даки…       Девон из последних сил сдерживала подступающие слезы. Это эмоциональное одиночество было невыносимым. Кое-как добравшись до своих покоев, она без сил повалилась на кровать и часами неподвижно лежала, уставившись в одну точку на потолке. В тот день она так и не смогла заставить себя подняться.       А с наступлением темноты снова начался ад. Бесконечные, бессмысленные и пугающе жестокие кошмары терзали её измученный разум. Подскочив посреди ночи в холодном поту, Девон поняла, что это уже слишком. Больше не в силах оставаться в четырех стенах, она вышла в коридор, безмолвно села на холодный пол у одного из огромных панорамных окон и уставилась в бесконечную, глухую ночь за проносящимися транспортами.

Пока…

      Внезапно она ощутила чье-то незримое, давящее присутствие. Девон мгновенно вскочила на ноги и сорвала с пояса световой меч, активировав клинок. К ее огромному облегчению, из ночной тени террасы шагнул Мол. Его механические ноги бесшумно ступали по камню. — Что ты здесь делаешь в такой поздний час? — холодно спросил он, глядя на ее дрожащие руки.       Девон деактивировала оружие и устало опустила голову: — Я уже говорила… я просто не могу спать. Моя комната кажется мне зловещей пустотой. Бездной, которая медленно затягивает меня, стоит мне закрыть глаза. Я больше не могу там оставаться. Мне лучше здесь, на свежем воздухе. — И что же ты делаешь, чтобы противостоять этой манящей бездне? — вкрадчиво, с пониманием спросил Мол.       Девон на мгновение замерла. Сердце пропустило удар. Неужели он знает какого это? — Я… я пытаюсь напомнить себе, что здесь я в безопасности. С тобой… — слова вырвались у нее прежде, чем она успела их остановить. Девон тут же мысленно выругала себя за эту слабость. Джедаев учили искать опору в светлой стороне, а не в бывших убийцах. — Ты ищешь утешения не там, где нужно. И совершенно не у того. — отрезал Мол, сделав шаг вперед. — Мол… — его имя неожиданно сорвалось с ее губ, заставив вздрогнуть и ее саму. До этого она не обращалась к нему по имени сейчас это было впервые. — Я понимаю, что ты не станешь помогать мне справляться с кошмарами. Да я и сама себе помочь не могу. Я слишком измотана, чтобы даже просто мыслить… не говоря уже о том, чтобы найти решение. Я закрываю глаза и… — Ты закрываешь глаза, и видишь, как рука Вейдера тянется к твоему горлу. — договорил за нее Мол, обнажая ее потаенный страх. — И ты думаешь, что он повсюду ищет тебя. Думаешь, что он хочет уничтожить тебя. Да, он хочет. И он сделает это, если ты останешься такой же жалкой и слабой. — Что?.. Откуда ты… — Девон буквально поникла после этих безжалостных слов. Ее последняя ментальная защита рухнула. — Я знаю это. — тихо, почти шепотом сказал Мол, и в его голосе промелькнула тень старой боли. — Потому что сам через это прошел. Когда был мальчишкой и учился у Сидиуса.       Это признание поразило Девон до глубины души. Жестокий, несгибаемый монстр, державший в страхе криминальный мир, только что признался в собственной уязвимости. Последовавшая за этим тишина была тяжелой и удушающей, словно черная дыра. — Так… как же ты с этим боролся? — наконец тихо спросила Девон, с надеждой глядя на своего нового наставника.       Мол промолчал. Он не мог и не собирался отвечать ей честно. Он не мог признаться, что никак не боролся. Что позволил Сидиусу полностью сломить себя, растоптать его личность и подчинить своей абсолютной воле. Он не скажет ей, что ему потребовались долгие годы безумия, страданий и потерь, чтобы восстать из пепла и заново возродиться. Мол твердо решил: он не допустит, чтобы с Девон случилось то же самое. Он не позволит Сидиусу или Вейдеру забрать у него еще и этого ученика. — Пойдем со мной. — просто сказал Мол, разворачиваясь спиной к террасе. Девон в замешательстве нахмурилась, вслушиваясь в его глубокий, рокочущий голос. — Ситхи действуют эффективнее всего, когда кто-то одинок, сломлен и уязвим… — глухо продолжил Мол, сделав еще шаг вперед. — Я знаю их методы слишком хорошо. Я не позволю Сидиусу и Вейдеру добраться до твоего разума и окончательно растоптать тебя. Я буду защищать тебя. Но я не смогу одолеть их в одиночку. Ты нужна мне, Девон. Сильной. Такой какой ты была в нашу первую встречу.       Эти слова удивили её больше всего. На бледном, истощенном лице девушки отчетливо прочиталось глубокое недоверие. Джедайские догмы кричали ей, что доверять Повелителю теней нельзя, но его логика была пугающе и манящей. — Чтобы все получилось мы должны быть рядом друг с другом. — несколько мягче, но настойчивее добавил Мол. — Ты должна быть готова, как ментально, так и физически. Тебе надо поспать. А для этого иди за мной в мои покои.       Девон инстинктивно отступила на полшага, почувствовав внутренний укол тревоги: — Я… я не думаю, что это хорошая идея, Мол… — пробормотала она, растерянно глядя на него. — Тебе нужно как отдохнуть. — отрезал Мол. — Иначе ты просто не сможешь продолжать обучение. И кроме того ты не выдержишь и покончишь с собой. Не выдержав давления.       Конечно. Стать сильнее, чтобы отомстить Вейдеру, только это сейчас имело для неё значение. Провести еще одну ночь в лапах безжалостного, бесконечного кошмара Девон была просто не в силах. Выбрав из двух зол меньшее, она молча подчинилась и последовала за Молом вглубь его темного крыла крепости.       Как только тяжелая бронированная дверь скользнула в пазы, Девон замерла, пораженная неожиданным уютом и теплом, царившими в личных покоях бывшего ситха. В отличие от остальной базы, здесь всё было обустроено для максимального комфорта. Повсюду на каменном полу были разбросаны толстые, мягкие меха датомирских хищников и глубокие подушки. Кровать оказалась огромной и на удивление мягкой. Освещение было приглушенным, янтарно-золотого оттенка, а воздух приятно прогретым и неподвижным. — Ложись спать. — коротко скомандовал Мол.       У Девон не осталось физических сил даже на то, чтобы спросить, где в таком случае собирается спать сам хозяин комнаты. Едва её тело коснулось податливого матраса, а измученная голова опустилась на подушку, она закрыла глаза.       На самом деле, её собственное сознание слишком долго сопротивлялось отдыху из-за панического страха. Видя это, Мол плавно вскинул свою руку над лицом девушки. Сконцентрировав волю, он мягко применил Силу, сплетая ментальные потоки и насильно погружая её изможденный разум в глубокое, спасительное беспамятство. Ей не снились кошмары. Ей вообще ничего не снилось бывший ситх полностью заблокировал её связь с внешними раздражителями, подарив бывшему падавану первую за долгое время ночь абсолютного покоя. — Спи Девон. — мягко говорил Мол. — А завтра мы начнем наш путь к мести и возвышению. Наши враги за все заплатят и падут пред нами. — Да… учитель. — пробормотала Девон.