Часть 6. Больница

— Спасибо, дорогая. Дрожащими руками я взяла кружку с чаем из рук Элони. Горячая керамика обожгла ладони, но я не убрала пальцы - мне хотелось чувствовать хоть что-то живое. Она улыбнулась мне, присаживаясь снова на своё место. Денил сидел прямо передо мной и, кажется, огонёк в его глазах потух. Наверное, ему пока рано слышать подобные истории о взрослой жизни. Но в этом есть и свои плюсы. Теперь он знает, что ничего не бывает именно так, как хочется. Пока за ним ухаживают родители, защищают его и заметают все грехи, но потом ему будет тяжело привыкать к тому, что теперь он сам несёт за себя ответственность. Лучше уж он узнает всё сейчас — тогда и в будущем ему станет легче. — Нам очень жаль, что вы потеряли близкую подругу… — тихо проговорил Денил. — Извините, что навела на вас тоску, — сделав глоток горячего напитка, сказала я. Ребята переглянулись. Их лица действительно были не в восторге от моего рассказа. Что же, я предупреждала их, что моя история не такая уж и весёлая. Раскат грома оглушил нас, и комнату осветила яркая искра молнии. Денил слегка вздрогнул, сильнее прижавшись к Элони. Та не пыталась его оттолкнуть. Она наоборот приобняла парнишку рукой, словно мать, что хочет защитить ребёнка. Мой взгляд гулял по комнате, в голове пусто. Ни одной мысли, ни единой эмоции. От воспоминаний хотелось провалиться в пропасть и умереть. Мне хотелось развеяться. Я пересеклась взглядом с Робби. Тот неподвижно сидел, но как только увидел меня, тут же встал с кресла и покинул зал. Я хотела окликнуть его, но слова застряли в горле. Может, он и так знал всё, что я скажу. Может, он знал даже больше меня. Думаю, он всё слышит. Не хочу делать ему хуже и заставлять его вспоминать прошлое, из-за которого он стал таким. В конце концов, Робби играет не последнюю роль в моей истории. В общий зал вошла девушка с чёрными прямыми волосами. Её макияж был полностью чёрным, но настолько идеально нарисованным, словно она делала его несколько часов для какой-то важной встречи. Она выглядела так, будто придерживалась своего какого-то образа. Мешковатая одежда не давала мне понять, какого она телосложения, но острые черты лица говорили, что она на самом деле та ещё стройняшка. Я сразу обратила на неё внимание, ведь, конечно, она выделялась из всех обезумевших стариков, что нас окружали. Но даже среди обычных подростков она бы зацепила внимание любого. И как ни странно, она подошла именно к нам. — Барбара? — удивился Ирон. — Мы уже думали, что ты решила не приходить. — Меня бесят пробки. Я ехала на машине, в меня чуть не въехал таксист, и я так хотела врезать ему! — Эй, не выражайся. Вспомни, где находишься, — спокойно вмешалась Элони. Барбара замолчала, странно посмотрев на рыжеволосую девушку. Я тоже молчала. Стало как-то тепло на душе от их живого разговора. Давно я не слышала их. — Извините, мисс. Я Барбара, тоже волонтёр. — Я рада видеть тебя. — Ты пропустила такую историю… — улыбнулся Ирон. — Мисс Кари, это же ещё не конец? Я сделала глоток чая, поставила кружку на тумбу рядом с креслом и улыбнулась, опустив взгляд. Эти ребята очень наивны, если думают, что это вся история. — Конечно, нет. Но разве вас не утомил мой голос? — Нет, продолжайте, — вмешался Денил. — Нам очень интересно. — Вы сказали, что вам казалось, словно Джеймс улыбался, так? Но почему? Я замолчала. Мой огонёк в глазах потух. Тогда я действительно этого не понимала. Мне казалось, что мой разум просто сошёл с ума наконец, и я вижу то, чего на самом деле нет. Такое часто бывает у параноиков, а именно им я и стала после смерти Дины. Именно поэтому я забыла о той ситуации почти сразу после того, как упала в обморок. Мне казалось, что это сущие пустяки, которые не имеют смысла. Но дальнейшие происшествия говорили об обратном. В конце концов, всё стало понятным и ясным, когда я оказалась тут и у меня было очень много времени, чтобы переосмыслить каждый день, проведённый с Джеймсом. — Он был для меня всем. В тот момент мне стало страшно, что я могу его потерять, но я даже не позволяла себе думать об этом. Мне не хотелось снова проживать тот миг, поэтому я забыла, — проговорила я, хоть мне и было сложно. — Но Джеймс такой хороший… он же постоянно ухаживал за вами, когда вам было плохо, — Элони задумалась над собственными словами. В голове всплывали моменты. Джеймс подал мне кружку, померил температуру, укрыл пледом, взял за руку. Тогда для меня это было настолько важно, что я думала, что Джеймс — единственный, кто может мне помочь. Я хотела, чтобы только он имел право на уход за мной. Однако сейчас я знаю, что это была лишь игра. Всё это было неспроста. — Да, он был очень мил… — прошептала я, чувствуя, как голос снова начинает дрожать. — Но это ещё не конец истории.