Нас пытались сторговать люди разные.

Перерыв между съёмками затянулся почти на час. Участники разбежались. Кто-то курил на улице, кто-то сидел в гримёрках, а возле дверей готического зала было непривычно тихо. Только редкие шаги операторов по коридору да приглушённые голоса съёмочной группы за стеной. Анзор сидел на старой деревянной лавке у колонны, упершись локтями в колени. Телефон давно потух в руке. Он даже не замечал этого. Мысли снова упрямо возвращались к той ночи. К мокрой дороге. К её тихому, уставшему голосу. К тому, как легко она держалась за него, пока он нёс её на руках. Это не давало ему покоя сильнее всего. То, насколько спокойно ему тогда было рядом с ней. Без камер. Без остальных. Без необходимости постоянно огрызаться друг на друга. Анзор раздражённо провёл ладонью по лицу. Потому что после этого вечера всё внутри будто встало не на свои места. Он впервые серьёзно задумался, сколько всего наговорил ей за эти недели. Сколько раз специально цеплял. Сколько раз смотрел так, будто её смех, характер и сама её живая манера существовать вызывают у него чуть ли не физическое раздражение. А потом вспоминал, как Женя во сне прижималась к его плечу в такси, совершенно не ожидая подвоха. И от этого становилось мерзко уже от самого себя. Он ведь правда хотел тогда извиниться. Нормально. На удивление себе - искренне. Помнил, как долго стоял перед дверью, собираясь с мыслями, будто это было сложнее любого испытания на проекте. Как она легко, почти автоматически, подтянулась к нему. Отблагодарила.  А он не может даже извиниться. Рядом с ней снова оказался Артём. Слишком вовремя. Весёлый, расслабленный, привычно уверенный рядом с Женей. Артём тогда посмотрел на него с явным недоверием ещё до того, как Женя успела что-то сказать. Бесов привычно думал, что случилось что - то плохое. Что они могли всю дорогу вновь трепать друг другу нервы.  — Она спать собирается, — бросил тогда Артём спокойно, но жёстко, — Если у тебя очередные претензии - давай не сегодня. Женя стояла чуть позади, уставшая после съёмок, холодная после этого приключения с ним. Но всё еще боялась. Боялась нового конфликта. Если не с ней - то с Бесовым. Именно в этот момент он вдруг понял, насколько сам виноват в этом её взгляде. Не дождался, пока Артём зайдет в свой номер, оставив их двоих. Не зашел после. Просто ушёл спать, забрав из её рук своё пальто. Анзор тяжело выдохнул, уставившись в пол перед собой. Он совершенно не понимал, как сделать это правильно, если рядом с Женей у него постоянно ломался язык раньше, чем получалось сказать что-то нормально. Стоило только Анзору снова подумать о ней, как где-то совсем рядом раздался знакомый смех. Женя. Он поднял голову почти машинально. И сразу увидел её - на длинной лестнице у бокового входа в павильон. Она медленно спускалась вниз на своих высоких каблуках, придерживая одной рукой перила. Светлые волосы рассыпались по плечам, тёмная кожаная куртка небрежно висела на локтях, а Артём шёл на пару ступенек ниже, удерживая её ладонь, чтобы та снова не подвернула ногу. Что-то рассказывал ей с совершенно серьёзным лицом. Поэтому Женя смеялась ещё сильнее. Громко, живо, запрокидывая голову назад. Не раздражающе. Анзор сам не заметил, как застыл взглядом на этой картине. На том, как легко они смотрятся рядом, будто давно знают друг друга, будто им действительно спокойно вместе. Артём что-то сказал снова, и Женя шутливо толкнула его свободной рукой в плечо. Он театрально схватился за сердце - она опять рассмеялась. Он вспомнил другую дорогу. Как она цеплялась пальцами уже за его плечо. Как смеялась тогда рядом с ним - тихо, устало, но по-настоящему. То, что теперь он невольно сравнивал. Себя - Артёма. Второй до скрипа бесил его своими высказываниями в каждом гот зале. Каждым белым, как казалось, незаслуженным конвертом.  Первый начал бесить ещё сильнее. За язык. За необоснованную, как показало время, неприязнь. За ненависть с первого взгляда к девушке, которая действительно скрывает за своей маской жизнь.  Женя смеялась над очередной историей Артёма скорее по привычке. Он что-то увлечённо рассказывал, придерживая её за ладонь на лестнице, театрально изображал кого-то из съёмочной группы, а она кивала, иногда усмехаясь в ответ. Но почти не слушала. Потому что заметила Анзора ещё сверху. Он сидел на лавочке у дверей готического зала - один, чуть ссутулившись, с телефоном в руке, на который даже не смотрел. Смотрел на неё. Не так, как обычно. Без раздражённого прищура. Без ядовитых улыбок. Внимательно. Женя сама не поняла, почему от этого внутри вдруг что-то неприятно дрогнуло. Будто организм среагировал раньше головы. Нужно злиться  После этих постоянных взглядов, колкостей, ощущения, будто он вечно ищет в ней что-то неправильное. Но сейчас Анзор выглядел иначе. Уставшим от всего этого. Задумчивым. Женя на секунду даже замедлилась на лестнице, всё ещё удерживая ладонь Артёма. Анзор не отвёл взгляд. Сейчас - только странная тяжесть. Будто он тоже о чём-то думал. О чём-то слишком личном. — Жень? — голос Артёма выдернул её обратно. Она моргнула, только сейчас понимая, что уже несколько секунд смотрит вниз, прямо на Анзора. — А? — Я говорю: если я упаду с этой лестницы, ты будешь обязана носить мне апельсины в больницу. Женя тихо усмехнулась, наконец отводя взгляд. — Пора, думаю уже, — они шагнули по последней лестнице, — Вон, — он ткнул пальцем в Виталю. Тот почти вприпрыжку шагал в готический зал, — Виталька сейчас всех соберет. — Верно, Тёмочка, — мужчина широко улыбнулся. Шутливо кивнул сидящему Анзору, — Давайте, в темпе. Хочу закончить и попить нормальный кофе. В нормальной кофейне! — последние слова он говорил громко.  Женя уже была готова зайти в зал одной из первой, вслед за Терлецким. Но голос остановившегося Бесова не давал этого сделать.  — Слушай, — вдруг начал он между делом, — А если в понедельник, без всей этой толпы?  — Без какой именно? — Женя удивленно приподняла бровь. Он резко повернул голову на Анзора, словно намекая на его присутствие рядом.  — Без Виталика, Семёна с Варей…  — Звучит… заманчиво, — она тихо усмехнулась. — Я вообще умею быть нормальным человеком, ты же знаешь, — Артём уловил взглядом на лестнице Анжелу и Варю, — Иногда даже ем молча. — Не было такого, Тём. — Значит будет.  Женя громко рассмеялась. Анзор слышал каждое их слово. Словно Артём делал это специально. Чувствовал, как тот поглядывает на него, будто ждет какой - то реакции на это. Но он лишь отвел взгляд в сторону. Делал вид, что его совсем не интересовал этот диалог. И всё равно продолжал слушать.  — Короче, — Артём засунул руки в карманы, стараясь говорить максимально развязно, хотя сам явно нервничал чуть больше обычного, — Может… в понедельник вечером сходим куда-нибудь? Вдвоём. Женя повернула к нему голову, на секунду задумалась. И именно в эту секунду Анзор всё-таки поднял глаза снова. Сам не понял зачем. Будто уже заранее знал ответ, который ему не понравится. — Давай, — Женя улыбнулась ему. У Артёма лицо тут же стало довольным настолько, что он даже не пытался это скрыть. — Вот! Всё. Отлично. Только без твоих каблуков-убийц. — Это уже дискриминация. — Это забота о моих нервах. Она снова рассмеялась. — Собираетесь куда - то? — Анжела слегка коснулась плеча Бесова ладонью, — Вдвоём?  — Да, вдвоём, — Артём продолжал улыбаться, хотя Женя уже переступила порог готического зала, — Давайте, без этих ваших…  — Сплетен? — Варя не дала ему договорить, но это именно то, что он хотел сказать. Лишь щелкнул пальцами в её сторону.  А Анзор медленно сжал челюсть, сильнее откинулся назад на лавке, делая вид, что его вообще не касается ни этот разговор, ни её смех, ни то, как легко она согласилась пойти с Артёмом куда-то вдвоём. Съемки возобновились быстрее, чем ожидалось. На последнем вздохе, на последней недожеванной крошке, на последнем глотке слишком сладкого кофе.  Студия для испытания выглядела непривычно пустой и холодной. Никакого готического зала, свечей и полумрака - только большое тёмное помещение с направленным светом софитов, десятками камер вокруг. Провода тянулись по полу, операторы переговаривались шёпотом, а за мониторами в углу сидели редакторы, внимательно следя за реакциями участников. В отдельной комнате - два наблюдателя. Осторожно присели на места, в нетерпеливом ожидании. Единственное, о чём им мечталось - поверить в происходящее.  Илья уже стоял в привычном ему месте. Ждал следующего участника. Теребил в руках кольцо, избавляя самого себя от скуки в моменты ожидания. За огромными занавесками показалась хорошо знакомая ему фигура. Женя вышла медленно, словно беспокоилась саму за себя, за это испытание.  — Женечка! — выпалила смотрящая в монитор наблюдательница. — Хорошая? — поинтересовался мужчина рядом.  — Нравится мне!  — Евгения, здравствуйте, — Илья взглядом провожал её до нужной точки для камеры, — Вы какая - то нервная? Или мне кажется?  — Вам кажется, Илья, — она соврала, но только потому, что не хотела показаться трусихой. — Перед вами висят 6 фотографий, — он говорил медленно, сохраняя привычную театральную паузу, — Сразу скажу, на этих фотографиях - люди. Ваша задача на сегодня рассказать нам про этих людей. Что вы чувствуете, — Илья обернулся, обойдя леску с другой стороны, — Я поменяю фотографии местами.  — Повесьте фотографию Анзора, пожалуйста, — тихо вымаливала наблюдательница, отдавая в руки редактора фото, — Уж очень интересно послушать.  Илья менял фотографии местами, переставив «Анзора» в самый конец, не специально.  — Вы готовы? — мужчина остался стоять на месте, — Если да - можете начинать. Девушка настроилась, немного походив туда - обратно, смотря куда - то глубоко в деревянный пол. Подошла ближе к каждой фотографии. «Брала» по одной, чтобы не сбиться.  — Вот тут, — она водила руками по первой фотографии, прикрывая глаза, — Нехорошая энергетика… Много её…  — Что вы имеете ввиду под «нехорошей энергетикой»?  — Человек убивал… — она слегка качнулась, — Детей… Я вижу маленьких детей вокруг него, словно в хороводе.  — Детей увидела! — мужчина наблюдатель поднял большой палец вверх, удивленно раскрыв глаза.  — Я пойду дальше, — её руки перемещались от одной фотографии к другой. Везде ощущалось внутреннее беспокойство. Словно все они - убийцы, насильники. Она не скрывала своих эмоций, не прятала нужные слова. Удивляла наблюдателей снова и снова.  Пока руки не перешли к последней фотографии.  Она замялась, повторно оглядываясь на предыдущие фото, словно что - то сильно выбило её из колеи.  — Почувствовала? — с широкой улыбкой женщина толкнула второго наблюдателя в плечо, — Почувствовала, видимо!  — Что - то не так? — Илья старался не улыбаться, держать лицо.  Женя возвращалась к каждой фотографии, будто просматривает их заново.  Подошла к самой крайней, той, что заставила задуматься. — Тут человек жив.  — Жив говорит, божечки ты мой, — за монитором было неспокойно.  — Он не совершал убийств, — она прищурилась, — Не насиловал…. Странно. — Что странного?  — Я не могу произнести это, — девушка замялась, наблюдатели слегка расстроились. — Женя, вы увидели что - то плохое?  — Энергетика… — она в который раз сканировала фотографию напротив, никак не отпуская её из своих мыслей, — Сексуальная…  Илья тихо хмыкнул в кулак - хотелось рассмеяться, поделиться своими эмоциями.  — Человек харизма, манеры, мужественность… Он будто на границе. — На границе? — уже без смеха спросил Илья. — Он очень самоуверенный, мужественный, гордый… Словно хочет всего и сразу. От него это сейчас идет - Я хочу всё! — девушка слегка отстранилась, поглядывая на другие фото, — У всех этих фотографий, — она прошла мимо каждой, указывая пальцем на все, кроме фотографии Анзора, — Одинаковая энергетика. Напряженная, злая, неприятная, — Женя схватилась за фото своего соперника, — А тут… Совсем не так. Он и смотрит на меня не такими глазами.  — Какими глазами он смотрит на вас?  — В глазах - вранье, — она слегка шелохнулась, — Но врёт он не мне, а себе. — Я сейчас упаду, — наблюдательница за монитором резко схватилась за мужское плечо рядом.  — Не дает прочитать?  — Не дает даже подойти к себе… Не знаю как объяснить. Он хочет, чтобы его считали… Он, как книжка открытая. Но зачем - то сам напрашивается на вот эту… Агрессию чтоли… — Человек на фото перед вами - злой?  — Нет, — Женя улыбалась, широко, — Совсем нет… И никто так не думает… Но меня он не пускает… Всё, Илья. Наблюдатели вышли к девушке. Женщина практически спотыкалась о деревянный пол, чтобы поскорее увидеть её реакцию.  Илья провел Женя под леской. Она закрывала себе глаза ладонью, не решавшись повернуться.  — Женечка, вы молодец! — громко произнесла женщина, расправляя руки в стороны.  Мужчина рядом чесал затылок, внешний скептицизм тихо умирал. Глаза его - рублей по пять.  — Я боюсь смотреть, — улыбалась она, держа Илью за рукав кофты.  Женя наконец обернулась. Проводила каждую фотографию глазами так, как считывала. Рядом наблюдатели что - то говорили, в духе:  — Вы сказали всё верно! Попали во всё!  Но вот во что она попала в последнем?  Её взгляд поймал последнюю фотографию. Ту, с которой проблем было больше всего. На ней - Анзор. Улыбается, пока ей было совсем не до улыбок.  — Фотография Анзора вас удивляет? — с улыбкой спросил Илья, указывая на неё рукой.  Женя отвернулась от камер, словно сейчас не хотела находиться в их объективе. Глаза сами намокли. Она не могла объяснить почему даже себе.  — Женя, вы прекрасно справились с задачей, — начал мужчина, уловив её покрасневшее лицо.  Блять Тихо выругалась она, чем вызвала большое удивление у людей стоящих рядом. Хотелось раствориться на месте, ничего никому не объяснять. Уйти. — Чем вы так расстроены, Женя? — Илья выглядел обеспокоено, — Вы же прошли испытание! В горле ком. Ничего ответить она не могла. Лишь перешагивала с ноги на ногу.  Удалилась Женя из студии быстро, не так, как вошла. Теперь она не боялась. Теперь она поняла.  Один из редакторов поймал её уже вне съемочной площадки, чтобы взять интервью.  Девушка вытирала слезы с глаз, пытаясь вернуться в нормальное, привычно сильное состояние. Не получилось. — Женя, почему вы заплакали?  — Ну вы прикалываетесь, да? — она усмехнулась, прикрывая рот ладонью, пыталась уйти от камер, — Шутники хуевы. — Я предлагаю, — начал Илья, всё еще обсуждая прохождение Жени с наблюдателями, — Анзору повесить фотографию Жени, — ведущий повернулся на главную камеру, — Он - то не заплачет… Наверное…  Мужчина зашел в студию последним. Съемочная группа, Илья и наблюдатели сильно утомились за целый день съемок. Уже не выглядели такими улыбчивыми и спокойными. Всем хотелось домой.  — Самое сладкое напоследок оставили? — женщина за монитором широко улыбалась, подпирая рукой голову.  — Анзор… — ведущий протянул мужчине руку, — Здравствуйте. — Добрый вечер, Илья, — он привычно улыбался, — Снова …. — поводил пальцем по воздуху, — Фотография… — Да, Анзор. Ваша задача - рассказать как можно больше информации про людей на этих фото, — ведущий попросил Анзора отвернуться, чтобы перемешать порядок. Бросил взгляд на наручные часы, — Как будете готовы - начинайте.  — Не люблю… — фыркнул Одишария.  — Ну, — тяжело вздохнул Илья, — Что ж поделать. Мужчина даже не думал расставаться так рано. Единственное его желание сейчас - почувствовать как можно больше, чтобы не оказаться в чёрном конверте. И как бы сложно не давались испытания с фотографиями - он намерен идти по головам.  —  Начну с конца… Пожалуй, — его руки рисовали круги над изображениями. Анзор медленно выдохнул. Подошёл ближе к леске. Несколько секунд просто смотрел на фотографии, не прикасаясь. Потом поднял руку к первой. Замер. — Здесь… агрессия, — тихо произнёс он, нахмурившись, — Мужчина. Очень тяжёлый. Давящий человек. Контроль. Насилие. За стеклом наблюдатели переглянулись. Анзор двинулся дальше. На второй фотографии почти сразу поморщился. — Тут хуже, — он резко убрал руку, будто почувствовал что-то неприятное физически, — Холод. Жестокость. Человек без жалости вообще… Илья внимательно наблюдал за ним, ничего не говоря. Анзор медленно шёл вдоль лески дальше, пока наконец не остановился напротив одной из фотографий. И замер. Слишком резко. Наткнулся на что-то совершенно неожиданное. Несколько секунд он просто смотрел на белую сторону карточки, хмурясь всё сильнее. Потом медленно поднял руку. Но так и не коснулся. — Странно… — Что именно? — Илья чуть подался вперёд. Анзор не ответил сразу. Продолжал смотреть на фотографию так внимательно, пытался понять собственные ощущения. — Здесь… вообще другое. Потому что именно на этой фотографии была Женя. — Узнает он Женьку! — женщина - наблюдатель невольно напряглась, — Узнает!  Анзор сделал ещё шаг ближе. Его лицо вдруг стало совсем серьёзным. Не рабочим. Не показательно «экстрасенсорным». Внимательным. — Очень живая энергия, — тихо произнёс он, — Шумная. Эмоциональная. Но… светлая. Он слегка нахмурился, сам не понимал, почему задержался здесь так долго. — Человек много смеётся. Громко. Делает вид, что ему всё равно, даже когда больно. — Мне ужасно интересно, — мужчина приблизился ближе к монитору. Анзор медленно провёл пальцами рядом с фотографией. И вдруг едва заметно усмехнулся себе под нос. — Упрямая очень. — Это плохой человек? — Илья внимательно посмотрел на него. — Нет, — Анзор уверенно качнул головой. Тишина. Он продолжал смотреть на фотографию ещё пару секунд дольше, чем нужно. Чувствовал нечто слишком знакомое. Потом наконец тихо произнёс: — Этого человека здесь быть не должно. Анзор ещё недолго стоял напротив фотографии Жени, прежде чем всё-таки заставил себя отойти дальше. Буквально отрывал от неё внимание. Следующие карточки он проходил уже жёстче. Собраннее. Пытался вернуть себе рабочее состояние после странного ощущения рядом с той фотографией. Анзор едва коснулся пальцами края - и тут же резко убрал руку. — Здесь убийство, — тон его голоса стал холоднее, — Не одно. — Прекрасно, — женщина мотала головой, мягко улыбаясь в монитор. — Человек эмоционально пустой… Внутри вообще ничего нет. — Не смотря на вот эту пустоту, — мужчина в костюме развел от груди руки в стороны, — Его всё равно признали вменяемым и посадили. Снова попадание. Илья внимательно следил за ним, уже без привычной лёгкой усмешки ведущего. Даже наблюдатели начали переглядываться чаще. Анзор безошибочно проходил дальше. Насильник. Убийца. Жестокость. Контроль. Психопатия. Он говорил коротко, но точно, будто чувствовал эти фотографии физически. И каждый раз, проходя мимо снимка Жени, замедлялся.  Когда последнее фото оказалось описано, Илья сделал шаг ближе. — То есть вы считаете, что вычислили всех опасных людей? — Да, — Анзор медленно кивнул. — Тогда кто остаётся? Анзор снова повернулся к фотографии Жени. И на этот раз подошёл к ней ближе, чем ко всем остальным. Долго смотрел. Потом осторожно коснулся пальцами обратной стороны карточки. Совсем иначе, чем остальных. Будто боялся ошибиться именно здесь. — Девушка, — тихо произнёс он. — Я в шоке, — наблюдатели сразу переглянулись, — Единственная девушка, и так попал!  — Молодая, — он едва заметно усмехнулся себе под нос, — Дерзкая… Дикая… Не боится. Илья молчал, не перебивая. Анзор продолжал смотреть на фотографию, словно забыв, что находится на испытании. — Но внутри… очень живая, — Он нахмурился чуть сильнее, медленно провёл большим пальцем по краю фотографии, — Она шумная. Смеётся громко. Любит привлекать внимание, но не потому что пустая… а потому что боится остаться незамеченной. Илья внимательно посмотрел на него. — Что ещё чувствуете? Анзор замолчал. Надолго. Будто следующие слова говорить не хотел. Но всё равно произнёс: — Она ранимая сильнее, чем показывает. — Да, — женщина перед монитором что - то записывала, — Сегодня Женечка это показала…  Анзор стоял перед её фотографией еще долго, сканировал. Сам не верил тому, что это оказалось проще, чем он думал. Но благодаря кому?  — Внутренняя боль, Илья… Слишком много мыслей… Путаются, — он водил руками над своей головой, — Она говорит мне, — и резко правая ладонь вылетела вперед, — Нет!  — Она говорит вам нет? — Илья приставил палец к губам, — Почему?  — Не знаю…  Перед глазами мелькнул её образ. Светлые волосы. Смех. Яркий взгляд.  Анзор резко открыл глаза и широко заулыбался, продолжая водить руками по фотографии. Он словно не верил своим ведениям. Впервые за испытание мужчина выглядел не сосредоточенным, не мрачным, а счастливым.  — Что вы увидели, Анзор? — Илья поднял брови вверх. — Я могу… назвать, — он наконец отошел дальше, боясь вновь поворачиваться к фотографиям. Распустил руки врозь. — Вы можете назвать, кто изображен на этой фотографии? — ведущий подошел вплотную к снимку.  — Могу, — Анзор улыбался, — Очень боюсь… Но могу. — Да ладно… — мужчина собирался выпрыгнуть из наблюдательской комнаты, — Если назовет…  — Говорила же тебе, — женщина рядом слегка ударила его по плечу.  — Вы повесили здесь, — он указал пальцем на фотографию своей соперницы, — Женя.  Наблюдатели окончательно вышли из себя. Закрывали рты ладонями.  — Анзор, я правильно понимаю, — Илья хотел показать все эмоции наружу. Сейчас - рано, — Вы хотите сказать, мы повесили сюда фотографию Жени?  — Да, — слишком мягко и спокойно ответил мужчина, уже не давая себе времени подумать, — Уверен.  — Анзор, идите сюда.  Грузинский мужчина медленно шагал к ведущему. Смотреть на фотографии совсем не хотелось. Может именно сейчас он совершил самую глупую ошибку за все нахождение в проекте.  Первое, за что зацепился взгляд, стали выходящие к нему наблюдатели. Они что - то говорили ему, но он не слышал. Пытался заставить себя обернуться.  — Смотрите, Анзор, — словно скомандовал Илья, — Где вы ошиблись.  — Нигде! — выкрикнул мужчина, смеясь в кулак.  Анзор проводил глазами по каждой фотографии, проходя рядом. Он никого не узнавал. Никого, кроме неё. Смотрел на фотографию молча. Светлые волосы рассыпались по плечам мягкими волнами, немного растрёпанные, будто она только что проснулась или долго лежала, задумавшись о чём-то своём. Этот беспорядок делал её только красивее - небрежной, настоящей, совершенно не вылизанной под чужие ожидания. Тяжёлое чёрное худи почти скрывало её фигуру, делая лицо ещё более хрупким на контрасте с тёмной тканью. Анзор задержался взглядом на её глазах. Светлые. Усталые. Но при этом внимательные, будто даже через фотографию Женя смотрела прямо на человека перед собой и всё про него понимала. Тонкие брови слегка нахмурены. Губы приоткрыты, расслабленные, без привычной усмешки или колкости. На фото не было той громкой Жени. Здесь она выглядела тихой. Домашней. Почти беззащитной. Анзор вдруг поймал себя на мысли, что ему хочется смотреть на неё дольше, чем нужно. Разглядывать каждую мелочь. И хуже всего было то, что эта фотография казалась ему пугающе красивой не из-за света или удачного ракурса. А потому что на ней была именно она. — Анзор, — начал Илья, — Вы - единственный участник за сегодня, который назвал имя оппонента на фотографии.  — Спасибо, — он наконец оторвал свой взгляд от неё, переведя на хлопающих наблюдателей. — Анзор, вы действительно удивительно точно рассказали о всех, — мужчина рядом с ведущим удивленно раскрыл глаза, — Ни одной ошибки!  Камеры уже двигались вдоль полукруга участников, выхватывая чужие эмоции, напряжённые взгляды, нервные движения рук. Все стояли на своих местах.  Анжела - в центре. Семён, тихо переговаривающийся о чём - то отвлеченном с Виталием и Варей. Артём привычно занял место с Женей. И только Анзору досталась не самая приятная для него компания - Сергей.  — Уважаемые экстрасенсы, — начал ведущий, теребя в руках два конверта, — Не постесняюсь спросить… Как вам испытание?  — Полный ужас, Марат, — отозвался Лесков, смущенно улыбаясь.  — Согласна с Семёном, — Анжела, сложив руки вместе, смотрела куда - то в потолок, — Поиздевались на славу.  — Простите? Над вами поиздевались?  — Над всеми, — рассмеялась Женя, поправляя подол чёрного платья.  — Готовы узнать, кто на этой недели стал лучшим экстрасенсом по мнению наблюдателей? — Башаров выдвинул на первый план белый конверт, — Внимание! На волшебное зеркало.  — Вы пришли на задание, сказав, что терпеть не можете такие испытания, — начал Илья, — Я начал думать, что будет полный провал… Я извиняюсь за свои мысли, — фотография в его руках перевернулась, — Анзор, на этом испытании вы - мой фаворит.  Мужчина слегка поклонился экрану. Его улыбка была способна осветить весь зал.  — Врать не буду, что вы входите число моих любимых участников этой битвы, — красноволосая женщина буквально святилась через волшебное зеркало, — Вы абсолютно точно описали все фотографии, что висели перед вами, — она слегка вздохнула, — Простите меня, пожалуйста, Женя, — фотография в её руках перевернулась, — Повесить портрет Анзора - моя идея.  Девушка прислонила руки на губам, мысленно прощая наблюдательницу. — Дорогие, друзья! Один - Один, — громко сказал Марат, снова поворачиваясь к волшебному зеркалу.  — Я не надеялся, что кто - то из участников сможет удивить меня настолько, как это сделали вы, — мужчина говорил уверенно, словно вот - то откроет свой голос, — Вы единственный, кто назвал имя соперника, которое мы от вас старательно прятали, — фотография в его руках перевернулась, — Анзор, болею за вас. По готическому залу раздались аплодисменты.  — Анзор, поздравляю вас! — Марат обращался к мужчине по левое плечо от себя, — Вы стали обладателем белого конверта!  — Спасибо… — тихо проговорил Анзор. Он не мог поверить, что прошел это испытание лучше остальных, — Я доволен собой.  — Ещё бы! — ведущий резко переместил взгляд на Женю, — Женя, вы расстроены? Насколько я знаю, после прохождения испытания вас немного пошатнуло.  — Да, Марат, — девушка бросила мимолетный взгляд на Анзора, — Я считывала энергетику Анзора… Мне казалось, что это какая - то шутка… Прикол!  — А у меня была… Женя, — мужчина указал на неё пальцем.  — У вас была Женя?! — Башаров раскрыл рот, — Над вами действительно решили неплохо пошутить.  — Хотите сказать, что Анзор назвал имя Жени на испытании? — вдруг встрял в диалог Бесов, поглядывая на ошарашенную компанию из экстрасенсов, — Поздравляю, Анзор. — Спасибо, — уже более тускло ответил он, сразу отведя взгляд куда - то в сторону.  В чёрном конверте - Сергей Руфлядко. Марат произнёс это спокойно, но по полукругу участников всё равно прошёл лёгкий шум. Никто не удивился. Вообще никто. Даже сам Сергей, кажется, ожидал услышать именно своё имя. Вот только смириться с этим открыто он не смог. — Ну, конечно, — мужчина нервно усмехнулся, качая головой, — Очень объективно всё. — Наблюдатели сделали свой выбор, Сергей, — тихо произнес Марат. — Наблюдатели насмотрелись шоу, а не испытаний, — резко бросил Сергей, оглядывая остальных, — Тут половину вообще тянут за красивые глаза. Несколько участников недовольно переглянулись. Анжела закатила глаза. Артём тихо цокнул языком. Женя стояла молча, опустив взгляд в пол, явно не желая лишний раз встревать в этот конфликт. Но Сергей уже заводился всё сильнее. — Кто-то здесь месяцами строит из себя сильных экстрасенсов, а по факту только языком работает. — Сергей, — Марат чуть нахмурился. — Что Сергей? — тот резко повернулся к ведущему, — Я хотя бы не играю на публику. — Именно это ты сейчас и делаешь, — шикнул в его сторону Бесов.  Тишина в зале становилась всё тяжелее. Камеры тут же сместились ближе. Все уже чувствовали - сейчас начнётся. — Кого вы хотите вызвать на дуэль? — выдержав небольшую паузу, словно давая участнику время выдохнуть, спросил ведущий. Сергей даже не задумался. Сразу поднял взгляд. — Женю. Полукруг будто замер. — Чего?… — тихо вырвалось у Виталия. — С ума сошел, — Семён так и нарывался получить пару лестных высказываний о себе, — Думай вообще, прежде чем сказать что - то. Анжела удивлённо повернула голову к Жене. Артём мгновенно нахмурился. Но сильнее всех изменился Анзор. Он резко повернул голову, глядя на Сергея так, будто ослышался. Женя выглядела ошарашенной. — Меня? — она нервно усмехнулась от неожиданности. — А что? Или тебе всё можно? — Сергей пожал плечами, не оборачиваясь в её сторону, смотрел строго прямо. — Объясните свой выбор, — спокойно попросил Марат. — Она слабее остальных, — грубо бросил Сергей, — Очень много шума. Очень мало сути. Женя резко выпрямилась, но не успела ничего ответить. — Это бред, — холодно перебил Анзор. Все сразу посмотрели на него. Вмешался он быстро, сам того не заметив. Продолжал смотреть на Сергея тяжёлым взглядом. Словно ждал, пока тот передумает.  — Вот прицепились же вы к Жене, — начал Артём. Его не на шутку взбесило поведение соперника.  — Артём, прошу прощения, — перебил Марат, — Вы?  — Да, вы, — он некрасиво ткнул пальцем по левое плечо ведущего, — Сергей и Анзор. Два взрослых мужика стоят… Строят из себя что - то, нападают на девочку…  — Тём, ты прости, конечно, что лезу, — Анжела оглядывала его с ног до головы, — Но… По - моему, Анзор сейчас как раз на вашей стороне.  — А разница? — уже более громко спросил Бесов, — Оба только и мечтают выпнуть её отсюда. Доказать что - то своё. Шугаются от неё, как от огня.  — Тише, — девушка рядом слегка коснулась его левой руки, — Не надо…  — Марат, — голос Анзора стал опасно спокойным, будто он не слышал выпадов от Артёма. Мужчина аккуратно поднял руку на локте, — Я хочу… Вместо Жени.  — Анзор, — Башаров оглянул весь полукруг слева направо, ловил их взгляды, — Вы хотите вызваться на дуэль вместо Жени?  — Да… Хочу, — грузинский мужчина водил рукой в воздухе, — Сергей делает ошибку… Выбирая женщину… Хочет красиво уйти…  — Анзор, ты прости, дорогой, — начал Руфлядко, — Но можно я свой выбор сделаю самостоятельно. — Нет, — тихо обернулся тот, смотря на его лицо, — Не можно… — Героя из себя строит, — Бесов нагнулся к Жене.  — Марат, я не против вызова Сергея, — тут же выпалила девушка, словно совсем не слушая Артёма рядом, — Я докажу ему, что он не прав. Женя смотрела на Анзора, и внутри у неё вдруг стало шумно. Он не играл, не спорил ради картинки, не язвил. Он действительно встал вместо неё. Не задумываясь вообще. И единственное, что могла сделать девушка в этой ситуации для него - поддержать. Направить всех зрителей голосовать за Анзора.