Глава 5. Понедельник - день тяжелый

Пожалуйста, позови меня танцевать, и,

Пожалуйста, оставь меня в затруднительном положении,

Это так романтично, так романтично. New Romantics - Taylor Swift

Я стояла на пороге указанного адреса - Бейкер-стрит, 221Б, - и невольно раздумывала о баснословной стоимости аренды в этом доме. Не скажу, что это самый центр, но концентрация достопримечательностей в этом уголке поражала даже мое воображение. Вот просыпаешься ты в этом доме и захотел красиво провести утро на природе - всегда пожалуйста: озеро в Риджентс-парке, где можно покататься на лодке, к твоим услугам. Захотел культурно просветиться - музей «Коллекция Уоллеса» буквально в пешей доступности. Любишь историю и хочешь поглазеть на восковых двойников знаменитостей - за углом музей мадам Тюссо. Захотел безудержно потратить деньги в бутиках - пожалуйста, Мэрилебон-Хай-стрит с её модными магазинчиками и уютными кафе совсем рядом. Я со своим районом, который и окраиной-то назвать сложно, рядом даже не стояла: там на всю округу пара пекарен и ни одного модного магазинчика. Да ладно, это всё так, можно привыкнуть. Но то, что до резиденции королевской семьи в Букингемском дворце отсюда буквально рукой подать - не каждому везет с такими-то соседями. Хоть заходи на пятичасовой чай. Я немного нервно хихикнула, еще раз оглядела тихую улицу и занесла руку, чтобы нажать на звонок. - Да, да, иду-иду, - раздался женский голос из-за двери. «Вот только не говорите, что у него еще и горничная живет, я ж тогда совсем со смеху умру - Холмсы, воспитанные в средневековых ценностях, обзавелись горничными, потому что так следует по этикету», - подумала я. И в этот момент дверь распахнулась, и на пороге появилась милая старушка. Точнее, даже не так - дама в возрасте, потому что по ней не скажешь, что она старушка. У старушек в этом возрасте в основном очень уставшие глаза, а у этой - слишком много энергии, что прослеживалось в её каких-то суетных движениях и живой мимике. Нечасто люди в таком возрасте могут быть настолько наполнены жизнью. - Добрый день, чем могу помочь? - произнесла эта интересная сеньора. А у меня из головы совсем вылетело, зачем я пришла. Я в жутком нетерпении хотела послушать историю жизни этого человека, что, видимо, живёт в этом месте, опять же, практически по соседству с королевской семьёй. - Э, добрый день, - я взяла себя в руки, вышла из раздумий и ослепительно улыбнулась. - Майкрофт сказал, что мне надо передать информацию Шерлоку лично. Он дома? - Выбрала я такую формулировку, чтобы дать понять, что я «своя». Много ли таких же девиц на волне любви к детективу после того, как его стали печатать в СМИ, тут ошивалось, а мне совсем не нужно, чтобы передо мной захлопнули дверь в такой ответственный момент - бывший проводит махинации в больнице. Уф, жуть же. Старушка как-то недовольно скривилась, а я в удивлении подняла брови. И что я сказала не так? - Да, дома, проходите, - она шире открыла дверь и запустила меня внутрь. - Вам на второй этаж, - сказала она и прошла мимо лестницы вглубь дома, причитая себе под нос: - Вот же несносный. Мог бы сам брата навестить, а не присылать молоденьких блондиночек. Негодяй. Я было хотела подняться по лестнице, но последняя её тихая фраза заставила меня замереть и спуститься обратно вниз. «Это она что, так обласкала Холмса-старшего?» - хихикнула я про себя. Неужели мистера Зонтика здесь недолюбливают. - Простите, - я пошла следом за сеньорой, - а это вы про кого так лестно отзываетесь? - максимально доброжелательно, но с диким интересом спросила я. Сеньора обернулась в дверях комнаты и посмотрела на меня. Я же застыла около лестницы, не решаясь без разрешения пройти на чужую территорию. - Ах, вы про этого... - она махнула рукой, будто отмахивалась от назойливой мухи, - про этого высокомерного типа, который считает себя умнее всех на свете. Мистер Всё-знаю, как же. Приезжает тут, ходит со своим зонтиком, словно сам Букингемский дворец к нам в гости заглянул. А к брату - ни-ни, самому лень приехать, слишком занятой, видите-ли. Я хихикнула и прикрыла рот рукой, чтобы слишком не выдавать своего веселья и не оправдывать снова повешенного ярлыка «блондиночки». - Может, вам чаю налить? - спросила эта невероятная сеньора, с которой мы, видимо, были одного мнения о Холмсе-старшем. - Я бы не отказалась, - с широкой улыбкой ответила я. - А вы здесь снимаете комнату? - Я неуверенно указала пальцем вверх, намекая на странное соседство. - Ой, помилуйте, милочка, - отмахнулась она, - это мой дом. Я просто сдаю верхние этажи этим двум сорванцам, а сама живу тут, на первом. Я в немом удивлении посмотрела на неё. «Хотите сказать, что эта недвижимость её? В таком районе? Это кем же она работала?» - И не смотрите так на меня, я просто удачно вышла замуж, - слово «удачно» прозвучало как-то совсем с противоположным смыслом, но даже если и так, то зато сейчас куча преимуществ осталась после этого брака. - А не подскажите тогда, где ваш муж работал? Может, там место освободилось и будет нужен медицинский психолог, чтобы запудривать клиентам мозги? - Не удержалась я от шутки. Сеньора весело рассмеялась и махнула рукой, уходя куда-то в комнату. Я, решив, что это было своеобразное приглашение, последовала за ней. - Ох, милая, мой покойный муж был наркодельцом, - произнесла она с такой гордостью, будто называла его кавалером ордена Британской империи. - Не для молодой девушки такая жизнь, поверьте мне. Хотя, признаюсь, скучно точно не было. «Че-го?» - становилось всё интереснее и интереснее. «Где-нибудь здесь есть кинокамера? Мне обязательно надо всё запечатлеть, а потом выпустить фильм о себе любимой», - подумала я. Прошли мы в небольшую типично английскую кухоньку - узкую, с маленьким столиком посередине и табуретками вместо стульев. - Вам какой чай - чёрный с бергамотом или зелёный? - с очаровательной невинной улыбкой спросила эта дама. - Первый, - немного нервно сказала я. - А вы… - Ах, да, какое упущение с моей стороны сразу не представиться. Миссис Хадсон - домовладелица. - Роза Картер, психолог, работаю в Сент-Барте. - Я присела на табурет в ожидании продолжения истории. - Вы не работаете на Майкрофта? - с неподдельным удивлением произнесла она. С её мимикой удивление вышло лучше, чем у многих актрис в фильмах: она замерла, брови приподнялись, глаза округлились, а руки перестали протирать полотенцем чайную пару. - Нет, конечно, - поспешно открестилась я от сомнительной профессии какой-нибудь секретарши. - Мы просто… - я запнулась, не зная, как обозначить наши отношения. Сотрудничество? Знакомые? Уж явно не кто-то близкие друг другу. - Мы просто работаем над общим делом. Там в больнице какой-то кошмар творится с документами, вот он меня и попросил помочь. Точнее - я его. - Ну конечно, легальность и правильность - это в его стиле, - немного саркастично заметила она, ставя чайник на плиту. - Использовать хорошеньких девушек как бесплатную рабочую силу - тоже. - О да, ходит вечно гордый и думает, что знает больше и лучше всех, - пожаловалась я ей на его поведение. - Да-да, а ещё этот взгляд, ой, не могу, - рассмеялась она, - думает вечно, что он кого-то насквозь видит. Но больше выглядит нелепо, особенно когда нос задирает. - Ага, - подхватила я, чувствуя, как мы с ней мгновенно нашли общий язык. - И этот его зонтик! Серьёзно, в двадцать первом веке носить зонтик как трость - это же… - О, милочка, - миссис Хадсон поставила передо мной чашку с дымящимся чаем и пододвинула блюдце с имбирным печеньем, - вы точно надолго у нас задержитесь. Садитесь, пейте чай, и пока эта семейная пара наверху не разнесли квартиру в хлам, расскажите-ка мне, чем они там опять провинились. «Че-го?», - кажется, я начала повторяться. Какая семейная парочка? - Ничем особо, - отмахнулась я. - Это мне нужна помощь Шерлока. Он не уследил, что в больнице что-то нехорошее творится, а еще вещдоки принесла. Ой, кстати об этом, совсем ведь забыла. Вы удивительная женщина, что я даже о своих проблемах забыла. – Я быстренько встала и сделала глоток чая. - А ну присаживайтесь, Роза. Чай может остыть, а вот криминал никуда не денется за десять минут. – Она произнесла это приказным тоном, в котором прослеживалась доля юмора, но я как-то от неожиданной прыти, которой точно не ожидаешь от сеньоры ее возраста, села обратно на табурет. - Ого. Вы случайно в армии не служили каким-нибудь командиром? - Поверьте мне, каждая женщина учиться этому в отношениях с мужчиной. Почему-то по-другому эти особи не умеют воспринимать информацию. Я хитро улыбнулась. - Миссис Хадсон, неужели на Холмса-старшего тоже это действует, - заговорщически я спросила. - На этого оболтуса ничего не действует. Только если сковородка. – Недовольно отмахнулась она. «Сковородка… интересное замечание», - подумала я и сразу отмахнулась от проявившейся в голове сцены. Нет-нет. Такой вариант лучше не рассматривать, хотя иногда так и хочется. По лестнице раздались быстрые шаги, как будто кто-то быстро сбегал по ней. Но явно ребенок, не взрослый. Я обернулась на звук, не понимая, откуда тут дети. - Ой, это Шерлок, наверное, опять за Рози не уследил. – Миссис Хадсон встала и пошла на выход. – Кстати, у вас же имена похожие. В кухню вбежала девочка лет трёх-четырёх. Светлые вьющиеся волосы растрепались, голубые глаза широко распахнуты, а на щеке - размазанное пятно от какого-то варенья. На ней было лавандовое платьишко с белым воротничком, а в волосах болталась заколка в виде маленькой короны. Она замерла посреди кухни, увидев меня, и тут же спряталась за юбку миссис Хадсон, цепко ухватившись за ткань маленькой ручкой. - Рози, милая, не бойся, - ласково произнесла миссис Хадсон, гладя её по голове. - Это Роза, она хорошая. Девочка выглянула из-за юбки и внимательно меня осмотрела. Голубые глаза смотрели на меня сначала недоверчиво, а потом уже с интересом. - Ты тоже Роза? - наконец произнесла она тихим, но уверенным голосом. Я не могла сдержать улыбку. Этот момент был таким... кинематографичным. - Ага, - я присела на корточки, чтобы быть с ней на одном уровне, и взяв салфетку со стола быстро вытерла пятно. - Но я Роза с колючками и с кудрями. А ты - Рози. Маленькая и, судя по всему, тоже очень опасная. Она нахмурилась и серьёзно произнесла: - Я не опасная. Я принцесса. - О, принцессы - это самые опасные, - подмигнула я ей. - Они умеют заставлять взрослых делать всё, что они хотят. Научишь меня этому трюку? Глаза Рози загорелись. Она тут же забыла про стеснение и подошла ближе, разглядывая мои кудри. - У тебя волосы как у принцессы Рапунцель, - заявила она с такой серьёзностью, будто делала великое открытие. - Правда? - я хихикнула. - А у тебя корона. Значит, ты настоящая королева. - Я не королева, я принцесса, - поправила она меня с достоинством. - Королевы старые. Миссис Хадсон рассмеялась, ставя на стол ещё одну чашку, но уже размером поменьше и с какими-то детскими рисунками. - Ох, милая, вы уже нашли общий язык. Это же надо, две Розы в одном доме. Шерлок будет в восторге, когда узнает. - Дядя Шерлок не любит принцесс, - заявила Рози. - Он говорит, что они нелогичны. Я лишь усмехнулась такому комментарию. В принципе, от него другого и ждать не приходилось. Я взяла на руки эту малышку и посадила рядом с собой на табурет. - А ты логичная? - спросила я, пододвигая к ней блюдце с печеньем. - Конечно, - она важно кивнула. - Я принцесса, которая знает, где спрятаны все конфеты в доме. Я хихикнула, чувствуя, как эта маленькая девочка мгновенно покорила моё сердце. Это был тот самый момент, когда понимаешь: ты попал в правильное место. А как же я любила этих маленьких человечков, которые всегда заставляют улыбаться и вспоминать о том самом незамутнённом ещё ничем интересе к жизни. Дети - они всегда такие искренние в эмоциях, с любопытством всё изучают, не боятся ещё осуждения и чужого мнения, и просто такие ангелочки, на которых и нужно равняться. Это мы, взрослые, слишком отягощены заложенными в нас установками от родителей и общества. Боимся, что нас осудят, постоянно переживаем о «взрослых» проблемах - деньгах, ипотеке, отношениях, - и забываем радоваться жизни. Забываем быть немного азартными, чтобы постоянно стремиться к постижению нового и ещё неизвестного, выражать свои эмоции - хочу и не хочу - и просто с лёгкостью идти по этому пути. И это так увлекательно - наблюдать за детьми и учиться снова вспоминать себя настоящего, а не уставшего и вечно всем недовольного человека. По лестнице снова послышались быстрые шаги. На этот раз в кухню вошел недовольный Шерлок, бубня под нос что-то про неуловимого ребёнка. - Приветики! Вот так встреча, - помахала я ему рукой. И какое-то дежавю на меня снизошло, будто я уже проживала этот момент не далее как сегодня утром. - Мисс Картер, вы долго добирались, - проворчал он, замерев в проходе. - Я ожидал вас ещё двадцать минут назад. - Сомневаюсь, что ты меня очень сильно ждал у окна, раз даже упустил из виду маленькую принцессу, - слегка подколола я его. - Не учи ребёнка плохому подведению итогов, а то ещё вырастет нечто похожее на тебя… - И станет королевой, - усмехнулась я, закатив глаза. Ну не работают на меня такого рода попытки принижения самооценки. - И вообще, Шерлок, изучи детскую психологию. Ребёнок за пять минут не сможет запомнить человека и уж тем более перенять его линию поведения. Я встала, чтобы передать ему бумагу, которую прихватила с собой из больницы. - Дядя Шерлок, разве королевой быть плохо? - серьёзно спросила его Рози, и я с интересом стала ожидать ответа. Какую же мудрость на этот раз выдаст гениальный сыщик? Шерлок посмотрел на Рози и произнёс с такой серьёзностью, будто собирался объяснить ей квантовую физику: - Королевой быть плохо, Рози. Королева должна сидеть на троне и не двигаться. Она не может бегать. Не может есть печенье перед обедом. Не может рисовать на обоях. Королева должна быть скучной. Рози нахмурилась, обдумывая эту информацию. - А принцесса может? - Принцесса может всё, - кивнул Шерлок с абсолютно невозмутимым видом. - Принцесса может бегать, прыгать, рисовать на обоях и есть печенье, когда захочет. - Ого, - выдохнула Рози, её глаза загорелись. - Значит, я правильно выбрала! - Разумеется, - Шерлок встал, отряхивая колени. - Ты всегда делаешь правильный выбор. Кроме тех случаев, когда решаешь нарисовать солнце на обоях в коридоре. Но это уже вопрос вкуса. Рози звонко рассмеялась, а я не могла сдержать улыбки. Откуда в этом доме всё-таки ребёнок и почему Шерлок с ней возится? Я всё же думала, что он не выносит никаких социальных ролей и имеет проблемы с адаптацией в обществе, а тут… будто совершенно другой человек. Шерлок Холмс, который живёт ради расследований и не выносит сентиментальности, объясняет трёхлетней девочке разницу между королевой и принцессой. Это было настолько сюрреалистично, что я на мгновение забыла, зачем вообще полезла в сумку. - Знаешь, Шерлок, - тихо произнесла я, - ты удивительно хорошо ладишь с детьми. Не хочешь подработать в детском отделении? Он резко повернулся ко мне, и в его взгляде мелькнула что-то похожее на отвращение или возмущение: - Не путай понятия, Роза. Я просто объяснил ей логическую разницу между социальными ролями. Это не значит, что я «лажу» с детьми. - Ага, - кивнула я, не переставая улыбаться. - Конечно. Просто логическая разница. - Именно, - отрезал он, но краешком уха я уловила, как Рози тихо произнесла: - Дядя Шерлок, ты хороший. Он замер на долю секунды, а потом резко развернулся и направился к лестнице, бросив через плечо: - Идём, обсудим всё без ребёнка. Но я видела. Я видела, как он на мгновение закрыл глаза, прежде чем подняться по лестнице. И как уголок его губ дрогнул в той самой улыбке, которую он так старательно прятал от всего мира. - Ребёнок, а ты вообще чей? - немного передразнила я Холмса, обращаясь к Рози. - Я папы и дяди, - весело произнесла Рози. Миссис Хадсон тоже рассмеялась. - Думает, что мы не видим, какой он становится сентиментальный с детьми. Я его впервые таким увидела, когда он нянчился с ней, когда она только родилась. Видели бы вы его раздражение, когда он не мог быстро её успокоить и пытался перечитать все книги. А в итоге она просто была голодной, - она махнула рукой куда-то в сторону, где скрылся Шерлок. - А вместо сказок на ночь он читал ей какие-то слишком заумные лекции, от которых она очень быстро засыпала. Я по-доброму рассмеялась, ярко представив эту картину маслом. - Это дочь Джона и его умершей жены, - продолжила с грустью миссис Хадсон. И, опомнившись, что здесь всё ещё находится ребёнок, который уже навострил ушки, прикрыла рот ладонью. - Надеюсь, вы тоже прикладываете свою женскую мудрость в эту очаровательную светлую головку, - я, не удержавшись, потрепала Рози по волосам. Как же я тоже хотела когда-то младшую сестричку, но теперь, видимо, придётся задуматься уже и о своих детях. Но мне было сейчас совершенно не до этого. Вот понянчу сначала ребёнка Изабеллы и буду уверена, что этот будущий ребёнок психолога и психа будет морально здоровым. Вот тогда можно будет и чуть больше себе свободы добавить. А пока… работаем. Я быстрым шагом вышла из кухни, отгоняя налетевшую тоску, и поднялась по скрипучей от старости лестнице, замечая на обоях те самые солнышки, о которых упоминал Шерлок. Я ворвалась на второй этаж в совершенно нелогичной злости. Ладно, логичной, просто признавать свои слабости, своё «хочу», а где-то даже и лёгкую зависть к подруге - той, которая никогда не грезила о большой семье, а у неё уже заложен фундамент. А я только доходила до первой стеночки, которую потом сама же и разрушала, в страхе оплошать и сделать неправильный выбор. А потом и вовсе запретила себя жалеть по этому поводу. Сама ведь виновата в том, что хочу слишком идеальной для себя картинки и в том, что постоянно разочаровываюсь в людях, которые не оправдывают мои же ожидания. Как глупо и нелепо. - Неужели тебя смогла чем-то разозлить эта мелочь? - Во-первых, не мелочь, а золото, - поправила я, намекая, что дети мелочью никак не могут быть, только золотом - самой ценной валютой в каждой семье. - Во-вторых, злюсь сама на себя, что запустила себя, что даже одышка стала появляться при подъёме по лестнице, - беззаботно сказала полуправду я. Шерлок как-то пристально посмотрел на меня и уже собирался что-то сказать, но дёрнул головой и быстро проморгался. Странное поведение для того, кто не привык фильтровать свою речь. Ну либо я сейчас слишком раздражена, чтобы видеть только лучшее в людях. - Что была за такая срочность, которая не могла дождаться конца рабочего дня Майкрофта? Шерлок сел в одно из кресел у старого камина. Какой всё же раритетный дом, поражающий своими контрастами: от богатого современного мира за окнами до сохранившегося антуража старой Англии. Комната была обставлена в полуклассическом стиле - диван, два кресла, одно из которых было кожаным, другое обитое тканью, стол, заваленный бумагами, в котором терялся даже ноутбук - единственная современная деталь этого интерьера, обои в классическом тёмном стиле с ажурным рисунком и… череп на каминной полке. «Ага, всё так и дышит стариной. Даже, видимо, предыдущий владелец», - усмехнулась я про себя. - Держи, - я протянула ему подписанный Стивом бланк на перевод. Шерлок быстро взял его в руки и пробежался взглядом. - Это я нашла в картах пациентов, которых передали мне от Изабеллы, что уже является странным, как по мне. Шерлок вопросительно на меня посмотрел, ожидая пояснений. Что ж, его дедукция, значит, не работает на малом количестве фактов. - Один раз - случайность, второй - совпадение и так далее, - я взяла стул и поставила напротив кресла. В другое кресло я садиться не стала, подозревая, что это место Джона, с которым я ещё не была знакома. А занимать чужие места в чужом доме - моветон, как я считаю. Лучше уж показаться немного странной, чем побыть чуть наглой, подсознательно вызывая к себе отвращение. Шерлок проследил за моими манипуляциями, но так ничего и не сказал. - Не спорю, что Иззи всегда брала сложных пациентов, которые могли пропасть с радаров родственников просто так, из-за их же отказа поддерживать близкого человека в лечении. Но тогда бы она сама замечала бы неладное. А тут ещё Стивен, психиатр больницы, её стал очень недолюбливать после её похищения и дела с судом и мистером Стерлингом. Опять же, встаёт вопрос и о его причастности уже к этому делу - почему, если он знал, какие последствия могут возникнуть от сопровождения лечения этого пациента, вплоть до лишения лицензии специалиста, он сам не взял или хотя бы просто не прикрыл этот недосмотр больницы? Какова вероятность того, что он не только в больнице проводит странные махинации с пациентами, но и может копать под Мориарти, ведь его ненависть, не побоюсь этого слова, так или иначе условно связана с произошедшими в последние месяцы событиями. Я тяжело вздохнула и уставилась в пол, пытаясь проговариванием прийти к какому-то логическому выводу. Интуиция моя мне не давала покоя и чуть ли не орала: «Роза, проснись, эти два дела связаны. Не будь глухой, прислушайся. Я же тебя ни разу не подводила». Но и с другой стороны стояла та самая логика, которая доказывала, что чтобы сделать выводы, ещё слишком мало фактов. - Стивен Барнс, - задумчиво проговорил Шерлок, - может получить доступ к пациентам и ввести нелегальные препараты. - Да, вот только по бумагам их нет в клинике, и всё проводится всегда под строжайшим контролем сестринского персонала, который даже вскрывать без проверки срока годности упаковки не разрешает. Либо в больнице организована целая сеть махинаций, но я сейчас в это верить не хочу, пока не будет доказано обратного. - Я недовольно поджала губы, протестуя против такой гипотезы, и сразу почувствовала, как расслабились плечи - либо правильный вывод, либо иллюзия психики. Вот тебе ещё детективная загадка - кому верить: телу и интуиции или холодной логике и разрозненным фактам. Изабелла по любому выбрала бы второй вариант, но я… Внизу хлопнула дверь, и раздался мужской голос: - А вот и моя принцесса. Детский смех донёсся и до второго этажа. Шерлок сидел абсолютно неподвижно, уставившись в бланк. Его глаза расширились, и он медленно провёл пальцем по номеру серии в углу документа. - Это невозможно, - пробормотал он. - Что? - я наклонилась ближе. - Мисс Картер, - он посмотрел на меня тем самым взглядами шизанутого фанатика своего дела, - этот номер серии... этот формат бланка... я видел его в деле, которое расследовал Майкрофт три года назад. Дело о незаконных клинических испытаниях в частной сети клиник. Пациенты исчезали, а их записи фальсифицировались. - Что?! - я вскочила. - И что было с виновными? - Дело замяли, - Шерлок встал, одернул пиджак и, свернув бланк, убрал его во внутренний карман. - Слишком высокопоставленные люди были замешаны. Но я помню этот формат. Это их почерк. - То есть ты думаешь, что... - Кто-то возобновил эту схему, - он уже мчался к лестнице. - И если этот бланк из Сент-Барта... Роза, тогда больница - это перевалочный пункт, как было тогда. - Шерлок! Подожди! Кто стоит за этим? – Попыталась я докричаться до него, чтобы получить вразумительный ответ, но он уже сбегал вниз. Я услышала голос Джона и смех Рози, а затем - звук столкновения. - Шерлок! Куда ты... - голос Джона оборвался. - Нет времени, Джон! Позже! - крикнул Шерлок, вылетая из дома. Я выбежала в коридор и увидела картину: Джон стоял на лестнице с Рози на руках, оба выглядели ошеломлёнными, а Шерлок уже был внизу, выбежав из дома и хлопнув дверью. - Что... что произошло? - Джон посмотрел на меня, явно пытаясь понять, кто я и почему стою на втором этаже его дома. - Я Роза Картер, работаю в Сент-Барте и, скажем так, была вовлечена в заварушку с Мориарти, - быстро и безэмоционально проговорила я. - Майкрофт попросил меня передать Шерлоку кое-какую информацию по больничному делу. Как с ним можно ужиться, если я его готова уже пристукнуть за то, что недоговаривает важную информацию? - пронеслось у меня в голове. Может, совет со сковородкой лучше применить к младшему Холмсу, а не к старшему? Чтобы не оставлял меня на грани разрыва сердечной аорты из-за непонимания - Стив виноват или всё же нет. - А, - Джон кивнул, явно будучи наслышан обо мне. - Куда это он помчался? - махнул он рукой в сторону выхода. - Он увидел что-то в документе, который я принесла, - я пожала плечами. - Сказал, что видел нечто похожее в деле, которое расследовал Майкрофт три года назад. Что-то про правительственный заговор. И убежал. Джон вздохнул, поправляя Рози на руках, которая в свою очередь внимательно прислушивалась к разговору и дергала его за светлые волосы. - Типично, - он улыбнулся, но в улыбке читалась усталость. Они наконец поднялись на второй этаж. Я пропустила их, собираясь тоже уже уходить - раз всё равно ответов я не получу. Могу лишь попробовать стребовать их с Майкрофта, который, наверное, всё ещё очень занят и ему будет явно не до меня. Рози, как только её опустили на пол, тут же подбежала ко мне. - Роза, - дёрнула она меня пару раз за юбку, - пошли играть! - Солнышко, - начала я и посмотрела на Джона. Он смотрел на нас с тёплой улыбкой. - Извините, мне нужно переодеться после работы. Не могли бы вы... - Конечно, - кивнула я, сразу понимая, что родитель только за, чтобы я хоть чуть дала ему отдохнуть с работы, перетянув на себя внимание ребёнка. Джон кивнул и вышел из гостиной, а я с Рози осталась стоять в дверях комнаты. - Итак, - громко хлопнула я в ладоши, отгоняя от себя лишние мысли, - у нас есть с тобой совсем немного времени, чтобы сотворить что-то очень гениальное и интересное. Как тебе план? - Рисовать! - воскликнула девочка. - Отличный план, - я огляделась в поисках материалов. - Так, где у вас тут... - Дядя Шерлок хранит бумаги вон в том ящике, - Рози ткнула пальцем в сторону стола, заваленного бумагами. - А карандаши... - она задумалась, - кажется, в кухне. - Пойдём на разведку, - я взяла её за руку, и мы отправились на поиски сокровищ. Через пять минут мы вернулись с трофеями: стопкой чистых бумаг (я надеялась, что это не важные документы Шерлока) и коробкой фломастеров. - Так, ваше высочество, - я устроилась на полу, разложив бумаги, - что будем рисовать? - Принцессу! - заявила Рози, усаживаясь рядом. - Но не обычную, а такую, которая спасает дракона. - О, это интересно, - я взяла синий фломастер. - А почему принцесса спасает дракона? - Потому что дракон хороший, - серьёзно ответила она. - Просто все думают, что он плохой, потому что он большой и огнедышащий, но на самом деле он просто одинокий. Я замерла, глядя на неё. Эта трёхлетняя девочка только что описала... ну, очень многих людей, которых я знала. - Знаешь, - тихо произнесла я, - это очень мудрая мысль, - изобразила я Эйнштейна или какого-нибудь умудренного годами ученого, который с просветленным взглядом держит палец вверх. - Да, - ответила это солнышко в ответ и скопировала мой жест. Я тихо засмеялась, умиляясь этой сцене. Мы рисовали в тишине минут десять, пока Рози вдруг не фыркнула: - Роза, у тебя полоска синяя на щеке! - Что? - я провела рукой по лицу и, судя по её смеху, у меня не получилось его оттереть. - Теперь ты как смурфик! - воскликнула она, хватая зелёный маркер. - Подожди, я тебя дорисую! - Только не смей... - но она уже успела поставить мне зелёную точку на лбу. - Теперь ты принцесса-смурфик! - торжествующе заявила она. - Ох, хорошо, - я сдалась, смеясь. - Тогда ты будешь драконьей королевой. - Нет, я принцесса! - возмутилась она. - Хорошо-хорошо, принцесса-спасительница драконов, - поправила я, и мы обе рассмеялись. Мы продолжали рисовать, обсуждая, должен ли у дракона быть хвост с бантиком (Рози настояла) и может ли принцесса ездить на драконе с папой и дядей Шерлоком к дяде Грегу в полицию. Какие же все-таки интересные развлечения и знакомства нынче у детей. А я тоже так хочу, только без этого вот всего криминала. Дракона мне тоже можно, а то добираться на общественном транспорте или тратить кучу денег на такси – совсем мне не нравится. Мои волосы давно растрепались, на лбу красовалось зелёное пятно, а на щеке - синее, но я чувствовала себя абсолютно счастливой, как будто сама вместе с Рози перенеслась в беззаботное детство, где злой и тяжелый мир был на плечах родителей. - А теперь давай нарисуем, как принцесса и дракон пьют чай с... - начала я, но тут услышала звук из коридора. Кашель. Сдержанный, но явно привлекающий внимание. Я подняла голову и увидела Майкрофта, стоящего в дверях. Он выглядел... странно. Как обычно в безупречном костюме, но галстук ослаблен, а в руках он сжимал свой зонт-трость так, будто это была единственная вещь, которая держала его на ногах. Но не это привлекло моё внимание. Его взгляд. Он смотрел на меня - на меня, с растрепанными волосами, разукрашенным лицом, сидящую на полу с трёхлетней девочкой, которая рисовала дракона с розовыми крыльями - и в его глазах было что-то... непонятное. Это не было раздражение, как обычно, когда он сталкивался с хаосом. Это не было превосходство, как когда он смотрел на деятельность, не связанную с большим интеллектом. Это было... что-то тёплое. Что-то, что я не могла назвать, но что заставило моё сердце пропустить удар. - Мисс Картер, - произнёс он наконец, и его голос был тише обычного. - Не ожидал... Он замолчал, и я поняла, что он не знает, что сказать. Майкрофт Холмс, человек, который всегда находил слова, стоял в дверях и смотрел на меня так, будто видел впервые. - Мистер Холмс, - я улыбнулась, стараясь не потревожить Рози, которая продолжала рисовать, не обращая внимания на дядю. - Добро пожаловать в наш маленький художественный салон. Хотите, мы и вас нарисуем. Тут на драконе осталось еще место, чтобы отправиться прямиком в полицию. – Я пыталась сдержать свою до неприличия широкую улыбку, которая должна была перерасти в безудержный смех, если я не перестану представлять эту ситуацию у себя в голове. Нет, точно надо дорисовать с таким сюжетом – грозный и надменный Майкрофт летит на розовом драконе. - Упасите меня лицезреть это художество, - он наконец шагнул внутрь и слегка скривился. - Вы... органично вписались. - Это комплимент? - я приподняла бровь, и он едва заметно улыбнулся. - Это наблюдение, - произнёс он серьёзно. - И... да. Возможно. «А?», - я замерла все с той же глупой улыбкой, пытаясь осмыслить последнюю его фразу. Рози в этот момент подняла голову, увидела его и тут же протянула рисунок: - Дядя Майкрофт, - она в силу своего возраста очень коряво выговорила его имя, заставив меня тихо хмыкнуть, - смотри! Это принцесса спасает дракона! Он подошёл, присел на корточки рядом с нами и внимательно изучил рисунок. Я смотрела на него, в этой весьма домашней обстановке, и понимала, что... что-то изменилось. Не в нём. Во мне. Всего минуту назад я была той самой Розой, которая отпускала шутки, рисовала драконов и принцесс и чувствовала себя вполне довольной жизнью и уверенным взрослым человеком, которому абсолютно всё равно на незнакомую обстановку. А сейчас... сейчас я смотрела на этого мужчину - с ослабленным галстуком, с не таким холодным взглядом, который только что присел на корточки рядом с трёхлетней девочкой, чтобы серьёзно обсудить психологию драконов, - и понимала, что мой образ «ледяного Майкрофта Холмса» только что дал трещину. И это пугало, потому что ледяной Майкрофт - это для меня было константой, чем-то понятным, стабильным и безопасным. Понимая, что мне можно шутить про его зонтик и высокомерие, и его воспитание, и относительная безэмоциональность не даст ответить на мои подколки. А этот Майкрофт, который смотрит на меня так, будто видит насквозь, - это опасно в первую очередь для моего эмоционального состояния. Я могу начать видеть в нём то, чего нет на самом деле, а в конце концов, прекрасно зная свой характер, и того хуже - романтизировать. Мужчина, который всегда держит своё слово, придёт на помощь и решит сложные вопросы, при этом не укоряя тебя за слабость. - Мисс Картер? - его голос вернул меня в реальность. - Вы... в порядке? - Да, - я слишком быстро ответила, слишком быстро отвела глаза. - Просто... устала, наверное. Я начала собираться, избегая его внимательного взгляда. Аккуратно сложила бумаги, убрала фломастеры в коробку, встала с пола, стараясь не смотреть на него. - Рози, солнышко, - я улыбнулась девочке, но улыбка вышла натянутой. - Мне, кажется, пора. - Уже? - она надулась. - А мы ещё не дорисовали! - В другой раз, хорошо? - я погладила её по голове, чувствуя, как внутри поднимается волна вины. - Я обязательно приду ещё. Рози неохотно кивнула, и я быстро направилась к выходу, стараясь не оглядываться. Столкнувшись с Джоном, который как раз входил в гостиную, я быстро и неловко извинилась и сбежала вниз по лестнице. «Вот, чёрт, Роза! Взяла и так по-глупому выдала себя и ещё и опозорила. Ну где же твоя актёрская игра? Дома что ли не могла предаться страданиям?» - внутренний критик уже был тут как тут. - Мисс Картер, - его голос остановил меня на выходе из дома. - Я подвезу вас. - Не стоит, - я даже не обернулась. - Мне ближе на метро... - Роза, - он произнёс моё имя без фамилии, и это прозвучало слишком лично и для меня непривычно. - Не спорьте. Я обернулась. Он стоял наверху лестницы, всё ещё с тем самым проницательным взглядом, от которого в этот раз я не могла эмоционально отгородиться и не чувствовать себя «маленькой». - Хорошо, - тихо произнесла я. - Спасибо. Мы дошли до машины в тишине, и он открыл передо мной дверь сам, не позволяя это сделать выскочившему навстречу водителю. Я села, про себя отмечая ненужную сейчас, ну вот совсем, галантность. Он обошёл машину и сел рядом. Я пыталась обратно привести себя в чувства и свести всё в шутку, превратив драму в ситком, но внутри всё больше росла неловкость. В особенности в этом узком пространстве машины, которое было наполнено его парфюмом. Тишина стояла такая, что хоть режь её. А я судорожно пыталась придумать тему для разговора, но в голове танцевала победный танец лишь паника. Я тихо, но глубоко вдохнула воздух, задержала дыхание и тихо выдохнула, по крайней мере, попыталась. - В общем, - начала я слишком бодренько, что, скорее всего, ещё больше выдавало мою нервозность. - Понятия не имею, что происходит в больнице, но Шерлок сказал, что он что-то увидел, что вы расследовали года так три назад. - Я всё же преодолев неловкость, посмотрела на Майкрофта, которому ну вот хоть бы хны - сидит себе спокойненько и не испытывает этого кошмарного урагана чувств. Аж бесит. - Тогда вся сеть была разорвана, а участники давно отбывают наказания за свои преступления, - тихо и спокойно отметил он и тоже посмотрел на меня. - Но разве дело не замяли? - Нет, - просто ответил он, и машина снова погрузилась в тишину. Вот так сложно поддержать беседу, что ли? Я отвернулась к окну, видя размытые огни Лондона, и пыталась понять, что всё-таки со мной происходит. В конце концов, я что, не психолог, что ли? Первый вопрос - что я сейчас чувствую? Раздражение, что человек рядом не хочет поддержать меня и развеять придуманную мной неловкость. «Он и не должен. Он вообще может не догадываться о твоих чувствах и смятении. А то, что он не поддерживает диалог - ты вспомни, он никогда не был словоохотлив», - начала я отвечать на свои же вопросы. Злость на себя, что я снова страдальчески переживаю какие-то странные эмоции по отношению к мужчине. «Чувствовать - нормально. Каждое чувство должно быть прожито, будь то грусть до слёз в глазах, неловкость до красных щёк или та же злость. Иначе всё грозит перерасти в какое-нибудь выгорание или просто срыв. Но вот почему злость к себе? Опять вмешивается моё идеальное «я», которое осуждает за неидеальные чувства, или здесь есть что-то ещё?» На последний вопрос я и искала ответ до самой остановки машины. На этот раз открыл мне двери водитель, да и я уже знатно под успокоилась. Единственное, что я поняла и от чего облегчённо выдохнула, - это то, что это не было влюблённостью. Я не была наивной девочкой, чтобы путать восхищение с чем-то большим. Это было... что-то другое. Что-то, что я не могла назвать. Майкрофт Холмс. Человек, который старше меня почти на... сколько? Двадцать лет? Двадцать пять? Человек, который живёт в другом мире - мире правительственных тайн, бюрократии, власти. Человек, который... Стоп. Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри поднимается волна самокритики. Только вот «недостойности» тут не хватало. «Роза, ты серьёзно? Ты только что сидела на полу с его племянницей, рисовала драконов, а теперь фантазируешь о... о чём вообще? О нём? О Майкрофте Холмсе?» - да нет, самокритика - мой верный спутник по жизни, видимо. Это было абсурдно. Это было неправильно. Это было... «Он слишком старый для тебя», - начала намекать уже и логическая часть меня. Эта мысль ударила больно, что я, не сдержавшись, скривилась, потому что я знала - это правда. В глазах общества я была бы «той самой девушкой», которая клюнула на власть и деньги. А в его глазах... в его глазах я была бы... кем? Ребёнком? Забавной игрушкой? Нет. Я посмотрела на него - сосредоточенный, спокойный, такой... взрослый. Он не смотрит на меня как на ребёнка. Он смотрит на меня как на... Я не закончила эту мысль. Не могла. - Вам не нужно было меня подвозить, - произнесла я наконец, и мой голос прозвучал тише, чем я хотела, - но всё равно, спасибо. - Я знаю, - он посмотрел на меня- — вы выглядели так, будто вам нужно было выйти из того дома. Я вздрогнула, не ожидая такой проницательности. - Это так заметно? - слегка плаксиво произнесла я, понимая, что наконец та странная неловкость между нами начинает рассеиваться. - Для меня - да, - он как-то немного грустно улыбнулся. - Ваш брат отверг предложение поработать у нас в детском отделении, может вы согласитесь? В конечном итоге, хорошая работа под прикрытием, разгадать все больничные тайны и всё такое? - я улыбнулась, поймав в его взгляде крохи смешинок. - Не думаю, что это уместно. - Я легко кивнула, принимая его ответ, и уже собралась выйти из машины, как меня окликнули. - Роза, - в его голосе было что-то, чего я раньше не слышала. - Будьте осторожны. Я кивнула на это странное замечание и ещё более непривычное обращение и вышла из машины. Что со мной не так? Эта мысль всё-таки не давала мне покоя, пока я поднималась по лестнице к своей квартире. Что со мной не так, что я сижу на полу с трёхлетней девочкой и чувствую себя счастливой? Что со мной не так, что я смотрю на Майкрофта Холмса и вижу не холодного бюрократа, а... кого? Что со мной не так, что я хочу... Я не закончила эту мысль, открыв дверь квартиры и понимая, что пришло время, когда надо быстро, без мыслей, сбежать в душ и без лишних мыслей заснуть. Правильно говорят, понедельник - день тяжёлый. Но если он ещё и омрачается странными мыслями и ещё более неприемлемыми чувствами, то он из тяжёлого превращается в ужасный. Поэтому самое важное здесь - побыстрее дать ему перетечь во вторник, а значит, просто скорее отрубиться и убежать в сон, который хоть чуть даст спокойствия. И всё же, что со мной не так? Этот вопрос отпустил меня только тогда, когда сон наконец забрал меня в свои сладкие объятья.