Безумное чаепитие. 39 свечей.

***

— Если эти свечи пиротехнические, предпочту наблюдать за вашим весельем из сада, — вполне серьезным тоном говорит Хранитель, указывая когтистой рукой за стекло веранды, в направлении залитого полуденным солнцем будущего цветника. Лиссан прибыл в новое жилище Карна и Аверрис примерно двадцать минут назад в сопровождении Элеонор и Каэля. Или это он был их сопровождением, с учетом сложившейся ситуации. На днях должна пройти плановая операция и появление на свет еще одного полукровки. Несмотря на бремя, миниатюрная Эл отлично справлялась с физической активностью, хоть и жаловалась на отсутствие сна и постоянные тренировочные схватки. А вот Каэль стал еще более молчаливым и задумчивым. Даже сейчас, сидя на каменной плитке пола у кушетки, где возлежала беременная жена, ремезар сохранял отстраненное молчание. — Да не дрейфь, здоровяк, это безобидные свечки, — хихикает Лирен, продолжая порхать над сервировкой стола. — Не в моих интересах спалить безупречную шевелюру муженька. — Ты уверена, что их не в избытке? — пересчитывает количество цветных восковых палочек на торте Лиссан. Удостоверившись, что их ровно тридцать девять, мужчина лишь вздыхает. — Не проще было бы обойтись одной? — Ты давай не умничай, давно в наших традициях знатоком стал? — парирует довольная собой Аверрис-Карн. Она окидывает взглядом расставленные чайники, десертные блюда и корзины с фруктами и удовлетворённо кивает. —Сейчас дождёмся именинника и приступим к поздравлениям. — Поберегись! — на веранду въезжает тележка, полностью заставленная сладкой выпечкой: маковые рулеты с ромовой пропиткой, эклеры, булочки в сливочной помадке с яблоками под корицей. При виде горы невероятно вкусно пахнущих угощений у присутствующих начинает течь слюна. — Имениннику стоит поторопиться, мороженое скоро начнёт таять. — Брюнетка кивает на несколько креманок с карамельным пломбиром,покоящихся в вёдрах со льдом. — Дайте ему ещё пару минут. Аши занят тем, что воспитывает свой подарок. В каком смысле воспитывает? — непонимающе смотрит на Лирен Рона. Раэль тоже переводит заинтересованный взгляд на девушку с серебристыми волосами. — Подарочек в первые пять минут знакомства намочил постель нашему обожающему порядок зануде. Думаю, щеночек теперь вынужден слушать длительную лекцию о правилах поведения в этом доме. — Ты ему собаку подарила? — округляя глаза, спрашивает Элеонор, всё это время отдыхавшая на кушетке у открытых дверей веранды. Раэль и Рона прыскают от смеха, представляя лицо Карна в момент получения этого самого подарка. — Не просто собаку, а нового друга. Вы бы видели, как у Аши глаза от нежности заблестели, — немного приукрасив действительность, сообщила Аверрис. Со стороны основной столовой послышались шаги, и в светлое застеклённое помещение зашёл виновник утренней суеты. Ашриэль был одет в свободную шёлковую рубашку графитового цвета, не застёгнутую на все пуговицы, чёрные широкие брюки и замшевые домашние туфли. К груди мужчина прижимал маленький белый комок, который сейчас с остервенением кусал пальцы своего нового хозяина. Взгляды присутствующих тут же с неподдельным интересом впились в вошедшего, нежно трепавшего маленькую собачонку, которая почти полностью помещалась в его ладонях. Щенок был чистого белого цвета с умными чёрными, как маслины, глазами и с большим для его мордочки мокрым носом — точно живая клякса, шевелящаяся в короткой шерстке. Белое пятно на чёрном фоне фигуры Карна. — О, а вот и ты! — подлетает к мужу Лирен и, обняв за плечи, толкает того ближе к торжественному столу. — Садись, давай сюда хвостатого. — Быстро изъяв щенка, девушка опускает того на пол, недалеко от кресла, где Сайлена уже ожидает пара мисок: с водой и измельчённой отварной птицей. — Так, пупс, у тебя своя банкетная зона, наслаждайся. — Подтолкнув к мордочке поближе чашку с едой, Аверрис выпрямляется и затягивает мотив традиционной поздравительной песни, попутно сочиняя от себя: — С днём рождения тебя! — Собралась семья твоя, — Ты похож на истукана и характер твой… — С днём рождения, Ашриэль! — Громко перебивает не успевшую допеть свою песенку Лирен Рона. Эл качает головой, в уме благодарит расторопную подругу шизанутой сеньоры Карн. Не хватало ещё, чтобы Ашриэль с Лирен поругались из-за сомнительных поэтических талантов последней. Раэль же прячет улыбку в кулаке и после тоже произносит поздравление. А сам именинник следит за супругой из-под укоризненно изогнутых бровей, пока та ставит перед ним торт, больше похожий на поликанделу из храма, заставленную свечами, нежели на сладкий десерт. Жар от пламени тут же опаляет бледное лицо председателя Магистериума. — Ты переоцениваешь мои лёгкие, дорогая. Тут нужна пожарная бригада, — со скепсисом произносит Ашриэль. — В такие моменты я начинаю думать, что ты меня до сих пор за что-то не простила и твоя главная цель —превратить мою жизнь в мучения. — Напомните мне не праздновать день рождения, если наша дорогая Лирен захочет поучаствовать в его подготовке, ну или хотя бы посоветуйте хорошего страхового агента, — хмыкает Элеонор. Ашриэль, придерживая рукой чёлку, вбирает в лёгкие побольше воздуха и делает попытку задуть бушующее над коржами адское пламя, но ожидаемо терпит крах: больше половины свечей продолжает гореть. — Думаю, мне нужна помощь, — с лёгкой улыбкой, всё ещё придерживая волосы ладонью, просит магистр. — Раз вы здесь, присоединяйтесь, — он подзывает собравшихся друзей. Эл закатывает глаза, но всё же присоединяется к поспешившим на подмогу Лиссану, Каэлю и Роне. А Аверрис быстро занимает место за штативом с огромной фотокамерой. Капитан решила запечатлеть этот момент и сделать забавную фотографию для их семейного архива. Вспышка. — Ура-а-а! Ты успел загадать желание, Аши? — Аверрис кладёт подбородок на камеру. — Это не обязательно. — Так, Рона, доставай зажигалку, всё заново, пока он не загадает желание! — командует неуёмная хозяйка дома. Все присутствующие с долей ужаса смотрят на неё, а сам Ашриэль, кажется, бледнеет. — Боги, я этого не вынесу! — Карн закатывает глаза. — Лирен, я успел подумать о том, что хотел бы, чтобы такого торта больше не было в моей жизни. Давай это будет считаться желанием. — Не-а. Не канает. — Технически, сеньор Карн прав, и это вполне подходит под описание. Так что традиция и ритуал соблюдены, —примирительным тоном встревает в спор Хранитель. Две брюнетки энергично кивают в знак согласия. Никому не хочется повторения фаер-шоу. Постучав пальцем по подбородку и обведя взглядом гостей и именинника, который буквально умолял глазами Лирен прекратить праздничную экзекуцию, девушка, дуя губы, соглашается: — Хорошо, но тогда наденешь праздничный колпак. — Нет! — Я возьму твою собаку в заложники! — Я сожгу твой корабль! — Так, оба прекратили! — неожиданно для всех рявкает Рона. — Я, мать вашу, пол ночи пекла этот торт и все эти пирожные не для того, чтобы вы, парочка… не знаю, как вас назвать даже, устроили тут разборки! — поочерёдно тычет в сторону мужа и жены длинным лезвием с серрейтором. — А ну, подвинься, красавчик! — толкает бедром Раэля и тянет к себе поднос с тортом. — Если не собираешься нарезать его своими когтями. Ашриэль переводит взгляд на довольно урчащего над миской с отварным мясом Сайлена и улыбается, но вдруг замирает, и между бровей залегает неглубокая морщина. Он вспомнил кое-что важное: — Лирен, душа моя, спасибо! — с довольной улыбкой выдаёт именинник. Чувство неловкости вытесняет остатки раздражения. — «Серьезно? Забыл даже поблагодарить… хорош, нет слов. Теперь отрабатывать прощение придется.» — О, ну наконец-то! Думала, не дождусь, — усмехается сеньора Карн и сдувает упавшую на лицо прядь. — На здоровье, муженёк. Теперь можешь практиковать свой тотальный контроль на хвостатом. — Кстати, а как зовут вашего «псына», это же кобель, верно? — ловко орудуя ножом-лопаткой, Рона раскладывает на фарфоровые тарелки бисквитные куски. — Угадала. Кобелёк, — принимает тарелку с угощением Аверрис и тут же отправляет в рот добрую часть бисквита. — Сайлен, — четыре пары удивлённых глаз смотрят на Ашриэля. Мужчина неторопливо отправляет в рот вилку с угощением и, прожевав, добавляет: — Салли, если быть точнее. Кстати, бесподобный торт, Рона, целую руки. — Тц. Мне ты так ни разу не говорил, — возмущается Лирен и закусывает нижнюю губу. — Я целую твои руки, дорогая, буквально каждый раз, когда ты не сжигаешь нашу кухню, решив приготовить завтрак. — Карн чувствует, как его голени что-то касается. Не отрывая взгляда от несколько безумной улыбки супруги, магистр чувствует, как голая стопа поднимается выше и упирается ему в пах. Чёрные брови взлетают наверх, а кадык заметно дёргается. — Благо теперь у нас есть кухарка, и угроза смерти от отравления или ожогов миновала. — Стопа давит сильнее, пальцы ноги сжимают ткань брюк. Ашриэль закусывает щеку изнутри, чтобы справиться с накатившей волной мурашек и не издать стон. Размеренные беседы и тихое веселье неожиданно прерывает ворвавшийся молодой человек в форме Внутренней Службы Магистериума. Парень успевает по-военному сделать поклон головой и с порога выдаёт: — Депеша, сеньор-магистр! Ашриэль, спешно вставая из-за стола, кивком указывает подчинённому на дверь в основную часть дома. В полной тишине двое покидают уютную веранду. Праздничная атмосфера будто потеряла свою лёгкость. Выцвела, как рисунок на ткани. — И часто так? — Лиссан решает прервать затянувшееся молчание. — Не то чтобы. Но один раз, на прошлой неделе, среди ночи прискакал этот пацан. И я думаю, дело явно не в том, что у кого-то в табличке отчёта что-то не сошлось. Через пять минут, облаченный в своё неизменное боевое снаряжение с экипировкой, чёрный как уголь, возвращается Ашриэль Карн. — Это что за маскарад? — недовольно спрашивает Аверрис, сложив руки на груди. — Мне нужно в Нижний. Прошу простить. Всем большое спасибо. Было приятно. Больше так не делайте. —Карн салютует и на пятках разворачивается к выходу. Но неожиданно в дверной косяк входит нож, буквально в пяти-семи сантиметрах от головы председателя совета Магистериума. Каэль издаёт крякающий звук, его больше остальных забавляют экспрессивные отношения четы Аверрис-Карн. — Стоять, Аши! — холодно цедит Лирен. — Не поленись потратить минуту на обрисовку ситуации. — Некогда. Второй нож прилетает в арку дверного проёма над головой молоденького законника. Парень, чуть приподняв взгляд, смотрит на ещё вибрирующий клинок и тяжело сглатывает. Мысленно досчитав до десяти, Карн оборачивается и встречается своим недовольным взглядом с яростной Аверрис. Такими темпами она и вилками начнет бросаться. — Выкладывай. — Это звучит уже в адрес парнишки-гонца, тот переводит вопросительный взгляд на начальника и, получив короткий кивок одобрения, начинает доклад: — Беспорядки в припортовой зоне. Примерно дюжина преступников, шесть гражданских убиты, двадцать серьезно ранены. Бойня продолжается. — А ты тут при чем? — Захотелось проветриться, — едко отвечает Ашриэль. — А теперь извини, но пока я тут с тобой лясы точу, кому-то глотку режут. — И, не глядя на жену, Карн буквально черным вихрем скрывается из виду. — Так, вы, ребятки, продолжайте банкет без нас. А мы пока устроим сеанс семейной терапии с применением насилия к ублюдкам из Нижнего. — Увидев, как подскочила Рона, Аверрис переводит взгляд на Хранителя: — Эй, друг, присмотри, пожалуйста, за нашей бойкой красоткой. Ей нечего делать в грязи, пеки свои булочки, радость моя! — Капитан переводит взгляд на скорчившую недовольную мину подругу. — Рона, милая, а ты присмотри за Салли. Боюсь, пока нас не будет, он загадит нам тут все ковры. — Недобро хохотнув, девушка убегает. Оставшиеся гости молча переглядываются. Пожалуй, напряженную обстановку, воцарившуюся на веранде, мастерски смог разрядить успевший наделать две жидкие кучки на драгоценные ковры белый щенок. — Боги-и-и! Мне теперь за ним еще и убирать придется? Умеешь ты поднасрать в самый неподходящий момент, в точности как твой тёзка. — Рона упирает руки в бока и закатывает глаза. — Чего расселся, пятнистый? Раэль, пошли искать швабру и щетку! — кивает ремезару и разворачивается в сторону кладовых. — Я все пропустила, да? — Вошедшая фигура медиума закрывает дверной проем. — Столкнулась в дверях со спорящими Лирен и Карном. Они как ураган промчались, едва поздоровавшись. А еще в гостиной какой-то юноша в одной рубашке. — Хах. Эти двое понеслись вырезать очередную горстку бандитов, — лениво отвечает Элеонор. — Каэль, будь добр, позови юношу присоединиться к нашему чаепитию и пусть завернется в плед. Не готова сидеть за столом с нудистом.

***

— Снимай тряпки, парень, живо! — командует Аверрис. — У меня нет времени перебирать гардероб для встречи с остатками Ржавых. Законник, замерший от такой просьбы, с надеждой смотрит на главу Магистериума. Может есть еще шанс на то, что, сеньору Карну удастся убедить свою бойкую супругу отказаться от авантюры и парню не придется позорно оголяться. — Я же сказал, ты не пойдешь! — раздраженно шипит сеньор Карн. Его выводит из себя промедление, но вцепившаяся хваткой бультерьера Лирен вряд ли быстро отступит. — Останься с гостями. — Ага, и отпустить тебя с этим сопляком. Да он даже нож неправильной стороной держит. — Вообще-то я умею обращаться с оружием, сеньора Карн. — пытаясь сохранить остатки достоинства, отвечает молодой человек. На своем курсе в академии, он считался лучшим кадетом и то, что сейчас в нем сомневались, сильно уязвило его гордость. — Рот закрыл и начал раздеваться! — рявкает капитан. Парень вздрагивает. — Я иду с тобой, и точка. — Аверрис острым взглядом встречается с ледяными глазами мужа. — Быстро! Максимилиан, отдай ей свою форму. Иначе она срежет её вместе с твоей кожей, — ледяным тоном говорит подчиненному Ашриэль. Недовольно сверлит взглядом то, как нетерпеливо его жена срывает с парнишки форменный китель, а следом брюки. Звучит треск ткани, и прекрасное шелковое платье превращается в тунику, которую Аверрис живо заправляет в пояс форменных штанов. — Готово! — довольно резюмирует капитан. — Макс, ты хоть подушками прикройся, а то продует всё твое выдающееся достояние Внутренней Службы и внешней тоже, — хихикнув, отправляет воздушный поцелуй бордовому от стыда законнику, безуспешно пытающемуся скрыть нижнее белье полами рубашки. — Два дня выходных, — кидает на прощание сеньор Карн, и ненормальная парочка покидает дом, оставив смущённого и, по его собственному мнению, униженного Максимилиана Ульфа в пустой гостиной. — «Да хоть неделю, лишь бы вас двоих подольше не видеть.» — подумав с досадой, парень плюхается в кресло и едва успевает прикрыться, когда появляется высокая женщина родом из Нового Света.