Часть 2

Всё началось не с поцелуя. Началось с кофе, что она пила без сахара, а он приносил мёд — и сначала она смеялась, а потом привыкла. Они встречались тайно. Гарри выстраивал замысловатые маршруты, пересаживался из машины в машину, лгал ассистентам, будто направляется в спортзал, а сам мчал через весь город к крохотной квартирке Райли в Бруклине. Когда она открывала дверь, облачённая в растянутый свитер и без единой капли косметики — в его голове проносилось: «Господи, как же она прекрасна. Она вообще знает об этом?» Знала. И именно это было страшно. Ведь Райли знала всё: как склонить голову, чтобы малейший луч света выгодно подчеркнул скулы, как рассмеяться с нарочитой паузой, чтобы тебе показалось – она смеётся лишь для тебя одного. Она была совершенством. Искусственным, отточенным до блеска. Или нет? Гарри не мог понять, где заканчивается истинная Райли и начинается та, что была создана её менеджерами, её матерью, её всепоглощающим страхом совершить ошибку. — Почему мы прячемся? — спросил он однажды ночью, когда они лежали на её узком диване, а за окном неустанно шумел Бруклин. Она долго молчала. Затем ответила: — Потому что, если мы перестанем прятаться, это станет настоящим. — Разве сейчас — не настоящее? Она повернулась к нему. В её глазах мерцал свет, но слёз не было. Райли никогда не плакала в его присутствии. — Гарри, — тихо произнесла она. — Я не умею любить. Ему показалось, что это лишь кокетство. Он поцеловал её в висок и сказал: — Научишься. Он был юн. Он был влюблён. Он не знал, что когда человек сам говорит тебе, кто он есть — ему следует верить.