Глава 2. Дождь

      С утра Андерс готовил дело Шульца к передаче прокурору, но мысли его то и дело обращались ко вчерашнему убийству.       Тело Майкла Вейла отправили на вскрытие, чтобы подтвердить время и причину смерти, а также выяснить, какое количество алкоголя содержалось в его крови. Оставалось только дождаться результатов.       О подозреваемом им пока было известно мало: Картер Риз, сорок девять лет, был у Вейла завсегдатаем. На этом они и расстались вчера, так и не проведя допрос. Врачам удалось привести подозреваемого в чувства, но не в трезвое состояние. Допрашивать заторможенного и едва соображающего Риза означало подписывать приговор самим себе: любой адвокат потом сумел бы признать его показания недействительными. Поэтому допрос был перенесён на сегодня, и ровно в этот момент Георг его проводил. Накануне он вроде искал информацию о Ризе по нескольким базам данных, но в свои успехи напарника пока не посвятил.       Андерс то и дело поглядывал на часы. Прошло сорок минут после начала допроса. Сорок пять. Пятьдесят. Неужто Риз уже сейчас пишет чистосердечное признание? И что интересного накопал на него Георг?       «А я тут штаны просиживаю», — Андерс с грустью посмотрел на недописанный отчёт.       День обещал быть длинным и скучным. За окном сплошной стеной лил дождь и дул шквальный ветер. Из-за этого аварий на дорогах стало в разы больше, чем обычно, так что Андерс едва не опоздал в участок, успев постоять в двух пробках. В тот момент по радио как раз передавали утренние новости. Когда дело дошло до рассказа о событиях местного масштаба, Андерс чуть прибавил звук, надеясь услышать что-нибудь о вчерашнем убийстве.       — Во время ночной грозы погиб член городского совета Трент Фрост, известный своими громкими высказываниями о новой налоговой реформе, — ровным тоном вещал диктор. — Автокатастрофа со смертельным исходом произошла на шоссе 584 по вине водителя «тойоты», ехавшей по встречной полосе...       — Чёрт... — разочарованно пробормотал Андерс.       Убийство Майкла Вейла было упомянуто лишь вскольз. Очередная цифра для статистики, не больше. Тем более на фоне смерти известного городского политика и последующего судебного разбирательства, которым вдова Фроста угрожала водителю-виновнику.       Георг вернулся злой как чёрт. Смачно выругался, глядя на Андерса так, словно тот был виновен во всех его грехах, а затем раздражённо махнул рукой:       — Он отказывается говорить! Точнее, стоит на том, что просто вырубился, пока дожидался Вейла, а очнулся уже после нашего приезда.       — И кто тогда виновен?       — «А это уж, товарищи детективы, выясняйте сами!» — на скулах Георга яростно ходили желваки. Сам он ходил по комнате, отрывисто жестикулируя. — Ну ничего, в следующий раз он у меня расколется.       — А если нет? — осторожно поинтересовался Андерс.       — Расколется! Ещё как расколется. Он просто в шоке пока, поверить в произошедшее не может! До завтра с похмелья окончательно отойдёт, с жёнушкой пообщается, адвоката послушает и поймёт, в конце концов, сколько лет ему светит без признания. И не такие сдавались! — под конец этой речи Георг благодушно рассмеялся. Провёл рукой по короткому ёжику тёмных волос и обратился к Андерсу: — Вот ты что теперь предлагаешь?       — Я бы опросил соседей...       — Ой, отвали, а? На кой чёрт мне твои соседи?       — Они могли что-то слышать.       — Веллер. — Георг заметно повысил тон. — Дело ясное как день. У нас есть подозреваемый и орудие убийства с отпечатками его пальцев. Кровь с его одежды стопудово окажется кровью Вейла... Да мы его, считай, с поличным поймали! Что ещё тебе нужно?       — Мотив, — насупился Андерс.       — Алкашу много надо, чтобы кинуться на собутыльника с ножом?       — Нет, но... На Вейла напали со спины и убили одним точным ударом. Не очень-то похоже на пьяную драку. Скорее на хладнокровное убийство.       — Правда? — Георг вдруг ухмыльнулся. — А посмотри-ка сюда.       И он небрежно протянул Андерсу несколько выписок.       — Картер Риз. Прослужил в армии почти пятнадцать лет. Дважды бывал в горячих точках, был списан по состоянию здоровья, а также... — Георг вручил Андерсу следующий лист, — ему был поставлен диагноз. ПТСР. Вот тебе и ответ, почему убийство выглядит так профессионально. Моя версия такова: Вейл стоял спиной к Ризу, когда между ними завязался спор. И в моменте он, уже изрядно налакавшийся, утратил над собой контроль, грохнул Вейла и уснул. Вот и всё.       Возразить было нечем. Логичная версия — не прикопаешься.       «У нас и так полно дел, — подумал Андерс. — Георг прав: нельзя тратить кучу времени, если убийца пойман. Лучше сосредоточиться на разбойном нападении в городском парке. В этом деле уже третью неделю нет никаких новых зацепок».       Георг словно прочитал его мысли:       — Не знаю, о чём ты там думаешь, Веллер, но тратить рабочее время на всякую ерунду я тебе больше не позволю.       «Но всё-таки... Признательных показаний у нас пока нет. К тому же, опрос соседей только подтвердит нашу версию, а это будет ещё одним доказательством в суде».       — Хорошо, — пожал плечами Андерс. — Я тогда ещё раз просмотрю записи камер из парка. Может, найду что-то новое.       Георг посмотрел на него, прищурившись:       — Ты какой-то чересчур сговорчивый сегодня, — но, к счастью, развивать эту тему не стал. — Ладно, значит, ты остаёшься здесь, а я еду тормошить ближайшее окружение Риза и его психиатра заодно. Узнаю, как часто у него бывали приступы агрессии.       Андерс проводил Георга тяжёлым вглядом. Поскорее бы конец рабочего дня...       Итак, вечером Андерс вновь был на месте недавнего убийства. Только в доме теперь стояла тишина, не толпились потревоженные жильцы, не сновали туда-сюда патрульные и криминалисты. Все вернулись в привычное русло. Все, кроме Майкла Вейла.       Удача явно была не на стороне Андерса: на втором и третьем этаже ему либо не открывали, либо говорили, что никого не было в квартире на момент убийства.       «Возможно, Георг прав, и я просто теряю время, — подумал Андерс, поднимаясь ещё выше. Остался четвёртый этаж, и если и там не найдётся ни одного свидетеля, то вылазка действительно окажется бесполезной. — Только зря задержался после работы...»       Он постучался в квартиру, располагавшуюся прямо над жилищем Вейла, и, пока дожидался ответа, в очередной раз проверил телефон. Вздохнул. Крис так ничего и не ответил на сообщение Андерса о том, что ему нужно задержаться на работе. Либо Крис и сам сильно занят, либо... Хотя нет, на что ему обижаться?       — Здравствуйте, вы по какому поводу?.. — раздался осторожный голос, и Андерс, встрепенувшись, поднял взгляд. На пороге, приоткрыв дверь, стояла женщина лет тридцати в разношенном домашнем свитере.       — Здравствуйте. Извините за беспокойство, я не займу у вас много времени. Меня зовут Андерс Веллер, я... детектив из убойного отдела, — и он улыбнулся, посылая совесть куда подальше.       Формально детективом он всё ещё не был. Но разве стоило объяснять простым гражданам, что в убойный взять-то его взяли, а в звании повысят дай бог через несколько лет? Тем более Георга сейчас рядом не было.       — А, вы по поводу вчерашнего? — женщина слегка вздрогнула.       «Сейчас начнёт спрашивать, поймали ли мы убийцу», — этот сценарий был Андерсу хорошо знаком, поэтому он поспешил сказать:       — Да, я хотел бы задать вам пару вопросов. Можно?       — Можно, но надеюсь, что всё это скоро кончится. А то выходит, что Майкл даже после смерти умудрился доставить нам кучу проблем, — её аккуратное миловидное личико скривилось, а из квартиры тем временем всё сильнее тянуло запахом сладкой выпечки.       «Шарлотка? Сейчас как раз сезон», — подумал Андерс, но тут же одёрнул себя, усилием воли заставив голос вновь зазвучать ровно и твёрдо:       — А какие проблемы он доставлял вам до смерти?       — Сам-то он — никаких. Майкл тихий был, а вот его дружки, которых он вечно водил к себе, устраивали чёрт-те что.       — А вчера около четырёх часов дня вы слышали какой-нибудь шум из его квартиры?       Она решительно помотала головой.       — Точно? — Андерс посмотрел на неё в упор, пытаясь вызвать замешательство и заставить покопаться в памяти более тщательно, однако женщина ни капли не усомнилась в своих показаниях:       — Нет, абсолютно точно нет. Джеки — мой сын — как раз спал, значит, было тихо.       Андерс кивнул. Звучало убедительно.       — Хорошо. А никого подозрительного вы в последнее время не замечали около дома? Особенно среди тех, кто ходил к Вейлу.       — Да у него все дружки были подозрительными. Вряд ли можно выделить кого-то.       — А имён тех, кто к нему обычно ходил, вы не знаете?       Женщина фыркнула:       — Ещё бы я всех алкашей запоминала, — и прозвучало это даже немного обиженно.       Андерс поблагодарил её и, когда та закрыла дверь, спустился на этаж ниже, к квартире Вейла, сев на ступеньки. Надо было всё обдумать.       Соседка утверждала, что не слышала никакого шума из его квартиры. А это могло означать небольшую неувязку с версией Георга. Могла ли быть пьяная ссора, закончившаяся убийством, тихой? И если да, то что такого должен был сказать Вейл, чтобы довести до ручки Картера Риза?       С другой стороны, а кому мог сдаться алкоголик вроде Вейла, у которого даже наследников, готовых побороться за его крохотную квартирку, не было?       «Наверное, стоит поговорить с его бывшей женой, — подумал Андерс. — Если завтра Риз не даст признательные показания, то так и сделаю».       Да, версия Георга была просто идеальной. Бытовой конфликт между двумя алкоголиками, из которых один был солдатом с посттравматическим расстройством, — все выглядело логично. И доказательств было и так достаточно, чтобы суд признал Картера Риза виновным, даже если тот все-таки не сознается. Но было ли этого достаточно Андерсу?       Что стало причиной их конфликта? Почему Риз так отчаянно отрицает свою вину? Любой дурак на его месте понял бы, что в данной ситуации шансы оправдаться близки к нулю и гораздо выгоднее признаться, чтобы уменьшить срок. Может, действительно от шока ещё не отошёл? Хотя нет, Риз ведь общался с адвокатом перед допросом. Тот должен был рассказать ему обо всех перспективах.       Андерс прислонил голову к перилам. Здесь, на лестничной площадке старой пятиэтажки, на него вдруг накатило странное умиротворение. На улице сейчас было темно, промозгло и холодно, а тут тускло светили лампы на стенах, пахло пылью и готовящимся ужином, и тишина стояла уютная-уютная. Та тишина, которую не хочется заполнять словами. Андерс лишь теперь понял, насколько устал за день.       Он поднялся, отряхнул джинсы. Посмотрел ещё раз на площадку с тремя дверями: если бы не жёлтая лента на одной из них, то и не подумаешь, что вчера здесь было совершено убийство.       Внизу с громким стуком закрылась входная дверь. Кто-то начал подниматься по лестнице, и Андерс почувствовал новый прилив бодрости. Хоть бы это оказался кто-то из соседей Вейла!       Вскоре перед Андерсом оказался молодой мужчина с довольно приятной внешностью. Плащ на нём был мокрым — видимо, дождь всё же пошёл, — и тёмно-каштановые волосы тоже блестели влагой. В одной руке он нёс пакет, а в другой сжимал связку ключей.       — Здраствуйте, — обратился к нему Андерс, расправив плечи и отогнав от себя усталость, — вы случайно не проживаете в какой-то из этих квартир?       — А вам зачем? — мужчина заметно напрягся. В принципе, неудивительно, учитывая, какая судьба постигла его соседа.       — Я из полиции, — поспешил успокоить его Андерс. Показал жетон, представился и повторил: — Так вы не с этого этажа?       — С этого, — теперь кивок был гораздо увереннее. — Я Дэвид Лоден. Мы с женой живём вот здесь.       Он указал на крайнюю дверь справа. Получается, от Вейла его отделяла целая квартира посередине. Вряд ли он что-то мог вчера слышать, но попытать удачу стоило:       — Вы не слышали никакого шума из квартиры Майкла Вейла в районе четырёх?       — Ни меня, ни жены не было дома в тот момент. Так что ничем не могу помочь, — мужчина виновато улыбнулся.       — А никто из тех, кто приходил к Вейлу в последнее время, не показался вам подозрительным?       Дэвид на миг задумался. Поскрёб по щетинистому подбородку, явно пытаясь что-то припомнить.       — Вроде нет. К нему ходили все местные алкаши, а кроме них... Да никого, насколько я помню.       — Ладно, спасибо вам за помощь, — Андерс протянул руку на прощание.       Дэвид пожал её, но как-то машинально, будто не понимал толком, что делает. Взгляд его был устремлён куда-то за полицейского, а меж бровей пролегла складка. Андерс обратил на это внимание, но не стал продолжать расспросы.       — Погодите! — возглас нагнал Андерса, когда тот был уже этажом ниже.       Дэвид торопливо сбежал по лестнице.       — Я вспомнил! — слегка запыхавшись, воскликнул он. — Недели две или... три. В общем, несколько недель назад Вейла искал чувак из электросетей. Вейла дома не было, а тот барабанил в его дверь минут пятнадцать. Я выглянул, спросил, что ему надо. И он ответил, что у Вейла, мол, большой долг за электричество.       Андерс кивнул. Вряд ли эта информация была сколько-нибудь полезной: за неуплату электричество в квартире просто отключали, а не убивали должника. Да и любым другим коллекторам точно не была бы выгодна смерть Вейла. Но стоило поблагодарить Дэвида за готовность к сотрудничеству и бдительность.       Распрощавшись с ним, Андерс наконец-то отправился домой, предвкушая горячий ужин, тёплый душ и какую-нибудь комедию, во время которой он уснёт у Криса на плече.       Дома его, однако, встретила тишина. Точнее, Крис, который, не сказав ни слова, прошёл мимо Андерса на кухню.       — Привет?.. — неуверенно, уже чуя повисшее в воздухе напряжение, произнёс Андерс, снимая мокрые кроссовки.       Ответа не последовало.       Плохо. Очень плохо. На фоне грёз об уютном вечере так вообще ужасно.       Скинув ветровку, Андерс поскорее направился за Крисом.       Тот варил себе кофе. И даже учитывая, что стоял он к Андерсу спиной, во всех его движениях, в самой позе угадывалась обида. Андерс слишком хорошо его знал, чтобы этого не заметить.       — Что-то случилось? — он постарался задать вопрос как можно мягче.       — Мог бы хоть торт купить, а не отделаться одной смс-кой, — Крис приподнял один уголок рта. На его извечно холодном, почти аристократическом лице это выражение означало крайнюю степень презрения.       — От чего отделаться? — Андерс вновь попытался приблизиться к Крису. Положить ладони ему на талию, притянуть к себе, зарыться носом в мягкие-мягкие волосы...       Крис ловко вывернулся из его рук. Прислонился бёдрами, обтянутыми домашними штанами, к столешнице, скрестил руки на груди и вперил в Андерса вопросительный взгляд:       — А, ты даже не понимаешь, о чём речь?       — Если честно, нет, — Андерс виновато улыбнулся, пытаясь одновременно решить две задачи. Во-первых, разрядить обстановку. Во-вторых, перестать залипать на длинные тонкие пальцы Криса. Выходило по всем фронтам плохо.       — Ты обещал, что не будешь задерживаться на работе.       — Что? — вот тут Андерс-таки поднял взгляд, чтобы столкнуться с чужим.       — Ты пообещал, что не будешь задерживаться на работе, — терпеливо повторил Крис.       — Я не обещал. Я говорил, что постараюсь не задерживаться.       — И где твои старания? — было сказано абсолютно спокойным, даже безразличным тоном, но что-то в нём заставило Андерса поспешно выпалить:       — Я не задерживался ни разу за последние... Недели три или даже четыре. Я не помню вообще, когда в последний раз задерживался!       — Вот именно, что не помнишь.       — Может, и не помню, зато я точно знаю, что в последнее время задерживался не больше, чем ты. Ты только за прошлую неделю дважды приходил домой глубоким вечером! — прозвучало обиженно, но Андерс об этом не жалел. Единственное, чего ему хотелось, — это поскорее прекратить бессмысленный спор.       И, в общем-то, он действительно прекратился, но вовсе не так, как ожидал Андерс.       — Вот, значит, как? Мы теперь меряемся, кто больше сверхурочных часов отработал? — в глазах Криса словно потухли огоньки. Холодное равнодушие во взгляде превратилось в усталое разочарование. — Может, я и сам не безгрешен, но... Я хотя бы пытаюсь что-то сделать ради нас, а ты сейчас просто хочешь уколоть меня побольнее своими упрёками.       Рассыпалась и уверенная поза Криса: безвольно опустив руки, он заметно ссутулился, словно на его плечи навалилась огромная тяжесть, и опустил взгляд к полу. И молча ушёл, оставив Андерса наедине со звенящей тишиной.