Часть 2

За кулисами я стояла перед зеркалом и поправляла макияж. Стразы на костюме переливались множеством оттенков бензина на асфальте. А с учётом того, что у меня был мандраж, стразы играли в лучах искусственного света, как дискотечный шар на сельской дискотеке. Я попыталась улыбнуться своему отражению. Вышло что-то среднее между оскалом хищника, почуявшего добычу, и человеком, который только что укусил лимон. Так, соберись. Ты — восточная принцесса, а не жертва моды, которую заставили надеть этот зеркальный диско-шар, — прошептала я, пытаясь унять дрожь в руках. Костюм был великолепен, но весил, казалось, килограммов пять. Интересно, если я упаду в обморок от волнения, эти стразы помогут мне красиво бликовать на полу? — мелькнула паническая мысль. Я глубоко вздохнула. Запах сценической пыли, лака для волос и чужого волнения ударил в нос. Мандраж не отпускал, а лишь усиливался с каждой секундой ожидания. Ладно. Хуже уже не будет. Ну, упаду, ну, забуду движения... Зато будет что внукам рассказать. Если они, конечно, появятся после такого позора, — я в последний раз поправила прядь и решительно развернулась к сцене. В зеркале неподалеку я увидела отражение девочки, младше меня. Лет шестнадцать, не больше. У неё уверенности было больше, чем у меня за всю мою жизнь. Она плавно двигалась среди соперниц, словно лебедь в стае неуклюжих уток, и не обращала внимания ни на кого. Вот бы мне её нервы, — подумала я, глядя, как мой внутренний подросток подмигивает мне из зазеркалья. Она была той, кем я хотела быть на сцене: хладнокровной, грациозной и абсолютно бесстрашной. Я же сейчас чувствовала себя как бутерброд, который забыли в холодильнике — такой же помятый и никому не нужный. Она же, казалось, только что вышла из рекламы шампуня и готова была покорять мир. Слушай, — мысленно обратилась я к ней, — может, махнёмся? Я тебе свои бигуди и мандраж, а ты мне — свою корону и походку? Она лишь улыбнулась уголком губ и продолжила своё дефиле, оставляя меня наедине с моими трясущимися коленками и стразами, которые, кажется, начали мигать в такт моему сердцебиению. Я вздрогнула от неожиданности, когда услышала своё имя. В последний раз взглянула на себя в зеркало. Ну, с богом. Или с Шивой. Кто там у них за танцы отвечает? Подумала я, подмигивая своему стразовому великолепию. Размяла плечи, как это делают в фильмах про спецназ перед штурмом, и уверенно пошла на сцену. Я танцевала индийский танец. Никаких плавных движений! Это был Болливуд на максималках, помноженный на утреннюю зарядку и желание выжить. Софиты слепили глаза так, будто я смотрела прямо на Солнце, которое решило лично оценить мой талант. Музыка была оглушающей — казалось, диджей перепутал зал и включил трек для строителей, забивающих сваи. Но мандраж пропал сразу же, как моя нога наступила на сцену. Его просто сдуло волной адреналина и мыслью: Назад дороги нет. Только вперёд, к славе или к травматологу! Я забыла про всё: про бигуди, которые, кажется, ещё были где-то в волосах, про соседа-Шатунова и даже про то, что не успела почистить зубы второй раз. Остались только я, музыка и этот бензиновый костюм, который теперь играл всеми цветами радуги в такт моим движениям.