Пристанище

      Лео боялся грозы.       Это нетрудно было заметить по тому, как тревожно мальчик вздрагивал после каждого громового раската. Ещё он никогда не выходил на пирс и всячески старался избежать намокания своих пёрышек. Джейс понимал, чего на самом деле боялся малыш. Потому и не захотел уплывать, когда была возможность добраться до Пеликана раньше, чем начнётся ливень. Теперь он уже не мог вот так легко оставить ребёнка.       Погода и правда была скверной. Дождь стоял плотной стеной, бушевал ветер, иногда подвывая у порога старой хижины. Сначала Лео удавалось отвлекаться от бури за окном на поедание «ёжиков» из манго и кокосовых чипсов. Но вскоре молнии стали бить громче и чаще, так близко, что небо светлело сильнее, чем днём.       И тогда Лео разволновался не на шутку. Спрятавшись под кровать, он свернулся испуганным шариком и закрыл голову «крылом» — таким нашёл его Джейс, когда вернулся в комнату из кухни. Ходил, чтобы приготовить горячего шоколада из добытых на острове какао-бобов.       — Эй, Лео... — Джейс позвал его, склонившись к полу. — Ты чего? Так боишься?       Мальчик жалобно пискнул. Непогода на острове была для него настоящим испытанием, а уж о сезоне дождей Джейс вовсе не хотел думать. И о том, самом первом шторме, из-за которого Лео и оказался здесь, тоже. Как же это, наверное, было страшно...       — Птицы научили меня прятаться в грозу, — отозвался мальчик из-под кровати. — Нужно держаться там, где ветер не достанет тебя и не унесёт.       — Где же ты прятался раньше?       — В домике на дереве...       — С остальными попугайчиками?       Где-то совсем рядом ударила молния. С таким треском, что Джейс и сам невольно вздрогнул и чуть ли не расплескал весь шоколад. Лео испуганно вскрикнул, словно птица, и ещё сильнее забился в угол. Фермер, глядя на это, уже начинал чувствовать вину за то, что вырвал мальчика из привычного укрытия.       — Лео... — Джейс потрогал мальчика за босую ногу. — На полу сквозняк, ты заболеешь.       — Мне не холодно...       — Врунишка. Нога холодная, как морская рыба. Вылезай, здесь ветер тебя не достанет, я тебя быстро спрячу в другом месте.       Лео выглянул из-за кипы перьев с наивным вопросом.       — Обещаешь?       Джейс ощутил, как неприятно царапает изнутри далёкое детское воспоминание.       Он заболел ангиной и попал в больницу. Мама не приходила несколько дней подряд — обещала, но каждый раз находились дела посерьёзнее. И вот, ещё один вечер. Мама сказала, что зайдёт после работы, и он, как и прежде, с нетерпением ждал. Но под вечер вдруг начался чудовищный ливень. От ветра ломались деревья, за окном ежеминутно гремела гроза. Джейс никогда не боялся грозы, но в тот день плакал навзрыд. Почему-то подумал, что мама непременно сегодня решила идти, но из-за дождя потерялась или, того хуже, погибла.       Он сидел у окна и выл, прижимая к груди плюшевого зайчика. С каждым ударом молнии становилось всё страшнее, и Джейс, не выдержав, спрятался в шкаф. Чтобы перекричать грозу, он пел игрушке все песни, какие только знал. Мама так и не пришла.       — Обещаю, — кивнул Джейс с тёплой улыбкой. — Зажмурь глазки, закрой уши руками и не открывай, пока я не скажу, хорошо?       Лео несколько раз махнул головой и сделал так, как сказал Джейс. Фермер достал мальчика из-под кровати и пересадил на мягкую постель. Идея, как помочь Лео переждать непогоду, пришла быстро. Он пробежал по всей хижине и собрал «стройматериалы» для будущего пристанища: привезённые подушки и пледы, каркас от походной палатки. Строить дом из подушек он начал вокруг кровати, пока Лео послушно зажмурился и закрыл уши.       Когда крепость была возведена, он протащил внутрь фонарь, поднос с печеньем и уже не горячим, но тёплым шоколадом, и подарок от Сэма — его старый плеер с наушниками. Всё, что нужно сейчас Лео, — не видеть грозу и не слышать грома. От стихии их обоих укроют стены мягкого домика и приятная музыка.       — Всё, малыш, — Джейс сам отнял его ладони от ушей. — Можешь открывать глаза, мы в полной безопасности.       — Правда можно? Молний не будет видно?       — Честное попугайское.       Лео недоверчиво открыл сначала один глаз. Увидев возведённую вокруг него подушечную крепость, он уже смелее вытянул шею. Джейс, устроившись рядом с Лео, надел на его взлохмаченную голову наушники и нажал кнопку воспроизведения. Мальчик вздрогнул от неожиданности, но уже через секунду замер, прислушиваясь к музыке. В карих глазах заплясали интерес и огонёк керосиновой лампы. Гроза стала для Лео далёкой и почти потеряла свою угрожающую силу.       Лео подсел вплотную к Джейсу и прижался к его боку — всё ещё дрожа, но не от страха, а от холода. И правда, как птенчик, искал защиты у него, уже совсем не страшного взрослого. Джейс накинул на него вязаное одеяло, подвинул ближе кружку с напитком и печенье. Робко приобнял малыша за плечи, чувствуя, как самого обдало незнакомым прежде теплом. В их уютном пристанище, где пахло сахаром и шоколадом, где фонарь отбрасывал уютный свет на разномастную ткань и где он был бы бесконечно счастлив оказаться в тот одинокий больничный вечер... Джейс вдруг понял — он сам стал пристанищем для маленького человечка. И он не хотел, чтобы это заканчивалось.       Украдкой смахнув горячую слезу со скулы, он улыбнулся. Услышал, как Лео начинает мурлыкать мотив веселой песенки про котят.