18. Мир, который всегда приходит слишком рано

Намджун всё-таки ответил. Очень сонным голосом. Очень недовольным. — Да. Пауза. Елена наблюдала, как выражение его лица постепенно меняется. Сонливость исчезает. Плечи напрягаются. Взгляд становится внимательнее. Вот так. За несколько секунд. Будто RM снова медленно возвращался на место, вытесняя человека, который только что смеялся в постели и выглядел счастливым. Елена почувствовала неприятный укол внутри. Не ревности. Хуже. Осознания, насколько огромная часть его жизни ей пока не принадлежит и никогда полностью принадлежать не будет. — Нет, я помню про интервью, — устало сказал Намджун в телефон. — Да, буду через час. Пауза. Потом он закрыл глаза рукой. — Нет, я не проспал. Я просто человек. Елена тихо фыркнула в подушку. Намджун бросил на неё взгляд, и уголок его губ едва заметно дрогнул. Но буквально через секунду выражение лица снова стало серьёзным. — Хорошо. Да. Понял. Он сбросил звонок и тяжело выдохнул. Тишина повисла мгновенно. Та самая. После которой оба понимают: маленький отдельный мир закончился. Намджун сидел на краю кровати, опустив голову. Спина напряжённая. Пальцы сжимают телефон слишком сильно. Елена смотрела на него и вдруг очень ясно понимала: он ненавидит вот этот момент больше всего. Момент возвращения. Когда снова нужно становиться человеком, которого ждут миллионы. — Эй. Она осторожно коснулась его плеча. Намджун поднял голову. И Господи. Сколько же усталости может помещаться в одном взгляде? — Прости. Вот опять. Елена уже начинала ненавидеть это слово. — За что ты извиняешься сейчас? Он провёл рукой по волосам. Нервно. Устало. — За то, что наша нормальная жизнь длится примерно восемь часов подряд. Тишина. Эта фраза ударила неожиданно больно. Потому что в ней было слишком много правды. Елена медленно подвинулась ближе. — Намджун. Он смотрел на неё молча. Так тихо, что внутри снова всё сжималось. — Это всё ещё настоящая жизнь. — Даже если она прячется между графиками? — Да. Она осторожно взяла телефон из его рук и положила на тумбочку. Потом коснулась его лица ладонями. — Перестань вести себя так, будто рядом с тобой можно быть счастливой только «несмотря на». Намджун замер. Полностью. И вот тогда Елена поняла: никто никогда не говорил ему этого. Не так. Не спокойно. Не с любовью. Он смотрел на неё долго. Очень. А потом вдруг уткнулся лбом ей в плечо и тихо рассмеялся. Почти беззвучно. — Ты понимаешь, что делаешь со мной? — Нет. Но подозреваю, что что-то психологически дорогое. Он снова рассмеялся. И Елена почувствовала, как напряжение внутри него чуть ослабевает. Совсем немного. Но достаточно. Через сорок минут квартира снова выглядела так, будто здесь живёт взрослый собранный человек, а не мужчина, который ночью целовал её так, словно нашёл спасение. Намджун стоял у зеркала в чёрной рубашке, поправляя волосы, и Елена внезапно почувствовала странную тоску. Потому что вместе с одеждой на место возвращалась броня. RM. Лидер. Публичный человек. Тот, кого мир требует обратно каждый день. Она сидела на диване и наблюдала за ним молча. Намджун поймал её взгляд через зеркало. — Что? Елена чуть улыбнулась. — Я думаю, насколько несправедливо красивым тебе разрешили быть. Он закатил глаза. — Очень глубокое наблюдение. — Я стараюсь. Но потом её улыбка стала мягче. — И ещё думаю, что ты выглядишь уставшим. Тишина. Намджун медленно опустил взгляд. Вот оно. Попала. — Я просто… иногда забываю, как сильно мне не хватало чего-то настоящего. Господи. Этот мужчина однажды точно уничтожит её эмоционально своими признаниями. У двери он вдруг остановился. Обернулся. Несколько секунд просто смотрел на неё. И Елена уже начинала понимать: когда Намджун молчит так долго, внутри него происходит что-то очень важное. Он подошёл обратно. Медленно. Коснулся её щеки. И тихо сказал: — Сегодня вечером у нас ужин с ребятами. Сердце внутри резко дрогнуло. — Всеми ребятами? — Да. Елена моргнула. Господи. Нет. Нет-нет-нет. Это уже звучало как переход на новый уровень эмоционального выживания. Намджун заметил её выражение лица и тихо рассмеялся. — Боишься? — Намджун, меня будут оценивать люди, которых знает весь мир. — Неправда. Он мягко провёл большим пальцем по её щеке. — Тебя будут оценивать шесть очень уставших мужчин, которые просто хотят понять, почему их лидер впервые за долгое время выглядит счастливым. И почему-то после этих слов ей стало одновременно спокойнее и намного страшнее.