Часть 36. Электронный журнал

      Когда Катерина позвала Марину к себе, чтобы поговорить, девушка практически не сомневалась в том, что ей будут предъявлять претензии, которых могло накопиться немало. Однако вместо этого Катерина ее спросила:       — Ну так что, Марина Исаевна, договорились с вашим врачом, чтобы дала больничный на месяц?       — Нет, — ответила Марина.       — Тогда отпуск берите, — произнесла Катерина.       — Екатерина Васильевна, — начала Марина. — Я все же настаиваю на замене меня Молохиным, если по документам, и на моем реальном проведении пар.       — А что думает Антон Викторович на эту тему? — спросила Катерина.       — Он не против, — ответила Марина.       Молохин и вправду был не против. Сказал, что маловероятно, что расписание сделают удобным для обоих, но если ей, Марине, так хочется, то можно и попробовать.       — Я не понимаю, Марина Исаевна, зачем вам это нужно, — сказала Катерина. — В чем глубинный смысл?       — Не хочу бросать тех, кого взяла, — ответила Марина.       — А тех, кого не взяли? — спросила Катерина.       — Тоже хочу взять, — произнесла Марина.       Вера Марковна вернулась из небольшого отпуска. Как Марина: сегодня защищаться, а завтра бежать на пары, она не хотела.       — Рассказывайте, Вера Марковна, — произнесла Марина, придя на кафедру.       — Да все прошло достаточно спокойно, — ответила Вера Марковна. — Я, честно признаться, даже не думала, что так бывает.       — Все прошло более чем спокойно, это действительно была очень тихая и спокойная защита, — прокомментировала Воронкова.       — Меня там не вспоминали? — пошутила Марина.       — Да, знаете, вскользь сказали, — произнесла Воронкова.       — У вас, Вера Марковна, была более чем достойная работа, — раздался комментарий уже на банкете после защиты. — А то иногда бывает, что придут штатские с работами, примерно как у того, у кого и звание большое, и защититься бы неплохо, и знаете — даже и защищаются.       — Вы о последней девушке? — раздалась реплика. — У нее была более чем своеобразная работа. Я не буду говорить, что плохая, но и до «классической» не дотягивает.       — Да не только, — был озвучен ответ.       По случаю свой защиты Вера Марковна принесла торт. Марина съела кусочек, задумалась…       — Марина Исаевна, вы тоже вспомнили, как в «скорой» свою защиту праздновали? — спросила Вера Марковна. — Я этого больше всего боялась. Не то, что не защищусь — это естественно, это нормально, так бывает, а то, что прямо из диссовета поеду на «скорой».       — Зато ваша вероятность уехать на «воронке» была околонулевой, в отличие от меня, — пошутила Марина.       В очередной визит к Ирине Константиновне Марина услышала достаточно неожиданную просьбу:       — Мариночка, а вы бы не могли помочь мне разобраться с электронным журналом? Сейчас же все не так, как раньше, смотрят средний балл. И, допустим, такого жесткого правила, как было у некоторых, что если была тройка — итоговую пятерку ставить не положено, уже нет.       — Вроде бы, да, — ответила Марина. — Давайте попробуем разобраться.       Марина практически без проблем вошла в систему. Посмотрела оценки, сказала:       — Вот, смотрите. Это предварительный средний балл. Он может быть не таким, как в правилах математики, потому что оценки за домашние задания могут иметь меньшую «стоимость», а за контрольные работы — бо́льшую. Вот, видите? Тут есть двойки, но они не совсем поганят общую картину, потому что это домашняя работа. А была бы двойка за вот эту работу — и средний балл был бы около тройки.       Ирина Константиновна прибросила средний балл, если бы он был «просто» средним, позвала:       — Даша!       Дашка, увидев компьютер с подобным экраном, немало огорчилась.       — Даша, так если бы вам ставили оценки, как Антону, как мне — ты бы вообще троечницей была! — опешила Ирина Константиновна. — По всем предметам!       Обратилась к Марине:       — Мариночка, а вот смотрите, по вот такой логике, — Ирина Константиновна выписала оценки на бумажку, начала зачеркивать попарно, — сейчас оценки уже не ставят?       Марина посмотрела на оставшуюся на бумажке тройку, посмотрела на то, что система выставила средний балл в виде 3,91, ответила:       — Так ставили оценки за месяц в том технаре, где я работала. В школах, вроде, уже нигде так не делают.       — Ой, Даша, это ж как тебе надо будет постараться, чтобы сдержать то слово, которое ты мне давала, — произнесла Ирина Константиновна.       Дашка скорее ушла. Марина посмотрела в журнал и сказала:       — Ну если навскидку, если прямо начать резко стараться, то можно выйти на семь четвертных четверок. А из реального будет пара троек и штук пять-шесть четверок.       — Трудно начать учиться, если ты сроду этим не занимался, — ответила Ирина Константиновна.       Дашка не удивилась бы, если бы после ухода Марины с Молохиным бабушка начала бы скандал. Однако Ирина Константиновна сказала:       — В подобном возрасте дети у станков в тылу работали, пионеры-герои подвиги совершали, а ты на тройки не можешь перестать учиться.       — Баба, но ведь это совсем другое, — удивилась Дашка. — Задание Антона и я выполнила. Значит, учеба тут ни при чем.       — Задание Антона, — повторила Ирина Константиновна. — Задание Антона ты от скуки выполнила, да и не задавал же он тебе ничего, это была твоя идея. А мой договор, наш договор выполнишь? Хотя бы без троек, уж не будем говорить о пяти четверках.       — Я попробую, — ответила Дашка.