Глава 17

В Главных покоях: -Повелитель, - заходя в покои, произнёс Хаджи и поклонился. –Хаджи, -поднимаясь от бумаг спросил Мурад, -Чего тебе? –Повелитель, Валиде султан и Кеманкеш уехали в Мраморный павильон уже несколько часов назад. Я волнуюсь, Повелитель, - растерянно бормотал Хаджи. –Хорошо, понял. Немедленно приготовьте лошадей. Мы с тобой выясним, что там, - решительно сказал Мурад, вставая из-за стола. Спустя несколько минут, Мурад и Хаджи выехали к Мраморному павильону. У входа в здание стояла карета. Ни стражи, ни кучера не было. Мурад спрыгнул с лошади и забежал внутрь. –Хаджи, где может быть Валиде?, - спросил Мурад, -Если мы будем обыскивать каждые покои, это затянется. –Вообще-то, - призадумался Хаджи, -Есть у меня одна мысль, - произнёс слуга и направился к крайним покоям с северной стороны дворца. Мурад обогнал его, первый подошёл к дверям и распахнул их. Увиденное было настолько страшным, что Мурад не мог представить такого и в кошмаре: Кёсем сидела на полу возле тела Кеманкеша, поджав ноги, качалась как маятник, повторяя одну и ту же фразу: «Мой Мустафа, вставай же, поедем». Хаджи влетел в покои, увидев в коридоре застывшего султана. Мурад кинулся к матери: -Валиде, вставайте, - султан коснулся её плеча. Кёсем подняла на него взгляд, безумный от боли: -Не трогай, я никуда не пойду без него!, - отчаянно крикнула она и откинула его руку. Кёсем коснулась дрожащей рукой лица Кеманкеша, губ с запёкшейся кровью: -Мы вернёмся вместе, как ты и хотел, - прошептала она. –Валиде, - настойчивее повторил Мурад, -Идёмте же. Султан отвернулся и шепнул Хаджи: -Уведи Орхана и Анастасью во дворец, в покои Атике. Детям ничего не говори. Атике расскажешь, она поможет избежать их встреч с матерью, - быстро проговорил Мурад. Хаджи не двигался от ужаса. –Хаджи ага, - повысил голос султан, -Ты плохо слышишь меня? Сглотнув подступающий комок, Хаджи направился исполнять приказ Повелителя. –Ну же, Валиде, вам не нужно оставаться здесь, - султан присел рядом с ней. Кёсем всё также сидела и покачивалась. Из глаз упали хрустальные слёзы. Она не говорила ни слова. Мурад понял, что словами не поможешь и поднял её, взяв под руки: -Валиде, пойдёмте во дворец, там ваши дети, - успокаивающе говорил он, -Вы меня слышите? –Дети, - еле слышным шёпотом произнесла она, -Наши с Мустафой дети… Мурад вывел её из покоев, посадил в карету, сам сел рядом. Султан пристально смотрел на свою Валиде: она сидела, будто бы неживая, из глаз постоянно текли слёзы, оставляя мокрые пятна на платье. На губах были подтёки крови. Кёсем не чувствовала ничего. Лишь душащая пустота, невыносимая боль и уже сгоревшее сердце были сейчас с ней. В руках она сжимала кольцо, что он всегда носил на большом пальце…–Валиде, вы слышите меня, мы приехали, - окликнул её Мурад, когда карета остановилась у ворот дворца. Кёсем сидела в карете, не слыша его вопросов, и всё также покачивалась вперёд-назад. Мурад тяжело вздохнул, вывел её из кареты и под руки повёл во дворец. Султан не пошёл через гарем и обходным коридором пробрался в покои Валиде султан. Там уже ждали Атике и Ибрагим: -Валиде, матушка, что с вами, - подскочила к ней Атике, стоило Мураду и Кёсем переступить порог покоев. –Атике, отойди,- буркнул Мурад. Он аккуратно подвёл Валиде султан к тахте и сел рядом с ней. –Орхан и Анастасья, - начал султан, повернувшись к сестре. –Они у меня в покоях,- перебила его Атике, -Что с нашей Валиде? Мурад, говори же, Хаджи не смог мне ничего рассказать, - юная султанша забросала брата вопросами. –Кеманкеш, - только и сказал Мурад. –Что? Что ты сказал?, - ожила Кёсем и повернулась к нему, резко вскакивая. –Валиде, успокойтесь, - сказал Мурад, пытаясь взять её за плечи. Атике с ужасом понимала услышанное. «Недавно Кеманкеш был жив и здоров, Валиде была так счастлива с ним» думала девушка… Кёсем оттолкнула от себя его руки: -Где он? Почему ты не отведёшь меня к нему? Мы с Мустафой и детьми хотели побыть вместе, - рассказывала она, глядя то на Мурада, то на дочь обезумевшими, красными и опухшими от слёз глазами. –Мурад, -заговорила было Атике. –Валиде, - словно не слыша сестры произнёс Мурад, -Кеманкеш умер, умер, слышите?, - говорил он и потряс её за плечи. –Нет, нет, не может быть, - пробормотала она, отворачиваясь от него. –Валиде, Кеманкеш умер, поймите, - сама не зная почему, вдруг крикнула Атике. Кёсем молчала. Она снова заплакала, опустившись на тахту и закрыв лицо руками. Мурад присел рядом с ней: -Всё наладится, ваши дети будут с вами рядом, - тепло сказал султан и обнял её. –Я любила его, любила больше всего на свете….Никогда никого я так не любила, - говорила Кёсем, смотря в пустоту. –Слышишь, - вскочила она, -Он- это всё, что было в моей жизни, - кричала она, -Без него эта жизнь не нужна мне, - она вырвалась из хватки сына и с грохотом разбила зеркало. –Валиде, прошу вас, вам нужно отдохнуть, - не отставал Мурад. Кёсем просто сидела рядом с осколками зеркала. Султан поднял её под руки, снова усадил на тахту. Атике стояла и недоумевающее смотрела на них. Для неё состояние её Валиде было странным, совершенно не похожим на всё то, что Атике видела ранее. Валиде Кёсем султан была беззащитной, отчаявшейся, убитой горем… Юная султанша не могла к такому привыкнуть. Неожиданно Кёсем повернулась к сыну и совершенно спокойно сказала: -Мурад, сынок, подай мне воды, - её голос звучал твёрдо, словно сейчас она только вернулась из вакфа, а не билась в истерике. –Конечно, - подхватился Мурад и направился к столику с кувшинном в другом углу комнаты. Атике подошла к брату: -Мурад, что мы будет делать теперь?, - тревожно спросила она. –Даже не знаю, сестра. Я приказал забрать его тело и привести сюда, скоро будут похороны. Матушка не перенесёт этого, если нас не будет рядом, - говорил он, наливая воду. Кёсем усмехнулась: её улыбка была сочетанием боли, безумия и отчаяния. Мурад и Атике даже не заметили, что в руке она зажимала осколок зеркала. Кёсем разжала ладонь, взяла осколок и, почти не дрогнув, провела по вене правой руки, в которой всё ещё оставалось кольцо её мужа. Кровь потекла из руки невероятно быстро. От лекарей Кёсем слышала, что у тех, кто болеет диабетом, кровь плохо сворачивается. Малейший порез мог привести к смерти. Этим она и воспользовалась. Кёсем чувствовала, что силы постепенно оставляют её. Мурад и Атике одновременно развернулись: -Валиде, - увидев истекающую кровью мать, закричала Атике и бросилась к ней. Стакан выпал у Мурада из рук и со звоном разбился: -Стража, немедленно лекаря, быстрее же, - грозно приказал он и подбежал за сестрой. Атике достала кружевной платок и пыталась перевязать матери руку…..