Глава 14. Общая Цель

Драко не спал всю ночь — после разговора с Армандусом сон просто исчез и даже не думал приходить. Младший Малфой сидел в библиотеке, смотря на огонь в камине, и снова прокручивал услышанное: проклятие, Блэки, Малфои, Грейнджер. С каждым часом всё происходящее нравилось ему всё меньше. Если старик с портрета прав, то речь больше не шла о какой-то случайной гриффиндорке, которую угораздило попасть под древнее проклятие — теперь это касалось его рода, и многое оставалось непонятным: что значит — питается Малфоями? Связана с их кровью? Что происходит с Мэнором? А с ней? И главное — что будет дальше? Чем больше он думал, тем сильнее нервничал. Армандус был явно обеспокоен, хотя Армандус Малфой вовсе не производил впечатления волшебника, которого легко напугать. Когда часы пробили восемь, Драко окончательно сдался — нужно поговорить с Грейнджер. Она должна знать, что именно делает её новая магия, и, нравится ему это или нет, искать ответы им теперь придётся вместе. Он вышел из библиотеки и через несколько секунд уже стоял перед дверью её комнаты. Он постучал, ответа не было. Снова постучал — тишина. В третий раз снова очередность действий ни к чему не привела. Драко нахмурился, когда неприятная мысль закралась в голову сама собой. А если ночью с ней что-то случилось? Что если проклятие стало сильнее? Что если... Он раздражённо выдохнул. Всё это было чертовски глупо, но дверь он всё же толкнул. Комната оказалась пустой: кровать была застелена, на столе лежали открытые книги, а из ванной доносился шум воды. Драко сам не заметил, как выдохнул. Значит, ничего не случилось и она в порядке. Он сделал несколько шагов внутрь. Именно в этот момент дверь ванной распахнулась — Грейнджер вышла наружу, в одном полотенце, а мокрые волосы тяжёлой волной лежали на плечах, струйки воды медленно текли по её спине. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, пока её лицо не перекосило от испуга и мгновенно вспыхнувшей за ней ярости. Не успев осознать, что происходит, Драко заметил, как слева раздался грохот. Он боковым зрением успел заметить, как прямо в него летит книжный стеллаж. Затем последовал глухой удар, и темнота поглотила его. Сознание возвращалось медленно. Первым он услышал её голос. — Малфой! Он почувствовал знакомую исцеляющую магию. Драко открыл глаза, а она стояла на коленях рядом с ним. Вся испуганная и растерянная, она дрожащими руками выводила диагностическое заклинание, мокрые волосы все ещё падали ей на плечи, а полотенце едва держалось. Несколько секунд он в упор смотрел на неё, сначала в глаза, потом глаза невольно опустилишь ниже, на влажную шею и ключицы. Грейнджер, проследив за его взглядом, мгновенно вскочила на ноги. — Малфой! — Грейнджер... — Какого чёрта ты делаешь в моей спальне?! Драко сел и поморщился, голова раскалывалась. — Вообще-то я стучал. — Это не ответ! — Ты не открывала. — И поэтому ты решил войти?! — Вообще-то я решил убедиться, что тебя не убило ночью. Она открыла рот и, смутившись, закрыла его, опустив взгляд на ноги. Грейнджер смотрела на него, словно размышляя, не отправить ли в полёт ещё какой-нибудь предмет мебели. Драко поднялся, его взгляд беспорядочно метался от неё к стеллажу и обратно. Нет, это явно была не обычная беспалочковая магия, и, кажется, он видел такой тип магии раньше. — Нам нужно поговорить. — Сейчас? — Немедленно. — О чём? — О тебе. — Малфой... — В библиотеке. Он направился к двери и остановился перед самым выходом и, не оборачиваясь, добавил: — И оденься, Грейнджер. Затем, наконец, покинул её спальню. По дороге обратно Драко пытался думать о проклятии. Честно пытался насильно вспоминать о Люциусе, своём семейном древе, и о словах его предка, но мысли, постоянно блуждая, упорно возвращались к её спадающим локонам и ключицам, бесстыдно открывшимися из-под проклятого полотенца. Он раздражённо выругался себе под нос. Просто замечательно — Грейнджер могла разнести половину Мэнора одной мыслью, древнее проклятие пожирало его семью, а он думал о её ключицах. Идиот. Драко опустился в кресло и налил себе чай. Когда дверь библиотеки распахнулась через десять минут, он удивлённо поднял голову, ожидая её увидеть, но не настолько быстро. Грейнджер буквально влетела внутрь, как фурия. — Малфой, что ты себе позволяешь?! — Закрой дверь, Грейнджер. — Нет, сначала... — Закрой дверь. Что-то в его голосе заставило её замолчать. Она молча закрыла дверь и села напротив, заметив выражение его лица. — Что случилось? Драко несколько секунд молчал, тихим голосом произнеся: — Я разговаривал с Армандусом. Грейнджер мгновенно напряглась. И он рассказал ей всё: о проклятии, двух родах, лишении магии чистокровных, как с ней всё пошло неправильно и, наконец, что теперь заклятие питается магией обеих семей. Грейнджер не перебивала, только вдумчиво и внимательно слушала его лекцию. А когда он закончил, она спросила лишь одно: — Кто ещё знает? — Возможно, мой отец. Она замерла. — Люциус? — Да. — Он изучал это? — По словам Армандуса. На несколько секунд в библиотеке воцарилась тишина, потом Гермиона резко подалась вперёд. — Значит, он может знать ответы. — Возможно. — Тогда мы должны его найти. Мы. Драко отметил это слово — не я или ты. Мы. — Поттер не должен знать. — Согласна. — Уизли тоже. — Согласна. — Если мы найдём моего отца, Министерство не должно узнать раньше нас. Гермиона кивнула. — Мне нужен не заключённый, Малфой. — А что? — Ответы. Он пытался понять, можно ли ей доверять, но сейчас она была заинтересована в поисках не меньше него. Может быть, даже больше. Драко поднялся и подошёл к одному из дальних шкафов. Проведя рукой по корешкам книг, он достал старый тёмный фолиант, вернулся к столу и положил книгу перед ней. Гермиона удивлённо посмотрела на него. — Что это? — Книга моего отца — здесь есть способ связаться с ним. Грейнджер резко подняла голову, и возможно, впервые за всё время с момента её появления в Мэноре, её глаза горели надеждой. Он открыл книгу, и они оба одновременно наклонились над страницами. Впервые за долгое время они искали не разные ответы. Один. И этот ответ носил имя — Люциус Малфой.