Глава 15: Да начнется Шоу!

На следующее утро:       Утро в коллеже Франсуа Дюпон началось на удивление обыденно, словно и не было ночной суматохи. Солнце мягко заливало школьный двор, а коридоры полнились привычным шумом и смехом. Но в столовой во время большой перемены атмосфера была куда более оживлённой, чем обычно.       Алья Сезер буквально сгорала от нетерпения. Она разложила на столе свой планшет, на котором раз за разом прокручивала размытые кадры ночного репортажа Надьи Шамак. — Вы только посмотрите на это! — увлечённо заговорила Алья, активно жестикулируя. — Синие молнии, парящие платформы, огромный каменный голем! Это же просто невероятно! Его силы… они какие-то запредельно разнообразные. Ни один прошлый злодей Монарха не швырялся сразу тремя видами магии подряд. Я вот думаю: выкладывать этот разбор на Ледиблог прямо сейчас или подождать, пока соберу больше инфы? Этот «Ночной Маг», явно не так прост.       Пока Алья увлечённо развивала свою теорию, Маринетт сидела рядом, едва удерживая голову. С самого первого урока она выглядела не просто уставшей — она казалась совершенно изнурённой. Девушка бледнела с каждой минутой, а в теле разливалась глухая, тянущая боль.

      А все из-за того что не было акумы…

      И сверхъестественный долг за восстановление Парижа лёг тяжёлым грузом на физическое состояние самой Маринетт, и сейчас ей было по-настоящему плохо.       Адриан практически не отходил от неё ни на шаг. Он сидел рядом, аккуратно придерживая Маринетт за плечо и мягко подставляя руку, чтобы она в любой момент могла опереться на него и не упасть прямо за столом.        Его зелёные глаза были полны искренней тревоги. — Маринетт, может, тебе всё-таки сходить в медпункт? — тихо, чтобы не привлекать внимания Альи, спросил он, бережно сжав её ладонь. — Всё… всё в порядке, Адриан, просто голова немного кружится, — слабо улыбнулась она, изо всех сил стараясь держаться ради него.       Пока Алья продолжала изучать видео, Адриан перевёл взгляд на журналистку. Понимая, что нужно переключить тему и одновременно решить вчерашний вопрос, он решил спросить — Слушай, Алья… Помнишь, я вчера говорил тебе насчёт тех особенных гостей, которые искали Леди Баг?       Алья тут же оторвалась от планшета, её глаза азартно блеснули — Конечно помню! А что, они уже готовы пообщаться? — Да. Ты не могла бы принять их сегодня? — поинтересовался Адриан. — Они очень хотят расспросить тебя о некоторых деталях, связанных с супергероями Парижа. — Шутишь? Настоящее эксклюзивное интервью? Да я только за! Пусть сегодня зайдут ко мне — Алья уверенно закивала. — Сегодня вечером я абсолютно свободна. Мои домашние как раз уедут, так что никто не будет мешать. Пускай приходят, я устрою им самый тёплый приём. — Спасибо тебе огромное, ты очень выручишь— с облегчением улыбнулся Адриан. Пока Маринетт устало положила голову ему на плечо, парень аккуратно достал из кармана телефон.       Быстро зайдя в контакты, он нашёл номер Наташи Романофф. Его пальцы стремительно пробежались по клавиатуре, набирая короткое и чёткое сообщение с адресом квартиры Сезер и точным временем, когда Мстители могут прийти за ответами.

«Добрый день. Алья согласилась встретиться. Сегодня в вечером, у неё дома. Адрес: … До встречи.»

       Нажав кнопку «Отправить», Адриан убрал смартфон, готовый весь остаток дня посвятить заботе о своей Леди.

***

      В это же время, в гостиничном номере Мстителей царила спокойная атмосфера.       Наташа сидела в кресле, просматривая отчёты на планшете, когда её телефон тихо завибрировал. Она мельком взглянула на экран.        На лице сразу появилась едва заметная удовлетворённая улыбка. — Есть, — спокойно сказала она.       Стив отвлёкся от книги, которую листал. — Насчёт встречи?       Она кивнула, не отрывая взгляда от телефона. — Да. Адриан договорился. Сегодня вечером. У Альи дома.       Она показала экран Тони. Тот, полулёжа на диване и лениво вращая в руках кольцо «Альянс», мельком пробежался глазами по сообщению. — Отлично, — Тони довольно кивнул. — Наконец-то хоть какой-то прогресс.       Стив тоже облегчённо выдохнул, чувствуя, что пазл потихоньку начинает складываться. — Значит, вечером попробуем узнать, что ей известно о героях. — Именно, — ответила Наташа, убирая телефон в карман.       После этого разговор снова затих. До назначенной встречи оставалось ещё много. Каждый занялся своим делом: Тони продолжил изучать материалы о Париже, время от времени что-то обсуждая с Пятницей, Наташа сверяла собранные данные, выискивая любые несостыковки, а Стив спокойно сидел у окна, наблюдая за оживлёнными улицами французской столицы и ожидая вечера, который, как он чувствовал, принесет ответы на многие вопросы.

***

      В это же время, в особняке Агрестов, Габриэль стоял перед панорамным окном своего логова, сложив руки за спину. Вокруг, словно в замедленном танце, кружили белые бабочки. Его взгляд был устремлён на утренний Париж, но мысли находились далеко отсюда.       Он снова и снова прокручивал в голове одну и ту же проблему. Мстители. Их появление можно было использовать, но вопрос был лишь в том — как именно. Габриэль медленно прошёлся по кабинету, остановился и постучал пальцем по столу. Его нынешняя сила превосходила всё, чем он когда-либо обладал. Шестнадцать захваченных квами сделали своё дело.       Теперь ему уже почти не требовались сильные отрицательные эмоции для поддержания своей мощи. Почти.       Но именно это «почти» всё ещё оставалось проблемой. Для создания акумы жертва всё равно должна испытывать хотя бы небольшую вспышку негатива.       Раздражение, гнев, обиду, страх. Габриэль медленно прикрыл глаза. И была ещё одна неприятная деталь: он не выбирал способности своих злодеев. Никогда... Какими бы великими ни стали его силы, этот принцип оставался неизменным.       Способность всегда рождалась из личности жертвы: из её желаний, страхов, воли. Он лишь открывал дверь, а то, что находилось за ней, определял сам человек. — Какое раздражающее ограничение… — тихо произнёс он.       Если он хотел получить действительно полезную силу, им нужна была причина. Повод, который заставит их не просто злиться, а чувствовать глубокий диссонанс. Разочарование в их собственных идеалах, ощущение предательства или беспомощности перед лицом того, что они не могут контролировать.       Он знал: если он просто натравит на них обычного акуматизированного злодея, это лишь сплотит их. Им нужен был психологический надлом. Их эмоции должны быть направлены в строго определенное русло — туда, где они сами захотят «исправить» мир с помощью его силы, даже не осознавая, что становятся инструментами в его руках. — Если я хочу сломить их, — прошептал Габриэль, и бабочка в его руке начала медленно терять свой белый цвет, превращаясь в черную, — мне нужно, чтобы они сами попросили о помощи. Мне нужно, чтобы их «геройство» привело их к краю бездны.       Он остановился возле большого монитора. На экране одна за другой сменялись фотографии: Тони Старк, Стив Роджерс, Наташа Романофф. Каждый из них обладал стальной волей, но Габриэль хищно улыбнулся. Ему не нужно было ломать их дух в привычном понимании.        Ему нужно было лишь немного подтолкнуть их разум в нужном направлении, создав правильный эмоциональный фон — состояние, в котором даже великие герои оступаются. — Даже самые великие герои… остаются людьми, — сказал он, наблюдая, как чёрная акума расправляет крылья. — Стоит найти их слабое место, и эмоции сами сделают всю работу.       Габриэль закрыл глаза. В кабинете воцарилась полная тишина.       Он сосредоточился, позволяя своей ментальной сети, усиленной шестнадцатью квами, накрыть весь Париж. Его сознание начало плавно охватывать город, улица за улицей, дом за домом.       В его разуме вспыхнули тысячи чужих эмоций. Радость, усталость, мимолётное разочарование, любовь, зависть, раздражение — каждая из них ощущалась для него, словно крошечный, едва заметный огонёк в огромном ночном мегаполисе. Он спокойно, методично перебирал их одну за другой. — «Нет… Не подходит. Слишком слабые. Слишком нестабильные», — думал Монарх, скользя сознанием дальше.       Прошла минута. Другая. Габриэль продолжал искать, вчитываясь в чужие души, как вдруг… Его глаза резко распахнулись. На лице появилась довольная, хищная улыбка. — Нашёл… — наконец тихо произнёс он, широко раскрывая глаза.

***

      Это был идеальный кандидат. Обычный мужчина, который всей душой любил своё детище — телевизионное шоу под названием «Громкий хор». Он был его бессменным ведущим, буквально горел своей работой, отдавая ей всего себя. Но сегодня руководство канала приняло жёсткое решение закрыть проект из-за упавших рейтингов.       Прямо сейчас этот человек сидел дома на диване, раздавленный и опустошённый, сжимая в дрожащих пальцах свою собственную большую глянцевую визитку.        В его сердце бушевал идеальный коктейль из несправедливости, обиды и яростного желания вернуть свой голос на экраны.       В ту же секунду в тёмной комнате ведущего прямо из воздуха с тихим треском соткался маленький голубой портал Монарха. Из него плавно выпорхнула тёмная акума и, сделав короткий круг под потолком, стремительно влетела прямо в зажатую в руках мужчины визитку, окрашивая её края зловещим фиолетовым светом.       Перед глазами мужчины вспыхнул неоновый фиолетовый контур бабочки, на мгновение ослепив его в полумраке комнаты. — Здравствуй, — мягко, вкрадчиво произнёс Монарх. Его голос раздался прямо в голове ведущего, звуча спокойно, размеренно и пугающе уверенно. — Меня зовут Монарх… — Нет… нет! Назад! — мужчина в панике схватился за голову обеими руками, отступая на шаг и едва не спотыкаясь о край собственного дивана. Глянцевая визитка в его пальцах жгла ладонь тёмной магией. — Нет! Я знаю, кто ты! Я не стану злодеем! Не стану! — Злодеем? — почти с искренним, дружелюбным удивлением переспросил Монарх. В его тоне послышалась мягкая, родительская забота. — О каком злодее ты говоришь, мой друг?       Мужчина замер, тяжело дыша. Телепатическое присутствие Монарха ощущалось так близко, словно тот невидимым духом медленно обходил его кругом, заглядывая в самую душу. — Я пришёл помочь тебе. Я здесь, чтобы спасти то, что ты создал, — ласково продолжал Монарх. — Ты посвятил своему шоу столько лет. Вложил в него каждую каплю своей души, своего таланта. А чем тебе отплатили эти бездушные люди в костюмах?       Мужчина судорожно сжал кулаки, чувствуя, как к горлу подступает горькая, удушающая обида. — Его… закрыли… Просто так взяли и выбросили на помойку… — хрипло выдавил он. — Именно, — поддакнул Монарх, и в его голосе зазвучало глубокое сочувствие. — Они решили, что твоё детище больше никому не нужно. Руководство посчитало цифры на бумаге и решило, что твоё место в эфире можно просто стереть. Будто тебя, твоего голоса, твоего труда никогда и не существовало. — Нет… — прошептал ведущий, зажмуривая глаза. По щеке покатилась горячая слеза. — Да. И это несправедливо.       Мужчина совершенно не понимал, почему он вообще продолжает стоять и слушать этого монстра. Где-то глубоко внутри, под коркой паники, его собственный разум отчаянно, словно мантру, твердил самому себе — «Не слушай его. Замолчи. Это Монарх. Он манипулирует тобой, он использует твою слабость!»       Но этот спасительный внутренний голос почему-то становился всё тише и тише, затихая под натиском обиды. А чужой голос в голове — наоборот, разрастался, заполняя собой всё пространство вокруг, вытесняя любые здравые мысли. — Я дам тебе силу, — продолжил Монарх, переходя на заманчивый полушёпот. — Великую силу, благодаря которой каждый, кого ты выберешь, на кого ты направишь свой прожектор… станет твоим преданным, послушным зрителем. И им придётся смотреть. Плевать, хотят они этого или нет.       Перед глазами ведущего, словно в ярком калейдоскопе, начали мелькать грандиозные, переполненные до отказа залы. Тысячи людей, миллионы экранов по всему миру.       Оглушительные аплодисменты, взрывы конфетти и слепящий свет софитов, направленный только на него. — Никто больше не посмеет отвернуться от твоего шоу. Никто не посмеет переключить канал. — Никто… — Мужчина тяжело сглотнул, заворожённый этими образами. — Но… Монарх, это… это ведь неправильно… заставлять людей… — Неправильно? — искренне удивился Монарх. — А разве правильно было уничтожить дело всей твоей жизни ради дурацких рейтингов? Разве правильно лишать тебя голоса?       В комнате повисло тяжёлое молчание. Мужчина не нашёл, что ответить. Монарх на другом конце Парижа едва заметно, хищно улыбнулся — он чувствовал, как последние барьеры рушатся, а сомнения испаряются, уступая место чистой эйфории. — Скажи мне, — вкрадчиво продолжил суперзлодей. — Ты ведь любишь героев Парижа? — Да… — заторможенно кивнул ведущий. — Очень любишь, я знаю. — Конечно… Они ведь спасают нас. — Их любят абсолютно все, — согласился Монарх. — Особый восторг всегда вызывают их невероятные способности, их магия, их противостояние. На это готовы смотреть часами.       Мужчина снова кивнул, полностью погружаясь в гипнотический тон. — А знаешь ли ты, кто ещё прямо сейчас находится в Париже, скрываясь в тени? — шёпотом спросил Монарх.       Ведущий отрицательно покачал гововой, затаив дыхание. — Мстители.       Глаза мужчины резко расширились, а сердце бешено заколотилось в груди. — Те самые… герои Земли? Из Америки? — Именно они, — Монарх в своём логове медленно развёл руками, и перед мысленным взором ведущего соткалась реалистичная, пугающая иллюзия.       Леди Баг и Кот Нуар стояли на крыше посреди ночного города, а прямо напротив них в боевых позах застыли Железный Человек с сияющими репульсорами, Капитан Америка со своим легендарным щитом и Чёрная Вдова. Они стояли друг против друга, готовые сорваться в грандиозную битву. — У меня есть для тебя прекрасная, гениальная идея, — чеканя каждое слово, произнёс Монарх. — Представь это зрелище. Самые известные, самые сильные супергерои планеты… сойдутся в смертельном поединке. И ты заставишь их сражаться друг с другом на глазах у всего изумлённого мира. — монарх театрпално развел руками в стороны ради эффекта       Мужчина невольно затаил дыхание, его продюсерский разум моментально дорисовал эту невероятную картину. Это было масштабно.       Это было грандиозно. — Люди просто не смогут оторваться от такого экрана, — продолжал разжигать это пламя Монарх. — Все, абсолютно все будут смотреть только твоё шоу! Все газеты мира напишут о тебе. Весь Интернет будет гудеть. Телевидение сойдёт с ума. Миллиарды зрителей у твоих ног… — Нет… — ведущий слабо покачал головой, пытаясь ухватиться за остатки разума. Но в его глазах уже разгорался фанатичный блеск. — Это ведь… рейтинги…       Монарх улыбнулся во весь рот, обнажая зубы — Рейтинги взлетят до самых небес, мой дорогой ведущий. Твой «Громкий хор» станет главным событием в истории человечества.       Мужчина тяжело, прерывисто дышал. Он где-то на периферии сознания понимал, что соглашается на абсолютное, чистое безумие. Понимал, что это ловушка. Но мысль о возвращении триумфа… казалась слишком, слишком заманчивой, чтобы отказаться. Обида окончательно переросла в жажду власти. — Это… — Он медленно поднял голову, и фиолетовая маска на его лице вспыхнула ядовитым светом. — Это действительно… чертовски хорошая идея! — Я знал, что ты оценишь, — торжествующе произнёс Монарх.       Фиолетовая бабочка на визитке взорвалась волной искрящейся энергии. Из неё стремительно вырвалась густая, чернильно-чёрная субстанция, которая в мгновение ока с ног до головы облепила тело мужчины.       Когда дымка рассеялась, перед нами предстал совершенно новый облик.       Вместо головы у мужчины теперь красовался старый, громоздкий телевизор с выпуклым экраном. На дисплее вместо лица горел ярко-желтый смайлик, пульсирующий в такт его мыслям. Он был облачен в элегантный, идеально подогнанный деловой костюм коричневатого оттенка с жилетом и галстуком в тон, дополненный строгими белыми перчатками.       Монарх, наблюдая за этим через магическую связь, добавил — В дополнение к моей силе, я дарую тебе мощь Павлина. Ты сможешь создать себе помощника, который станет идеальным дополнением твоего шоу.       В этот момент в воздухе перед злодеем появилось изящное, светящееся перо. На экране телевизора появился вопросительный знак, но "Ведущий" мгновенно осознал его предназначение. — Спасибо тебе, Монарх! — воскликнул он. Он пропитал перо своими эмоциями — разочарованием, яростью и жаждой славы — и оно в тот же миг почернело. Ведущий решительно засунул его в свою визитку, где уже таилась акума.       Перед ним прямо в воздухе соткался большой, плотный черный шар, который мгновенно сплющился, превратившись в ровную парящую платформу. Злодей запрыгнул на неё, и с оглушительным треском пробил крышу своего дома, взмывая в небо.       Вокруг его платформы, словно по волшебству, начали возникать десятки камер, транслирующих его образ в каждую точку Парижа.       Он широко расставил руки, а на экране его головы вспыхнул сменившийся победным оскалом — смайликом. — Да начнётся ШОУ! — проревел он на весь город, и его голос разнесся эхом по улицам, предвещая начало самого безумного эфира в истории.