Глава 14

Слово, которым Наруто мог бы описать миссию по охране каравана, — скука. Бескомпромиссная и отвратительная. Поначалу это еще было интересно и держало в тонусе, но после недели нерегулярного сна и движения темпом беременного треххвостого Намикадзе был уже готов биться о каждое встречное дерево головой. Спасало лишь общество сокомандников, ведь учитель постоянно пропадал рядом с Матсушитой. Наруто на второй день догадался, что делает это учитель не просто так. С другими торговцами Какаши вел себя достаточно нейтрально и лишь с главой союза сблизился. Ответ был на поверхности — Хатаке стал ему личным телохранителем. А не сказал об этом ученикам, чтобы те сами догадались. О чем в ту ночь джоунин говорил с Саске, Наруто также не знал, говорили под печатью, но с той поры и до сих пор Учиха выглядел пришибленным, а в первый день и вовсе жалким. Говорить на эту тему младший наследник отказался, а второй раз Намикадзе уже не спрашивал. Саске не маленький и, по мнению Наруто, сам разберется, когда захочет поговорить. Зато с Сакурой коммуникация была лучше, ведь по сути, кроме как друг с другом, и поговорить-то было не с кем. Саске с Сакурой друг друга избегали, хоть на работе это и не сказывалось. Глядя на это, Наруто ощущал себя отчасти виноватым, но, оглядываясь в прошлое, понимал, что не поступил бы иначе, даже дай ему шанс. Порывам иногда стоит следовать. — Скуууука. — И не говори. Наруто свисал вниз головой с ветки дерева, прямо над сидящей на поваленном бревне девушкой. — Мы едва доползли до северной границы Страны Огня. Надеюсь, хотя бы на посте не задержат, иначе я точно с ума сойду. — Но все равно придется быть во всеоружии. — Сакура недовольно болтала ногами. — Сенсей столько пьет, что я ему не доверяю. Вся надежда на нас. — Сенсей не так глуп. Думаю, он своей беззаботностью пытается ввести врага в заблуждение. — Скорее уж нас. Сдаваться Харуно не собиралась, хоть и считала собственную позицию глупостью. Такой уж у девушки был характер. К этому моменту Наруто уже стало дурно, поэтому он спрыгнул с дерева, аккурат сев рядом с девушкой. С того вечера им было неловко находиться наедине, если так можно назвать, учитывая оживленный лагерь вокруг. — Я человек прямой, не сильно умный и совсем не терпеливый. — Парень едва сдерживался, чтобы голос не дрожал. — Честно сказать, мне тяжело далось ожидание, и считаю, что времени подумать было достаточно. При этом парень на девушку не смотрел, чтобы не смущать ни себя, ни ее. — Ты выбрал не лучшее время для этого разговора. Голос девушки звучал глухо, но Намикадзе улавливал каждое слово. — На днях мы уже окажемся в месте, где пропадали караваны, охраняемые шиноби. Когда еще, если не сейчас? Не хочу ни о чем жалеть. — Согласна. Голос девушки прозвучал так тихо, что даже имеющий удивительный слух парень не расслышал. — Чего? Повтори пож… — Я сказала, что я согласна! Придурок! Сакура, закричав так, что весь лагерь услышал, ударила парня кулаком в грудь. Но не так, как обычно, с целью сделать больно, когда парень бесил ее. Наруто даже не почувствовал, просто улыбнувшись. От Какаши, который держал в поле зрения весь лагерь, окрестности и в особенности своих учеников, сцена не укрылась, но он пока не знал, как к ней относиться — чуть-чуть негативно или совсем негативно. Начиная с того, что на его памяти отношения в одной команде ничем хорошим не заканчивались, и заканчивая тем, что сейчас действительно не время ни для отношений, ни для проявлений фатализма. Только вот делать с этим Хатаке ничего не собирался, лезть в чужую личную жизнь в целом отвратительно по его кодексу, так еще и крайним окажется всегда тот, кто влезает. Единственное, что он как учитель мог сделать, — постараться оградить от ошибок. В его молодости и первой команде их хватало. Как результат — Рин ему пришлось убить, а Обито… О нем Какаши старался не думать вовсе. Как узнал о его смерти, так и вычеркнул это имя из своей жизни. Это даже немного смешило джоунина, ведь когда Учиха «умер» в первый раз, то Хатаке застрял в прошлом, почти большую часть жизни проводя у их мемориала. Но стоило ему умереть по-настоящему, как Копирующий Ниндзя полностью закрыл эту страницу своей жизни. Как будто именно жизнь этого предателя держала его в плену собственного прошлого. И именно прошлое было причиной, по которой Какаши ничего не предпринимал, глядя на ошибки молодежи. Ведь не ему, кто за жизнь не принял верных решений, учить кого-то жизни. Техникам, пожалуй, да, или ремеслу ниндзя, в этом Хатаке велик, но не более того. В отличие от того же Асумы, джоунин словно и не состоялся по жизни. — Смотрю, следующее поколение не тратит времени зря. В отличие от нас, холостяков. Матсушита, которому есть дело до всего происходящего, разумеется, не пропустил этой сцены. Да что там, теперь пол-лагеря смущало генинов взглядами и шепотом за спиной. Они с Хатаке за путь говорили о многом, включая личную жизнь, и, глядя на торговца, джоунин отмечал, как много у них общего. Оба прошли тернистый и кровавый путь, оба при своих правителях занимают первые роли. Слов обоих достаточно, чтобы не стало мешающего им человека, появись нужда. Они действительно были похожи, пусть и жили в совсем разных мирах. — Как бы не вышло худого, но я сделаю все, чтобы этого не допустить. — Какой негативный настрой, Хатаке-сан. — Матсушита уже не расхаживал с фирменным веером. Хоть Горячие Источники не Страна Железа, но в это время года там было довольно холодно, а они уже к ней приближались. — Любовь — это прекрасно. — Мы холостяки, откуда нам-то знать? — Давайте вы не будете меня обижать, Хатаке-сан? Под такие необидные шутки и продолжался путь. Затишье перед бурей. Иначе называть это время и состояние Какаши не мог. Знал, что грядет нечто опасное. Знал и надеялся, что, если это и заберет чью-то жизнь, то пусть это будут караванщики. Или даже он сам. А вот дети… Что ж, в обиду он их точно не даст.

***

Какое должно быть первое впечатление о Стране Горячих Источников? Сугубо положительное, ведь это место — курорт настолько, что даже войны старались огибать стороной. Максимально нейтральная страна, но скорее на лезвии ножа, а не как уже упомянутая Страна Железа, что умудрилась выгрызть клинками свой суверенитет по итогам последней войны. Здесь, разумеется, тоже были попытки обрести военную силу, войско дайме даже сохранилось, но, увы, какурезато вымерло. Последний шиноби-выходец из нее, отрубленной головой, существовал в застенках корня. Вот и все наследие. Но так было раньше. Мир сейчас становился все беспокойнее, и в воздухе зрело предвестие о новой большой войне. Каждая мировая война была страшнее предыдущей. Хуже Третьей сейчас не было ничего, и мир хоть и надеялся, что следующая будет более умеренна, но при этом готовился исключительно к худшему. Огонь и Молния уже попробовали друг друга на зуб. Как и Камень с Водой. Песок с крайней войны умудрялся не влезать в мелкие конфликты, но тоже активно готовился ко всему. К чему все это? Столица Горячих Источников, тот самый воспетый центр туризма на континенте, представлял из себя грязный блошиный рынок. Даже Танзаку, всего лишь торговый городок, существующий за счет Конохи, казался божественным царством. Это напрочь убило всю романтику момента, а ведь Наруто надеялся, что хотя бы на обратном пути, после устранения угроз миссии, он сможет провести немного времени теперь уже со своей девушкой. Только вот Сакура скорее согласится на дешевый рамен из Ичираку, чем на этот мерзкий городок. Только вот, как бы легкомысленны генины ни были, но мысли о туризме и свиданиях занимали их сейчас в последнюю очередь. Ведь именно здесь, на этой территории, пропадали без вести караваны, так что местные жители имели шанс увидеть ощетинившихся защитников и генинов. И те, и другие смотрели на каждую женщину и ребенка как на врага, а любой подозрительный мужчина воспринимался как биджу. Матсушита не хотел заезжать в столицу страны, но Какаши его смог убедить. Зачем, умный торговец не спрашивал, понял сразу и, хоть не был доволен становиться мишенью, но с целесообразностью действий Хатаке согласился — попросту доверился репутации этого шиноби. Он ведь не просто так все эти дни разговаривал, пока не добрался до зоны смерти. Матсушита никогда не действовал наобум и, если бы Какаши показался ему ненадежным, свернул бы всю затею несмотря на массу убытков, даже без объяснения причин. И ему Коноха бы спустила это с рук. Но Какаши показался, тот тоже не просто так проводил время с торговцем — учитель Минато, держащийся за каждый ломаный ре, поступающий в Коноху, выел пепельноволосому мужчине мозги палочками для еды, но все же смог донести до джоунина о важности этого клиента. Вдоволь попривлекав внимание, лагерь караван разбил, как в Танзаку, — возле города. Начиная с удобства и сохранности товара, это была попросту экономия кучи денег. А еще именно сейчас начиналась настоящая миссия, так что все были в полной боевой готовности. Матсушита за свою жизнь пережил немало смертельных ситуаций, будь то покушения или, как сейчас, неизвестные враги, ставящие засады на его товар. Сам он лично давно не руководил караванами — не та должность попросту, слишком уж высоко он взлетел. Но после полугода провалов одной-единственной поставки в Страну Мороза, по маршруту, который раньше безопасно пролегал через Горячие Источники, глава союза решил взять дело в свои руки. По сути, в этой поездке одни убытки, ведь он даже не выйдет в ноль от потерянного. Но ему важно было разбить неизвестного врага. Показать всем, что с ним шутки плохи. И эта миссия лишь первый шаг к выполнению поставленной цели. Поэтому сейчас мужчина был полностью собран. И враги не заставили себя долго ждать. Шиноби с протектором Скрытого Облака нагло в одиночку шел на лагерь Матсушиты, и к нему же вальяжно вышел Какаши. Протектор был перечеркнут. — Да ну? Вместо сопливых чуунинов с выводком из генинов мне теперь нужно убить уже аж целого джоунина и не абы кого, а самого Шарингана Какаши! — Смуглокожий мужчина нагло смотрел на оппонента, возвышаясь над ним, а ведь Хатаке не назвать низким. — Меня зовут Раши. — Мм-а. Я знал, что в Облаке живет самый глупый народ среди великой пятерки, и не раз с вами сталкивался. — Голос Какаши звучал пренебрежительно. — И все же, сколько ни живу, вы умудряетесь удивлять меня своей глупостью. Твой единственный шанс хотя бы убить заказчика исчез в тот момент, когда ты решил выйти из своей коряво сделанной лежанки. А уж меня такому, как ты, не одолеть, сколько бы ты ни старался. Вы ведь сильного Коноховца можете одолеть только в соотношении двадцать к одному. Слова Хатаке немного задели шиноби из Кумо. Все-таки именно эти две деревни считались сильнейшими, но за всю историю Кумо всегда уступало. — Или, может, там где-то в канаве ваш каге прячется вместе с парой ваших джинчуурики? Ну тогда у вас есть шанс меня задеть. — Какой еще каге? Что ты несешь, биджу тебя задери? — Мм-а, вот только передо мной комедию ломать не надо. Я нукенинов от оперативников АНБУ отличу с легкостью, а ты явно служишь в АНБУ. Уж мне это очевидно. Так что вы тут делаете? Пытаетесь нарушить торговлю Страны Огня? Давно не получали от нас? Раши с недовольством смотрел на противника. Тот специально выводил его из себя, и, как бы оперативника АНБУ Кумогакуре ни учили держаться, все равно выходило с трудом. Коноховец слишком самоуверен. Раши, с трудом сдерживаясь, процедил: — Будь здесь Эй, ты бы сбежал, бросив генинов. — От этой жирной туши? Он бы прилег там же, где и ты. Вот напади вы на меня в два десятка, и у вас действительно были бы шансы. Очередной намек на ту позорную историю, когда на одного Сенджу вели охоту два десятка элитных джоунинов Кумогакуре во время Второй Мировой Войны шиноби. Отряд вели два псевдо-джинчуурики, и все равно победа далась им с трудом. Коноха тогда высмеивала противника как могла, а ученик Тобирамы — Хирузен вскоре разбил Кумо уже на поле боя. И повторил уже во время Третьей Мировой. — Ты ответишь за свои слова, Хатаке Какаши. Из тьмы лесной поляны вышли фигуры в масках. Всего Какаши насчитал пятерых, включая Раши, лишь один из которых был чуунином. Бравада бравадой, а ситуация складывалась не в его пользу. — Наруто, Сакура, Саске. — Хай! — Защищаете Матсушита-сана. — Увидев стальную решимость в глазах подопечных, джоунин остался доволен. — А что до вас, коллеги из Кумо. Грязно работаете. Мы ведь заключили пакт год назад. Зачем мешать Конохе? — От страха пошли жалкие попытки договориться? — Раши достал танто, которое начало искрить молнией, доминантной стихией их страны. — Я просто исполняю приказы. — Так себе из тебя оперативник, Раши. Но и мне есть чем ответить. Честно, я мог бы поубивать вас и один, но всегда ведь есть шансы, что вы заденете нашего дорогого клиента, а это недопустимо. — Хатаке покачал головой, отодвигая протектор. В его глазах теперь горел Мангеко. — Так вот ответ. Слышал идиому о богомоле и ласточке*? Раши слышал, поэтому сразу же обернулся на звуки, и ему пришлось блокировать массивный клинок, покрытый бинтами, а такими пользовались только… — Что здесь забыл Кровавый Туман! — Скрытый Туман, попрошу. — Мужчина с фиалкового цвета глазами усмехнулся и продолжил давить на противника. — Просто оказываем любезность союзникам. Ситуация переменилась. Насколько был известен Хатаке Какаши или же Денсетсу-но-Саннин, настолько же в скорые сроки стал известен величайший воин тумана — Второе Пришествие Демона, Хоузуки Мангетсу, правая рука Годайме Мизукаге. Всего один воин такого уровня переворачивал игру полностью. — Мы, знаешь ли, не дураки, чтобы на подобную миссию выделять лишь одного джоунина с генинами-новичками. Мы изначально знали, что ваше АНБУ ведет здесь очередную игру. Таинственные исчезновения… Как только мы осознали, что вы выманиваете следопытов из Конохи, сразу стало ясно, что вам нужны Хьюга. Очередная попытка украсть силу великого клана. — Какаши-сан, вы сами ее украли. — Мангетсу ничуть не мешало сражение с Раши, чтобы разговаривать. — Не вам обвинять кого-то. — Ао мы, если что, еще не простили, так что тоже не провоцируй нас, Мангетсу-сан. Какаши не любил этого шиноби, признавал его силу, но абсолютно точно не хотел видеть его в бою в качестве противника. Клан Хоузуки, хоть и вымирал, но обладал одним из самых страшных улучшенных геномов в мире. Еще более страшный клан из Мизу-но-Куни и вовсе исчез за одну ночь, так что теперь именно Хоузуки были сильнейшими в Кири. — Что вы стоите? Убейте их! Раши отдал приказ, и двое джоунинов АНБУ набросились на Какаши. Последний совершил обходной маневр, ускорив себя молнией, и побежал в обход, на заказчика. Какаши и не думал его останавливать, попробуй — и его могли убить оставшаяся двойка. Еще один пошел на подмогу к Раши. Обычным, пусть и элитным джоунинам без имени нет и шанса тягаться с величайшими улучшенными геномами. Но причина была не только в этом. Детям пора уже было попробовать себя в бою, и чуунин Кумо подходил как нельзя кстати. Даже слишком хорошо. «Удачи, ребята». Когда-нибудь это все равно должно было произойти. Учитывая, какие потрясения ждут их мир, Коноха не имеет права слишком уж опекать генинов. Примечание автора: — В погоне за бабочкой богомол не заметил за спиной чижа. Как-то так звучит китайская поговорка о чересчур увлеченных людях, не замечающих подкрадывающейся сзади опасности. Канонный Мадара подпадает под нее идеально, равно как и под идиому о лягушке.