XVIII. сливочное пиво для двоих

С недавних пор Сириус начал называть кухню в их съёмной квартире «сердцем дома» — особенно в те мгновения, когда они затевали что‑нибудь по-настоящему безумное. Как, например, сейчас. Ибо идея приготовить сливочное пиво с нуля, без помощи волшебной палочки, родилась спонтанно. А, если выражаться точнее, после того, как они с Марлин случайно наткнулись прошлым вечером на магловское кулинарное шоу. — Так мы почувствуем себя настоящими кулинарами!, — воодушевлённо провозгласила Марлин, и Сириус, не раздумывая, поддержал эту затею, заразившись её энтузиазмом. Теперь кухня напоминала поле кулинарного сражения. На плите недовольно шипела кастрюля с молоком, угрожая вот‑вот перелиться через край. По столешнице в живописном беспорядке были разбросаны палочки корицы, пакетики ванили и целая упаковка сахара — часть которого уже успела просыпаться тонкой белой дорожкой. У ног валялась раскрытая кулинарная книга: страницы слегка подрагивали от сквозняка, а на нужной странице жирным шрифтом значилось грозное предупреждение: «смешивайте до однородности, но не перестарайтесь!». — Ты уверен, что нам нужно столько сахара? — Марлин подозрительно щурилась на внушительную горку, которую Сириус ссыпал в миску. — По‑моему, мы сейчас не сливочное пиво варим, а сироп для диабета. Сириус обернулся, приподнял бровь и бросил на неё насмешливо‑возмущённый взгляд. — Это секретный ингредиент, МакКиннон, — он заговорщицки понизил голос. — Доверься мне. Я же Блэк, а моя семейка, при всём неуважении к ней, знает толк в выпивке. Да и в излишествах тоже, чего уж там. Он размешивал смесь с таким неистовым энтузиазмом, что несколько капель молока брызнули на футболку Марлин. Она отступила на шаг, удивлённо охнула — а затем, не удержавшись, запустила в него горстью корицы. Сириус едва успел перехватить венчик, который чуть не полетел на пол. — Отличная тактика, — рассмеялся он, вытирая с лица пряную пыльцу. — Это объявление войны? — А ты как думал? — весело бросила Марлин. — Что ж, я принял вызов, — подмигнул Сириус. В следующий миг он ловко схватил её за талию и прижал к себе — спиной к груди. Марлин почувствовала, как его тёплое дыхание касается её виска, и невольно рассмеялась. — Блэк, — Марлин пыталась вырваться, но он держал крепко, и его пальцы впились в её бёдра, оставляя едва ощутимые следы через тонкую ткань шорт. — Мы испортим пиво. Мы уже испортили. Оно пахнет так, будто все сгорело. Сириус раскатисто рассмеялся. — Чушь, — прошептал он, разворачивая её к себе лицом. Его губы коснулись её губ — сладкие, с привкусом карамели и корицы. — Даже если это будет несъедобно, это будет наше первое совместное кулинарное фиаско. И, знаешь, в этом есть свой шарм. Он слегка отстранился, чтобы бросить взгляд на кастрюлю. Пенистая масса цвета слоновой кости всё ещё бурлила, слишком сладкая, с заметными комочками — явно не то, что можно было бы подать в «Трёх мётлах». — Знаешь, — сказала Марлин, беря его за руки и мягко направляя их, показывая правильные движения — снизу вверх, плавными, размеренными взмахами, — мне может так понравиться готовить… особенно если это с тобой. Она чувствовала, как он стоит позади неё, обнимая, уткнувшись носом в её волосы, и от этого по спине пробежала приятная дрожь. Сириус ничего не ответил — только прижал её чуть крепче и оставил невесомый поцелуй на плече. Когда они, наконец, разлили золотистую тёплую жидкость по кружкам и сделали первые осторожные глотки, их лица одновременно скривились: слишком сладко, с комками и отчётливым привкусом горелой корицы. Марлин не выдержала первой — фыркнула, прикрыв рот рукой, а Сириус расхохотался. Но они все равно допили напиток до дна, потому что секрет сливочного пива был не в ингредиентах, а в том, с кем ты его пьёшь.