[Пролог] III: Побережье

Нелья оказалась в каменном алькове, пробитом прямо в породе. Камень под её спиной отдавал холодом. Она проморгалась, привыкая к полумраку. Усталость больше не сковывала движения, ей не приходилось даже особо думать — ноги сами вынесли её вперед. Она спрыгнула на знакомый каменный пол. Она уже видела это место: закрытый путь направо. Теперь она была с другой стороны от арки входа. — Не помню, когда последний раз была здорова, — сказала Нелья. «Я не помню своего лица», задумчиво сообщил ей Артур, и она невольно вздрогнула. Голос его звучал прямо в её голове. «Полагаю, это в равной степени неудобно». На полу лежал иссохший труп без одежды, совершенно неопознаваемый. Пыли на нём не было, что Нелье показалось несколько странным, но она не стала заострять на этом внимание. Лучник бывал здесь раньше, подумала Нелья. Или посылал сюда других. Иначе откуда он знал о том, что я сумею выйти наружу по этой тропе? На пальце у трупа блестело золотом кольцо. Нелья склонилась на миг. Трупу колечко точно уже не нужно было. Он был мертв, совсем точно мертв. «Ты хочешь взять его?» — в голосе Артура не слышалось осуждения. Только лёгкий интерес. — Да… наверное, — пожала плечами Нелья. «Он мёртв». — Именно поэтому я вообще об этом думаю. «В мои времена за такое иногда вешали». — За то, что снял кольцо с покойника? — удивилась Нелья. «За то, что попался на воровстве». — Ну, тут-то никого нет. Интересно, это настоящее золото? — она почесала зудящий затылок. «Похоже на то». — Это хорошо. «Почему?» — Потому что если меня снова попытаются убить, у моей смерти хотя бы будет цена. Нелья всё же колебалась ещё несколько мгновений. Труп с ней спорить точно не собирался, но ей всё равно было немного не по себе. В конце концов практичность в ней выиграла. Нелья потянулась за кольцом. «Подожди», — голос Артура прозвучал неожиданно резко. Она замерла. — Что? «Я…» Он замолчал. «Мне показалось, что я знаю этот знак. Видишь, что под камнем? …Не могу вспомнить». Честно сказать, ей думалось, что палец придется отрезать, но кольцо соскользнуло неожиданно легко. Золото казалось тёплым, словно его держали у огня. Магическое. Выход был один, и в нем змеились те самые черные черви. Видимо, бедняга на полу каким-то образом тоже умудрился попасть сюда, но не сумел выбраться. Может быть, он даже видел Артура. «Иди вперёд». — Но ведь… — она осеклась. Что-то внутри неё откликнулось, срезонировало с воздухом. И, к собственному её удивлению, стоило ей подойти ближе, как паутина расступилась, истаяла в воздухе. Арка была свободна. Мешок Нельи всё ещё ждал её на том же самом месте, где она его оставила. Она вновь закинула его себе на плечо и пошла вперёд по знакомым коридорам, к тому самому месту, где должен был быть мост. Она неуверенно надавила на камень в стеле — из воздуха соткалась та же самая черная паутина из червей. Похоже, это и был мост. Нелья ступила на него на пробу — нога не проваливалась. Соткавшие мост нити извивались, подобно пиявкам, но под её весом затихали, давая надежную опору. Нелья понадеялась, что мост не решит внезапно растаять так же, как появился. Она пошла вперёд, стараясь ступать одновременно осторожно и быстро, словно перебегая реку вброд, иногда пробуя змеящуюся поверхность носком — та странно пружинила, устремляясь под стопу. На колоннах впереди тускло горело странное синее пламя. Нелья не представляла, что нужно бросить в огонь, чтобы он стал такого цвета. — А что вообще делают короли? — спросила Нелья. Она и правда не знала. Она в жизни не видела даже каких-нибудь графов, не то что королей. К тому же, короля-то у них как раз вроде бы не было. Ну, помимо самого Артура. «Подписывают бумаги и раздают указы. Когда не ходят в битвы». — Серьёзно? — она-то думала, это было что-то… более занимательное. Конечно, подписывать бумаги было важно и всё такое. Равно как и ходить в битвы… наверное. «К сожалению, да». Было темно. Нелья прислушалась: там, в другом конце коридора, будто двигалось нечто очень большое, неповоротливое. Нелье очень не хотелось туда идти, но другого пути не было. По-прежнему единственным (довольно плохим) источником света были странные серебристые пятна на стенах. Когда она подошла ближе к одному из них, пятно потянулось к ней, как подсолнух к солнцу. — Что это? «Не знаю». — А это? — она посмотрела на мост, так и оставшийся за спиной. «Не знаю». — А вон то? — она кивнула на видневшееся впереди… нечто. «Нелья, я провёл несколько веков в виде глаза. Это не способствует расширению кругозора». — Ты же король. «Да». — Короли всё знают, — пожала плечами Нелья. Она не была вполне уверена, откуда у неё это убеждение, однако оно казалось достаточно правдивым. «Это крайне опасное заблуждение», — Артур вздохнул. Нелья решила не трогать пятно. Очередной мост. Странный звук шёл как раз из-под него. На Нелью из темноты ничего не прыгнуло, и она позволила себе немного расслабиться. Рядом с мостом было два коридора-ответвления — их она могла смутно различить благодаря всё тем же серебристым пятнам на стенах. Впрочем, когда она свернула налево, чтобы подойти к одной из площадок, коими кончались коридоры, в воздухе зажегся вдруг маленький светлячок. Он кружил вдоль стены; на стене были вырублены знаки, большинство из которых Нелья не знала, а половину остальных не могла разобрать. — Мы… мы. дол-жны? На… что это за знак? — она раздосадованно выдохнула и скрестила руки на груди, отведя взгляд. «Ты не умеешь читать?» Нелья поморщилась. — А ты умеешь доить коров? — почти риторически спросила она. «Нет». — Вот и я нет. «Это… разные вещи». — Меня не учили читать, тебя не учили доить корову. Это одно и то же, Артур. Она даже не заметила, как назвала его по имени. Артур никак не возразил. Наступила пауза. — Ты-то прочесть их сможешь? — устало вздохнула Нелья. «Смогу. Но тебе для этого нужно будет смотреть на слова, Нелья». Артур читал размеренно, отчего у Нельи было время подумать. Не то чтобы это помогло лучше понять текст.

[Нам придется отказаться от мечты, ибо то, что за Морем, пришло к нам, и мы этого не хотим. Мы должны уйти, чтобы защититься. Они грядут. Титаны останутся.]

— Они грядут, — тупо повторила Нелья. — Кто? «У меня дежавю». — Что? «Мне кажется, я уже слышал эти слова». — От кого? «Не помню». На стене другой такой же площадки справа от коридора было написано следующее:

[Мы создали Титанов, ибо нам нужен был их труд. Храните покой работающих Титанов, ибо без них не будет мощи в наших стенах. Вдали от Туатана лишь сила того, что под землей, позволяет нам дотянуться туда, куда нет доступа мари. И даже когда нас не станет, Титаны не прекратят свой труд. Такими они были созданы. Благодаря их мощи, однажды мы сумеем узнать, что лежит за Морем.]

— Мы создали Титанов, ибо нам нужен был их труд… — Нелья нахмурилась. — То есть они заставили кого-то работать вечно? «Похоже на то». — Это мерзко, — Нелья покачала головой. Без отдыха, без того, чтобы хоть иногда присесть или иметь смену… Наверное, эти Титаны очень устали. «В мои времена многие сказали бы, что это удобно». — А ты? «Я надеюсь, что возражал бы. Не могу утверждать». Нелье нечего было возразить на это. — Что ещё там написано? «Ничего». — Но ты быстро прочитал, — пожаловалась Нелья. «Там действительно больше ничего нет». Нелья вздохнула. — Обидно. «Отчего же?» — Коль уж не умеешь читать, хочется верить, что в книгах и надписях на камнях спрятаны какие-то великие тайны. Или хотя бы много слов. В стене над буквами и дальше виднелись десятки неглубоких выемок размером с человеческую голову. Они тянулись рядами вдоль прохода. Может, что-то вроде полок? Впереди на мосту стояло каменное изваяние. Странного вида черепа с вытянутыми до самого пола челюстями образовывали очередную стелу, выше всех тех, что до того здесь видела Нелья. На вершине ее, венчая тонкий шпиль, светился большой шар. Быть может, когда-то он был заключен в камень; по крайней мере, на шаре остались осколки камня. И были цепи, длинные, огромные цепи со странной формы звеньями, стягивавшиеся к стеле со всех углов. Шум издавали двое великанов, ворочавших какой-то механизм. Огромные, жилистые, чем-то похожие на людей — но другие. Кожа их была красной, ноги слишком длинными, а глаз у них не было вовсе — только зияла огромная дыра на их месте. Великаны шли кругами, светящийся шар медленно вращался с их движением. В полу под их ногами тянулись борозды глубиной в человеческий рост. Камень был истёрт, выеден: великаны ходили одним и тем же путём тысячи лет. Нелье стало не по себе. Это и есть те самые Титаны?.. Они ведь были здесь задолго до того, как родилась матушка Нельи, и, быть может, задолго даже до того, как Артур привел людей на Авалон. И они так и останутся здесь, вечно ворочая свой ворот. Для чего он был здесь? В чем было его назначение? Нелья попыталась представить, сколько раз великаны обошли этот круг. Счёт сбивался — чисел больше пары сотен она не знала, а тысячу на самом-то деле представляла себе довольно смутно. Нелья постаралась прошмыгнуть мимо великанов как можно тише, чувствуя себя так, будто она была незваным гостем в их зале — и ведь так оно и было. Сотня-другая шагов — темноту разрезали золотистые сияющие жилы на больших гладких камнях, составлявших здесь стены. По центру залы ярко горели желтые кристаллы. На полу лежали цепи. Она видела уже знакомое синее пламя на столпах в другом конце зала, и смутно различала там черный провал арки. Нелья спрыгнула вниз с уступа и осознала, что наверх ей было уже не забраться. Путь, если он вообще здесь был, кончался здешней аркой. Хотелось пить. Но стоило ей пройти пару шагов, как цепь, сковавшая кристаллы, дрогнула — раз, другой; под ногами прокатился глухой удар. Сияющая друза заворочалась, и, пробив землю, пред ней предстал исполин-великан. Глаз у него не было — теперь она видела глубокий провал в черепе. Нелья бросила мешок на пол, глядя на великана во все глаза. Да, теперь она была здорова и не грозилась упасть на месте от усталости, но великан — целый великан — черт возьми, чем чертов лучник думал?! Как она сможет справиться с великаном?! Она ещё не успела привыкнуть к мысли, что будет жить, а ей уже предлагали снова умереть. Ей захотелось выругаться. Она было вспомнила про Артура, но потом всё равно выругалась. «Осторожнее!» Она едва уклонилась от первого броска. Великан метал камни, казалось, высеченные из его собственной плоти — прозрачные кристаллы, самые мелкие из которых, похоже, весили половину веса самой Нельи, если судить по тому, с каким грохотом они бились о стены. «Влево!» Нелья сама ещё не поняла, что происходит, а тело будто само подчинилось приказу. Камень пролетел там, где секунду назад была её голова. Она бросила в великана искру, и, казалось, на секунду это его отвлекло. Этой секунды ей хватило, чтобы добраться до ближайшего камня, за которым она сумела укрыться. — А-артур, чт-то мне д-делать? — протараторила она шепотом, прижимаясь щекой к холодному камню. «Это не обычный великан. Я заметил у него на груди средоточение света. Возможно, это сердце». — К-как я должна его д-достать?! — прошептала Нелья, с ужасом глядя, как очередной камень-снаряд разбился о стену совсем недалеко от неё. «Я помогу тебе. Слушай меня». Ей оставалось только довериться. «Возьми свой нож и иди. Ничего не бойся, я не позволю ему тебя достать». Нелья тонко провыла в ответ, а потом выхватила нож и нырнула вперёд, ближе к великану, так и застрявшему (на её счастье) по пояс в земле. «Под руку! Сейчас!» Она не успела бы заметить брешь сама. Она ощутила небывалый прилив силы — такой, будто весь мир был у нее на ладони — и мир этот был выкрашен золотом. Время замедлилось, и только она бежала с прежней скоростью. Капля пота, сорвавшаяся с её лба, повисла в воздухе. Каменная крошка падала так медленно, что за мгновения, пока она наконец упадёт на пол, могла бы дотла сгореть лучина. Даже грохот удара растянулся в низкий бесконечный рёв. «В грудь! В золотое ядро!» — резко произнёс Король, и слова его отдались в ее ушах гулким эхом. Она наносила удар за ударом, пока великан только поворачивался к ней. Он был неповоротлив, и руки его не могли дотянуться до нее — она была слишком близко, и он вместо неё бил землю. Она дралась отчаянно, невероятно ясно осознавая, что выйдет живым или он, или она — а время текло медленно, как мёд с ложки. А потом оно вернулось в прежний ритм, но Нелья продолжала своё дело — и, неведомо как, это и впрямь сработало. Великан вдруг рассыпался перед ней желтыми прозрачными кристаллами. Некоторые осколки полетели ей в лицо, и она инстинктивно закрылась руками. Она тяжело дышала, руки дрожали от шока и внезапно накатившей слабости. Она ткнула один кристалл носком сапога, и тот откатился по полу со стуком. Не было здесь признаков ничего живого, ни костей, ни крови — но ей все равно казалось, что она кого-то убила. — Ч-что это б-было?! «Страж, я полагаю», — устало вздохнул Артур. — Н-нет, э-это… в-время… «Я помог тебе». — Это т-твоих рук д-дело? В-время? — она медленно осела на пол. Она старалась глубоко дышать, но глаза все равно быстро намокли. Она плакала, дрожа и обняв себя руками. — Я-а… ч- чуть не у-ум-мерла! — выдавила она. «Ты жива», — сказал ей Артур. — Ед-два ли. «Ты жива, Нелья». — М-мне в-всё это не н-нужно. Боги, я просто хочу жить… Синий огонь вспыхнул сначала в одной жаровне, потом во второй. По полу побежали светящиеся линии. А потом арка портала за ней зажглась синим светом. — Это… выход? — всхлипнула Нелья. «Вероятно». — В-вероятно? — голос отвратительно дрожал, но она ничего не могла с этим сделать. «Я никогда здесь не был, Нелья», — мягко напомнил Артур. Она сидела на полу и тяжело дышала. Великан был мёртв. А она была жива — до сих пор — каким-то непостижимым уму образом. Она четко осознавала, что без Артура она этого не сумела бы. Не догадалась бы, куда бить, не была бы достаточно быстрой. Голова пухла. Шею и плечи неприятно тянуло. Подступала головная боль. Она посмотрела на сияющую арку, на груду кристаллов, снова на арку. Всё это было по-настоящему. Она пережила это. Она была жива вопреки всем прогнозам. И ее даже не грызла Красная Смерть. — К-когда я н-на-айду этого… М-мерлином м-мне п-посланного лу-учника, я его у-убью.

***

Резной портал арки привел её наружу. В глаза больно ударил яркий дневной свет; Нелье пришлось прикрыть их рукой и крепко зажмуриться. Это и впрямь было солнце. Самое настоящее. Его не было видно за наростами странно вытесанных дугообразных камней, пронизанных золотыми прожилками и покрытых мхом, но Нелья знала, что это оно. Она сделала шаг вперед и крупно вздрогнула от хруста под ногой. Остатки скелета — несколько ребер и беспорядочно сваленные кости, наполовину ушедшие в землю. Путь перед ней некогда представлял собой лестницу, но время занесло ступени толстым слоем пыли, а кое-где и поломало. Она сделала несколько шагов вперёд и обернулась — площадка, где она появилась, была замкнута с трёх сторон, а за её спиной высилось странное изваяние. Это как раз могла быть очень своеобразная дверь внутрь, назад, но Нелья ни в жизнь не сумела бы ей воспользоваться. Камень был симметрично, гладко и ровно выдолблен; круги, линии, снова круги и каменные вершины — два шпиля — чем-то напомнили Нелье лисью морду. Над изваянием нависали всё те же дугообразные камни с золотыми прожилками. Они не выглядели рукотворными — но Нелья не поверила бы, что их тут расставила природа. Она наконец ощутила вес мешка на своей спине. Она была привычна к тяжестям, которые приходилось таскать на собственном горбу — но сейчас вес показался излишне большим. Она устала, хотела пить и есть, однако от мысли делать привал прямо здесь она отказалась. Стоило ей сделать еще один шаг, и ей открылся путь к побережью — там, далеко, на песчаной косе она смутно различала лодку. Нелья медленно побрела вниз. Молочай здесь рос ей по колено. Однажды она прошла мимо брошенного на землю осколка каменной дуги, ростом с нее саму; заросшая мхом резьба на нём напоминала древесные корни. Под ногами прямо на песке и в камне росли розмарин и шалфей. Чем дальше она шла, тем отчетливее различала лодку — и фигуру рядом с ней. Нелья не успела еще остыть; горечь, страх и обида наполняли ей грудь. Он был там, загадочный лучник, подбивал что-то у носа лодки молотком. Он не искал её. Не ждал, не высматривал. Если бы она умерла, он узнал бы об этом только тогда, когда солнце село бы за море, а она так и не явилась. И, наверное, он просто уплыл бы восвояси. Зачем вытаскивать ее, чтобы просто бросить на смерть? Что, если это была проверка, и теперь он решит, что после великаноа её можно бросить прямиком на каких-нибудь рыцарей или других чудовищ? Она подошла к нему со спины, стараясь не шуметь. Опустила мешок в молочай. «Он быстрее тебя». Нелья знала это. Чувствовала. Но гнев, обида и страх были сильнее. Впрочем… Она подняла с песка камень — довольно увесистый — и со словами «Эй, мужик, лови!» — бросила его в сторону лучника. Лучник камень поймал, но оборачиваться не стал. Тогда она подошла ближе. Так, чтобы он точно заметил её присутствие. Она сжала кинжал в руке. Шаг. Взмах. Нож остановился в ладони от его шеи. Он перехватил её запястье раньше, чем она успела завершить движение. Он даже не поднялся, но рука его держала её собственную стальной хваткой. Другой рукой он перехватил лезвие — так, парой пальцев — и переломил его надвое. Нелья только присвистнула: лезвие было добротным. Да кто, пекло его побери, он такой? — И чем, позволь спросить, ты занимаешься? — поинтересовался он, всё ещё, казалось, занятый разглядыванием досок у носа лодки. — Отпусти. — Ты попыталась убить меня, — сказал он. — Я бы не назвала это так, — парировала она. — Вряд ли я сумела бы хоть как-то навредить тебе, о преломитель ножей. Мне лишь хотелось глянуть, на что ещё ты способен. Он поднял брови. — В самом деле? — Ты отправил меня туда, хотя прекрасно знал, что там, — она раздражённо выдохнула. «Нелья». Он медленно поморгал. Наконец, он поднялся, всё ещё не отпустив её руку. — У меня были некоторые подозрения, но я… не ожидал… ха, что бы это ни было. Так топорно меня убить ещё не пытались. Тебя довольно долго не было, и я и впрямь начал опасаться, что ты не выберешься. Но вот ты здесь, — он помолчал. — Мы не с того начали, наверное. Я Карадок, твой спаситель. На вот, выпей, — он вытащил из лодки бутыль и протянул ей. — Что это? — Спирт. — Я не пью. — Что ж, потеря только твоя, — он спокойно глотнул из горла. — Что тебя так разозлило? — Мне пришлось драться с великаном, — процедила она в ответ. — Я что, по-твоему, похожа на бойца? — Но ты же здесь. И ни следа болезни. Ты нашла там что-то. Что-то такое, что позволило тебе излечиться и выжить. Что это было? — Какое тебе дело? — попыталась уйти она от ответа. — Самое что ни на есть прямое. Я спас тебя, помнишь? Вытащил из клетки, где ты сгнила бы заживо. Он давил ей на совесть, напоминал о своем непосредственном участии в ее судьбе. — Я нашла короля Артура, — выплюнула она. — Вот как… Тебе удалось найти его… — протянул он. — Мне очень жаль, что всё это случилось именно с тобой, — продолжал он, и, казалось, он и впрямь испытывал какое-то сочувствие к ней. Нелья пришла в замешательство. — Похоже, один из своих экспериментов Красные Братья все же сумели довести до конца. «Мне не нравится его тон», — сказал Артур. Карадок — по крайней мере, теперь она знала его имя — между тем продолжал: — Тебе удалось проникнуть вглубь мари, выжить и даже принести с собой частицу души нашего короля, — он наконец отпустил её руку. — Мне не нужно объяснять, что такое не каждый день происходит. Моя цель — сделать так, чтобы больше этого не произошло. А это значит, что тебе придётся умереть. — Чего?! — она отшатнулась. — Мне очень жаль, — только и сказал он, а затем повалил её на землю, точно куль с мукой. Нелья больно ударилась спиной о подвернувшийся камень. Он уже заносил над ней меч — последнее, что она увидела. Грудь пронзила резкая боль, а затем последовала темнота.

***

Честно сказать, Нелья не думала, что она когда-либо еще проснется. Но грудь её вздымалась, и вскоре она сумела снова разлепить веки. Тело казалось ещё более слабым, чем до этого. — Вот и ты, — сказал Карадок. Он легко улыбался — будто ничего не произошло. Её трясло — она не могла понять, от чего сильнее, от слабости или от гнева. Или — от отчаянного, всепоглощающего бессилия. — Помочь тебе подняться? — Ты у-убил м-меня! — выдавила Нелья. Глаза снова защипало. — У-убил, к-как… — она осеклась. Горло словно стальной рукой перехватило. Глаза затуманила влага. — Прости, это было необходимо, — в голосе его совершенно не ощущалось вины. — Надеюсь, никаких необратимых повреждений я не нанёс. Не нанес. Но она испугалась. Очень испугалась. Настолько, что теперь могла только плакать. Как бы они ни готовилась к смерти, все это оказалось пылью по сравнению с настоящей с ней встречей. — Д-да твою ж м-мать! — Я должен был это сделать, — настаивал он. — Мне надо было избавиться от… паразита, который в тебя проник. Ты же видела… нет, ты чувствовала, на что он способен. Этой силы более не должно быть в Авалоне! Никогда. — Да что ты несешь?! — совсем вышла из себя Нелья. Красные Ублюдки, великаны, Артур, какой-то странный мир, её собственная недо-смерть — сжалятся ли боги над ней хоть когда-нибудь?! — Я мог тебя убить — но между нами нет вражды. Лишь та, что ты затаила в своем сердце, — сказал он. — Это значит, что тебе ничего не грозит — до тех пор, пока ты не решишь встать у меня на пути. Для меня ты ценнее живой, чем мертвой. — Ты даже не попытался разобраться! Он вздохнул. — В чём? — Он не… Он не… Карадок усмехнулся. Так, будто точно знал, что она скажет. — Каждый раз кто-нибудь говорит что-то подобное об Артуре. «Он другой», «он велик», «он король», «он всё исправит». Артур — искусный манипулятор, и ты не первая, кто пал жертвой его очарования. Нелья уже не знала, как реагировать. Накрыло ледяное осознание — вообще никому нельзя доверять. Да, она подозревала, что Карадок желал в чем-то её использовать — но не прямо убить же! — Ты стала частью беды, что надвигалась на нас уже добрых шесть сотен лет. Всякий раз, когда на этом острове всё валится в тартарары, в Камелоте находится горстка трусов, которые возвращают из мертвых нашего Короля Былого и Грядущего. Это случалось раньше и случится опять… очень скоро. Моя задача, моя миссия состоит в том, чтобы больше такого не случалось. Благодаря тебе я уничтожил частичку Артура, до которой иначе бы никак не добрался. С моей точки зрения, это уже что-то. Да он фанатик. Чокнутый фанатик, ничем не лучше Красных Братьев. Нелья подавила мученический стон. — А я-то тут при чём? — То, что Красные Братья с тобой сотворили, поистине ужасно. Но ты обрела уникальную способность — сдерживать в себе силу Артура. А то, что можно сдержать, можно и убить. И поэтому твоя помощь может оказаться для меня неоценимой. Моя цель — уничтожить Артура. Избавить от него мир раз и навсегда. Частицы его души рассеяны по всему Авалону. И мне пригодилась бы помощь, чтобы их отыскать, собрать и уничтожить. — Т-ты просишь меня о помощи после того, как убил меня? — Нелья едва не задохнулась от такой наглости. — Я не убил тебя, иначе мы бы с тобой не разговаривали. Мой противник — самое могущественное существо, что ступало по земле Авалона. Я вынужден соблюдать осторожность. Что бы ты сделала на моем месте? Вежливо поинтересовалась у цели, не желает ли она быть убитой? Не смеши. Да и в любом случае, то заклинание, что я наложил на свой меч, не могло причинить тебе вреда. Я это знал, застал тебя врасплох, взял над тобой верх, и теперь ты цела и невредима. Мы можем наконец это оставить, или я неправильно тебя оценил, и ты хочешь еще немного времени потратить на то, чтобы об этом поплакаться? Он же видит, думала Нелья. Видит, в каком она состоянии, видит, что она простая девка, что из нее боец аховый, что она не выжила бы, не будь с ней Артура, и всё равно, всё равно он это говорит. Мерзавец. — Мне нет до этого всего никакого дела, — голос отвратительно дрожал, как бы она ни старалась держать его ровным. — Понимаю, — спокойно произнес он. — Что ж, это твое решение, и не мне тебя за него судить. Я справлюсь сам. Но если ты всё же решишь заняться поисками души короля, мы ещё встретимся. Это я тебе обещаю. Кроме того, тебе всё равно нужно как-то выбраться с острова. И чтобы доказать, что я тебе не враг, предлагаю отправиться в плавание со мной. Если, конечно, ты не хочешь остаться тут и умереть, когда тебя отыщут Красные Братья. Это тоже твоё решение. — И куда мы отправимся? — произнесла она, чувствуя себя так, будто потерпела поражение. — К Рогам Юга. Это крепость, где хранится Экскалибур. Я собираюсь украсть его, — заявил он. — Или по крайней мере то, что кроется в этом проклятом клинке. К нему привязана частица души короля — и её необходимо уничтожить следующей. Если хочешь мне помочь, — сказал он, и разжал ладонь — только сейчас Нелья заметила, что он всё это время что-то в ней сжимал, — приколи на одежду эту фибулу, и тебя пропустят без лишних вопросов. А как окажешься внутри, отыщи капитана. Его зовут Брендан, и он расскажет тебе всё остальное. Фибула представляла собой нечто очень тонкой чеканки. Опять загадки. Опять он посылает её невесть куда искать кого-то там. Он снова, снова это делает. Откуда ей знать, что и в этот раз он не отправит ее на верную смерть? — Я не говорила, что помогу тебе, — медленно сказала она, стараясь держать голос ровным. — Ну а я даю тебе возможность так поступить, — легко заявил он, будто был уверен в своей правоте. — Мне нужно уладить кое-какие дела, а тебе следует отдохнуть. Судя по тому, как волнуется море, плаванье не будет приятным. Разбей лагерь и немного отдохни. Потом мы отправимся в Рога Юга. Да, и вот, — он пошарил по карманам и вытащил нечто странное, синеватого оттенка, и будто совершенно эфемерное. — Паутина. Брось её в огонь, и марь тебе не страшна. Это на случай, если я не вернусь до темноты, — добавил он и бодро зашагал куда-то. Очень быстро он скрылся из виду, заслоненный камнями, но Нелья на него толком и не глядела. — Артур? — прошептала она. Никто не ответил. Она и не поняла, что успела к нему привыкнуть. Теперь, когда она осталась совсем одна, у нее окончательно сдали нервы. Она легла на песок, подтянула ноги к груди и глухо завыла.

***

«Нелья». Она замерла с ножом и картофелиной в руке. Солнце уже опускалось к горизонту. За это время она успела выплакать всё, что в ней было, обнаружить покинутую стоянку какого-то друида, поглядеть на статую вдалеке (хваленая Пророчица? На Праматерь эта женщина была не особо похожа), развести костёр (в ящиках, что были связаны в Карадоковой лодке, нашлись, помимо всего прочего, сухие осиновые поленья и три рунических камня, призванных сдерживать и поддерживать пламя на одном небольшом пятачке пространства. Нелья вспомнила, что видела нечто подобное в детстве, когда их деревней проходило несколько друидов. Она выпилв всю воду из фляги, которую она стащила у стражей, нашла полный бурдюк с чистой водой в лодке, заштопала платье, нарезала сырое мясо и проварила его почти наполовину, бросила в воду свежий розмарин, шалфей, яблоки и щепоть соли и убедила себя, что ей совершенно всё равно, что она больше не слышит голос Артура и опять осталась совсем одна, да ещё в недалёком будущем наедине с Карадоком, который куда-то там ушёл. Видимо, искать весла, потому что при лодке их не было. Стоянка друида была… обычной. Это был деревянный настил на камнях, и были там лишь грубо сколоченные полки, такой же работы деревянный сундук (незапертый), и нечто, что, наверное, следовало бы назвать друидским крестом. Это были несколько ветвей, скрепленных между собой особым образом так, чтобы низ образовывал направленный вершиной вниз треугольник, перечеркнутый посередине основной ветвью, конец которой был закопан в землю и держал всю конструкцию, а верх — нечто, напоминающее птичью лапу. Наличествовала здесь чья-то (наверное, бедренная, подумала Нелья, но утверждать бы не стала) большая кость, а еще несколько костей поменьше, подвешенные на льняной нити. У друида были три почти сгоревших свечи; в ступках хранились измельченные травы — впрочем, они явно знавали лучшие времена, а на настиле лежал вполне добротный спальный мешок. Судя по паутине, затянувшей углы, и пыли, скопившейся на настиле и полках, друида давно здесь не было. Она нашла в сундуке книгу из нескольких сшитых вместе листов пергамента и отнесла её к костру на случай, если у нее ещё будут время и силы попытаться разобрать текст на страницах. Ещё её внимания требовал мешок — он был слишком тяжел. Конечно, еду можно было положить в один из ящиков в лодке, но были там и вещи, которые ей с собой носить было просто незачем — они только занимали место, а поклажа у неё и без того была нелёгкая. Одни монеты чего только стоили — Нелья за всю жизнь в руках сразу столько золотых не держала, но они уже прилично тянули ей карман. Она почти убедила себя, что всё это к лучшему, и ей совершенно не нужны проблемы с каким-то мечом и королями… Она ещё несколько раз обращалась к Артуру, убеждая себя, что это лишь для того, чтобы убедиться, что его и правда нет — и, встречаясь с тишиной раз за разом, она едва давила слёзы. Он был единственным, кто обращался с ней как с человеком. Отвечал на вопросы, насколько мог. Помог ей выжить. Она думала, что Карадок и впрямь его убил, с концами. Потому-то и удивилась, когда он вдруг заговорил снова. — Артур? И в свете костра в воздухе напротив нее вдруг забрезжил свет, а в нем — будто белый пепел собирался во что-то единое. Миг — и напротив неё, окруженный эфирным сиянием, присел на одно колено тот самый рыцарь, в которого Артур воплощался в гробнице. Она могла теперь разглядеть его доспехи — они были какие-то совершенно монструозные. Она знать не хотела, сколько всё это весит и как он вообще в таком ходит, не то что сражается. Но она его видела. Тут, в свете костра. — Ты… ты живой, — сказала она (хоть заявление это было и не совсем верно). На неё вдруг накатило облегчение. Она ошиблась, и Карадок ошибся. Она не была одна. Он не умер, и у неё всё-таки были хоть какие-то шансы выжить. И не остаться с Карадоком наедине. — Какой-то миг я не мог до тебя дотянуться, — сказал он. — Я должен был… уйти. Должен был… уйти, — повторил он будто бы с удивлением. — Я почувствовал его удар. Не было ничего. Ни веса, ни голоса, ни меня… только тишина. Но потом… ты. Ты вернула меня обратно, так? — он спрашивал её, будто она могла знать ответ. — Или я никуда и не уходил?.. Повисла пауза. Нелья прервала её только чтобы помешать ложкой в котелке. Ей не хотелось отскребать пригоревшее мясо одной морской водой в сумерках. — Ты… знаешь этого Карадока? — …Нет. Я как будто должен, но не знаю. Он говорил так, будто хорошо меня знает, будто я причинил ему зло. Но я… не помню, — сказал он так, будто это причиняло ему физические муки. Голос его был хрипл. — Что ты вообще помнишь? — Немногое, — сказал Артур. — Это неправильно, — заявил он вдруг и встал, и сделал шаг, поднес закованные в латные рукавицы руки к шлему. Она оценила его рост — он был, пожалуй, выше любого мужчины, которого она когда-либо видела. Сама Нелья должна была быть ему по грудь, по самым смелым её прикидкам. — Я должен помнить… Должен! Но помню лишь это… Когда я оставил своё королевство, оно было сильным. Благополучным. Оно должно было стать сильнее. Расцвести в мое отсутствие! — Это было давно, — тихо заметила Нелья. — Может, оно и расцвело, но… знаешь, как цветок. Завяло. Артур обернулся к ней. — Когда я оставил моё королевство, оно было сильным, — повторил он. — Если ему сейчас что-то угрожает… я верну ему былую славу. Нелья обречённо вздохнула. Снова взяла нож и картофелину. — Экскалибур. Мой меч. Мне нужно его вернуть, — он сжал руку в кулак. — Если Карадок собирает части моей души, нам нужно найти их до него. После… я наверняка стану сильнее. Смогу вспомнить. Стану цельным. Он не преуспел в нашем убийстве, но это нам на руку. Нам нельзя терять время. — Ты исчез на полдня, а первое, о чём заговорил, это королевство и меч? — фыркнула Нелья. Потом, чуть тише, добавила: — Я думала, тебя больше нет. Повисло молчание. — Прости. Нелья удивлённо подняла голову и вытаращилась на него. Он только что… сделал что? — Что? — Мне казалось, я отсутствовал лишь мгновение, — он помолчал. — Если бы я знал, что тебя это встревожит, я сказал бы другое. — Мы всё равно сейчас никуда не уплывём, — медленно сказала Нелья после короткой неловкой паузы. Перед глазами её вдруг мелькнул дом, костёр перед ним, горящий фиалковым пламенем. Люди, сидевшие рядом с ней. И знание, что там, за пределом круга от света костра, висела непроглядная, кисельная тьма, сводящая с ума всех, кто был достаточно неосторожен, чтобы в неё войти. — Скоро ночь. Нагрянет марь. Я не сумею править лодкой в море. Да и Карадок этот… не хочу думать, что он может сделать, если я попытаюсь уплыть без него. К тому же я есть хочу и у нас нет вёсел, — добавила она спустя мгновение. Артур вздохнул и снова опустился на одно колено перед костром. — Ты права, — признал он. Повисла пауза, в течение которой Нелья крошила картофелину в котелок. — Что знаешь ты? — вдруг спросил Артур. Она замерла. Медленно повернула к нему голову. — Разве ты не можешь узнать это и так? Он покачал головой. — Нет. Твои мысли и воспоминания — только твои, Нелья. Что-то внутри неё расслабилось. Выходит, он не слышал… всего того, что она думала. Он просто… был здесь? Что ж, тоже хлеб. — Я знаю немного. Я никогда не была в столице. И вообще в замках всяких. Нами заправлял какой-то барон, не помню его имени. Обирал по лету, бывало, до нитки, но зимой не трогал. От нас мёртвых проку было меньше, чем от живых, — слова лились как будто сами собой. Нелья даже толком не задумывалась — но да, она чувствовала, что она всё это видела, что это и впрямь было так. — Мы с батюшкой на краю села жили. Тогда… кажется, в замке господина, был менгир. Он горел. А потом как будто нет. Не помню, — она помолчала, помешивая свое варево. — Нас туда не допускали. — А твоя мать? — Я плохо её помню. Кажется, она колдуньей была, — Нелья поморщилась. — Люди так говорили. Она ушла однажды вместе с друидами, да больше так и не вернулась. Отец с тех пор пил горькую. От неё только травы да свиток один и остались. — Этот свиток она… ей нельзя было. Отец запрещал? …Память вновь закрыла перед ней двери. В затылке глухо застучала боль. — Да и вообще толку от меня мало. Я почти не помню, кто была до того, как меня поймали Красные Псы. — Не принижай себя, юное создание. — Я даже не помню, сколько мне лет, Артур, — она вздохнула. — Но, наверное, немного. Иначе я была бы замужняя. Повисла тишина. Артур сидел неподвижно, пока Нелья мешала похлебку. Может, у нее был муж, но она об этом не помнила? Нет, такие вещи важны. Нелья не пошла бы замуж за кого-то, кого не любила, а любимого она бы точно помнила. Она сняла котелок с огня и отставила его на песок. Солнце опустилось почти за горизонт. Карадок так и не явился. — Тебе вообще так удобно? — наконец не выдержала Нелья. — Я не чувствую своего тела, — почти рассеянно ответил ей Артур. Нелья прикинула, как это могло ощущаться. Выходило не очень весело. Как призрак. Впрочем, он ведь и был призраком, разве нет? — Я не удивлена. Ты такой огромный и странные доспехи носишь. — А ты много доспехов видела? — Нет, — честно сказала она. — Но в замок к баронессе ездили какие-то рыцари временами, — она запнулась. Почему она сказала «к баронессе», а не «к барону»? — Их латы совсем на твои не похожи. Впрочем, наверное, так и должно быть. Ты же король Артур и всё такое, — она пожала плечами. — Король Артур и всё такое, — повторил Артур и вдруг рассмеялся. У него был приятный смех. — Если бы кто-нибудь из моих рыцарей услышал это обращение, они пришли бы в ужас. Никто никогда не обращался ко мне с такой непосредственностью. — Может, ты просто не помнишь, — заметила Нелья. — Может быть, — легко согласился он. Она рассеянным взглядом окинула свой нехитрый лагерь, выискивая на песке горсть бесплотной паутины, что выдал ей Карадок. Солнце опускалось всё ниже, превратившись в пылающую расплавленным золотом линию на горизонте, и стоило бы уже искать защиты от мари. Она наткнулась взглядом на книжку из тюрьмы и листы из сундука друида. — Ты мог бы прочитать мне это? — спросила она. — Да. Но тебе придется перелистывать страницы. Боюсь, я с ними мало что смогу сделать. Она на пробу ткнула его поножи пальцем. Палец не прошел насквозь, но и твердости металла она не ощутила. Вид у всего этого был странный. Артур, казалось, с некоторым любопытством наблюдал за её действиями. Точнее сказать было трудно из-за шлема, за которым, предположительно, должно было бы скрываться его лицо. Нелья встала, вспомнила, что хотела сделать изначально и всё-таки нашла бесплотную паутину прямо под носком своего сапога. Она бросила её в огонь, отчего тот тут же принял фиалковый цвет. Она встала, не поняла сперва толком, зачем, потом вспомнила и притащила из укрытия друида спальный мешок. Артур за то время, что она бегала до укрытия в горе и обратно, никуда не исчез. Вообще, наверное, ей стоило бы развести костёр именно там, чтобы не было видно с моря, но она не сразу сообразила. А потом стало не до этого. Вдобавок она сочла, что если её до сих пор не пришли ловить, то ночью не придут точно. Вряд ли даже Красные Братья были настолько отшибленные, чтобы ночью плыть по морю через марь. Она взяла сперва книгу, найденную в тюрьме — лечебницей это место она называть никогда больше не станет. Она раскрыла её и положила перед Артуром, а сама взялась перебирать вещи. Их она складывала в две кучки — то, что точно нужно, и то, что стоит оставить. По большей части она пропустила мимо ушей часть с Пророчицей и её «постройте убежище и сберегайте мир их тел и душ» (которое Красные Братья явно поняли как-то очень превратно). Она сама того не хотела, но абсолютно всё, что касалось досточтимой Пророчицы Кай, стояло ей крепко поперёк горла (как и сами Красные Братья, которые, хоть и поминали свою Пророчицу ежечасно, похоже, очень по-своему трактовали её заветы). Она перевернула страницу, когда Артур прекратил чтение, и продолжила разбирать вещи. Внимание её вернулось к рассказу только тогда, когда в нём вдруг появился сам Артур. Нелья замерла с топором в руке. — «Артур! Чума — испытание, посланное нам всем. Мои ученики отважно бродят по болотам, смиренно проповедуя, ничего не требуя взамен. Я прошу тебя о месте, достойном их жертвы!» — здесь Артур сделал паузу. — «Артур удовлетворил её просьбу, приказав Моргане освободить руины Предтеч на Острове Мёртвых, чтобы Красные Жрецы могли продолжить своё служение». Здесь запись кончается. — Так что, ты приказал постройку этого места? — она приподняла бровь. — Мне казалось, эта штука младше, чем твоя смерть. — Если я это и сделал, я этого не помню, хотя с тобой я согласен, — покачал головой Артур. — В любом случае то, что делали с тобой Красные Братья, не закладывалось в изначальное предназначение этого места. Они исказили его. — Благими намерениями… — покачала головой Нелья. — В любом случае, книга не то чтобы очень полезна. Разве что ещё раз напоминает о том, что все Красные Братья — полные подонки. — Ты гребешь всех под одну гребенку. — Что, скажешь, я не права? — хмыкнула Нелья. — Даже если предположить, что другие не знают о том, что творится в этом проклятом месте… Артур, видимо, счёл за лучшее промолчать. Нелья тем временем подсунула ему записки друида. Сперва этот мужик задавался вопросом, действительно ли он последний друид, потом он бежал из Кунахта от Красных Братьев. Потом он упоминал какого-то Хоба, который помог ему добраться сюда — а последняя запись, сделанная пять лет спустя после первой, утверждала, что дни друида были сочтены, но его хотя бы не нашли Красные Братья. Что ж, по крайней мере в этом ему свезло. — «…Последняя шутка, которую мы сыграли над Авалоном. О, этого того стоило», — закончил Артур. — Шутка? Друиды и шутки? — усомнилась Нелья. Артур только вздохнул. — Я мало что помню о них и о Мерлине, но… это звучит в духе друидов. Нелья поморгала. Впрочем, вскоре она выбросила это дело из головы. Вещи были уложены в две кучки. В одной лежали нож, кинжал, топорик, все зелья, повязки, кремень и кресало, часть продовольствия, фибула Карадока, швейный набор, магический свиток (всё ещё неисследованный), ключи, монеты, еще один свиток с письмом той самой Катрин (подпись внизу она разобрала), жетон Ниниана (она вспомнила, что его надо было отнести как раз-таки в Рога Юга, так что хоть с этим ей было по пути), одеяло и спальный мешок. В другой лежало всё остальное. Даже если она понесет только самое нужное, вес всё равно выходил не очень приятным, если таскаться с ним целыми днями. Она вздохнула и принялась отрезать от брони свисающие с неё красные тряпки. Меньше всего она хотела отвечать на неудобные вопросы о том, с кого из Красных Братьев она стащила свою одежду. Сумерки становились всё темнее. Близился час, когда воздух накроет марь. Артур, казалось, все время наблюдал за ней. Когда она предложила ему свиток — как раз тот, магический, он глянул на него и спросил вдруг: — Может, ты хотела бы сама его прочесть? — Я не умею, — возразила она. — Это не проблема, — мягко сказал он. — Я могу научить тебя. Она вытаращилась на него и молчала целую минуту. Потом, наконец, отмерла. — Чт… Правда? Серьёзно? Ты стал бы учить меня читать? — Почему нет? Нам всё равно нечего здесь делать. Разве что ты собираешься спать. Король Артур, подумала Нелья, будет учить меня, деревенскую девку, читать. Кому расскажешь — не поверят. Нелья отказываться не стала. С грехом пополам она разобрала название заклинания — «Переливание крови», вот так. Она вообще не была удивлена, что нашла что-то подобное на алтаре у Красных Братьев. Посему выходило, как она поняла (с большой помощью Артура в этом деле), что заклинание стоило бы отнести к чему-то вроде некромантии, однако оно считалось лечебным. Видимо, это зависело от позиции того, кто колдует. Она подкинула дров в костёр, расстелила одеяло поверх мешка и забралась туда, не раздеваясь. Артур пообещал разбудить её с рассветом — или если костру понадобится подпитка. Видеть его сидящим рядом с ней было странно, но не страшно. Одна она, наверное, не сомкнула бы ночью глаз. Нелья заснула, едва голова её коснулась подголовника.