Часть 17. Жало реальности

Глухой стон нарушил безмятежную тишину гор Аляски. Яркое солнце заливало светом неровную поверхность скал, а на небе не было ни единого облачка. Обычно Наоми не имела ничего против солнечных дней, ведь всегда можно было укрыться в лесу или где-то еще. Но именно сегодня она проклинала пылающий в небе шар. Ей оставалось пробежать всего пару сотен метров до дома Денали, но спрятаться было негде — никакой возможности пройти незамеченной посреди бела дня. Люди редко забирались так глубоко в горы, но, зная их природу, в такие погожие летние деньки они были вполне на это способны. Поскольку удача никогда не была на ее стороне, Наоми решила не испытывать судьбу и дождаться более подходящего момента. Вампирша стояла под раскидистым деревом; солнечные лучи обжигали землю всего в нескольких сантиметрах от ее ног. Она неуверенно переминалась, пиная носком ботинка сухую землю и сканируя взглядом окрестности в поисках обходного пути. С усталым вздохом она двинулась вдоль опушки леса, надеясь найти хоть что-то, что помогло бы ей подобраться к дому, не выходя на солнце. Спустя несколько часов она сдалась и просто опустилась на землю под большим деревом, вслушиваясь в звуки природы. Положив руку на согнутое колено и прислонившись затылком к стволу, она закрыла глаза в ожидании заката. Был уже поздний вечер, когда солнце наконец начало скрываться за высокими горными пиками. — Пора, — пробормотала она себе под нос и, поднявшись, отряхнула брюки и пальто от грязи, после чего направилась к дому. Когда здание полностью показалось в поле зрения, на ее лице появилась легкая улыбка — оно было таким же прекрасным, как и в ее прошлый визит. Она приближалась спокойным шагом, но не успела даже подойти достаточно близко, чтобы постучать, как перед домом возникла Таня, а следом за ней — Елеазар. Они хмуро уставились на нее, но, узнав, заметно расслабились. — Ты ищешь Карлайла, не так ли? — спросила Таня с улыбкой на губах, поняв, что эта вампирша не принесет проблем. — Да, я... — начала Наоми, сбитая с толку этим вопросом. Она открыла рот, чтобы продолжить, но тут же закрыла, прежде чем начать заново: — Разве они не живут у вас? Таня скользнула взглядом по стоящей перед ней женщине, вспоминая, как Карлайл и Эдвард отзывались о ней. — Уже нет, они уехали несколько лет назад, — ответила она с ноткой сожаления, что приходится ее разочаровывать. — Они собирались какое-то время пожить во Франции, — добавил Елеазар своим спокойным голосом, — но я не знаю, где именно они сейчас обосновались. — Оу, понятно, — пробормотала Наоми. Она слегка кивнула самой себе, стараясь не выказывать своего разочарования. — Спасибо, — тихо добавила она. На мгновение ей захотелось просто развернуться и уйти, извинившись за беспокойство, но ее взгляд задержался на Елеазаре чуть дольше. Отрицать было бессмысленно: он, или, точнее, Кармен, получила именно то, чего так отчаянно желала Наоми. Ее пара навсегда покинула Вольтури. Елеазару это как-то удалось, и в глазах Наоми вспыхнул огонек надежды: возможно ли подобное и для него, для них? — Могу я... — неуверенно начала она, сомневаясь, стоит ли продолжать, но стоящие перед ней вампиры выглядели терпеливыми и ничуть не рассерженными. Наоми сделала глубокий вдох, переводя взгляд с Тани на мужчину, стоявшего чуть позади. — Могу я поговорить с тобой и Кармен пару минут? У меня... э-э, есть один вопрос. Мольба в ее глазах была слишком очевидной. Елеазар понимающе улыбнулся и слегка отступил в сторону, приглашая ее войти. — Разумеется, — ответил он. — Проходи, внутри мы сможем поговорить наедине. Трое вампиров вошли в дом. Елеазар провел Наоми в тихую комнату на втором этаже; Кармен следовала за ними по пятам. Наоми знала, что остальные всё равно услышат каждое их слово, но была благодарна за эту попытку создать иллюзию уединения. Когда Кармен закрыла за собой дверь, на ее лице читался немой вопрос. Оглядев присутствующих, она наконец опустилась на небольшой кожаный диванчик рядом с мужем. Наоми заняла одно из соседних кресел. Она вцепилась руками в подлокотники, слегка сжимая их, чтобы хоть немного успокоиться. Ободряющая улыбка Елеазара тоже немного помогла. — Можешь говорить свободно, — произнес он, нежно поглаживая руку жены, которую держал в своей. Кармен тепло улыбнулась: хотя она всё еще не совсем понимала, о чем пойдет речь, она всецело доверяла мужу. — Чем мы можем тебе помочь, дорогая? — спросила Кармен, включаясь в разговор и закидывая ногу на ногу. Она склонила голову набок, терпеливо ожидая, пока гостья заговорит. Кармен заметила ее скованность и вспомнила: кто-то упоминал, что эта девушка как-то связана с одним из Вольтури. Она задалась вопросом, не в этом ли кроется причина ее визита. — Что ж, — начала Наоми. — Как бы это сказать... Она переводила взгляд с сидящей перед ней пары на пол между ними, цепляясь глазами за каждую пылинку и комочек грязи, которые они принесли с улицы. Она сделала глубокий вдох, на секунду прикрыв глаза. — Полагаю, вы знаете о моей ситуации? — Она вопросительно посмотрела на одного, затем на другую. Елеазар едва заметно кивнул — Карлайл ввел его в курс дела во время ее прошлого визита. Кармен же нахмурилась в замешательстве. Ее не было при том разговоре, а выпытывать подробности она не стала, рассудив, что это не касается ни ее, ни ее семьи. Она посмотрела на мужа, на губах которого застыла сочувствующая, полная жалости улыбка. От его реакции она нахмурилась еще сильнее, раздосадованная тем, что не понимает происходящего. — Я имею в виду ситуацию с моей парой, — пояснила Наоми. Кармен всё еще не понимала, какое отношение это имеет к ним, пока в ее сознании не сложился пазл из слов «пара» и «связь с Вольтури». На ее губах расцвела теплая улыбка, и она чуть крепче сжала руку мужа. — Как... — Наоми снова попыталась начать, но осеклась. С ее губ сорвался болезненный вздох; нахмурившись, она уставилась на книжную полку в правом углу. Судорожно сглотнув, она нервно дернула губой. — Как вы это сделали? — наконец выдавила она сквозь стиснутые зубы; ее голос был не громче шепота. В тот момент она не смела даже поднять глаза на пару перед собой. Краем глаза она заметила, как они обменялись быстрыми взглядами. Она чувствовала себя крайне неуверенно, даже по-детски глупо, расспрашивая других об их личной жизни, но в ее положении это казалось последней надеждой. Ей нужно было знать: им просто невероятно повезло, или же и у нее есть призрачный шанс на счастье. — Мне нужно знать, есть ли у меня шанс, — прошептала она едва слышно. Елеазар тихо вздохнул, посмотрел на Кармен, а затем снова на гостью, чей взгляд всё еще был прикован к случайной книге на полке позади него. — Я встретил ее на задании, во время поисков потенциальных новобранцев с даром, — начал Елеазар, одарив жену любящей улыбкой, на которую та ответила не менее трепетно. — Мы договорились, что я останусь с ней, но продолжу выполнять поручения Вольтури. — Еще один вздох сорвался с его губ. — Но со временем это стало невыносимо. — А я слишком сильно за него переживала, пока он был в отлучке, — вмешалась Кармен; при этом воспоминании с ее губ слетел легкий смешок, и даже Елеазар тихо усмехнулся. — Я поговорил об этом с Аро, и после долгих споров и уговоров мне удалось убедить его отпустить меня из клана. Полагаю, он решил, что в случае острой необходимости я всё равно приду им на помощь. — Он спокойно посмотрел на кочевницу, ясно ощущая ее напряжение, и помедлил мгновение, прежде чем заговорить снова. — Карлайл говорил мне, что твоя пара — один из стражей, но не упомянул, кто именно. Он заметил, как Наоми неловко заерзала в кресле, сомневаясь, стоит ли раскрывать карты. — Тебе не обязательно говорить нам, если ты этого не хочешь, — мягко заверил он. Наоми поразилась: как кто-то, кто работал на Вольтури, мог говорить так чутко и участливо. В своем деликатном подходе к этой теме он был так похож на Карлайла, что она невольно провела параллель. Улыбка сама собой возникла на ее губах; она слегка кивнула, почувствовав внутреннюю готовность довериться им. Она надеялась, что если они будут знать всю картину целиком, это поможет пролить свет на ее безвыходное положение. — Что ж, какой смысл рассказывать историю лишь наполовину. — Голос Наоми слегка дрогнул; нервный смешок сорвался с губ, а взгляд заметался по комнате. Ее мышцы то напрягались, то расслаблялись в рваном ритме. Она сделала несколько глубоких вдохов, собираясь с духом. Медленно выдохнув и закрыв глаза, она наконец встретилась взглядом с парой напротив. — Это Деметрий. Она изо всех сил старалась говорить ровно, но в голосе всё равно предательски проскользнула дрожь. Тишина, повисшая в комнате после этих слов, напугала кочевницу до одури. Она пыталась прочесть реакцию пары, особенно Елеазара, чтобы понять, что всё это значит. Но чем дольше длилось молчание — а он застыл, словно каменное изваяние, не проронив ни слова, — тем сильнее ледяной страх вползал в ее сознание. Она нервно закусила губу; сейчас ее лицо напоминало морду загнанного зверя. Она хотела спросить их, что означает это пугающее молчание, но слова застряли в горле. Спустя изрядное количество времени Елеазар пару раз моргнул. С подавленной растерянностью он погладил руку жены; его взгляд скользнул по комнате и остановился на Кармен. Между ними завязался немой диалог, от которого с каждой секундой Наоми становилось лишь страшнее. — Что ж, — осторожно начал Елеазар, задержав взгляд на Кармен еще на секунду, прежде чем вновь переключить внимание на гостью. — Это несколько усложняет дело. Наоми поверхностно задышала, не зная, что делать с этой информацией. — Что это значит? Чем это отличается от вашей ситуации? Умоляющий тон Наоми наполнил сердце Кармен грустью; она посмотрела на мужа, надеясь, что он всё прояснит для них обеих. Елеазар тихо вздохнул и улыбнулся жене, но Наоми так и не смогла прочесть его эмоции, поэтому просто приготовилась слушать. — Видишь ли, Аро своего рода коллекционер... я сам понял это лишь недавно. Его не заботит баланс, он жаждет лишь власти. — Он посмотрел на нее спокойным, тяжелым взглядом; его голос звучал тихо, но твердо. — Мой дар был, так сказать, «приятным бонусом», — объяснил он, и на его губах мелькнула тень улыбки. — Но дар Деметрия — это совершенно иной уровень. На несколько секунд в маленькой комнате вновь повисла тишина. Правая нога Наоми нервно постукивала по небольшому ковру под креслом. — Он лучший ищейка, не знающий себе равных, а Аро не держит при себе вторых номеров. Без него репутация Аро — и, собственно, всех Вольтури — сильно пошатнется. Сейчас любой, кто пытается от них сбежать, обречен. Неважно, хочет ли Аро заполучить кого-то, убить или просто отправить стражей на разведку — среди них обязательно будет Деметрий. Он — его личная гарантия того, что любой, кого нужно найти, будет найден. Елеазар объяснял всё это ровным, примирительным тоном. Тишина, заполнившая крошечную комнату, давила свинцовой тяжестью. Нарастающее напряжение можно было резать ножом, но Наоми изо всех сил старалась сохранить лицо. Медленно, но верно его слова доходили до ее сознания, и она больше не могла выдерживать его взгляд. Ее голова опустилась, губы приоткрылись, дыхание стало медленным и тяжелым. Она пустым взглядом уставилась в пол, хотя в голове бушевал ураган мыслей. Жестокая реальность ударила наотмашь. У нее не осталось сил бороться с этим; не осталось причин бороться за их связь. — Ясно. Спасибо, — прошептала она тихим, безжизненным голосом. Она приготовилась встать и уйти; общество других вампиров внезапно стало невыносимым. Ей хотелось побыть одной. Исчезнуть на пару лет, просто думать, пока он — что неизбежно — не найдет ее снова, чтобы она могла сказать ему всё как есть. — Погоди, — окликнул ее Елеазар, когда Наоми поднялась и повернулась к выходу. Она знала, что уйти не прощаясь — это верх невежливости, даже грубости, но она была слишком глубоко погружена в свои мысли, чтобы заботиться об этикете. Услышав его голос, она замерла, но не обернулась. Вся ее поза кричала о смирении с поражением. Она знала, что должна справиться с этим в одиночку. — Мы все знаем, что они связаны узами Челси, — негромко продолжил Елеазар. Он тоже встал, вновь одарив ее теплой улыбкой. — Но когда возникает истинная парная связь, все остальные узы — навязанные или нет — отходят на второй план. Он сделал паузу, и в этот момент Наоми резко обернулась, посмотрев на него мертвым, потухшим взглядом. Ее губы сжались в тонкую линию; она отчаянно замотала головой. — Не надо, — выдохнула она. — Не давай мне ложной надежды после того, что только что сказал. В конце концов, есть только один способ быть нам вместе, а я туда по доброй воле не сунусь. Она говорила шепотом, в каждом ее слове сквозило чистое отчаяние, но Елеазар сохранял спокойствие, сочувственно улыбаясь ей. — Я лишь хочу сказать, что есть шанс, что Челси не сможет удерживать его слишком долго. Приоритеты меняются, и вскоре пара становится самым важным, что есть в мире. Внезапно безэмоциональное лицо Наоми исказилось от ужаса. Ее глаза расширились, когда ее настигло еще одно страшное осознание. — По крайней мере, до тех пор, пока эта пара жива, — прошептала она. — Аро может просто избавиться от меня и сохранить верную марионетку в своих рядах. Мне нужно быть готовой. Наверное, придется больше перемещаться, — начала она бормотать, уже выстраивая в голове планы, как избежать возможной казни. Елеазар какое-то время молча наблюдал за ней. Он прекрасно понимал вероятность такого исхода, но не стал озвучиваться этого, чтобы не усугублять ее страхи. Все знали о Маркусе и его потерянной паре; о том, как эта потеря задушила его, превратив жизнь в жалкое существование. Судя по реакции Наоми, Елеазар понял, что простыми словами ее не успокоить, поэтому сделал то, что считал лучшим в данной ситуации. — Ты будешь в порядке? У тебя есть безопасное место, друзья, у которых ты сможешь пересидеть какое-то время? — спросил он с искренним беспокойством. И хотя она не была членом его семьи, Елеазару от природы была свойственна забота о других, особенно о тех, кто оказался в таком отчаянном положении. Наоми медленно кивнула. Она знала, что не может пойти к Карлайлу. Во-первых, она не имела понятия, где именно он сейчас находится — просто «где-то во Франции», в стране, куда она поклялась никогда не ступать. А во-вторых, она не хотела больше его обременять; он и так сделал для нее более чем достаточно. Аро знал, где она обычно обитает, прочитав мысли Деметрия, а значит, ей нужно было постоянно двигаться. В результате оставался лишь один человек, способный ее найти. В ее взгляде вспыхнула решимость, когда она поняла, что должна сделать. Ей нужно найти их. Если всё, что они ей говорили, правда, они примут ее просьбу. По крайней мере, она на это надеялась. — Да, думаю, есть. Безопаснее места не придумаешь, — ответила она, и на ее лице проступила слабая улыбка. — Осталось только найти их, — тихо добавила она. Наоми наконец снова подняла глаза на Елеазара; ее лицо выглядело куда спокойнее, чем пару минут назад. Она тихо вздохнула. — Спасибо. Мне правда было полезно с вами поговорить. Кармен и Елеазар слегка нахмурились: они понимали, что на самом деле ничем ей не помогли и теперь она будет переживать еще больше. Но если этот небольшой разговор хоть как-то облегчил ее тяжелые чувства, они были рады помочь. — Спасибо за ваше гостеприимство и помощь, — сказала Наоми, когда они спустились на первый этаж и направились к выходу. Таня, Кейт и Гаррет попрощались с ней, но в разговоры больше не вступали. Наоми была абсолютно уверена, что, как только за ней закроется дверь, они начнут бурно обсуждать всё с Елеазаром и Кармен, но ей было всё равно. — В ближайшее время я вас не побеспокою, простите, что нарушила ваш покой. Если вдруг в скором времени увидите Карлайла и его семью, передавайте им от меня привет. — Она выдавила из себя улыбку, вдыхая прохладный ночной воздух. — Обязательно передадим. Счастливого пути, — ответила Кармен. Больше не проронив ни слова, Наоми покинула Денали и отправилась домой. Несмотря на то, что разум приказывал ей немедленно идти на поиски их, сердце вело ее обратно к ее людям, чтобы предупредить их о надвигающейся разлуке. Они имели полное право знать, что она, вероятно, покинет их на долгое время. Мысль о расставании причиняла ей глубокую боль, но она знала, что так будет лучше. По крайней мере до тех пор, пока она не сможет нормально поговорить с Деметрием и убедить его отказаться от их связи. Попытаться забыть друг друга — ради их же собственного блага. В отличие от прошлого раза, сейчас Наоми спешила вернуться к своим подопечным. Она не хотела терять ни минуты, ведь на поиски ее новых «братьев» наверняка уйдет уйма времени. Прошло уже два года с тех пор, как они назвали ее своей сестрой, и она искренне надеялась, что они не отвернутся от нее в такой ситуации. Солнце уже начало вставать, когда Наоми вернулась на свою территорию. С улыбкой она сбавила шаг до человеческой скорости, жадно вдыхая свежий утренний воздух, чтобы запомнить каждый аромат, каждый оттенок запаха. Она не знала, когда сможет вернуться. И ей снова придется ждать, пока он сам найдет ее. Она лишь надеялась, что он придет за ней, даже если она будет находиться среди них — злейших врагов его клана. Ей нужно было поговорить с ним еще раз. Убедить его жить раздельно, как они делали это на протяжении столетий. Если бы только ее сердце не начинало раскалываться на части от одной лишь мысли о том, что в следующий раз ей придется отпустить его навсегда. Сказать последнее «прощай». Но для начала ей нужно было убедить своих братьев. Существовала огромная, вполне понятная вероятность того, что они отвергнут ее мольбу. Откажут ей в убежище, ведь ее присутствие неизбежно навлечет на них внимание Вольтури. Она гадала, куда ей податься в таком случае. Гренландия казалась неплохой альтернативой, или какое-нибудь глухое местечко в Европе... а может, в Азии будет безопаснее? Из горла вырвался дрожащий вздох; она приближалась к своему поселению, зная, что большинство ее людей уже на ногах. Она ласково провела рукой по коре дерева, мимо которого проходила, как вдруг до ее слуха донесся хруст веток и звук приближающихся шагов. Она мгновенно вскинула голову, локализуя источник звука, и сорвалась с места навстречу тому, кто посмел вторгнуться на ее территорию. Первоначальная мысль о том, что это может быть кто-то из Вольтури, тут же испарилась — в тот момент всё, что ее волновало, это безопасность ее людей. К ее полнейшему изумлению, не прошло и минуты, как прямо перед ней остановилась женщина в повседневной одежде. Она была ниже Наоми, с красивой женственной фигурой, а ее красные глаза тепло светились, глядя на кочевницу. Светло-каштановые волосы мягкими волнами спадали на плечи. Наоми слегка прищурилась. Она не вышла из оборонительной стойки, но всё в этой женщине излучало успокаивающую ауру, словно всё ее естество кричало о том, что она не желает зла. Широкая, дружелюбная улыбка озарила губы незнакомки, когда она посмотрела на Наоми. Она слегка приподняла руки, показывая, что у нее нет дурных намерений, однако на Наоми это не произвело ни малейшего впечатления — она была слишком опытна, чтобы доверять подобным жестам. — Я здесь не для того, чтобы причинить им вред, — начала незнакомка высоким, но мелодичным голосом. — Ты, должно быть, Наоми, верно? Услышав эти слова, Наоми буквально опешила; всё ее существо заполнило тотальное непонимание. За всю свою жизнь она еще ни разу не сталкивалась с кем-то, кто знал бы ее до их первой встречи.