Часть 2

- Мама! Мама, смотри! Радостный крик Тедди вырвал Диану из раздумий. Малыш носился по комнате на своей игрушечной метле, а следом за ним бежали домовички Минни и Элли. Они держали руки наготове и выглядели так, словно вот-вот получат сердечный приступ, готовые в любую секунду поймать ребёнка, если он потеряет управление и упадёт. Диана мягко улыбнулась, наблюдая за выходками своего полуторогодовалого сына. Было приятно видеть, насколько он счастлив. Игрушечную метлу Сириус подарил ему на Рождество всего несколько дней назад. По его словам, это была теперь их семейная традиция. С тех пор уговорить Тедди спуститься на землю стало практически невозможно. К огромному отчаянию его нянек. - Скажи «сыр», Лунный Пирожочек! - крикнул Сириус, направляя на малыша фотоаппарат. Раздался громкий щелчок и появилось маленькое облачко дыма обозначая отснятый снимок. - Лунный Пирожочек? Серьёзно, Бродяга? - спросила Диана, приподняв бровь. Сириус лишь пожал плечами. В последнее время он придумывал для Тедди всё новые прозвища, каждое нелепее предыдущего. - Ну да. «Лунный» в честь его отца, а «Пирожочек» потому что он такой вкусный, что я готов его съесть! Ну ты только посмотри на него! Она рассмеялась и действительно посмотрела. Тедди пронёсся мимо них с весёлым хихиканьем, его зелёные глаза сияли озорством, улыбка делала пухлые щёчки ещё милее, тёмные волосы торчали во все стороны, а маленькие ямочки на щечках довершали картину. Результат действительно был именно таким, как описал Сириус. Сладкий пирожочек. - Молодому хозяину Тедди следует летать помедленнее, иначе он упадёт и поранится, - обеспокоенно пробормотала Минни, нервно заламывая руки. - Всё хорошо, Минни. На всей комнате наложены смягчающие чары. С ним ничего не случится, - постаралась успокоить её Диана. Однако её слова явно пропали впустую. Все домовые эльфы Певереллов пребывали в полном восторге с тех пор, как она обнаружила Замок и переехала туда вместе с Сириусом и Тедди. После столетий одиночества, проведённых в заботе о Заповеднике по приказу последнего главы рода, без нового Лорда или Леди на протяжении веков, неудивительно, что они истосковались по человеческому обществу. Они буквально боготворили свою новую госпожу. А маленького Тедди обожали ещё больше. - Ужин готов, госпожа Диана, - чопорно объявил Кричер, появляясь рядом с ними с громким хлопком. - Спасибо, Кричер. Мы скоро придём. Домовик кивнул и исчез. Диана повернулась к сыну. - Ну что, тыковка? Пойдём есть вкусняшку! - Вкусняшка! - радостно взвизгнул Тедди. От восторга он отпустил ручку метлы и захлопал пухлыми ладошками. - Молодой хозяин Тедди! - вскрикнула взволнованно Элли. Малыш мгновенно потерял управление и начал заваливаться набок, но так и замер в воздухе. Диана ожидала чего-то подобного, поэтому была готова и прежде чем ребёнок успел коснуться пола, подхватила его магией. Под восхищёнными взглядами домовых эльфов Леди Певерелл продемонстрировала впечатляющее беспалочковое волшебство и просто притянула хихикающего сына прямо себе в руки. - Попался! - воскликнула она. А затем принялась зацеловывать его пухлые щёки, к огромному восторгу самого Тедди. Где-то рядом снова раздался щелчок фотоаппарата, но Диана даже не обернулась. Она прекрасно знала, что её крёстный ни за что не упустит возможность запечатлеть подобный момент. Впрочем, радость её сына продлилась недолго. Стоило им усесться за стол, как он столкнулся со своим самым заклятым врагом. Настоящим кошмаром всей своей жизни. Овощами. - Нет, мамочка. Не хочу, - заявил Тедди и посмотрел на неё таким умоляющим взглядом, что любой другой человек сдался бы мгновенно. Надутые губки. Огромные невинные глаза. Молчаливая мольба во взгляде. Смертельная комбинация. - Чёрт возьми, этот ребёнок знает, что делает, - пробормотал Сириус себе под нос, отпивая тыквенный сок. - Тыковка, тебе нужно есть овощи. Смотри, повара даже вырезали из них милых зверушек. - Диана подняла кусочек моркови, вырезанный в форме единорога. - Нет, мама. Овощи не вкусные, - возразил малыш. Поняв, что мать не собирается уступать, он решил перейти к крайним мерам. К своему секретному оружию. И действительно, словно по команде, его огромные зелёные глаза начали наполняться слезами, нижняя губа задрожала и перед ними возник образ самого несчастного маленького ангелочка на свете. - Нет, пирожочек, не используй свой главный козырь так рано! - драматическим шёпотом произнёс Сириус, за что тут же получил закатывание глаз от своей крестницы. - Знаешь что, тыковка? Если доешь свой ужин, мама покатает тебя на большой метле, - заговорщически прошептала Диана, с трудом сдерживая улыбку. Слёзы исчезли из глаз малыша так быстро, словно их никогда и не было. Сириус никогда не отличался особым самообладанием, поэтому сразу же расхохотался, когда Тедди принялся запихивать овощи в рот с таким энтузиазмом, будто это была самая вкусная еда на свете. - Ещё сливочного пива, госпожа? - спросила Минни, появляясь рядом с её креслом с тихим хлопком. В руках домовичка держала кувшин охлаждённого сливочного пива. Даже обращаясь к хозяйке, она не сводила взгляда с малыша, а на её лице играла нежная улыбка. Что и говорить - все домовики были от маленького Тедди без ума. Одной улыбкой он мог добиться от них чего угодно. Наблюдая за тем, как сын размазывает еду по лицу и рубашке в отчаянной попытке закончить трапезу как можно быстрее и отправиться летать на метле, Диана не смогла сдержать улыбку. Они играли в эту игру почти каждый день: Тедди отказывался есть овощи, она «подкупала» его, а потом он всё съедал. Хотя все прекрасно знали, что на самом деле он совершенно не против овощей и вовсе не был привередливым ребёнком. Час спустя, после ужина и быстрой ванны, Диана лениво парила над Заповедником Певереллов, Тедди был надёжно пристёгнут к её груди в самодельной переноске. Погода стояла спокойная, ветра почти не было, и всё же Диана наложила на них несколько защитных, согревающих и страховочных чар. Как бы она ни была уверена в своих навыках полёта, всё-таки она летала с ребенком. Тедди радостно визжал и смеялся, пока они пролетали над многочисленными загонами с домашним скотом, пастбищами, где паслись абраксаны, единороги и гиппогрифы, над пустующими зимними полями и многочисленными теплицами, разбросанными по территории владений. Замок Певереллов располагался на сравнительно небольшом острове где-то в Северно-Атлантическом Океане. Его точное местоположение было неизвестно из-за Фиделиуса. Единственным способом попасть сюда было кольцо Главы Рода, которое одновременно служило портключом и было связано почти со всеми защитными чарами острова. Убаюканная плавным полётом, Диана вновь погрузилась в размышления о загадке происхождения рода Певерелл. За прошедшую неделю она ещё пять раз посещала подземелье и всё равно не приблизилась к ответам ни на один из своих вопросов. Неужели братья Певерелл действительно пришли из другого мира? Какова была их связь с драконами? Что произошло с их родным миром? И почему их тела лежали в подземелье, вместо того чтобы быть похороненными в семейном склепе или на кладбище в Годриковой Впадине, где, как она всегда считала, покоился по крайней мере Игнотус? Эти и многие другие вопросы не давали ей покоя. Как и сны. Сны, которые словно стали ещё сильнее после её первого визита в подземелье. Были ли они как-то связаны со всем этим? И если да... То каким образом? Но больше всего её мучила загадка Даров Смерти. Теперь было окончательно подтверждено, что трое братьев из сказки действительно являлись её предками. Судя по всему, они бежали из своего мира в этот при помощи самой Смерти. И получили Дары в подарок. Но почему? И что вообще подразумевал под собой титул «Повелитель Смерти»? Диана сильно сомневалась, что обычный человек способен стать "повелителем" столь колоссальной сущности. И всё же после смерти и возвращения к жизни в ней что-то изменилось. Уже то, что Дары внезапно "растворились" в ее теле, оставив на запястье лишь небольшую татуировку в виде своего символа было само по себе странно, но ведь изменилась и её магия. Беспалочковое волшебство всегда давалось ей легко. Однако после воскрешения контроль над ним словно вырос в десятки раз. Будто она получила какое-то усиление. То же самое произошло после убийства Волдеморта. Она отчётливо помнила это странное ощущение. Ощущение того, что её понимание собственной магии и контроль над ней резко возросли буквально за считанные минуты. Но, возможно, это было всего лишь совпадением, размышляла Диана, крепче прижимая к груди радостно визжащего малыша, когда они ушли в небольшое пике. Возможно, её внезапно возросший контроль над магией не имел никакого отношения к Дарам Смерти и был связан исключительно с... Правом Завоевателя. Об этом Диана размышляла уже довольно давно и эта теория казалась вполне правдоподобной. После убийства василиска на втором курсе она совершенно неосознанно заявила на него право завоевателя, в результате её магический резерв, контроль и даже само магическое ядро получили значительное усиление. Настолько значительное, что всё лето между вторым и третьим курсом ей пришлось терпеть болезненный процесс адаптации собственного тела к произошедшим изменениям. Будучи любопытной, она немедленно начала изучать это странное явление и узнала о нём всё, что смогла найти. Поэтому произошедшее после её воскрешения действительно ощущалось как получение награды после заявления права завоевателя... Но ведь тогда уничтожила крестраж не она. Это сделал сам Волдеморт. Так каким же образом награда всё равно досталась ей? Неужели потому, что осколок души находился внутри неё в момент уничтожения? Новоявленная Леди Певерелл провела следующие несколько дней, размышляя над этими вопросами и одновременно занимаясь своими повседневными обязанностями. Шли дни, ответов все не было. И с каждым днём она становилась всё более раздражённой и растерянной. Добавить к этому бесконечные сны, где ее преследовал тихий шёпот, который постепенно становился всё громче - настолько громче, что она уже могла различить отдельные слова, но всё ещё недостаточно отчётливо, чтобы понять смысл сказанного - и получится крайне не выспавшаяся и до предела взбешённая Диана. В один из таких дней ей наконец удалось выкроить время, чтобы исследовать хранилища в подземелье, пока Сириус и Тедди играли на улице в снегу. Оказавшись на втором подземном уровне, она первым делом задумалась о том, насколько много здесь дверей. При первом посещении они выглядели настолько обычными, что было легко их проигнорировать. Но к настоящему моменту Диана уже должна была усвоить: когда дело касается магии, не бывает ничего "обычного". За первой же дверью, которую она решила открыть наугад, обнаружилось огромное помещение размером в несколько квиддичных полей. Оно было доверху заполнено горами продовольствия и урожая с ферм, которые домовые эльфы собирали, по всей видимости, со времён самого Мерлина. И всё это находилось под чарами стазиса. Сердце Дианы забилось быстрее, когда она поняла, что этих запасов хватило бы на содержание небольшого городка в течение десятилетий. Ремми, глава домовых эльфов Певереллов, рассказывал ей, что одним из главных постоянных приказов, отданных ещё самим Игнотусом Певереллом, был сбор и хранение продовольствия и магических ингредиентов. И по какой-то причине ни один из его потомков так никогда и не отменил этот приказ. - Что Игнотус вообще собирался делать со всеми этими припасами? - рассеянно пробормотала Диана, всё ещё пребывая в лёгком шоке от масштабов своего наследства. Она ещё не знала, что это было лишь начало. По мере осмотра остальных помещений её недоумение только росло. Оказалось, что первый склад с продовольствием был далеко не единственным. Нашлись ещё два таких же. Таких же огромных. Затем она обнаружила гигантское хранилище ингредиентов для зелий и готовых зелий - хотя последних было значительно меньше; полностью оборудованную лабораторию для зельеварения и склад артефактов. Именно там её ожидал настоящий шок. Сотни волшебных палочек. Палочек! Мётлы - пусть и устаревших моделей. Чемоданы и сумки с чарами расширения пространства. Даже волшебные палатки, внутреннее пространство которых было размером с настоящий особняк! И, наконец, бесчисленное количество заготовок под алтари, охранные камни и Камни Рода. Последнее буквально взорвало ей мозг, потому что приобрести хотя бы один такой камень было не по карману подавляющему большинству волшебников. С каждой дверью, которую она открывала, Диана всё больше цепенела от потрясения. Огромное помещение, до отказа заполненное средневековым оружием и доспехами - достаточно, чтобы вооружить несколько тысяч воинов. Другое было забито тканями и кожей, а также готовой одеждой для мужчин, женщин и детей. Ещё одно гигантское пространство было заставлено мебелью, столовыми приборами, украшениями и Мерлин знает чем ещё. А последняя комната... Золото. Драгоценные металлы. Камни. Украшения. Картины. - Как... что... как?.. - Диана потеряла дар речи. Всё это открытие буквально взрывало ей мозг. Какой во всём этом был смысл? Зачем её предкам понадобилось столько ресурсов? Что они вообще собирались делать? Завоевать мир? «И золото тоже, - растерянно подумала Диана. - Помню, как была шокирована количеством золота, которое нашла в хранилищах Певереллов в Гринготтсе. Зачем было хранить его ещё и здесь? Я просто не понимаю...» Само собой, эта небольшая экскурсия оставила после себя ещё больше вопросов, чем ответов. Погружённая в свои мысли, Диана даже не заметила, как снова оказалась в зале с телами трёх братьев. Осознала она это лишь тогда, когда обнаружила себя стоящей рядом с гробом Игнотуса и обвиняюще взирающей на его тело, словно оно могло внезапно ожить и дать ей ответы на все её вопросы. Она так и не смогла найти в замке ни кабинета, ни личных покоев, принадлежавших ему. Эльфы тоже ничем не могли помочь - никто из них не был достаточно стар, чтобы что-либо помнить или знать. В библиотеке также не нашлось никакой информации: ни дневников, ни журналов, которые могли бы объяснить, что, во имя Мерлина, происходило в этом замке. Похоже, Игнотус был единственным, кто мог дать ей хоть какие-то ответы. Но его портрета в сокровищнице она не нашла, а значит, связаться с ним было невозможно... Если только... Задумчиво проведя пальцем по символу Даров Смерти на своём запястье, молодая ведьма внезапно замерла, поражённая неожиданной мыслью. В первый и последний раз она использовала его по дороге в Запретный лес, когда шла навстречу собственной смерти, и тогда поклялась себе никогда больше этого не делать. Это было слишком больно. Но на этот раз она хотела призвать вовсе не родителей и Римуса... Словно услышав её мысли, маленький чёрный камень появился на её ладони, будто проступая прямо из-под кожи. Его грани зловеще поблёскивали в свете магических сфер, освещавших пещеру. Воскрешающий камень. Диана закрыла глаза и трижды повернула камень. Когда она вновь открыла их, рядом с гробом, в котором покоилось его безжизненное тело, стоял высокий красивый мужчина лет тридцати пяти. Одетый в те же кожаные доспехи, с двумя длинными кинжалами на поясе, длинными серебристо-белыми волосами и глубокими аметистовыми глазами, Игнотус Певерелл выглядел величественно и гордо - словно король из старинной сказки и взирал на нее с мягкой улыбкой. - Я ждал твоего призыва, дитя моё. Моя Диана, кровь от моей крови, - спокойно произнёс он, глядя на неё с гордостью и любовью, сиявшими в его фиолетовых глазах. - Предок, - поприветствовала его Диана, уважительно склонив голову. Все это казалось далёким сном, словно не она стояла здесь и спокойно разговаривала со своим давно умершим предком. Словно её сердце не колотилось бешено в груди от восторга и благоговения. Будто она наблюдала за этой невероятной сценой со стороны, откуда-то издалека. Всё происходящее было совершенно сюрреалистичным. - У тебя, должно быть, очень много вопросов... - предположил он, и его улыбка стала шире, словно он прекрасно понимал, что её внешнее спокойствие - всего лишь маска. - Вы говорите так, будто знаете меня, - растерянно заметила молодая ведьма. - Я знаю тебя всю твою жизнь, - с лёгкой грустью признался Игнотус. - Я наблюдал за тобой, так же как наблюдал за всеми своими потомками. Я видел, как ты плакала и страдала, исцелялась и выживала, училась и становилась сильнее, сражалась и побеждала. Я видел, как ты превратилась в сильную ведьму и воительницу, которой являешься сегодня. Я никогда не сомневался, что именно ты найдёшь эту крепость - что именно ты, станешь тем Певереллом, кто однажды вернётся и восстановит Валирию. - Валирию? Значит, это правда? Вы с братьями действительно пришли из другого мира? Но как такое вообще возможно? - от волнения у Дианы закружилась голова. Наконец-то она получала ответы, которых так отчаянно искала. Игнотус кивнул и повернулся к фреске. Его взгляд, наполненный печалью и тоской, заскользил по изображённым на стене сценам. - Валирия была сильнейшей и богатейшей империей моего мира. Её возвышение началось тогда, когда скромные поселения пастухов обнаружили драконьи логова в расположенных неподалёку пещерах в подножии вулкана. Они нашли способ подчинить драконов своей воле с помощью магии и крови, и с того момента их могущество стало стремительно расти. Используя драконов, они покоряли одно королевство за другим, одну империю за другой, пока их владения не растянулись на тысячи километров вдоль побережий Эссоса и далеко вглубь материка, распространившись даже до самых западных берегов. С помощью драконов мы создали Валирийский Фригольд. На протяжении пяти тысяч лет Валирия процветала под управлением сорока Домов драконьих владык... пока не произошла катастрофа. Четырнадцать вулканов - воплощения Четырнадцати Огней, наших богов - изверглись в один день и уничтожили Валирию. На несколько мгновений Игнотус замолчал. Его взгляд расфокусировался, словно он вновь снова переживал те тяжёлые воспоминания. - Но как Вы с братьями выжили? И кто этот человек на фреске? - спросила Диана, указывая на фигуру, изображённую показывающей братьям видение грядущей катастрофы. - Это Балерион, Бог Смерти и Подземного мира. Певереллы всегда были его преданными последователями, даже тогда, когда остальные Дома драконьих владык утратили веру и начали считать себя богами, опьянённые своим богатством, драконами, рабами и завоёванными землями. Именно из-за этой гордыни лишь немногие Рода драконьих всадников сумели пережить катастрофу, - Игнотус горько усмехнулся. - Боги не стали терпеть подобного высокомерия и неуважения. Они наказали валирийцев, возомнивших себя выше божественного суда, помогая лишь тем, кто сохранил веру, и позволив им избежать Рока. Балерион явился мне и моим братьям во сне и предупредил о грядущей катастрофе. Он предложил помочь нам бежать в далёкие земли, благословлённые магией, но поставил одно условие: когда наша родина снова станет безопасной, мы должны будем вернуться, восстановить Валирию и спасти драконов. Ибо драконы являются источниками магии, и с их исчезновением магия нашего мира начнет угасать... а это приведет уже к настоящему апокалипсису. - Значит, вы бежали? - спросила Диана. Он кивнул. - Но если судить по иерархии Родов вон на том рисунке, ваш герб находится среди самых верхних, что, насколько я поняла, означает что ваш Род был одним из сильнейших и богатейших... Тогда почему же вас было всего трое? - не удержалась она от вопроса. - Хорошее наблюдение, дитя, - с гордой улыбкой сказал Игнотус. - Род Певерелл был разделён на две ветви: главную, которой руководил наш покойный отец, и побочную, возглавляемую нашим дядей. За десять лет до Рока члены главной ветви начали погибать при... весьма прискорбных обстоятельствах, пока не остались лишь мы трое. Мы подозревали причастность нашего дяди, но доказательств у нас не было. Ни он, ни остальные члены его семьи не почитали Четырнадцать Огней, так что, думаю, ты понимаешь, почему никто из нас не испытывал желания позвать их с собой, когда нам предложили путь к спасению. Улыбка Игнотуса стала хищной, и Диана внезапно поняла, почему именно он в итоге стал главой Дома. - И что же было дальше? - невольно поторопила она его, полностью заворожённая давно забытой историей своей семьи. - Балерион зачаровал арку в главном храме Четырнадчати Огней, превратив её во врата на Землю. К сожалению, мы не могли взять с собой наших драконов, потому что они бы не прошли через арку. - Улыбка Игнотуса вновь исчезла, оставив после себя лишь маску скорби и боли. - Мой Ветракс... мой верный спутник, мой лучший друг. Он был со мной с самого младенчества. Его яйцо вылупилось прямо в моей колыбели, и с тех пор мы были неразлучны. Разлука с ним разбила мне сердце. Его полные боли крики звучали в моих ушах до самого последнего вздоха. Балерион предупредил нас, что взять драконов с собой не получится, поэтому мы приказали им улететь на один из самых дальних островов и возвращаться лишь тогда, когда Валирия вновь станет безопасным домом для них. Мы просили их сохранить как можно больше драконьих яиц. Не знаю, помогло ли это и удалось ли им вообще спастись... но я молился, чтобы в противном случае их смерть была быстрой и безболезненной. - Мне жаль, - тихо произнесла Диана, не в силах остаться равнодушной к боли, звучавшей в его голосе. Игнотус благодарно кивнул. - А что насчёт яиц в ваших саркофагах? - Это была идея Антиоха. Он считал, что мы сможем взять яйца с собой, вырастить здесь драконов, и они помогут нам стать сильнее и подготовиться к тому дню, когда мы вернёмся домой. Но ни одно из них так и не вылупилось. Нас предупреждали, что в этом мире время течёт иначе. Мы предполагали, что за каждый год, проведённый на Земле, в нашем мире пройдёт пять лет, но не могли знать наверняка. Поскольку Кадмус был самым искусным из нас в магии крови, он с подсказки Балериона провёл ритуал, связавший Эйракса, Мэликса и Ветракса с нашей кровью, чтобы они жили столько же, сколько будет существовать наш род. Это должно было дать им шанс пережить наше отсутствие, если время в нашем мире действительно текло быстрее. К сожалению, мы никак не могли узнать, сохранится ли эта связь, когда нас будут разделять неведомые расстояния между двумя мирами. Игнотус подошёл к одному из постаментов с изображениями их драконов и мягко провёл пальцами по чёрно-фиолетовому дракону. - Ты, должно быть, заметила, что яйцо в моём саркофаге расположено иначе, чем яйца моих братьев. Всё потому, что я не мог смириться с мыслью связать себя с кем-либо, кроме моего Ветракса. Пока мои братья изо всех сил пытались вывести своих драконов, я убрал своё яйцо подальше и старался даже не смотреть на него. Диана невольно восхитилась той абсолютной преданностью, которую её предок испытывал к своему дракону. Это заставило её задуматься, сможет ли она когда-нибудь сама обрести подобную связь. - Расскажи мне о Дарах Смерти, - нерешительно попросила юная ведьма, нарушая тягостную тишину, опустившуюся на пещеру. - Почему Балерион отдал их вам? - Ах, Дары Смерти... конечно... - печально протянул Игнотус и покачал головой. - Это не Балерион дал нам их. Они были подарком самой Смерти. Балерион лишь сказал нам, что Она предложила свою помощь и предложила спрятать нас в одном из принадлежащих ей миров. Единственным её условием было то, что мы примем дары, которые она желала сохранить и доверить нам. Я до сих пор не знаю, почему она вручила нам эти артефакты. Не мне ставить под сомнение решения столь могущественной сущности. Единственное, что я знаю наверняка: эти дары стоили мне моих братьев и оставили меня одного искать путь в этом новом и незнакомом мире... - Значит, легенда правдива? - спросила Диана. - Антиох получил всесильную палочку и погиб из-за того, что хвастался ею, а Кадмуса свёл с ума дух его возлюбленной, которого он призвал с помощью Воскрешающего камня, и потому он покончил с собой? Игнотус тяжело вздохнул и посмотрел на неё. В его взгляде не было злости - лишь усталость. Затем он подошёл к саркофагу, в котором покоилось тело его старшего брата, и положил ладони на крышку, словно пытался дотянуться до него сквозь стекло. - Мы были последними тремя представителями главной ветви рода. И хотя нас осталось всего трое, наша власть над Родом - его могуществом и богатствами - никогда не ослабевала. Антиох был сильнейшим воином и драконьим всадником. Он был нашим мечом, тем, кому предстояло стать следующим Главой. Смерть вручила ему Бузинную палочку, словно заранее зная, что, дай Она ему выбор, он всё равно попросил бы оружие, которое сделает его ещё сильнее ради защиты семьи. Он на мгновение замолчал. - Но палочка, несмотря на всё своё могущество, была всего лишь инструментом. Она могла усиливать заклинания, уменьшать излишние потери магической энергии и повышать контроль, но не даровала знаний. Чтобы раскрыть весь её потенциал, Антиоху требовалось время на изучение местной магии. Но этого времени ему не дали... Его челюсти сжались. - Кто-то подслушал наш разговор о палочке в таверне и подмешал нам в напитки сонное зелье. Пока мы спали, этот человек пробрался в комнату Антиоха и перерезал ему горло, чтобы украсть её. Слова прозвучали спокойно, но в них ощущалась тяжесть прожитой боли. - То несчастье преподало мне очень важный урок, дитя: неважно, насколько ты силен - никогда не теряй бдительности. Игнотус опустил голову, словно вознося молитву за душу брата, затем встряхнулся и повернулся к саркофагу своего второго брата. - Кадмус... Он был жрецом Балериона и магом крови. Его дар - Камень, усиливавший его склонность к некромантии, а точнее к её духовному аспекту, а также многократно укреплявший его магию крови - идеально дополнял оба его призвания, поэтому никто из нас не видел в этом ничего странного. Но день, когда он обнаружил, что с помощью Камня может разговаривать с мёртвыми, стал началом его падения. Игнотус тяжело вздохнул. - Как я уже говорил, перед тем как попасть в этот мир, мы потеряли почти всю нашу семью - родителей, двух сестёр и ещё одного брата. Но Кадмус потерял гораздо больше. Его беременная жена умерла во время родов вместе с их нерождённым ребёнком, оставив после себя лишь пустоту и горе. Он и без того стоял опасно близко к краю бездны, но в тот момент, когда он призвал дух своей жены, я понял, что он обречён... В тот день, когда я нашёл его безжизненное тело, висящее на верёвке, я усвоил ещё один урок: никогда не цепляйся за прошлое. Храни его в сердце, учись на нём, принимай его - но никогда не живи в нём. Эти слова затронули что-то глубоко внутри Дианы. Его история находила отклик в её сердце, открывая неожиданное сходство между ними. Они оба потеряли своих близких. Оба стали последними живыми представителями своих семей - пусть и в разных эпохах - и несли на своих плечах тяжёлое бремя будущего своего Дома. Ей оставалось лишь надеяться, что она окажется достаточно сильной, чтобы усвоить его уроки и перестать жить прошлым, пока не стало слишком поздно. - А что насчёт тебя и твоего дара? - тихо спросила она. - Мантия не была настолько могущественной, чтобы привлекать нежелательное внимание и привести меня к смерти, как Бузинная палочка. И не обладала мистическими свойствами, способными свести меня с ума, как Камень свёл Кадмуса. Из всех трёх даров она оказалась самой полезной, поскольку скрывала меня от чужих глаз и давала время учиться и приспосабливаться. На губах Игнотуса появилась лёгкая улыбка. - Некоторое время я странствовал в поисках того, кто мог бы обучить меня магии, пока не услышал слухи о могущественном волшебнике, ищущем учеников. Так началась моя погоня за знаниями. Хотя я был старше остальных учеников, именно я оказался самым усердным. Будущее моего Дома лежало на моих плечах, заставляя меня становиться лучше. Я учился и учился, впитывая каждую крупицу знаний, которую мог предложить мой наставник, пока ему не стало нечему меня учить. Тогда я покинул его и вновь отправился в путь - искать новые знания, новую силу и способы увеличить своё состояние. Я не знал, когда боги призовут меня обратно, а потому должен был быть готов. Он покачал головой, словно до сих пор поражаясь собственным воспоминаниям. - Этот мир завораживал меня. Его магия была совершенно иной, чем наша, и гораздо более сильной и многогранной. Его магические существа и растения. Его великие волшебники, способные совершать невозможное. Этот мир мог предложить очень многое. Игнотус лукаво ухмыльнулся, и в его глазах вспыхнул тот же восторг, который Диана испытывала всякий раз, когда думала о магии. - Поскольку я уже был опытным воином, я стал наёмником и участвовал в сражениях и войнах - в те времена это был самый быстрый способ заработать деньги. Я зарабатывал, вкладывал, затем зарабатывал ещё больше и снова инвестировал, постепенно приумножая своё состояние. И всё это время я ни на день не прекращал поиски магических знаний. Этот остров я обнаружил во время одного из своих путешествий и превратил его в крепость. Я сам спроектировал и построил этот замок с помощью магии, желая создать место, где можно было бы собрать всё необходимое для восстановления моего Дома. Я собирал магические растения и полезных существ, припасы и артефакты, ткани и оружие - всё, что считал необходимым для восстановления Валирии. Я никогда не прекращал работать ради этой цели, даже когда стало очевидно, что, возможно, я сам уже никогда не вернусь домой. Его взгляд смягчился. - Но я знал, что однажды кто-то из моих потомков вернётся. Перед смертью я завещал своим детям никогда не прекращать накапливать богатства, ресурсы и знания и быть готовыми отправиться в путь, когда придёт время. - И ты действительно считаешь, что это время пришло? Сейчас? Спустя тысячу лет? - недоверчиво спросила Диана. - Боги пытаются достучаться до тебя уже несколько лет, дитя, - ответил он, и в его глазах вспыхнул понимающий блеск. - Как ты думаешь, кто всё это время пытается пробиться в твои сны? Диана почувствовала, как голову всё сильнее сжимает нарастающая боль. Слова её предка звучали невероятно, почти безумно, но где-то глубоко внутри она знала, что он говорит правду. - То есть ты хочешь сказать, что какие-то непонятные сущности хотят, чтобы я собрала вещи, оставила позади всю свою жизнь и отправилась в какой-то далёкий мир? - недоверчиво спросила она. - Только не говори мне, что всю свою жизнь не чувствовала себя чужой среди окружающих. Не говори, что не разочаровалась в Волшебном мире. Ты ведь всерьёз подумывала провести остаток жизни на этом острове, не так ли? - Его слова попали точно в цель, вслух озвучив мысли, которые не давали ей покоя последние пять лет. - Но теперь у тебя есть иной путь. Огромный заброшенный полуостров, наполненный руинами и сокровищами древней цивилизации, принадлежит тебе по праву наследницы. Единственный другой валирийский Дом драконьих владык, переживший Рок, и близко не обладает нашей силой и влиянием, чтобы предъявлять на него какие-либо права. Голос Игнотуса стал твёрже. - Ты можешь превратить этот остров в безопасную гавань для себя, своего ребёнка и своей семьи. Построить место, которое наконец сможешь назвать домом. И помочь спасти драконов - величественных существ, чья кровь течёт в наших жилах - от полного исчезновения. - Но почему именно я? - отчаянно спросила она. Как бы заманчиво ни звучало всё, что он ей предлагал, Диана понимала, что у этой мечты есть и тёмная сторона. - Я очень сомневаюсь, что нигде не найдётся желающих присвоить "сокровища", оставшиеся после вашей могущественной цивилизации. Если я соглашусь на это, мне придётся снова и снова защищать себя и свои новые земли. А я не хочу такой жизни - ни для себя, ни для своей семьи. Я уже вела свои войны! Я сражалась в битвах, через которые не должен проходить ни один ребёнок, и... - И ты побеждала! Снова и снова! - перебил её Игнотус. Его фиолетовые глаза ярко сияли в свете магических огней. - Нет никаких сомнений, что твоя жизнь была полна испытаний, детеныш, но каждый раз ты выходила победительницей. Потому что ты воин. И каким-то образом драконья кровь что течёт в тебе сильнее, чем в любом другом моём потомке. Она зовёт тебя. Горит внутри тебя. Ты Спасительница. Палач. Завоевательница. Неужели ты действительно можешь представить себя сидящей без дела до конца жизни, добровольно заточившей себя в изгнании? Потому что я - нет. Диана упрямо посмотрела на него, отказываясь признавать правду. Её предок тяжело вздохнул и покачал головой. - Тебе не нужно давать мне ответ прямо сейчас, дитя. Но хотя бы пообещай, что подумаешь над этим. И Диана пообещала. И своё обещание сдержала. Она думала об этом, пока покидала зал. Думала, выходя во двор замка, чтобы позвать своих мальчиков обратно в дом. Думала, купая сына и рассеянно улыбаясь его радостному визгу. И продолжала думать два часа спустя, сидя перед камином с бокалом огневиски в руке. Она и сама не понимала, почему так яростно сопротивляется этой идее, какой бы соблазнительной она ни казалась. Возможно, потому что ненавидела, когда её лишали выбора. Её раздражало само осознание того, что кто-то когда-то дал обещание от имени своих далёких потомков. Она понимала, что вообще не появилась бы на свет, если бы не этот человек, и что должна быть ему благодарна. Но всё же... - Пьёшь в одиночестве, щеночек? Голос крёстного вырвал её из размышлений. Диана вздрогнула и подняла взгляд на Сириуса, который ухмыльнулся, налил себе бокал виски и устроился в стоящем рядом кресле. - Мне нужно было подумать... - тихо произнесла она, вернув взгляд на пляшущий в камине огонь. - Всё в порядке, Сохатик? Ты выглядишь так, будто привидение увидела, - сказал Сириус, глядя на неё с плохо скрываемым беспокойством. Ведьма фыркнула, услышав его формулировку, и сделала небольшой глоток. Как ни странно, это было удивительно близко к истине. - Можно и так сказать, - пробормотала она и тихо хихикнула, находя ситуацию до смешного абсурдной. - Сегодня я разговаривала с Игнотусом... Этого оказалось достаточно, чтобы Сириус подавился виски. Очевидно, подобных слов он ожидал меньше всего. - Что?.. - прохрипел он сквозь приступ кашля, пытаясь избавиться от алкоголя, попавшего не в то горло. Диана устало вздохнула и рассказала ему обо всём, что произошло, пока он был занят с Тедди. По мере того как её рассказ продолжался, выражение лица Сириуса становилось всё более ошеломлённым. Он застыл в кресле, внимательно слушая, крепко сжимая бокал, о котором уже давно забыл. - ...Он сказал, что мне не нужно отвечать сразу, и я пообещала подумать над этим, - закончила Диана и снова повернулась к огню. - Это безумие... - Сириус потёр лицо ладонями, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное. - Я, конечно, шутил, что ты инопланетянка, но это...! - Ага... - тихо согласилась Диана. - Так... ты теперь уйдешь в тот новый мир? - Нет... Я не... - тяжело вздохнула Диана. - Просто... не уверена, что у меня вообще есть выбор... - А ты хочешь этого? - искренне спросил Сириус. - Есть выбор или нет, ты хочешь оставить этот мир позади и начать заново в другом? - Я... я не знаю... - упрямо пробормотала Диана, избегая его взгляда. - Но ведь хочешь, правда? Вопрос крёстного не звучал как обвинение, но она всё равно почувствовала необходимость защищаться. - Я не знаю, Сири! Просто... этот мир никогда не был добр ко мне. К тебе. К Тедди. Да я всерьёз подумывала остаться на этом острове до конца своих дней! Мы потеряли так много... стольких людей! Магическая Британия пережила две разрушительные войны подряд, а ничего так и не изменилось! Хогвартс открыл двери для нового учебного года сразу после той бойни, которую они называют битвой, а я до сих пор не могу пройтись по Косому переулку, не видя перед глазами искалеченные и мёртвые тела своих друзей! - Её голос дрогнул. - И вот мне предлагают шанс уйти далеко отсюда. Построить место, где детям никогда не придётся воевать. Место без предрассудков, без ненависти и всей этой чистокровной чепухи! Но мне не нравится, что меня лишают выбора! Мне просто страшно! Страшно попасть в ловушку и потерять ту маленькую семью, которая у меня ещё остал- Она не смогла договорить. Слова застряли в горле, и Диана разрыдалась. - Тш-ш-ш... - Сириус мгновенно оказался рядом. Опустившись на колени перед её креслом, он взял её руки в свои и успокаивающе погладил. - Всё хорошо, щеночек. Ты не потеряешь ни меня, ни Тедди, поняла? Всё будет хорошо... - Прости... Я не хотела плакать, просто... - Никогда не извиняйся за свою уязвимость, Диана, - строго сказал Сириус. - Со мной ты можешь быть настолько уязвимой, насколько захочешь. Это не делает тебя слабой и никогда не заставит меня думать о тебе хуже. Я знаю, ты просто перегружена. И, если честно, я даже рад, что ты наконец даешь эмоциям волю. - Он мягко сжал её ладони. - Нездорово держать всё в себе так, как мы с тобой делали последние два года, милая. Ты всё ещё скорбишь. Всё ещё исцеляешься. И ты устала - особенно после этих снов, которые слишком долго выматывали тебя. Я хочу сказать лишь одно: не будь к себе такой жестокой. У тебя всё получается. Ты заслужила отдых. И заслужила место, где будешь чувствовать себя в безопасности... даже если это место находится в другом мире. Диана посмотрела на своего крёстного и в очередной раз почувствовала благодарность за то, что он есть в её жизни. Он был рядом с ней с того самого дня, когда они нашли друг друга в конце её третьего курса. Тогда она заставила Министерство провести для него справедливый суд, после чего всё оставшееся лето они вместе приводили в порядок дом на площади Гриммо, чтобы она могла переехать к нему. Именно там он пообещал всегда быть рядом. И ни разу не нарушил этого обещания. - Спасибо, Бродяга, - всхлипнула она и слабо улыбнулась. - Всегда пожалуйста, щеночек, - улыбнулся он в ответ и осторожно вытер её слёзы. - Так когда мы отправляемся? - Ты... ты правда пошёл бы со мной? В неизвестность? Оставив позади всё, что у тебя есть здесь? - поражённо спросила Диана. Где-то глубоко внутри она всегда знала, что он согласится. Но услышать это вслух было совсем другим делом. - Конечно, пошёл бы. Мы семья, ты и я. И куда бы ты ни отправилась, я пойду следом. Кровь нас не связывает, но ты все равно моя дочь. И я люблю тебя. Диана почувствовала, как глаза снова наполняются слезами, и улыбнулась кривой, дрожащей улыбкой. - Я тоже тебя люблю. - Так-с, с соплями закончили! А теперь... - Сириус хлопнул в ладоши и вскочил на ноги. - Если мы действительно собираемся это сделать, нам нужно позаботиться о нескольких важных вещах. Они просидели так несколько часов, обсуждая всё, что необходимо было сделать перед отъездом. И оказалось, что дел предстояло немало. Прежде всего, им нужно было посетить Гринготтс, опустошить свои хранилища и продать всю принадлежащую им недвижимость - не было никакого смысла оставлять её позади, ведь путешествие, которое им предстояло, было билетом в один конец. Затем следовало наведаться на Гриммо и забрать всё ценное, в первую очередь книги, артефакты и семейные реликвии. Библиотека Певереллов обладала одной из самых полных коллекций книг по всем мыслимым магическим дисциплинам: различным профессиям, истории, этикету, дуэлям, военному делу и многому другому. Тем не менее они решили дополнить собрание всем новым, что было опубликовано за последние пару столетий, включая книги по немагическим предметам. Также предстояло провести ревизию складов, теплиц и Заповедника, чтобы определить, какие предметы, магические растения и существа ещё необходимо приобрести для полной самодостаточности. После их отъезда возможности что-либо купить уже не будет. Работы было много, но, к счастью, функционирование замка давно было систематизировано её предками, а это означало, что практически за каждую сферу отвечал назначенный домовик. К слову о домовых эльфах - на острове существовало целое их сообщество численностью около двухсот особей, связанных с камнем рода. Они были разделены на различные группы, каждая из которых выполняла свою задачу. Например, отдельные группы были закреплены за каждой теплицей с магическими и обычными растениями; другие ухаживали за скотом и магическими существами, причём для каждого вида существовала своя команда. Были группы, занимавшиеся сбором и заготовкой ингредиентов для зелий, а также группы, отвечавшие за сам замок - уборку, приготовление пищи и прочие хозяйственные дела. Домовые эльфы, отвечавшие за замок и его обитателей, долгое время оставались практически без работы, поскольку никто не жил здесь подолгу. Именно они пришли в наибольший восторг, когда Диана впервые появилась здесь вместе с Сириусом и Тедди. Хотя им и не требовалось много места, и они в основном занимали наскоро обставленные гостевые комнаты на втором этаже (несмотря на настойчивые требования Ремми переселиться в семейное крыло) и небольшую гостиную - ту самую, где сейчас и обсуждались планы подготовки к отъезду. Было решено утром первым же делом отправиться в Гринготтс, поэтому они вскоре разошлись по своим спальням. Диана быстро приняла душ, переоделась в простую майку и шорты, в которых обычно спала, заглянула к Тедди в соседнюю комнату и лишь после этого позволила себе наконец забраться под одеяло на удобной кровати. Она чувствовала, как тяжелеют веки, как напряжение, словно въевшееся в самые кости, медленно покидает её тело. Но прежде чем окончательно отдаться в объятия Морфея, девушка глубоко вдохнула и опустила свои ментальные щиты... Она распахнула глаза, резко вдохнула и мгновенно напряглась, чувствуя как её разум тут же переключился в боевой режим. На мгновение Диану охватила паника, когда она поняла, что совершенно не узнаёт окружающую обстановку, но затем воспоминания о событиях предыдущего дня всплыли в памяти, и она заставила себя успокоиться. Это был всего лишь сон. Кроме того, она прекрасно понимала, на что идёт, когда опускала свои ментальные щиты. Леди Певерелл наконец позволила себе осмотреться и внимательно изучила окружающее пространство. Она стояла посреди огромного идеально круглого зала, пустого, если не считать четырнадцати каменных статуй у стен, искусно вырезанной каменной арки, служившей входом, и высокого узкого окна прямо напротив неё. Диана подошла к арке, чтобы рассмотреть её поближе, уверенная, что уже где-то видела её раньше, хотя так и не смогла вспомнить где. По виду, она находилась в башне, и это предположение подтвердилось, когда девушка подошла к окну и выглянула наружу. Она поражённо ахнула, любуясь открывшимся перед ней захватывающим зрелищем. Комната находилась на вершине очень высокой башни, и отсюда весь город лежал перед ней как на ладони: роскошные дворцы и особняки из светло-серого камня, оживлённые улицы, наполненные людьми, бухта, заставленная кораблями и лодками, и горные вершины, возвышающиеся вдали. И драконы. Драконы всех форм, размеров и расцветок свободно парили в небе, и почти на каждом из них восседал всадник с серебристыми волосами. Зрелище было поистине завораживающим, но внезапно земля далеко внизу содрогнулась, словно от чудовищного землетрясения. Диана вцепилась в подоконник, когда вулкан вдалеке начал извергаться, выбрасывая в небо огонь, лаву и раскалённые камни. Всё произошло настолько быстро, что даже драконьи всадники в небе не успели спастись. Башня яростно затряслась. Диана крепко держалась за подоконник, заворожённо наблюдая за ужасающей картиной внизу, пока камень под её пальцами не начал трескаться. Девушка поспешно отдёрнула руки и отступила к центру комнаты. Именно тогда она заметила пылающий валун, летящий прямо к башне. Диана напряглась и зажмурилась, ожидая удара... Всё внезапно остановилось. Прекратилась дрожь башни. Исчез удушливый запах дыма. Смолкли предсмертные крики людей и рев драконов, доносившиеся снизу. Когда она вновь открыла глаза, то с удивлением обнаружила, что комната изменилась. Мраморный пол покрылся пылью и трещинами, а местами был завален мелкими обломками. Статуи богов остались почти невредимыми, хотя на некоторых появились небольшие сколы и трещины. Стена с аркой частично обрушилась, однако сама арка каким-то чудом осталась целой. Окно исчезло. Вместе с большой частью стены и потолка. Теперь перед ней открывался вид на землю далеко внизу: бескрайняя зелень покрывала руины древнего города, среди которой тут и там торчали острые серые каменные зубцы. Природа явно поглотила некогда величественный город, оплетая даже стены башни толстыми лозами, прорастающими сквозь трещины. Диана попыталась разглядеть далёкие вулканы, но тёмно-серые облака и странная дымка, застилавшая горизонт, почти полностью скрывали их из виду. Ошеломлённая столь резкой переменой, она не сразу заметила, что больше не одна в комнате. - Ну и заставила же ты нас ждать, детеныш. Глубокий голос разорвал тяжёлую тишину древних руин, и Диана мгновенно вернулась в реальность. Она медленно выдохнула, успокаивая свое бешено застучавшее сердце, отвернулась от зияющего пролома в стене и окинула взглядом еще мгновение назад казавшуюся пустой комнату. Перед каждой из каменных статуй стояло по высокой фигуре - мужчины и женщины, все как один обладали серебристо-белыми волосами и глазами различных оттенков фиолетового. Их взгляды выражали самые разные эмоции: раздражение, любопытство, нетерпение, безразличие. Тот, кто заговорил первым, стоял чуть ближе остальных. Он был единственным, кто, казалось, искренне радовался её появлению. На его губах играла лёгкая улыбка. - Я могла бы сказать, что сожалею о задержке, но это было бы ложью, - ровно ответила Диана. Её голос звучал спокойно и уважительно, но без малейшей подобострастности. - Просто у меня был весьма неприятный опыт общения с людьми, пытавшимися силой проникнуть в мой разум. Полагаю, Вы Балерион. - Именно так, - ответил бог, и его улыбка стала шире, словно он испытывал неподдельное удовольствие от происходящего. - А ты Диана Певерелл, последняя кровь Дома Певерелл, та, кому суждено вернуть своему роду былое величие... а возможно, даже превзойти его. - Не знаю, о каком величии Вы говорите, - спокойно произнесла Диана. - Но мне сказали, что всё, что от меня требуется - это спасти драконов от вымирания. Правда, зачем именно это необходимо, мне так никто и не объяснил. Прадед упоминал что-то о том, что магия этого мира умирает, но я до сих пор не совсем понимаю, что он имел в виду. Она заметила, как боги переглянулись между собой. Ни один из них не произнёс ни слова, но Диана была уверена, что между ними идёт разговор - просто не предназначенный для её ушей. Балерион же продолжал смотреть на неё, и его улыбка становилась всё шире, словно он был полностью доволен тем, как складываются события. Что совершенно не добавляло ей спокойствия. Должно быть, он что-то заметил в её взгляде, потому что внезапно коротко рассмеялся. - Прошу прощения, детеныш. Я не хотел тебя тревожить. Просто ты превзошла все наши ожидания. - Диана нахмурилась, но ничего не сказала, ожидая продолжения. Увидев это, Балерион вздохнул, и его поведение резко изменилось. Улыбка исчезла, а лицо стало серьёзным и мрачным. - Похоже, эту историю придётся рассказывать с самого начала. Он замолчал на мгновение, а затем его голос разнёсся по древним руинам: - Что ж. Слушай внимательно, кровь Старой Валирии, ибо то, что мы собираемся поведать тебе, ещё никогда прежде не открывалось ни одному смертному. Его взгляд замерцал глубоким аметистовым светом, когда он начал свой рассказ. - Когда рождается новый мир, магия служит первозданной силой, которая формирует и поддерживает его существование. Это эфемерная сущность, вплетённая в саму ткань бытия, позволяющая возникать целым мирам - как видимым, так и скрытым от глаз. Могущество этой магии напрямую связано со способностями тех, кто ею владеет: чем более развиты маги, тем сильнее магическое влияние на мир. Когда появляются первые маги, их понимание магии ещё примитивно, но по мере того, как они совершенствуют своё мастерство, мир отвечает им тем же, расцветая под тяжестью их силы. По мере развития магов развивается и сама магия. Чем могущественнее магия мира, тем сильнее становится сам мир и его создатели. Именно поэтому технологически развитые миры, полностью лишённые магии, считаются мёртвыми. Отсутствие магии обрывает жизнь мирового ядра и порой приводит к гибели самих создателей мира вместе с ним. Он замолчал, позволяя ей осмыслить услышанное. - Чтобы предотвратить подобную судьбу, мы, боги, стараемся создать все возможные условия для процветания мира - но лишь в момент его сотворения, поскольку Древние Законы строго запрещают дальнейшее вмешательство. Поэтому при создании этого мира мы решились на смелый эксперимент. Чтобы обогатить магию новорождённого мира, Эгаракс, Бог Всех Существ, создал первых драконов, ибо драконы всегда были живыми воплощениями магии и её естественным источником. Когда первые валирийцы обнаружили места их гнездования, Тессарион, Богиня Знаний и Пророчеств, вложила в их разум идею приручить драконов, а Тираксес, Богиня Разума и Мастерства, одарила их талантами, необходимыми для этого. Они действовали тонко, сквозь сны и благословления, чтобы не нарушить Закон. Диане потребовалось несколько мгновений, чтобы переварить всё услышанное. По мере того как продолжался рассказ бога, она всё острее осознавала, насколько колоссальны сущности, в присутствии которых она находится. Одна лишь мысль о том, что эти создания сотворили целый мир - мир, из которого происходил её род - вызывала настоящие мурашки по коже. Она настолько погрузилась в историю, что даже почувствовала лёгкое раздражение, когда Балерион сделал короткую паузу. - Но ради чего? Чего вы пытались добиться? - услышала она вопрошающий голос. - Цель заключалась в том, чтобы усилить врождённую магию местных магов драконьей кровью, что теоретически должно было создать новую ступень эволюции магов. Однако на практике... - Он невесело усмехнулся. - Валирийские маги почти полностью проигнорировали собственно магию и ее потенциал, за исключением магии крови и кое-каких других малых ветвей, и сосредоточились главным образом на своей связи с драконами, став драконьими всадниками. Из-за этого Валирийский полуостров, несмотря на свой огромный потенциал стать величайшим оплотом магии благодаря населявшим его драконам, провёл пять тысяч лет своего существования в состоянии магического застоя. Балерион тихо рассмеялся, но в этом смехе не было ни капли веселья. - И всё же, хотя мы и не достигли ожидаемого результата, нас утешил побочный эффект такого развития - постоянно растущая популяция драконов. Тысячи лет существования столь могущественных источников магии превратили Валирийский полуостров в землю, насыщенную магической энергией. Это привело к более раннему и более основательному формированию лей-линий, которые вскоре распространились по всему миру, хотя их концентрация по-прежнему оставалась наибольшей в Валирии. Так были заложены основы будущего перехода магии мира на более высокий уровень развития, что должно было в свою очередь запустить рождаемость все большего количества магически одарённых детей. Но... Бейлерион тяжело вздохнул и покачал головой. - Что тебе известно о Роке Валирии? Его внезапный вопрос застал её врасплох, и ответить она смогла лишь после того, как вызванные его рассказом образы в ее голове наконец исчезли и дали ей сосредоточиться на ответе. - Я знаю только, что все четырнадцать вулканов одновременно изверглись, уничтожив всё живое на полуострове. Но что-то подсказывает мне, что история на этом не заканчивается... Бог Смерти кивнул. - И ты права. Тысячи лет практики магии крови в глубинах местных вулканов привели к тому, что валирийские маги, невежественные в остальных разделах магического искусства, открыли разломы в Планы Огня и Тьмы. Именно это вызвало одновременное извержение всех четырнадцати вулканов и уничтожение величайшей империи мира вместе почти со всеми живыми драконами, положив начало концу... - Но каким образом гибель драконов может привести к концу мира? - спросила Диана, пытаясь уложить всё это в голове. - Вы сами сказали, что лей-линии уже распространились по всему миру. Значит, положение не могло быть настолько катастрофическим, как Вы описываете. - закончила она, стараясь найти во всём этом хоть какую-то логику. - Лей-линии были недостаточно сильны и даже не успели полностью сформироваться, - объяснил Бог Смерти. - Внезапная гибель столь большого количества драконов - их единственного источника магии - остановила развитие лей-линий на завершающей стадии и положила начало их постепенному угасанию. Этот процесс начался совсем недавно, поэтому время всё ещё есть. Всё можно исправить... но только если действовать, пока не стало слишком поздно. Диана недоверчиво посмотрела на него. Неужели они действительно рассчитывают, что именно она исправит нечто настолько грандиозное? - Но вы же боги, не так ли? Если драконы были настолько важны для вашего мира, почему вы ничего не сделали, чтобы предотвратить Рок Валирии? - Потому что мы не можем вмешиваться напрямую. Древние Законы запрещают нам вмешиваться в дела смертных, - со вздохом признался Бог Смерти, явно подбирая слова с особой осторожностью. - Да, мы знали о грядущем Роке, но не могли его предотвратить. При том направлении, в котором развивалась Валирия, катастрофа была неизбежна. Даже тогда Тессарион пошла на огромный риск и послала пророческий сон одной из своих самых преданных последовательниц - девушке по имени Дейнис из Рода Таргариенов. Ей удалось убедить отца покинуть Валирию за пятнадцать лет до Рока, но когда он попытался предупредить остальных драконьих владык, его никто не послушал. - В последнее время Таргариены стали нашей единственной надеждой спасти магию этого мира от ужасного конца. Будучи единственным драконьим родом, пережившим Рок вместе с частью своих драконов, они казались нам способными восстановить популяцию драконов. И некоторое время они действительно справлялись. Они покорили западные королевства при помощи трёх драконов, объединив их в одно большое государство, которым правили как короли. Но во всех возможных отражениях этой реальности им удавалось лишь отсрочить неизбежное на несколько сотен лет. Последние драконы погибли из-за их внутренних распрей и борьбы за сохранение власти своей семьи. Именно тогда мы поняли, что нужен иной путь. - И поэтому вы отправили моих предков в другой мир, чтобы они стали сильнее и вернувшись могли всё исправить, - задумчиво произнесла Диана. Бог Смерти утвердительно кивнул. - По сути, да. Но, как я уже говорил, мы не можем вмешиваться напрямую. Изначальный план заключался в том, чтобы послать им пророческий сон, подобный тому, что получила Дейнис, и убедить их бежать вместе со своими драконами. Но затем Госпожа Смерть предложила решение, от которого невозможно было отказаться. Бейлерион лишь пожал плечами. - И вы ожидаете, что я отправлюсь туда и исправлю последствия древней катастрофы? Закрою разломы в Планы Огня и Тьмы? Серьёзно? - Она недоверчиво покачала головой. - И как, по-вашему, я должна это сделать? Вы явно спутали меня с Мерлином или еще кем-то его уровня. - Не стоит недооценивать себя, детеныш, - спокойно ответил Бейлерион. - Мы наблюдали за тем, как ты сражалась, побеждала и становилась сильнее. Нам прекрасно известно, на что ты способна. Похоже, ты до сих пор не понимаешь, что драконья кровь является одной из причин того, почему твоя магия столь могущественна. Именно она делает тебя одним из сильнейших магов, когда-либо ступавших по Земле, и вполне возможно ставит на один уровень с тем самым Мерлином, о котором ты говоришь. Неужели ты станешь отрицать, что твоя магическая сила растёт с невероятной скоростью, особенно по сравнению со сверстниками? Диана нахмурилась услышав, что за ней наблюдали. Когда в этом признался Игнотус, это почему-то отозвалось какой-то теплотой в груди. Но мысль о том, что какие-то посторонние сущности - пусть даже боги - следили за её жизнью, заставляла чувствовать себя уязвимой. Словно она стояла совершенно обнажённой посреди переполненной улицы. А затем до неё наконец дошёл смысл другой части сказанного. Проигнорировав откровенную чепуху о том, что она якобы может быть столь же могущественной, как Мерлин (ну да, конечно!), она сосредоточилась на другом. - Одной из причин? Значит, есть и другие? Только не говорите мне, что вторая причина связана с этим бредом про Повелителя Смерти, потому что, уж простите, я не поверю в такую... Она не успела договорить. Внезапно комнату поглотила тьма. Диана резко повернулась вправо и увидела угольно-чёрные, извивающиеся щупальца теней, выползающие из арки. Вместо лестницы, которую она видела раньше, за ней теперь простиралась бескрайняя бездна. Она уже собиралась спросить, что происходит, когда все боги, как один, опустились на колени. От неожиданности Диана потеряла дар речи. - Моя Госпожа... - произнёс Балерион. В его голосе звучали благоговение и преданность, когда он смотрел на арку из своего коленопреклонённого положения. Проследив за его взглядом, Диана повернулась к бездне как раз вовремя, чтобы увидеть высокую фигуру, выходящую из неё. На женщине был длинный плащ, сотканный словно из самой ткани ночи. Хотя Диана никогда прежде её не видела, она мгновенно узнала загадочную незнакомку и почувствовала почти непреодолимое желание последовать примеру валирийских богов и преклонить колени. Одна лишь аура этой фигуры грозила подломить ей ноги. И всё же Диана выдержала это давление и осталась стоять из чистого упрямства. - Госпожа Смерть, - произнесла она, почтительно склонив голову. На краткий миг Диана рискнула взглянуть в бездонные глаза Смерти что виднелись из-под глубокого капюшона, чтобы осознать что смотрит в бездонную пропасть, отражавшую бесчисленные души, которых та провела через завесу бытия. И среди них она увидела лица своих потерянных близких. Искаженные в застывших гримасах ужаса, скорби, сожаления и покоя, они смотрели прямо на нее, их рты беззвучно раскрывались как у выброшенных на берег рыб. Казалось они хотели что-то сказать ей, но из немых ртов не выходило и звука... С болезненным вздохом девушка поспешно отвела взгляд. - Вот мы и снова встретились, Дитя Пророчества, - ответила Смерть так, словно ничего необычного не произошло. Она неспешно приблизилась к Диане, даже не удостоив взглядом стоящих на коленях богов, будто для существ подобной силы было совершенно естественно склоняться перед её присутствием. - Снова, моя Госпожа? - сумела выдавить Диана, чувствуя, что ей становится трудно дышать под тяжестью самой сущности Смерти. - Ну, как же? А мне казалось, у нас состоялась весьма приятная беседа на вокзале. Но, похоже, ты успела об этом позабыть. Диане показалось, что в этом неземном голосе прозвучали нотки веселья. - Я... я не знала, что это были Вы, моя Госпожа, - призналась она, вспомнив разговор с тем, кого после собственной смерти приняла за Дамблдора, все еще не осмеливаясь поднять взгляд. - Поскольку смертные не способны вынести мой истинный лик, при встрече я обычно принимаю облик того, кто вызывает у них сильнейший эмоциональный отклик. В тот день ты шла навстречу своей смерти после того, как узнала правду, которую Дамблдор скрывал от тебя. И хотя твои чувства к нему нельзя было назвать положительными, в тот момент они были сильнее всего, что ты когда-либо испытывала. Поэтому было вполне естественно, что я приняла именно его образ, а не облик твоих погибших близких, - степенно объяснила Леди Смерть. К собственному удивлению, Диана почувствовала облегчение от полученного разъяснения. Всё это время она задавалась вопросом, почему в пространстве между жизнью и смертью к ней явился именно этот старый глупец, а не её мать или отец. Теперь она знала ответ - всё решили её чувства: предательство, гнев, скорбь и боль, захлестнувшие её после просмотра воспоминаний Снейпа. Именно они определили выбор Смерти. - Понимаю... Что ж, несмотря ни на что, я рада узнать, что это были Вы, моя Леди, - сказала ведьма, вновь склонив голову. - Полагаю, вы пришли за Своими Дарами. Каким-то образом они оказались внутри моего тела, и я не знаю, смогу ли призвать их во сне, но если вы дадите мне минуту, я... Диана подняла руку с символом Даров Смерти, и уже собиралась призвать их, когда Леди Смерть остановила её. - В этом нет необходимости, дитя. Они были подарком и уже исполнили своё предназначение. Кроме того, несмотря на все истории о том, будто они способны управлять мной, это всего лишь артефакты. Могущественные, да, но всё же артефакты. Ты ведь и сама это поняла, не так ли? - спросила она, и в её голосе прозвучали игривые нотки. - У меня были такие подозрения. Мне всегда казалось нелепым, что кто-то всерьёз верит, будто Смерть можно подчинить при помощи нескольких сомнительных артефактов, - ответила Диана, покачав головой. По какой-то причине её ответ, похоже, развеселил могущественную сущность ещё сильнее. - Ах да, - тихонько рассмеялась Леди Смерть, и её смех заставил всколыхнуться тени что казалось постепенно поглощали всю комнату. - Ты всегда была умной девочкой, моя дорогая Диана. И полагаю, сейчас ты задаёшься вопросом, зачем я здесь. Причина проста: в награду за службу, которую ты мне оказала, я позволю тебе задать три вопроса и отвечу на них правдиво. Это меньшее что я могу для тебя сделать. Диана едва не подняла голову от удивления, но вовремя остановила себя, не желая вновь совершить ошибку и снова встретиться взглядом со Смертью. Предложение казалось почти слишком щедрым, чтобы быть правдой, но она не собиралась отказываться от столь ценной награды. Первой мыслью было спросить, о какой именно службе идёт речь, однако она быстро решила, что, вероятнее всего, Смерть имеет в виду убийство безумца, пытавшегося обмануть её, и потому задала другой вопрос. - Почему вы подарили Дары Смерти моим предкам? Игнотус говорил, что принятие Даров было вашим единственным условием за помощь в их побеге на Землю, - спросила она, сцепив руки, пытаясь скрыть нарастающее волнение от возможности наконец получить ответы, которых ждала так долго. Леди Смерть слегка кивнула, словно одобряя её выбор. - Я - космическая сущность, воплощение Смерти, и мой священный долг заключается в поддержании равновесия между жизнью и смертью. Время не имеет для меня значения - прошлое, настоящее или будущее существуют для меня одновременно. Я вездесуща. И потому мне всегда известно, когда появляются те, кто считает, что способен бросить мне вызов и обрести бессмертие. Веришь или нет, но подобное происходит куда чаще, чем ты могла бы подумать. Чем могущественнее существо, тем сильнее его жажда бессмертия, ведь оно не способно смириться с мыслью о потере своей власти. Смерть тяжело вздохнула, и в этом вздохе слышалось искреннее раздражение. - Я не всегда вмешиваюсь, поскольку истинного бессмертия не существует - даже я сама смертна - однако в случае с вашим миром я сочла необходимым принять меры. Видишь ли, моя дорогая Диана, в первоначальной временной линии вашего мира война против того отвратительного существа, называвшего себя Волдемортом, должна была оказаться гораздо более разрушительной и продлиться ещё двадцать лет. Очень скоро она бы перекинулась в мир маглов, раскрыв существование скрытого общества магов и приведя к гибели шестидесяти процентов населения Земли, уничтожив почти всех ведьм и волшебников. Леди Смерть ненадолго замолчала, словно позволяя услышанному осесть в сознании. Диана была благодарна за эту паузу, потому что картина, возникавшая в её воображении, была слишком ужасной. От слов могущественной сущности у неё всё внутри похолодело, и она слушала, затаив дыхание. - Всё, что мне потребовалось сделать, это передать несколько могущественных артефактов предкам Избранного, которому было предсказано раз и навсегда покончить с Тёмным Лордом, а также пустить слухи о том, что один из этих артефактов является всесильной палочкой, способной даровать своему владельцу невообразимую мощь. Так родилась легенда, пережившая столетия. Волдеморт уже медленно сходил с ума после того, как расколол собственную душу на столь множество частей, но затем он одержимо зациклился на Бузинной палочке и окончательно низвергся в бездну безумия, что значительно облегчило тебе задачу уничтожить его. На губах Смерти появилась лёгкая усмешка. - И чтобы избавить тебя от необходимости тратить ещё один вопрос - даже если бы ему удалось «завоевать верность» Бузинной палочки, он всё равно проиграл бы тебе. Я связала все три Дара Смерти с кровью твоего рода, сделав невозможным их использование против их истинного хозяина. Именно поэтому только ты способна раскрыть их подлинный потенциал. По той же причине они исчезли внутри твоего тела. Когда все три Дара объединены вместе и служат одному владельцу, их можно хранить в ауре хозяина для более удобного использования. Диана стояла молча, переваривая полученную информацию. Часть её испытывала облегчение от того, что она наконец получила ответы на вопросы, мучившие её с тех пор, как она узнала о Дарах Смерти. Затем она задумалась над следующим вопросом - тем, который оставался загадкой с самого её вступления в магический мир. - Почему я настолько сильна? - выпалила она прежде, чем успела подумать, и тут же поморщилась от собственного вопроса. - То есть... магия всегда давалась мне так же легко, как дыхание. Любое новое заклинание, чары, зелье или проклятие - мне достаточно одного раза, максимум двух, чтобы освоить его в совершенстве. А эти внезапные скачки силы? Я всегда считала, что они связаны с правом завоевателя, но, возможно, есть и другая причина? Даже самой Диане вопрос показался сформулированным не лучшим образом, но отступать было уже поздно. Ей необходимо было узнать правду. Все вокруг давно воспринимали её постоянно растущую силу как нечто само собой разумеющееся, считая это совершенно естественным для Избранной. Но сама она не могла избавиться от тревоги. Иногда ей казалось, что с ней что-то не так, особенно учитывая то, насколько странно и скачкообразно росла её магия. Во всём этом не было ничего естественного. Она до сих пор помнила, насколько легко победила Волдеморта и сильнейших волшебников его внутреннего круга во время последней битвы, как безупречно сражалась со всеми ними одновременно... как буквально ощущала магию, текущую по её венам. - Ещё один хороший вопрос, дитя. Но простого ответа на него нет. Можно сказать, что ты являешься результатом целой череды счастливых совпадений, - как-то странно рассмеялась Леди Смерть. Она медленно обходила Диану кругом, при этом полностью игнорируя преклонивших колени богов, словно их здесь вовсе не было. Что-то подсказывало Диане, что никто из них нисколько не оскорблён подобным пренебрежением. - Одна из причин твоего исключительного магического могущества - драконья кровь, текущая в твоих жилах. Даже спустя столько поколений она остаётся невероятно сильной, делая тебя чистокровной валирийкой. Её сила смешалась с магией местных волшебников, усилив обе стороны этого наследия и приблизив тебя к драконам сильнее, чем любой чистокровный драконий владыка Древней Валирии мог бы когда-либо мечтать. Именно поэтому Певереллы и Поттеры всегда славились своим магическим мастерством. В твоём случае эта и без того мощная смесь была дополнительно усилена тем, что твой отец женился на «новой крови» - так в вашем мире называют ведьм и волшебников, не имеющих магических предков и являющихся первым поколением магов в своей семье. Новокровные считаются благословлёнными самой Магией. Когда они вступают в брак с представителями магических родов, они способны очищать магию рода от примесей и проклятий, накопившихся за поколения, одновременно усиливая магические способности будущих потомков. Учитывая все эти обстоятельства, ты изначально была сильнее любого волшебника или волшебницы своего возраста, а твоя сила продолжала расти по мере взросления, что делало тебя потенциально одной из самых могущественных ведьм своего мира. Диана внимательно слушала слова Смерти и понимала, что всё сказанное звучит совершенно логично. - Полагаю, это не единственные причины? - задумчиво спросила она, чувствуя, что Леди Смерть ещё не закончила. - Это были обстоятельства твоего рождения, объясняющие твою врождённую силу. Однако существуют и усиления, которые ты приобрела при различных обстоятельствах, - задумчиво протянула Леди Смерть, продолжая кружить вокруг Дианы подобно львице, обходящей свою добычу. - Вы имеете в виду право завоевателя? - спросила Диана, хотя её слова больше походили на утверждение. Она и без того знала, что часть её скачков силы была связана именно с этим. - Среди прочего, да, - кивнула Леди Смерть, мгновенно разжигая любопытство молодой ведьмы. - Ты сама того не осознавая заявила право завоевателя уже на втором курсе, когда похвасталась осколку души Волдеморта, что являясь всего лишь второкурсницей убила его самое могущественное оружие, и объявила василиска своей добычей. Обычно этого было бы недостаточно - иначе все ведьмы и волшебники давно бы бегали по миру, убивая друг друга и разных магических существ ради силы. Единственная причина, по которой это сработало в твоём случае, заключалась в колоссальной разнице в силе между тобой и древним чудовищем. Подумай сама: двенадцатилетний ребёнок убивает тысячелетнего василиска, причём не магией, а мечом. Подобный подвиг просто не мог остаться незамеченным Леди Магией. Поэтому она признала твоё право на добычу и наградила тебя усилением магического ядра, каналов магии и увеличением резерва, хотя награда оказалась значительно ослабленной, поскольку ты не провела соответствующий ритуал. Диана задумчиво кивнула. - Похожая ситуация произошла и после того, как ты наконец убила Волдеморта. Поскольку ваши судьбы были связаны Пророчеством, ты получила, если можно так выразиться, «трофеи войны» в виде очередного усиления. Оно могло быть ещё более значительным, если бы к тому моменту он не превратился в жалкую тень самого себя после того, как разорвал свою душу на куски, - пожала плечами Леди Смерть. Всё оказалось именно так, как Диана и предполагала, и ей было приятно наконец услышать подтверждение своим догадкам. Затем она вспомнила ещё кое-что. - Но как насчёт всплеска силы сразу после того, как я вернулась из мёртвых? Он был намного сильнее этих двух случаев, - озадаченно спросила она. - Это был всего лишь результат окончательного уничтожения осколка души, находившегося в твоём теле. Всю твою жизнь он паразитировал на твоём магическом ядре, вынуждая магию тратить более половины своих резервов на нейтрализацию возможных последствий его присутствия. Усиление, которое ты ощутила после возвращения к жизни, было не чем иным, как твоим ядром, впервые заработавшим на полную мощность. Диана глубоко и прерывисто вздохнула, внезапно почувствовав себя невероятно глупо. Как она могла упустить столь очевидную деталь? Она прекрасно знала, что крестражи делают с людьми, которые носят их на себе. Но почему ей никогда не приходило в голову задуматься о последствиях того, что один из них жил внутри неё целых шестнадцать лет? От одной этой мысли её едва не охватила паника. Она представила это отвратительное создание, существующее рядом с её магическим ядром, препятствующее его развитию и заставляющее расходовать почти всю свою силу на борьбу с последствиями его присутствия... Из состояния, близкого к панике, её вывело то, что Леди Смерть внезапно прекратила своё неспешное кружение и остановилась прямо перед ней. Диана не осмеливалась вновь поднять взгляд на лицо сущности, но чувствовала её ожидающий взгляд, словно тяжесть, давящую на саму её душу. - Что ж, теперь перейдём к твоему последнему вопросу. Каким он будет? Предупреждаю - выбирай мудро, - произнесло воплощение Смерти. Мысли Дианы понеслись вскачь, пока она пыталась придумать достойный вопрос. Она уже получила ответы на то, что действительно тревожило её всё это время, и теперь в голову ничего не приходило. Но не каждый день сама Смерть предлагает столь щедрую награду. И потому она просто не могла позволить себе растратить последний вопрос впустую. И тут у нее возникла идея. - Как... как мне закрыть разлом в другой Пла...? - начала она неуверенно, но Леди Смерть тут же перебила её. - Я остановлю тебя прежде, чем ты потратишь эту возможность впустую и оскорбишь меня столь обыденным вопросом - тем более таким, ответ на который ты без труда найдёшь в собственной библиотеке, - строго произнесла сущность. Однако Диана уловила скрытое веселье в её голосе и поняла, что Леди Смерть только что спасла её от растраты последнего вопроса, одновременно дав ответ на тот, который она едва не задала. - Выбери другой вопрос, Дитя Пророчества, и на этот раз будь мудрее. Тишина в зале стала настолько густой, что казалась почти удушающей. Будучи единственной смертной среди всемогущих сущностей, Диана была единственной, кто действительно ощущал её тяжесть. Даже окружающие тени словно дрожали от предвкушения её следующего вопроса. Она уже спросила о прошлом. Спросила о настоящем. Возможно, теперь стоило спросить о будущем. - Если я действительно отправлюсь в другой мир, какая судьба ждёт там меня и мою семью? Смогу ли я защитить своих близких от опасностей этой проклятой земли? - наконец спросила Диана после долгих размышлений, которые показались ей бесконечными. Этот вопрос, похоже, впервые вызвал хоть какую-то реакцию у коленопреклонённых валирийских богов. До этого момента они стояли совершенно неподвижно, словно их собственные статуи, украшавшие круглую стену зала. Теперь же казалось, что они затаили дыхание в ожидании ответа Смерти. Их тревога за будущее собственного мира ощущалась почти физически, проявляясь в напряжении, которое исходило от них подобно невидимой волне. Даже тени будто замерли на полпути, терпеливо ожидая, когда их Госпожа заговорит. Леди Смерть задумчиво хмыкнула и после недолгой паузы произнесла: - Если ты отпустишь прошлое, примешь настоящее и наконец начнёшь смотреть прямо перед собой, то построишь дом для потерянных душ - безопасное пристанище для скорбящих, страдающих и тех, кому больше не ради чего жить... Если ты примешь тот факт, что была рождена для того, чтобы оставить свой след в истории обоих миров, и станешь тем лидером, которым тебе всегда было предначертано стать, тогда никакая сила не сможет остановить рождение Драконьей Королевы, Защитницы Магии. Эти слова ещё висели в воздухе, словно тяжёлый утренний туман, когда тени вокруг начали рассеиваться, будто растаяв под первыми лучами рассветного солнца. Вместе с ними исчезла и закутанная в плащ фигура Леди Смерти. Несколько минут никто не осмеливался пошевелиться. Затем Балерион медленно поднялся на ноги. Следом за ним один за другим поднялись и остальные боги, а на лице Бога Смерти застыло выражение глубокой задумчивости. Вскоре все валирийские боги устремили свои взгляды на Диану, которая стояла одна в центре некогда величественного зала. Секунды ожидания тянулись как часы, но богам было знакомо терпение. Наконец Диана встряхнулась, подняла голову и посмотрела прямо на Балериона. Её лицо было спокойным, а взгляд твёрдым и решительным. - Что от меня требуется?