Часть 8

Атмосфера в одной из многочисленных гостиных семейного крыла Замка Певерелл была необычайно тихой. Зачарованный огонь в камине отбрасывал пляшущие отблески на каменные стены, но даже его тепло не могло развеять тревогу, повисшую в воздухе. Просторная комната с высокими потолками, книжными шкафами вдоль стен, резной деревянной отделкой, уютными диванами и множеством растений обычно казалась по-домашнему тёплой, но сегодня это не приносило утешения никому из присутствующих. Флёр сидела, скрестив ноги, на толстом ковре у камина и подбрасывала в воздух маленького плюшевого дракончика, развлекая Тедди, который устроился рядом, прижавшись к её боку. Его маленькие кулачки крепко сжимали к груди любимую игрушку-гиппогрифа, а глаза всё ещё были красными от недавних слёз. В свои год и семь месяцев он был слишком мал, чтобы понимать все сложности, связанные с путешествием между мирами. Для него всё сводилось к одному: мама ушла, и сколько бы он ни ждал, она пока не возвращалась. - Смотри, Тедди, - мягко проворковала Флёр, заставляя игрушечного дракончика лихо спикировать вниз. - Он совсем как Патронус твоей маман, помнишь? Малыш тихонько шмыгнул носом и кивнул. Его волосы сменили цвет с почти чёрного, как у матери, на светло-золотистый, как у самой Флёр. Она ласково улыбнулась и провела рукой по его голове. На одном из длинных диванов неподалёку сидел Кингсли держащий на коленях толстый фолиант, но за последние двадцать минут так и не перевернувший ни одной страницы. На его шее висел амулет обучающий Высокому Валирийскому языку, тускло поблескивающий рунами. После того как выяснилось, что первоначальный амулет создаёт слишком большую нагрузку на разум людей, не обученных ментальной магии, Диана его переделала. Она перенастроила чары так, чтобы амулет, вместо изначальных полу дюжины языков, передавал только Высокий Валирийский, сократила время обучения до пяти часов и создала множество копий, чтобы ускорить изучение языка для остальных. Они решили сделать этот древний язык своим основным, поскольку не все находившиеся под её защитой говорили по-английски - многие прибыли из разных уголков мира. Грюм сидел рядом с бывшим министром, на шее у него висел такой же амулет, а его волшебный глаз медленно вращался, постоянно мониторя окружающее пространство. - К этому моменту она уже должна была привязать Камень Рода, - наконец тихо заговорил Кингсли. - Или хотя бы подать какой-нибудь знак, - добавил Билл из кресла напротив. Он подался вперёд, уперев локти в колени. - Хотя, пожалуй, ни одно послание не сможет пройти сквозь измерения - даже Патронус. - Возможно, всё оказалось даже хуже, чем мы предполагали, - заметила Дафна из угла комнаты, где сидела рядом с Блейзом на широкой скамье у окна. - Мы и так знали, что эта земля, скорее всего, пропитана тёмной магией. Наверняка это её задержало. Сириус стоял у каминной полки, упираясь в неё руками, и неотрывно смотрел в огонь. Его лицо застыло в напряжении, а обычно бьющая через край энергия потускнела из-за тревоги, от которой он не мог избавиться с тех пор, как Диана попрощалась со всеми и в одиночку шагнула за Завесу. - Я должен был пойти с ней, - пробормотал он, скорее самому себе. - Ты бы сдох, - фыркнул Грюм, по чьему виду было понятно что он уже сыт по горло стенаниями Блэка. - Арке плевать на твои переживания. Только те в ком течет кровь Певереллов могут пройти через нее не померев при этом. - Да знаю я, - резко бросил Сириус. - Но всё равно это кажется неправильным. Во мне тоже течёт кровь Певереллов. Я прошёл ритуал братания с Джеймсом - мы обменялись кровью, и сама Магия признала нас братьями. - Этого могло быть недостаточно, - тихо, но твёрдо возразил Кингсли. - Ты же и сам это понимаешь. Лучше было не рисковать. Сириус отвернулся от огня, несколько раз прошёлся по комнате и наконец тяжело опустился в кресло. - Просто... она там совсем одна. Мерлин знает, с чем ей приходится сталкиваться. - Она не одна, - спокойно произнёс Майкл со своего места возле книжного шкафа. До этого хобгоблин почти не участвовал в разговоре, лишь молча потягивал чай и слушал остальных. - С ней её магия и её ум. Этого более чем достаточно. На некоторое время в комнате воцарилась тишина. - Готов поспорить, она сейчас прекрасно проводит время, пока мы тут застряли подыхая от скуки, - заметил Блейз с лёгкой улыбкой. - Близнецы жалуются на то же самое, - усмехнулся Билл с добродушным раздражением. - Она справится, - твёрдо сказал Невилл, скрестив руки на груди. - Если кто и способен выполнить настолько невозможную задачу, так это она. С ней всё будет в порядке. - Разумеется, будет, - фыркнула Дафна. - Это же Диана, чёрт возьми, Поттер. Флёр подняла взгляд от Тедди, который наконец уснул у неё на плече. - И всё же... прошло уже почти двадцать часов. - Она призовёт нас, когда будет готова, - спокойно ответил Кингсли. - Сначала ей нужно обезопасить местность. Если воздух там всё ещё перенасыщен тёмной магией, мы едва ли сможем нормально пользоваться собственной. - Все мы знаем, как это бывает, - проворчал Грюм. - В таких местах магия работает совсем не так, как должна. Сириус откинулся на спинку кресла и устало посмотрел в потолок. - Тогда остаётся только ждать. Она знает, что делает. - А когда было иначе? - хмыкнул Блейз. Невилл кивнул. - У Дианы всегда есть план. Нужно просто ей довериться.

***

В воздухе витал запах горячего чая и поджаренного хлеба, пока Диана перемещалась по кухне, готовя себе завтрак. За ночь её магия полностью восстановилась, однако тело всё ещё напоминало о вчерашних приключениях: мышцы ныли, суставы ломило, а глубокий шрам от драконьего укуса неприятно тянул каждый раз, когда она двигала правой рукой. Потянувшись за сковородой, она поморщилась от боли и что-то недовольно пробормотала себе под нос. Настроение у неё было далеко не лучшим. Отчасти причиной была боль, но гораздо сильнее её тревожило другое. У нее не было никакой возможности связаться с друзьями. Никакой возможности хотя бы ненадолго узнать, как у них дела. Хорошо ли ест Тедди? Плакал ли по ней ночью? Не забывают ли Флёр и Элли обо всём, что она оставила для него: расписании кормления, любимых игрушках и вещах, которые его успокаивали, колыбельных чарах? Разумеется, она им доверяла. Но даже доверие не могло заглушить болезненную тревогу, рождённую неизвестностью. Она села за стол с простым завтраком: яичницей, тостами и чаем. Казалось, привычная еда должна была создать атмосферу уюта и спокойствия, однако мысли её то и дело уносились прочь. Собственные волосы всё ещё заставляли её вздрагивать от неожиданности. Под лучами утреннего солнца они переливались глубоким серебром, и каждый раз, когда взгляд случайно цеплялся за них - особенно, когда проснувшись увидела серебристые пряди, рассыпавшиеся по подушке - ей снова становилось не по себе. Умываясь, она тоже невольно замерла, встретившись взглядом со своим отражением. Один глаз оставался прежним, зелёным, а второй сиял глубоким фиолетовым цветом. Она уже видела своё новое отражение и знала, что изменилась, но всякий раз собственный образ заставал её врасплох. Нужно было время, чтобы привыкнуть к тому, что из зеркала на неё теперь смотрит кто-то совершенно незнакомый. Но почему изменился только один глаз? Магия, преобразившая её после прохождения через Завесу, оставила после себя куда больше вопросов, чем ответов. Решительно отбросив эти мысли, Диана поднялась из-за стола и начала собираться - впереди было слишком много работы. Она уменьшила палатку до размеров ладони и убрала её в сундук, после чего лёгким импульсом магии активировала Сеть Аурелии. По поверхности зачарованной пластины тут же побежали тонкие светящиеся линии, обозначая расположение разломов, изменения ландшафта и потоки лей-линий. Удовлетворённо кивнув, Диана шагнула через разбитое окно башни, позволила превращению захватить себя и вновь приняла облик дракона. Оборот произошёл быстро и почти привычно - мышцы и кости вытягивались и перестраивались, кожа уступала место переливающейся перламутром чешуе, а крылья расправлялись с шелестом, напоминавшим шум ветра в тяжёлых шторах. Она взмахнула ими раз, затем второй, и поднялась в прохладный утренний воздух. Набирая высоту, Диана пролетела над руинами города, внимательно осматривая землю внизу. К её удивлению, за ночь дым рассеялся ещё сильнее. Он всё ещё был гораздо гуще, чем ей когда-либо доводилось видеть, что было неудивительно при наличии четырнадцати действующих вулканов на таком сравнительно небольшом клочке земли. Однако теперь солнечные лучи пробивались сквозь заметно истончившуюся пелену, озаряя тусклым золотистым светом разрушенные башни, обвалившиеся мосты и рухнувшие акведуки. Но находясь на такой высоте, масштаб катастрофы становился особенно очевиден - полуостров был буквально разорван на части. Она наклонила крылья и поднялась ещё выше, пока перед ней не раскинулась вся территория бывшей Валирии. И тут Диана застыла прямо в полёте. Это больше не был полуостров. Когда-то единый массив суши оказался расколот на куски и теперь на его месте лежали четыре огромных острова. Самый большой из них всё ещё хранил руины столицы. К северу располагался второй остров, на котором, согласно старой карте в кабинета Игнотуса, находился город Орос. Диана прищурилась, заметив неровную водную полосу, отделявшую его от основной части суши. Море между ними странно мерцало, а над его поверхностью поднимались тонкие клубы пара. Это было что-то новенькое. Некоторое время она просто парила в воздухе, наблюдая за клубящейся дымкой. На карте этот пролив никак не обозначался, но догадаться о его происхождении было нетрудно. Он возник после Рока Валирии, когда земля раскололась, а морская вода устремилась в образовавшиеся разломы. По какой-то причине, вода там выглядела неспокойной, словно чем-то встревоженной. Даже с такой высоты Диана ощущала странную энергию, витавшую над её поверхностью. С трудом оторвав взгляд от странной аномалии, она мысленно представила расположение оставшихся Разломов. Один находился на северном острове, другой - на восточном, третий - на западном. Два тёмных разлома, которые ей уже удалось запечатать, располагались на южном острове, где когда-то находилось сердце валирийской столицы. Решение было принято быстро. Сначала она отправится на север, затем на восток. Западный остров, где находился последний Разлом, мог подождать. Именно там лежали родовые земли Певереллов - место, о котором рассказывал ей Игнотус. Там она собиралась установить свой Камень Рода, призвать Замок и основать новый дом. И именно оттуда с самого момента её прибытия в этот мир, доносился едва уловимый, непонятный зов. Он и сейчас ощущался - слабый, но постоянный, побуждающий её лететь на запад. Однако в нём не чувствовалось угрозы. Скорее ожидание. Даже любопытство. Поэтому Диана пока отодвинула это ощущение на задний план и повернула на север, рассекая утреннее небо мощными взмахами крыльев. Во время полёта её мысли вновь вернулись к карте, которую она изучала ранее. Она запомнила расположение девяти Разломов, ведущих в огненный План. Они были далеко не так опасны, как разломы, ведущие в План тьмы, но игнорировать их всё равно было нельзя. Она разберётся с ними позже, когда устранит основные угрозы. И на этот раз не одна. Её друзья точно захотят принять участие, Диана не собиралась потом выслушивать упрёки за то, что все приключения достались ей одной. Она взяла курс на север, её тень заскользила по израненной земле далеко внизу, пока она направлялась к Оросу. Первым городом на её пути стала Тирия. Она была меньше столицы, а её руины занимали сравнительно небольшую территорию, однако следы былого величия всё ещё цеплялись за разрушающийся камень. В самом сердце города возвышался разрушенный амфитеатр, чьи белоснежные ступени покрылись трещинами и заросли упрямыми сорняками. Высокий шпиль неизвестного храма накренился набок и наполовину утонул в зарослях лозы, а обломки колонн торчали из бурной растительности, словно кости гигантского скелета. Улицы оставались безмолвными, если не считать шороха и суеты заражённых тварей: покрытых чешуёй псов с неестественно большим количеством зубов и огромных размеров пауков, покрытых шипастыми пластинами словно бронёй. За Тирией земля тянулась дальше к северу. Сквозь руины пролегала широкая дорога из драконьего камня - прямая и величественная, построенная для того, чтобы соединять города между собой. Она проходила через Тирию и вела к Оросу, который вскоре появился на горизонте. Он был больше Тирии, но всё же уступал размерами разрушенной столице, оставшейся позади. Его стены были толще, хотя теперь их покрывали трещины и следы огня. Над городом возвышались многочисленные башни - многие давно рухнули, но некоторые всё ещё упрямо противостояли ветрам. Великая дорога из драконьего камня рассекала город надвое, невольно направляя взгляд Дианы к тёмной гряде гор за его пределами. Один из пиков всё ещё выбрасывал в небо дым - действующий вулкан. И где-то в его недрах её ждал следующий Разлом в План Тьмы. Диана приземлилась у подножия вулкана, сложила крылья и вновь приняла человеческий облик. Под подошвами сапог земля была тёмной и горячей, а из трещин в камне поднимались тонкие струйки пара. Впереди зиял широкий вход в пещеру, края которого украшали каменные барельефы мифических существ. Она мысленно потянулась к своей магии, ожидая, что близость Разлома исказит её, нарушит контроль, заставит силу вести себя непредсказуемо, но ничего не произошло. Магия откликнулась так же легко, как и всегда - послушная словно идеально заточенный клинок. Даже находясь так близко к Разлому, Диана не чувствовала на себе никакого влияния Тьмы. Войдя внутрь, Диана быстро поняла, что это место когда-то было ещё одним огромным рудником. Стены покрывали глубокие шрамы, оставленные кирками и инструментами, а во все стороны расходились туннели, похожие на вены, прорезавшие толщу горы. Воздух был тяжёлым от пыли и отдавал слабым металлическим запахом руды. Вдоль средневекового подобия деревянных рельсов валялись перевёрнутые телеги, чьи колёса давно покрылись ржавчиной. Разного рода инструменты были разбросаны так, словно работа оборвалась на полпути. Казалось, стоит прислушаться - и можно будет услышать отголоски ударов кирок о камень, бесконечный труд множества людей, годами работавших в этих глубинах. Главный туннель уходил всё дальше в недра горы, разветвляясь на более узкие проходы и образуя настоящий лабиринт. Следы страданий встречались здесь на каждом шагу. В стены были вмурованы цепи - одни разорванные, другие словно сплавившиеся с камнем. По забытым углам белели кости, многие настолько маленькие, что могли принадлежать подросткам. Воздух здесь казался вязким и давящим, пропитанным многовековым отчаянием и тёмной магией, въевшейся в саму породу. С каждым шагом температура становилась всё выше, но она ощущала лишь ровное тепло. В конце концов она обнаружила скрытый путь - узкие проходы, спрятанные за фальшивыми стенами и ведущие в тайные помещения, где валирийские маги когда-то практиковали своё отвратительное колдовство. Там стены буквально сочились ещё более глубокой скверной, насквозь пропитанной следами древней кровавой магии. Диана продолжала идти вперёд, пока запутанный лабиринт туннелей наконец не вывел её в пещеру, где находился Разлом. Он висел в воздухе подобно незаживающей ране - неровный, рваный и нестабильный. Его края тускло мерцали фиолетовым светом в отблесках расплавленной породы, просачивавшейся сквозь трещины в полу. Из Разлома струились завитки тьмы, тянувшиеся наружу словно клубы дыма, чтобы тут же раствориться в раскалённом воздухе. Всё пространство пещеры пульсировало его присутствием, а камень едва заметно дрожал, будто был живым. Не обращая внимания на зловещее зрелище, Диана приступила к ритуалу. Крепко удерживая посох, она начала выводить на неровном каменном полу руны. Один за другим вокруг Разлома возникали круги света, сцепляясь между собой и постепенно образуя сияющую пентаграмму. Когда она начала произносить слова заклинания, Разлом попытался сопротивляться, вспыхнув мощным выбросом теней, однако наложенная ею защита выдержала натиск. Диана привычно усилила давление, пока Разлом не содрогнулся и не схлопнулся внутрь себя с треском, напоминающим раскалывающийся камень. Пещера погрузилась в тишину. Воздух очистился, а тяжёлая тьма растворилась, уступая место тусклому свечению проступающей кое-где сквозь камни лавы. Диана медленно опустила руки. Её дыхание оставалось ровным и спокойным. На этот раз не было ни напряжения, ни жгучего давления, пытавшегося раздавить её тело. Закрыть Разлом в этот раз оказалось удивительно просто - почти не потребовало усилий. Она нахмурилась, задумчиво глядя на пустое пространство, где ещё недавно зияла трещина в иной план. Иммунитет к влиянию Тьмы полученный в награду за Право Завоевания многократно облегчил ей работу, однако происходящее всё равно вызывало беспокойство. Всё прошло слишком легко. А это редко предвещало что-то хорошее. Она не стала задерживаться надолго. Вместе со своим Патронусом, Диана прошла через бесчисленные туннели, тянувшиеся на многие километры под землёй, выжигая тьму, отчаяние и боль, впитавшиеся в камень, и даруя покой останкам рабов, навсегда оставшихся в этих глубинах. Когда шахта была окончательно очищена, она оставила вулкан позади и вновь поднялась в небо, направившись на восток. Пейзаж под ней постепенно менялся. Выжженные руины поселений уступали место зелёным просторам. Бескрайние леса переходили в открытые равнины, где табуны диких лошадей неслись плотными группами, а их гривы вспыхивали золотом под солнечными лучами. Вскоре впереди показался город Нака. По своей планировке он почти не отличался от Ороса, однако имел одну заметную особенность. Вдоль восточного побережья раскинулись руины огромного порта: причалы были разрушены, а вся береговая линия усеяна обломками кораблей. Рыбацкие лодки, расколотые надвое, торговые галеры, завалившиеся на бок, и даже торчащие из волн рёбра когда-то могучих военных кораблей создавали впечатление грандиозной катастрофы. Однако Диана не стала задерживать взгляд на руинах и направила полёт к дымящейся горе, возвышавшейся за городом. Приближаясь к горному хребту, она прищурилась. Среди скал неподалёку от дымящегося вулканического пика зашевелились две серые фигуры. Медленно распрямившись из положения, в котором до этого лежали, они начали подниматься. Крылья раскрылись с сухим кожистым хлопком, а затем над горами прокатился низкий предупреждающий рёв. Этот облик Диана узнала сразу. Тёмная зазубренная чешуя. Светящиеся красные глаза. Давящая аура злобы и ненависти. Они были похожи на искажённого тьмой дракона, с которым ей пришлось сражаться накануне, того самого, что едва не откусил ей голову. Оба чудовища были огромны. Их тела покрывали бесчисленные шрамы, а разорванные во многих местах крылья свидетельствовали о множестве пережитых битв. Каждый из них многократно превосходил размерами её собственную, гораздо более стройную и компактную драконью форму. Но ждать первого удара Диана не собиралась. Она произнесла ритуальные слова, заявляя перед Матерью Магией свои права на будущую добычу, и рванулась вперёд, легко минуя потоки обжигающего черного пламени, которые оба дракона одновременно обрушили на неё. В следующий миг она резко взмыла вверх, а затем стремительно обрушилась на голову ближайшей твари. Вцепившись передними лапами в зазубренные наросты на его морде, Диана напряглась, грубой силой распахнула огромную драконью пасть и выдохнула прямо в его глотку поток изумрудного огня. Его шкура была неуязвима для пламени, чего нельзя было сказать об его внутренностях. Рёв чудовища превратился в захлёбывающийся вопль, стоило изумрудному пламени начать пожирать его изнутри. Огромное тело начало падать вниз, а Диана оттолкнулась и взмыла в сторону как раз в тот момент, когда второй дракон выпустил в неё новый поток черного огня. Прямо в воздухе она снова приняла человеческий облик и аппарировала на огромную голову чудовища, что была больше всего её драконьего тела. В её руке сверкнула валирийская сталь. С громким криком Диана вонзила клинок ему в глаз, и зверь яростно забился, пытаясь сбросить её. - Энгоргио! - выкрикнула она. Магия устремилась в меч, заставляя его увеличиваться всё сильнее и сильнее, пока лезвие не пробило череп и не вошло в мозг. Его предсмертный рёв сотряс небеса, прежде чем тело камнем полетело вниз. Диана аппарировала на скалы у подножия горы, тяжело дыша и наблюдая, как оба исполина падают на землю с такой силой, что гора содрогнулась и с её склонов посыпались огромные куски породы. Она едва успела перевести дух, когда лес внизу словно ожил. По склону прокатились визги, вой и низкое утробное рычание. Послышался треск кустов и звук когтей, рвущих подлесок. В следующее мгновение из леса хлынула целая волна зверей - волки, кабаны, медведи и даже олени с рогами, острыми как копья. Их были сотни, и все они мчались прямо на неё. Их глаза светились кроваво-красным светом, движения были дёргаными и безумными, а от тел исходил удушающий запах скверны. Диане хватило одного взгляда, чтобы понять, что произошло. Тьма запустила свои когти в каждого из них. Они были здесь не случайно. Они охраняли Разлом. Губы последней представительницы Рода Певерелл сжались в тонкую линию. Ну ведь чувствовала же, что всё проходит слишком легко. То, насколько просто ей удалось закрыть Разлом в Оросе, изначально не давало ей покоя. Инстинкты настойчиво твердили, что что-то не так. Теперь она поняла почему. Тьма не собиралась сдаваться без борьбы. Она выхватила палочку настолько быстро и привычно, что осознала это лишь мгновение спустя. Тело само приняло боевую стойку, каждая мышца была напряжена, а адреналин сделал мысли удивительно ясными. Количество врагов, особенности местности, манера движения одержимых тьмой зверей - каждая деталь мгновенно отпечаталась в её сознании. Пульс выровнялся, дыхание стало ровным и спокойным. На губах Дианы появилась лёгкая, но опасная улыбка. Ей не хотелось это признавать, но именно в таких ситуациях она была сильнее всего. Война закалила её, превратив в человека, способного действовать быстро, точно и без жалости. Она была бойцом, и этим существам - сколько бы их ни было - предстояло очень быстро понять, что бросаться на неё в лобовую атаку было чистым самоубийством. Диана не колебалась ни секунды. Её палочка мгновенно нацелилась на ближайшего волка - огромную тварь с челюстями, усеянными зубами, слишком большими для его черепа. Куски шкуры свисали с его тела, открывая болезненно-серую плоть и вздувшиеся мышцы. - Секо! - резко выкрикнула она. Режущее заклинание полоснуло зверя по груди, но лишь бессильно рассеялось, столкнувшись с его осквернённой плотью. Чудовище даже не дрогнуло. Оно лишь зарычало и бросилось вперёд, сверкая красными глазами. Именно этого Диана и ожидала. Прямые атакующие заклинания были бесполезны. Тот же урок она уже усвоила во время боя с драконами - их природная устойчивость к магии усилилась почти до полной неуязвимости. С драконами сработал меч, вонзённый в мозг, но здесь? Когда на неё неслись сотни существ, а из леса каждую секунду появлялись новые, такой способ был невозможен. Ей нужен был размах. Её палочка стремительно рассекла воздух. Земля под лапами несущихся вперёд тварей мгновенно изменилась. Почва и камни превратились в острые стальные шипы, которые вырвались из-под земли. Десятки волков, кабанов и оленей пронзительно завизжали, когда лезвия вспороли их тела. Несколько мгновений они бились в судорогах, а затем обмякли. Диана не останавливалась. Взмахом палочки она подхватила их тела заклинанием и швырнула в следующую волну атакующих. Туши мёртвых зверей врезались в стаю, сбивая существ с ног, замедляя их и ломая строй. Она сражалась холодно и расчётливо. Каждое движение было продумано, каждое заклинание выбрано так, чтобы не тратить силы впустую, а превращать само поле боя в оружие. Одержимые звери бесконечным потоком вырывались из леса, но Диана встречала их с беспощадной эффективностью. Сама земля стала её союзником. Она поднимала стены из зазубренного камня, загоняя существ в узкие проходы, а затем обрушивала почву под их лапами, сбрасывая целые толпы в глубокие ямы, утыканные острейшими металлическими кольями. Когда звери пытались выбраться наружу, она заполняла ловушки огнём. Зелёное пламя взмывало вверх ревущими столбами, после чего земля снова смыкалась над ямами. Упавшие деревья превращались в железные хлысты, которые хлестали и дробили всё, что оказывалось рядом. Огромные валуны разлетались на смертоносные осколки, взрываясь прямо в воздухе и разрывая осквернённую плоть. Когда сверху с пронзительными криками обрушились птицы, Диана встретила их мечом. Меч Гриффиндора сверкал в её руках, без труда рассекая крылья и шеи. Немногие звери, которым удавалось прорваться через её защиту, заканчивали так же. Она убивала их одного за другим. Клинок безошибочно находил уязвимые места, а её движения оставались быстрыми и беспощадными. На мгновение она задумалась об Адском Пламени. Эта разрушительная магия уничтожила бы зверей быстрее любого другого заклинания. Но Диана тут же отбросила эту идею. Даже в обычных условиях Адское Пламя было почти невозможно контролировать, а учитывая находящиеся рядом разломы в планы тьмы и огня... Никто не мог сказать, во что превратится заклинание под их влиянием. Она не собиралась рисковать и случайно сжечь дотла весь остров. Минуты тянулись мучительно долго, словно часы, но в конце концов земля вокруг оказалась усеяна телами убитых тварей, а воздух наполнился тяжёлым запахом крови, гнили и дыма. Лес снова затих. Последние рычания и визги постепенно растворились в тишине. Вся заляпанная гнилой кровью, Диана стояла посреди поля боя, тяжело дыша и всё ещё сжимая меч в скользкой от крови тварей руке. Внезапно сверху донёсся низкий, раскатистый звук, и Диана резко подняла голову. Она знала этот звук - такое глухое рычание драконы издавали перед тем, как выпустить пламя. В ту же секунду она вскинула палочку. - Протего Максима! Чёрное пламя обрушилось на неё подобно огромной огненной волне. Щит вспыхнул и выдержал удар, но жар оказался невыносимым. Сам воздух обжигал лёгкие, и лишь недавно обретённая устойчивость к огню спасала её от мучительной смерти. Несколько бесконечно долгих мгновений вокруг бушевал удушающий шторм из огня и тьмы, а затем всё закончилось. Обожжённая земля вокруг шипела и дымилась. Диана подняла взгляд на дракона, кружившего высоко в небе. Он был огромным - намного больше трёх чудовищ, с которыми ей уже довелось сражаться. Его тень скользила по разрушенной земле, пока он неспешно разворачивался в воздухе, готовясь к новой атаке. Ведьма не собиралась давать ему такой возможности. Развернувшись, она направила палочку на лес под траекторией его полёта. Лес мгновенно откликнулся. Толстые стволы и ветви рванулись вверх, словно живые цепи, обвиваясь вокруг шеи, крыльев и тела дракона. Чудовище яростно взревело и попыталось вырваться, но трансфигурированные ветви даже не дрогнули. Они сжимались всё сильнее и сильнее, а затем с огромной силой дёрнули тварь вниз. Дракон рухнул на землю с таким грохотом, что затрещали кости. Земля содрогнулась, во все стороны разлетелись , щепки, комки земли и камни, а его крылья сломались, словно сухие ветки. Рёв дракона превратился в полный боли вой, который эхом прокатился по горам. Но прежде чем Диана успела приблизиться и добить пойманного зверя, земля под ногами вздрогнула настолько сильно, что она еле удержалась на ногах. Вход в недра вулкана взорвался фонтаном огня и камней. Из клубов дыма вырвалась тёмная фигура. Существо двигалось с пугающей скоростью - словно сгусток живой тьмы. Оно врезалось в её щит со звуком разбитого стекла. Удар отбросил нападавшего назад, но щит не выдержал. По его поверхности побежали трещины, и через мгновение он разлетелся на тысячи осколков света, которые тут же исчезли без следа. Инстинкты взяли верх. В ту же секунду как рухнул щит, Диана мгновенно аппарировала вбок, появившись на неровном скальном выступе, продолжая следить за противником. Это существо не было похоже ни на что, с чем ей доводилось сталкиваться раньше. Не зверь, не человек и не какое-либо известное ей создание. Перед ней извивалась масса живой тьмы, постоянно меняющая форму. Её края клубились, словно дым, а из самого центра исходила удушающая злоба. На мгновение Диане показалось, что перед ней Обскур. Чистая разрушительная магия, рождённая отчаянием. Но здесь не могло быть Обскура. В Валирии не было детей связанных с магией так, как в её родном мире. Существо издало странный звук и снова бросилось на неё, пронзая воздух с невероятной скоростью. Диана исчезла прежде, чем оно успело её достичь, и появилась в нескольких метрах в стороне. Мысли лихорадочно метались. Ещё одна атака. Ещё одно безупречное уклонение. И тут она всё поняла. Её глаза расширились от удивления. Это был вовсе не Обскур. Это было нечто гораздо хуже. - Элементаль Тьмы, - прошептала она себе под нос. - Чтоб меня... Осознание сдавило её изнутри холодной тревогой. Это было не просто ещё одно одержимое существо. Перед ней находился настоящий обитатель тёмного плана, который каким-то образом сумел проникнуть в этот мир через Разлом. Но хуже всего было другое - он сумел подчинить себе осквернённых тьмой зверей и использовать их для защиты Разлома. Это открытие отвлекло её всего на долю секунды, но этого оказалось достаточно. Сгусток тьмы врезался в неё с силой несущегося на полной скорости поезда, оторвал от земли и отбросил далеко в сторону, словно она ничего не весила. Спасли её только инстинкты. Несмотря на вспышку боли в груди, сознание мгновенно прояснилось, а тело сработало само. Уже в полёте она аппарировала, прежде чем могла врезаться в деревья и переломать себе все кости. Диана тяжело приземлилась на другом конце поляны. Лёгкие горели огнём, а каждый вдох отзывался болью в рёбрах. Рот наполнился кровью, и она сплюнула её в сторону, не отрывая взгляда от извивающегося сгустка тьмы напротив. Меч всё ещё был зажат в её руке, но в данном случае он был бесполезен. Поэтому Диана убрала его обратно в ножны. Элементали были разумными существами, состоящими из чистой энергии и воплощавшими сущность своей стихии. Они были полностью невосприимчивы к физическому урону, поэтому меч против такого противника был совершенно бесполезен. Хаотично перемещаясь по поляне, аппарируя из одного места в другое и уклоняясь от одной атаки за другой, Диана пыталась вспомнить всё, что знала об этих существах. Элементали Тьмы являлись воплощением ночи, распада и отрицательной энергии и обычно были уязвимы для магии света. Они могли внушать страх, вселять ужас, ослаблять волю противника и высасывать его магию. Однако на неё это не действовало. Благодаря Мастерству в Магии Разума её сознание было защищено надёжнее железной крепости, и проникнуть в него было практически невозможно. Сами по себе элементали Тьмы не были по-настоящему злыми существами. Но они часто враждебно относились к другим, потому что питались страхом, отчаянием и прочими негативными эмоциями. Кроме того, они вытягивали жизненную силу, тепло и магическую энергию, становясь всё сильнее по мере затягивания боя. Диана не останавливалась ни на мгновение. Каждый раз, когда тень бросалась на неё, она исчезала и появлялась в другом месте. Удары существа разрывали воздух там, где она находилась всего секунду назад. Пока её тело продолжало уклоняться, разум быстро перебирал всё, что ей было известно. Многие элементали Тьмы были привязаны к Разлому, артефакту или осквернённому месту. Если уничтожить такую привязку, элементаля можно было изгнать. Однако они также были уязвимы для солнечного света, огня, светлой магии и чар, основанных на надежде или любви, таких как Патронус. Закрыть Разлом сейчас было невозможно - существо охраняло его и каждый раз отрезало ей путь к входу в рудник, стоило ей попытаться приблизиться. Поэтому единственным оружием, которое она могла использовать, оставалась магия света и заклинания, основанные на положительных эмоциях. Только ими она могла атаковать достаточно быстро, чтобы иметь хоть какой-то шанс на победу. - Экспекто Санктус Патронум. Её голос прозвучал уверенно хоть дыхание и вырывалось из лёгких с хрипом. В ту же секунду, как слова заклинания сорвались с губ, вокруг вспыхнул свет. Через её палочку пронеслась волна чистой магии, гораздо более мощная, чем требовало заклинание, и Патронус вспыхнул перед ней ослепительным светом. В воздухе развернулся огромный восточный дракон. Бледно-голубой и сияющий, он издал могучий рёв, от которого содрогнулась вся поляна. Его тело мерцало, словно было соткано из живого звёздного света, чешуя переливалась при каждом движении, а светящиеся глаза сразу же устремились на извивающуюся тень впереди. Элементаль жутковато взвизгнул, его форма начала искажаться и расползаться на рваные, угловатые очертания, словно сам свет причинял ему боль. Патронус не колебался. Движимый её приказом, он ринулся вперёд, его длинное тело пронеслось через поляну, словно клинок из света. Когда он ударил, по земле прокатился треск, а белые искры столкнулись с чёрной тьмой. Тень пошатнулась, сжалась внутрь себя, а затем снова взорвалась наружу извивающимися щупальцами, которые хлестали и били дракона. Каждый удар обрушивался с безмолвной силой, заставляя дрожать сам воздух. Тьма плотными кольцами обвивала сияющие лапы и пышную гриву, пытаясь задушить их свет, но дракон вырывался снова и снова, оставляя за собой следы света, похожие на падающие звёзды. Он вновь взревел, разрезая неестественную тишину, повисшую над лесом и отбросил элементаля назад. Элементаль ответил ударом. Его тело сжалось в чёрное копьё, которое вонзилось прямо в грудь Патронуса. Дракон пошатнулся, но не рассеялся. Его тело задрожало, сияние вспыхнуло ещё ярче, и он резко сомкнул челюсти на тени. Свет и тьма сцепились друг с другом - надежда против отчаяния. Они давили, скручивались и сталкивались в буре чистой первозданной энергии. Диана могла лишь стоять на месте, крепко сжимая палочку и вливая магию в Патронуса, поддерживая его силу. Она ждала подходящего момента. Это была уже не просто схватка двух существ - это была борьба её воли против самой сущности разлома. Патронус сжал челюсти ещё сильнее, всё глубже впиваясь в изменчивую тень, а затем изверг поток белого пламени. Очищающий огонь окутал элементаля, и тот издал пронзительный вопль, от которого у Дианы заныли зубы. Его форма начала сжиматься и увядать под натиском света, становясь всё меньше и слабее, пока драконье пламя не швырнуло его вниз. От удара земля раскололась, а почва и камни разлетелись во все стороны. Глаза Дианы сузились. Вот оно. Ослабленный и изломанный, элементаль наконец обрёл подобие материальности - пусть и ненадолго. Теперь его можно было по-настоящему ранить. Она подняла палочку, сохраняя ровное дыхание, несмотря на боль в рёбрах, и сквозь стиснутые зубы произнесла: - Сол Инвиктус, Лакс Сэвитум. (Непобедимое Солнце, покарай его своим светом.) Стоило заклинанию сорваться с кончика палочки как мир утонул в ослепительно-белом свете. Это было одно из самых сложных и опасных заклинаний, стоявшее в одном ряду с Адским Пламенем из-за своей неуправляемой природы. Оно быстро истощало волшебника и могло даже сжечь палочку, если вложить в него слишком много магии. Но Диане о подобном переживать не приходилось. Её огромный запас силы свободно проходил через Бузинную палочку, а древнее дерево словно само жадно впитывало этот поток, будто было создано именно для такой магии. Из палочки вырвалось ослепительное копьё солнечного света. Оно было настолько ярким, что деревья вокруг отбросили на поляну резкие чёрные тени. Луч ударил элементаля прямо в центр, и существо забилось в судорогах, отчаянно пытаясь вырваться из обжигающего света. Там, где солнечный свет касался тьмы, она отслаивалась целыми пластами, словно горящая ткань. Тень закричала - высокий, режущий слух звук вонзился Диане в уши и отозвался болью в голове. Казалось, даже сам лес содрогнулся от этого вопля. Под напором луча тело элементаля начало распадаться. Чёрные щупальца рвались одно за другим, скручивались и отступали, словно пытаясь спрятаться. Но от такого света не было спасения. Сконцентрированный солнечный луч прорезал тварь насквозь, расколов извивающуюся массу пополам. На одно короткое мгновение части эфемерного тела ещё держались вместе, дрожа, как пламя на ветру, а затем ядро существа разрушилось. С последним оглушительным воплем элементаль окончательно распался. Его тело превратилось в серый пепельный туман, который тут же сгорел в солнечном свете без следа. Убедившись что тварь точно развоплотилась, Диана попыталась оборвать заклинание, которое, словно гигантский лазер, прожгло огромную дыру в земле на месте, где мгновение назад находился элементаль. Однако с первой попытки ей это не удалось - заклинание жадно тянуло из неё магию и не собиралось останавливаться. С яростным рыком, превозмогая боль в рёбрах, она рванула руку вверх и усилием титанической воли отсекла поток силы питающий заклинание. Луч тут же ушёл вверх, оставляя за собой раскалённую борозду в земле, затем в склоне вулкана и даже в небе, рассекая пепельные облака, прежде чем окончательно погаснуть. В воздухе остался лишь резкий запах дыма и озона. Тишина обрушилась внезапно и тяжело. Её нарушало только хриплое, булькающее дыхание Дианы и тихое шипение оплавленной земли и редких деревьев. Больше всего на свете ей хотелось просто упасть на землю и закрыть глаза, но старые привычки не позволяли этого сделать. Годы сражений намертво вбили в неё одно правило - никогда не расслабляться, пока не убедишься, что опасность действительно миновала. Диана подняла палочку дрожащей и словно налившейся свинцом рукой и скастовала несколько заклинаний. Хостилис Ревелио - чтобы обнаружить враждебных существ. Детектио Малефикум - чтобы найти следы тёмной магии. Бестиа Аперио - чтобы выявить находящихся поблизости магических зверей. Волны голубой, золотистой и белой энергии разошлись по руинам поляны, прокатываясь по земле и деревьям. Полученный отклик был однозначным - округа была чиста. Лишь пойманный ранее одержимый тьмой дракон продолжал биться в стальных ветвях, удерживающих его на месте. Его пасть открывалась будто в яростном рёве, но новых угроз не было. И только тогда Диана тихо застонала и позволила себе опуститься на землю. Стоило только расслабиться, как боль навалилась на неё в полной мере. Каждый вдох отзывался пульсирующей болью в рёбрах, а весь торс ныл от ушибов. Но хуже всего было другое - тёплая кровь стекала по шее и впитывалась в ворот мантии. В ушах стоял такой сильный звон, что любой звук словно пронзал её голову насквозь. Последний крик элементаля повредил ей барабанные перепонки, оставив её почти глухой и совершенно дезориентированной. Она медленно выдохнула, достала из внутреннего кармана мантии небольшой мешочек и взмахом палочки призвала оттуда несколько флаконов. Быстрое диагностическое заклинание окутало её тело бледно-зелёным свечением. Два треснувших ребра, проколотое лёгкое и сильные ушибы по всей груди и животу. Плюс повреждённые барабанные перепонки и внутреннее кровотечение. Диана поморщилась. Ничего, с чем она бы не справилась, но оставлять это без внимания было бы глупо - раны лишь замедлили бы её. Сначала она надёжно зафиксировала сломанные рёбра заклинанием. Затем выпила залпом костерост и тут же скривилась от знакомого мерзкого кислого вкуса, который всегда прилипал к языку, словно пыль от гнилых костей. Затем зелье от ушибов и внутренних гематом - горькое, но вполне терпимое. Наконец она откупорила флакон с эликсиром Ферракура - зельем с резким запахом, предназначенным для лечения порезов и других внутренних повреждений тканей. На вкус оно напоминало кровь с примесью меди, и Диана поспешила проглотить его, подавляя рвотный позыв. Звон в голове уже начал стихать, превратившись в едва заметное гудение. Кровотечение тоже замедлилось, хотя рот то и дело заполнялся металлической жидкостью а воротник всё ещё оставался влажным от крови. Она прислонилась спиной к куску скалы и на мгновение закрыла глаза. Мерзкий вкус Костероста по-прежнему оставался на языке, несмотря на два других зелья, выпитых после него. Именно он напомнил ей о первом знакомстве с этим варевом - после того как недоумок Локхарт умудрился удалить все кости из её руки после несчастного случая во время матча по квиддичу на втором курсе. Тогда её друзья и товарищи по команде едва не потеряли сознание от вида руки, которая болталась, словно резиновый шланг. Диана невольно фыркнула и покачала головой, вспоминая тот день. Тогда это было отвратительно. Сейчас - скорее смешно. Гортанный рёв сотряс поляну, возвращая Диану к реальности. Дракон всё ещё бился в своих стальных путах. Трансфигурированные деревья жалобно скрипели под его натиском, пока гигантский зверь пытался вырваться на свободу. Его красные глаза пылали яростью и безумием, неотрывно следя за ней, словно именно она была источником всех его страданий. Хотя, по правде говоря, в его ярости была своя логика... Диана тяжело вздохнула. «Похоже, проверять действие лечебного зелья не придётся», - мрачно подумала она. - «Эта штука ревёт так, что запросто может снова разорвать мне барабанные перепонки». Она поднялась на ноги с недовольным фырканьем и зашагала в сторону беснующейся твари. По мере того как она подходила ближе, жар, исходящий от дракона, становился всё сильнее и тяжелее, а волны злобы и ненависти, что он источал, заставляли кожу покрываться мурашками. В этом существе уже не осталось ничего естественного. От него веяло порчей, словно каждый его вдох питался ненавистью. Губы Дианы сжались в тонкую линию, а выражение её лица становилось всё мрачнее с каждым шагом. Подойдя на расстояние нескольких шагов, она заметила как глаза чудовища опасно блеснули. Ей не нужно было видеть, как раздувается его грудь, чтобы понять, что сейчас произойдёт. Дракон раскрыл пасть, и тьма в его горле раскалилась ещё сильнее. Резким движением палочки Диана приказала превращённым в сталь ветвям двигаться. Они зашевелились, словно змеи, и с силой сомкнулись вокруг его челюстей. Когда путы затянулись, огромные зубы дракона с громким треском ударились друг о друга, превратив рёв в глухое приглушённое рычание, от которого завибрировала земля. Дракон забился ещё сильнее. Его грудь светилась запертым внутри пламенем, которое так и не смогло вырваться наружу. Эти попытки лишь делали его движения более отчаянными и жалкими. Глядя на него, Диана почувствовала, как её гнев постепенно исчезает, уступая место чему-то более тяжёлому. Возможно, жалости. Когда-то это было величественное создание. Гордое. Свободное. Теперь же оно превратилось в бездумное оружие, скованное тьмой. Оно заслуживало лучшего конца. - Мне жаль, - тихо сказала она, подходя ближе, пока её ладонь не коснулась грубой горячей чешуи на его нижней челюсти. Дракон вздрогнул, а его связанная голова нервно дёрнулась от прикосновения. - Я не могу исцелить тебя. Не могу исправить то, что с тобой сделали. Но я могу подарить тебе покой. Она отступила назад и вытащила один из тонких валирийских клинков, висевших у неё на поясе. Тёмная сталь едва заметно мерцала, поглощая окружающий свет. Подняв руку, Диана отпустила меч, и тот, ведомый её палочкой, взмыл высоко в воздух. Налитые кровью глаза дракона следили за ним. Даже сквозь безумие в них всё ещё горела ярость. Казалось, зверь понимал, что сейчас произойдёт. Диана медленно выдохнула и ровным голосом произнесла заклинание увеличения. Клинок рванулся вперёд и вонзился дракону прямо в глаз. На мгновение это выглядело почти нелепо - словно тонкая игла, воткнутая в огромный валун. Но затем меч начал увеличиваться, становясь длиннее и толще. Металл пронзил глазное яблоко, миновал кости и глубоко вонзился в мозг дракона. Из груди зверя вырвался низкий звук - не совсем рёв и не совсем вздох. Затем его тело обмякло. Сияние в груди погасло, и остался лишь тусклый красный свет единственного уцелевшего глаза. Диана несколько мгновений стояла перед безжизненным телом дракона, и по её лицу невозможно было понять, что она чувствует. Наконец она снова подняла палочку и тихо произнесла: - Фините Инкантатем. Стальные ветви жалобно заскрипели и начали расплетаться, постепенно возвращаясь к своему прежнему виду. Они снова стали обычными деревьями и тяжело опустили ветви под собственным весом. Огромное тело дракона осталось лежать на земле, неподвижное и неестественно спокойное. Привычным взмахом палочки она увеличила свой сундук и положила его на землю рядом с собой. Руны на внутренних отделениях слабо замерцали, пока Диана быстро накладывала на тело дракона чары стазиса и сохранения. Затем она уменьшила тушу и осторожно поместила её в защищённое отделение сундука, предназначенное для опасных образцов - в то самое, где уже хранились останки первого дракона, которого она убила. Дальше всё происходило с привычной точностью. Она собрала тела двух других драконов, погибших в предыдущем сражении, обработала их тем же способом и убрала в сундук. После этого её внимание переключилось на поле искалеченных существ, усеявших разрушенную поляну. По одному представителю каждого вида она сохранила для дальнейшего изучения, а затем подняла палочку, чтобы избавиться от остальных. Поляна вновь погрузилась в тишину, когда сотни трупов растворились в воздухе, оставив после себя лишь выжженную землю, пропитанную чёрной кровью. Когда работа была закончена, она не стала задерживаться. Не оглядываясь, Диана направилась в недра вулкана. Вид ржавых инструментов и заброшенных шахт уже давно стал для неё привычным, поэтому всё её внимание было сосредоточено на поисках разлома, который она нашла довольно быстро, хоть и пришлось расчищать несколько обрушившихся тоннелей. Его присутствие знакомо резонировало в пространстве. Диана выровняла дыхание, подняла палочку и после хорошо знакомого, выученного наизусть ритуала запечатала его. Магия несколько секунд сопротивлялась, будто чувствуя как сильно она выложилась при битве с элементалем, но затем разлом свернулся сам в себя, оставив после себя только голую каменную стену. Она отправила своего Патронуса скользить рядом по тоннелям. Светящееся тело дракона очищало проходы от остатков тьмы, пока Диана уничтожала последние физические следы ужасов, происходивших здесь сотни лет назад. Постепенно воздух вновь стал чистым и когда от скверны не осталось и следа, она вышла наружу. Устало поведя плечами, Диана приняла облик дракона. Её чешуя тускло блеснула в слабом свете. Она широко расправила крылья, поймала поток ветра и мощным взмахом поднялась в небо. Не оглянувшись ни разу, она повернула на запад, оставляя гору позади. Пока Диана летела на запад, разрезая крыльями прохладный воздух, её мысли вновь вернулись к прошедшей битве. Но не к самому сражению, а к тому, что произошло после него. Вернее - к тому, чего не произошло. Когда она впервые убила дракона и воззвала к самой Магии заявив на него свои права, отклик она почувствовала сразу. Ощущение признания её права со стороны Матери Магии, невидимое, но совершенно очевидное чувство полученной награды. Поначалу она не понимала, что именно получила. Её магическое ядро осталось прежним, магические каналы тоже не изменились. Но природа дара стала очевидна довольно быстро, когда она начала колдовать и обнаружила, что тьма больше не давит на её магию и не мешает ей творить заклинания. Но в этот раз ничего не произошло. Она убила не одного, а двух драконов воззвав к Праву Победителя, причём оба были крупнее первого. И всё же Леди Магия молчала. Пока она скользила над верхушками деревьев, её мысли вновь и вновь возвращались к этой загадке. Право Завоевания или, как его ещё было принято называть, Право Победителя было одной из самых малоизученных областей древней магии, окружённой тайнами даже среди учёных посвятивших её изучению большую часть своих жизней. Однако одно правило было известно достаточно хорошо: чтобы получить за него награду, необходимо победить противника, который сильнее тебя. Магия награждала тех, кто сталкивался с превосходящим врагом, рискуя собственной жизнью и всё же выходил победителем. Она вспомнила василиска в Тайной комнате. Двенадцатилетний ребёнок против одного из самых смертоносных существ, известных волшебному миру. Ритуальные слова так и не были тогда произнесены, но Леди Магия всё равно распознала в случившемся невозможную победу над смертью и отметила её своим благословением. С Волдемортом всё было гораздо сложнее. Их противостояние не было одной битвой или одной дуэлью. Это была долгая война, растянувшаяся на годы. Их судьбы связывало пророчество, намертво переплетая её жизнь с его. Когда она наконец уничтожила его, Леди Магия, вероятно, учла не только последний удар, но и все годы борьбы, которые к нему привели: уничтоженные крестражи, бесчисленные решения, принятые ею, и все сражения, пережитые с самого детства. Одного лишь пророчества могло оказаться достаточно, чтобы склонить чашу весов в её пользу и признать её право на награду. С тех пор она стала гораздо сильнее, чем была когда-либо раньше. Одни только её запасы магии уже ставили её на уровень архимагов, хотя сама Диана прекрасно понимала, что её знаниям и опыту ещё есть куда расти, несмотря на то, что разные газеты её уже несколько раз провозглашали самым молодым архимагом в истории. И именно поэтому возникал вопрос: почему Леди Магия вознаградила её после убийства первого дракона? Да, существо застало её врасплох, но оно не представляло для неё настоящей угрозы. Она убила его сравнительно легко. По всем правилам Права Завоевания это не должно было засчитываться. Если только... Если только это не было подарком. Знаком благословения самой Леди Магии. Признанием не отдельного подвига, а пути, который выбрала Диана: очищение этого мира от магической скверны, исцеление его энергетических потоков и восстановление его утраченного равновесия. Всё наконец стало проясняться. Диана тихо вздохнула, и из её ноздрей лениво потянулся дым. Если она права, то Право Завоевания будет для неё бесполезным, пока она не столкнётся с врагом, который действительно будет сильнее неё. И она искренне надеялась, что такой день никогда не наступит. Какими бы щедрыми ни были дары Леди Магии, она больше не стремилась их получить. Теперь она хотела другого. Строить. Обустраивать. Создать общество, в котором действительно хотелось бы жить. Превратить простое выживание в полноценную жизнь. Просто жить, в конце концов, не сражаясь каждый день за право сделать ещё один вдох. Когда Диана снова пролетела над землями Тирии, её взгляд остановился на дымящейся вершине, возвышавшейся на горизонте. Она замедлила взмахи крыльев и задумалась. Согласно Сети Аурелии, ближайший разлом в план огня находился внутри этой горы. И это давало ей возможность проверить теорию, которая занимала её мысли уже несколько дней. Ещё до того, как попасть в этот мир, она посвятила почти всё своё свободное время изучению природы межпространственных разломов. Между заботами о поселенцах и поиском необходимых ресурсов она цеплялась за каждую свободную минуту. Иногда ей приходилось буквально выкраивать дополнительные часы с помощью маховика времени, чтобы сложить разрозненные осколки древних знаний в единое целое. Работа продвигалась тяжело и нередко заводила в тупик, однако со временем она обнаружила определённую закономерность. Снова и снова ей попадались упоминания магов прошлых эпох, которые не просто использовали разломы, а перекраивали их под свои нужды. Магов всегда было значительно меньше, чем обычных людей, но даже так природных источников силы на всех не хватало. Настоящих мест силы - точек пересечения лей-линий - было слишком мало, чтобы каждый амбициозный волшебник или ведьма, мечтающие основать Благородный Род, могли получить собственное. А без такого источника невозможно было привязать Камень Рода. Эти камни являлись сердцем Благородных Домов, связывая магию, людей и территорию в единое целое. Без постоянного притока энергии ни один Камень Рода не мог полноценно существовать и развиваться. Тем, кто не успел занять природное место силы, приходилось искать другие варианты. Именно здесь разломы и становились полезными. Разлом представлял собой пробой в один из стихийных планов, и каждый такой пробой служил почти неисчерпаемым источником стихийной магической энергии. Эту магическую силу можно было использовать, но существовала одна проблема. Стихийная энергия была очень мощной, однако плохо подходила для обычного колдовства. Ведьмы и волшебники от природы были настроены на нейтральную магию, она автоматически превращалась ими в любой нужный элемент без их сознательного участия в процессе. Обратное же было намного сложнее. Превращение стихийной энергии обратно в нейтральную было медленным и крайне неудобным процессом. Маги древности понимали эту проблему и нашли решение. Они создали специальные "фильтры", способные очищать нестабильный поток энергии стихийных разломов и превращать его в безопасную и пригодную для использования силу. Благодаря такому способу разлом мог стать сердцем целого магического поселения, обеспечивая Камни Рода всей необходимой для их существования и развития нейтральной магией. Существовали и другие методы, о которых сохранилось лишь несколько смутных упоминаний в древних текстах. Но пока Диана собиралась проверить именно этот способ. Ведьма приземлилась у подножия вулкана и сложила крылья, внимательно рассматривая гору. Она выглядела так, словно один толчок мог расколоть её на части. Из вершины густыми тяжёлыми столбами валил чёрный дым, в котором было больше пепла, чем пара. Воздух пах серой и раскалённым камнем, а земля под её ногами едва заметно дрожала от давления, нарастающего внутри вулкана. Её взгляд остановился на расплавленном сиянии, прорезавшем тёмный склон. Из жерла вулкана медленно вытекали потоки лавы, густыми вязкими ручьями сползая вниз по склону. У подножия они собирались в неглубокие озера, поверхность которых кипела таким жаром, что воздух над ней искажался и дрожал. Диана нахмурилась. В ощущении, которое исходило от лавы, было что-то неправильное. Это была не естественная и дикая ярость огненной стихии, а нечто иное - нечто, пропитанное голодом и злобой. Тот же самый след скверны она чувствовала от заражённых существ. Любопытство боролось с тревогой, но в конце концов победило и она подошла ближе. Когда ближайшее лавовое озеро полностью открылось её взгляду, лицо Дианы исказилось от отвращения. В расплавленной раскалённой массе извивались маленькие червеобразные существа. Тёмные тела корчились и извивались в невыносимом жаре так, словно находились не в лаве, а в обычной грязевой луже. Они пульсировали в каком-то болезненном ритме, и каждое их движение источало волны голода и злобы, накатывавшие на неё тошнотворными волнами. Диану передёрнуло, и к горлу подкатила тошнота от одной только неправильности этих существ. Они ощущались как противоестественное порождение огня и тьмы, создания, рождённые лишь для того, чтобы уничтожать. На мгновение воображение подкинуло ей жуткую картину - одно из этих существ вгрызается в человеческую плоть, прожигая себе путь внутрь... а затем вырывается наружу, оставляя после себя лишь обугленную оболочку. Она резко выдохнула сквозь стиснутые зубы, заставляя эту мысль исчезнуть прежде, чем та успела укорениться в сознании. Хватит. Подняв палочку, Диана точным взмахом и коротким шипящим выдохом выпустила чрезмерно усиленное замораживающее заклинание. Лава яростно зашипела, когда по её поверхности начали стремительно расползаться рваные пласты льда. Червеобразные твари дёрнулись ещё раз, а затем застыли на месте, замороженные прямо посреди движения. Она замерла, позволяя чувствам ощупать пространство вокруг. Давление исчезло. Не осталось ни голода, ни злобы. Только тишина и негромкое потрескивание остывающей породы. Удовлетворённо кивнув, она опустила палочку. На замёрзшее лавовое озеро Диана больше даже не взглянула. Развернувшись на каблуках, она оставила его позади, уже глядя на тёмный вход в шахты впереди. Уже на подходе к огромному пролому в скале, Диана быстро поняла, что это место сильно отличается от шахт, в которых ей доводилось бывать раньше. Во-первых, вход в гору был вырублен гораздо шире, чем того требовала необходимость. Он был настолько высоким, что даже дракон мог пройти через него, не пригибая головы. К нему вела широкая дорога из драконьего камня, которую с первого взгляда было легко не заметить: за прошедшие годы её покрыли земля, обломки породы и местами даже густые ползучие растения. Перед гигантским входом лежали массивные створчатые ворота, судя по всему сорванные и разбитые во время извержения. Во-вторых, здесь не было удушающего запаха тёмной магии и не ощущалось давящего чувства гниения и распада. Вместо этого здесь царил лишь жар - чистый, постоянный и тяжёлый. Тонкие трещины в земле слабо светились расплавленным светом. Под камнем текли реки магмы, идущие сквозь недра горы, а волны жара поднимались от них вверх. Воздух дрожал от высокой температуры, и каждый вдох обжигал нёбо и глотку. Даже с её сопротивляемостью огню Диане было некомфортно и ей впервые пришлось наложить на себя чары защиты от стихии. Войдя внутрь, Диана быстро поняла причину столь многих отличий. Это место оказалось вовсе не шахтой, а огромной кузницей. Игнотус рассказывал, что валирийцы использовали драконье пламя для ковки, а значит, вход изначально строился с расчётом на драконов - настолько широкий и высокий, чтобы даже самые крупные из них могли беспрепятственно проходить внутрь. На стенах сохранились следы целенаправленной работы. Прямо в камне были вырублены огромные печи, а их дымоходы поднимались вверх и уходили предположительно в жерло вулкана. Наковальни стояли ровными рядами, хотя годы и покрыли их ржавчиной и сколами. У их оснований были разбросаны железные молоты, словно кузнецы бросили их прямо во время работы. Пол был завален треснувшими литейными формами - для мечей, доспехов, наконечников копий и много чего ещё. По пути Диане попадались пещеры поистине гигантских размеров, наполненные каменными статуями драконов и множества других мифических существ. В каждой из них находились огромные идеально ровные платформы из драконьего камня, обрывавшиеся у края пропастей, уходящих во тьму. На платформах было установлено множество кузнечных приспособлений, назначение большинства из которых Диана не знала. Исключение составляли лишь молоты различных размеров, наковальни и литейные формы. Однако, в отличие от похожих инструментов, встреченных ею ранее, эти были изготовлены из валирийской стали. Внимательно осмотрев огромные ёмкости, в которых всё ещё хранились остатки этого редчайшего металла, а также аккуратно сложенную поблизости руду, Диана пришла к выводу, что именно здесь располагались залы, где ковалась валирийская сталь. Огромные пещеры, прорезанные в толще горы, явно предназначались для передвижения драконов: те могли явиться на зов и, при необходимости, спокойно извергнуть пламя, лишь немного приподняв голову над краем платформы со стороны обрыва. Кузнечные залы уводили её всё глубже в гору, и с каждым шагом жар становился всё сильнее. И наконец, в самом сердце вулкана, она нашла то, что искала. Разлом. Он занимал огромную пещеру в центре вулкана. Воздух был настолько раскалённым и тяжёлым, что даже Диана начала потеть. Стены слабо светились светом исходящим от потоков лавы. Реки расплавленной породы медленно текли по трещинам в скале, освещая помещение багровыми отблесками. Сам разлом висел над естественным каменным выступом, выходящим прямо к жерлу вулкана, где далеко внизу бурлила и кипела лава. Вид на огромное лавовое озеро под ногами заставил Диану замереть. Расплавленная поверхность двигалась словно живое существо. Огненные волны накатывали на почерневшие скалы, а с каждым всплеском вверх поднимались волны жара. Никогда прежде ей не доводилось стоять перед настолько чистым и необузданным проявлением стихии. На мгновение она почувствовала себя маленькой и незначительной перед чем-то древним и неумолимым. Лишь усилием воли Диана отвела взгляд от завораживающего сияния и сосредоточилась на своей задаче. Разлом висел в центре пещеры. Его края постоянно мерцали и дрожали, словно готовые в любой момент распасться. Из него вырывались потоки огненного света и волны обжигающего жара, заполняя всё пространство вокруг. Энергия, исходящая от него, была колоссальной - дикой и необузданной. По одному лишь мысленному приказу её палочка изменилась, превращаясь в посох. Диана знала, что ей понадобится более высокая проводимость магии, которую мог обеспечить этот облик. Крепче сжав посох, она приступила к работе. Один за другим из земли поднялись семь каменных столбов, образуя широкий круг вокруг разлома. Поначалу их поверхность была гладкой, но затем Диана начала обходить их по очереди. Кончик её посоха оставлял на камне глубокие светящиеся руны. Каждая из них выполняла свою задачу: Райдо - для контроля, чтобы направлять магию и придавать ей нужную форму. Иса - для покоя, чтобы усмирять бушующий поток энергии разлома. Гебо - для равновесия, чтобы удерживать противоположности в гармонии. Альгиз - для защиты, чтобы оберегать ритуал от внешнего вмешательства. Дагаз - для преобразования, чтобы превратить огненную энергию в нейтральную магическую силу. Тейваз - для порядка, чтобы удерживать структуру ритуала. Отала - для закрепления, чтобы привязать очищенную магию к лей-линиям этого мира. Когда последняя руна вспыхнула, золотые нити света протянулись от одного столба к другому, сплетаясь в сеть, окружившую разлом. Воздух задрожал от внезапного напряжения, а пещеру заполнил звук, похожий на шум сильного ветра. Пылающая пасть разлома, ещё недавно напоминавшая воплощение огня и хаоса, начала тускнеть. Пламя ослабло, его яростные всплески стали спокойнее, пока огонь не остался лишь мерцающим светом за магическим барьером. Давящий жар постепенно исчез, оставив после себя лишь приятное тепло. Впервые с тех пор, как Диана вошла в вулкан, в пещере воцарилась тишина, а земля, которая всё это время непрерывно дрожала, успокоилась. Далеко внизу лавовое озеро перестало бушевать и теперь лишь лениво кипело. Казалось, гора наконец уснула. Несколько мгновений Диана стояла неподвижно и прислушивалась к тишине. Печати работали. Разлом больше не представлял угрозы, а дикая огненная энергия, которую он производил, теперь проходила через "фильтр" и превращалась в чистую нейтральную магию. Она закрыла глаза и позволила своим чувствам распространиться вокруг, ощущая, как перемены постепенно проникают в окружающий мир. Поток нейтральной магии коснулся её кожи словно прохладный ветерок, наполняя силами и возвращая чувство устойчивости. На одно короткое мгновение ей даже показалось, что вся гора облегчённо выдохнула. И вместе с ней будто успокоился сам мир, словно природа всё это время задерживала дыхание в ожидании этого момента. После того как сердце вулкана было стабилизировано, она вместе со своим Патронусом прошла по тоннелям древней кузницы, посылая во все стороны волны очищающих заклинаний. Здесь не было тяжёлой скверны или сильной порчи. Лишь остаточные следы магии, впитавшиеся в камень, и обугленные останки сотен рабов. И всё же Диана действовала осторожно, убирая кости и следы страданий, борьбы и горя, пока это место вновь не стало ощущаться чистым. Наконец она вышла наружу и достала из внутреннего кармана Сеть Аурелии. Когда артефакт ожил, перед её глазами появились лей-линии, раскинувшиеся по земле словно реки света. Они всё так же текли ровно и ярко. Но теперь в них ощущались изменения. От искусственно созданного источника магии в сеть магических жил мира вливался свежий поток энергии. Линии засияли чуть ярче, а несколько тёмных пятен, указывающих на места деградации, исчезли прямо на глазах. Удовлетворённо кивнув, Диана тихо выдохнула. Она рассеянно отметила, что тяжёлый дым, душивший небеса, исчез после того, как вулкан успокоился. Воздух всё ещё оставался тёплым, но дышать стало гораздо легче. Не задерживаясь, Диана приняла облик дракона. Её крылья широко расправились, ловя воздушные потоки, и она повернула на запад - к землям своих предков. Предвкушение постепенно наполняло её. Скоро она снова увидит своего сына. Скоро окажется рядом со своей семьёй. Но прежде оставалось завершить ещё одно дело. Всё, что она делала до сих пор, преследовало одну цель - помочь своим людям быстрее привыкнуть к новому дому, уменьшить влияние скверны и сделать местную магию безопасной. То, что ей самой было относительно легко действовать в этих отравленных землях после прибытия, вовсе не означало, что её люди смогут так же. Лишь очень сильные маги были способны долго выдерживать давящее воздействие скверны, и даже для них это не проходило бесследно. Длительное воздействие тьмы повреждало магическое ядро, оставляло шрамы на магических каналах и постепенно ослабляло даже самых могущественных волшебников. Она не могла допустить, чтобы это произошло с людьми доверившими ей свои жизни. Именно поэтому, несмотря на настойчивость Сириуса и заверения, которые она давала своим ближайшим соратникам - что призовёт их к себе сразу после прибытия в выбранное место и установки защитных чар - Диана решила в одиночку разобраться с тёмными разломами. Каждый закрытый ею разлом делал эти земли немного чище и безопаснее. Она уже чувствовала разницу. Воздух стал легче, горизонт - светлее, а тяжёлое ощущение упадка постепенно исчезало. Даже леса словно оживали. На ветвях вновь звучало пение птиц там, где раньше царила тишина. Лей-линии постепенно приходили в порядок под её влиянием, а новый источник чистой энергии очищал их теперь быстрее и эффективнее. Валирия менялась. У неё был потенциал стать самым насыщенным магией местом во всём мире. Но для этого Диане предстояло изменить ещё восемь огненных разломов. Её крылья стремительно несли её на запад, через широкие морские просторы, где океан разделил полуостров на четыре отдельных острова. Впереди уже виднелись очертания цели. Самый западный остров, чьи зубчатые горы складывались в форму полумесяца. Над самой высокой вершиной в небо поднимался столб дыма, указывая на местоположение разлома в огненный план. По мере приближения её острый взгляд замечал всё больше деталей. У подножия горы раскинулась долина, лишённая деревьев. У подножия гор, среди высокой травы и кустарников, скрытых под толстым слоем пепла, виднелись полуразрушенные руины небольшого поселения, уничтоженного много веков назад. А дальше, на другой стороне огромной долины, всё ещё гордо возвышаясь несмотря на прошедшие столетия, стоял первый замок Певереллов. Это была крепость из драконьего камня мрачно возвышавшаяся на горизонте. Четырёхэтажное сооружение было большим и внушительным, построенным скорее ради долговечности, чем красоты. По углам поднимались четыре высокие башни, намеренно оставленные без крыш. На их вершинах находились широкие площадки, где драконы могли приземляться и отдыхать. Рок оставил на земле вокруг замка свои следы, но сама крепость всё ещё стояла непоколебимо. Отведя взгляд от замка, Диана изменила направление полёта и начала снижаться к небольшому поселению у подножия вулкана. Крепость сейчас была далеко не на первом месте в списке её забот. Пока что её внимание занимали совсем другие вещи. Она тяжело приземлилась. Когти со скрежетом царапнули камень, прежде чем её огромное чешуйчатое тело замерло. Медленно выдохнув, Диана вернулась в человеческий облик и стряхнула пепел с рук. Под её сапогами захрустели обломки камня. Поселение лежало в руинах. Каменные дома давно обрушились, а их остатки были наполовину погребены под слоями вулканического пепла, накопившегося за столетия. Но, стоя среди этих развалин, Диана невольно представляла, каким это место было когда-то. Она представляла себе семьи, жившие здесь. Шахтёров, каждое утро спускавшихся в рудник и возвращавшихся домой на закате. Тёплые ужины, счастливых жён, смеющихся детей и обычную повседневную жизнь. По крайней мере, ей хотелось верить, что всё было именно так. Игнотус рассказывал ей, что их семья никогда не издевалась над своими рабами, что им позволяли жить достойно и защищали от жестокостей, которые были обычным делом в Валирии. Но Диана так и не смогла до конца в это поверить. Теперь у неё появился шанс убедиться самой. Бросив последний взгляд на запад, где, как она знала, последний разлом в план тьмы всё ещё продолжал отравлять эти земли, Диана глубоко вдохнула и направилась к тёмному зеву рудника. Воздух был горячим, но не тяжёлым, и приносил с собой запах камня и сажи. Почти сразу она почувствовала, что это место очень похоже на предыдущее, которое содержало огненный разлом. Стены тоннелей не были пропитаны той липкой, давящей энергии, к которой она успела привыкнуть в других шахтах. Здесь не было цепей, вбитых в стены, не валялись ржавые кандалы, не попадались орудия пыток и наказаний. Останки рабов, которые ей встречались, не носили следов ошейников. Лишь кости, спокойно лежащие под слоем пепла и обрывков давно истлевшей одежды. Облегчение оказалось почти физическим, словно кто-то ослабил туго затянутый узел у неё в груди. Игнотус не соврал ей. Её плечи расслабились, и впервые за многие дни на губах Дианы появилась маленькая грустная улыбка. Когда она наконец возобновила свой путь, её шаги стали заметно легче. Тоннели были прямыми и простыми, хоть и заваленными породой в нескольких местах, а жар становился всё сильнее по мере того, как она спускалась глубже. Блуждать по раскалённым проходам долго не пришлось. Как и говорил Игнотус, его дядя Мирош никогда не получал разрешения использовать шахты для «изучения» магии, поэтому Конклав не трогал это место. Здесь не было ни скрытых стен, ни тайных проходов, ни защитных чар, скрывающих тёмные эксперименты. В конце концов проход вывел её в настолько огромную пещеру, что Диана невольно остановилась на входе. Противоположная стена полностью отсутствовала, открывая вид прямо в жерло вулкана. Волны жара накатывали одна за другой, неся с собой запах серы и расплавленного камня. Она осторожно подошла к краю и посмотрела вниз, на медленно бурлящее море магмы далеко под собой. Жерло уходило высоко вверх, образуя огромную каменную шахту цилиндрической формы, похожую на внутренность гигантской башни. Камень вокруг слабо светился красным в отблесках огня. Поднимая взгляд всё выше, она заметила кое-что ещё. По стенам жерла были разбросаны многочисленные проёмы - гигантские пещеры, аккуратно вырубленные в камне на разной высоте. Их соединяли широкие уступы, извивавшиеся вокруг стены подобно террасам. Сначала Диана решила, что они имеют природное происхождение, но, присмотревшись, поняла, что ошиблась. Уступы были слишком ровными и слишком правильными. Их явно создали специально, чтобы образовать проходы, опоясывающие всё жерло изнутри. Поражённо ахнув, Диана вдруг осознала, что это такое на самом деле. Это было драконье гнездовье! Пещеры служили гнёздами, достаточно большими, чтобы вместить драконов просто невероятных размеров! Она представила огромные яйца, покоящиеся в глубине этих ниш и согреваемые жаром магмы. Представила могучих драконов Певереллов, плавно опускающихся на широкие уступы, тянувшиеся вдоль всего жерла вулкана. Как в скале вырубаются широкие каменные терассы, чтобы обеспечить драконьим смотрителям безопасный путь к гнёздам своих подопечных. По этим уступам они поднимались к кладкам, приносили еду и заботились о драконах. Губы Дианы слегка приоткрылись, а сердце наполнилось восхищением от ожившей перед глазами картины. Она стояла в месте, которое когда-то было полно жизни, огня, могучих крыльев и оглушительного драконьего рёва. Это видение постепенно растаяло, когда она наконец перевела взгляд обратно на разлом. Он был огромным - гораздо больше любого из тех, с которыми ей приходилось сталкиваться раньше. Рваная рана в ткани реальности пульсировала расплавленным светом. Жар озера лавы внизу давил ей в спину, пока Диана внимательно осматривала пещеру, замечая детали, которые упустила при первом взгляде. Разлом висел прямо над центром огромного узора, глубоко вырезанного в каменном полу. Это была сложная система пентаграмм, вложенных одна в другую настолько искусно, что было трудно понять, где заканчивается одна и начинается следующая. Пространство между ними заполняли сотни незнакомых письмен и рун. От пяти крайних вершин узора тянулись узкие каналы, уходящие неглубокими бороздами к дальним краям пещеры. Заинтересовавшись, Диана пошла вдоль одного из них и обнаружила, что он заканчивается слегка приподнятым над землей, широким каменным диском, возвышающимся над полом всего на ладонь. У неё перехватило дыхание, когда она увидела, что лежит на его поверхности. Кости. Десятки и десятки костей, разбросанных так кучно, что камень под ними почти не был виден. Она заставила себя присмотреться внимательнее и поняла, что останки покрывают весь диск целиком, сваленные почти небрежно, словно жизни людей, которым они принадлежали, не стоили абсолютно ничего. Внутри всё сжалось от осознания того, что произошло на самом деле. После исчезновения Игнотуса и его братьев Мирош, должно быть, объявил их погибшими и провозгласил себя Главой Семьи Певерелл. Когда не осталось никого, кто мог бы ему помешать, он наверняка распахнул ворота Конклаву и позволил ему превратить последний нетронутый вулкан в полигон для своих экспериментов. Рок обрушился на Валирию всего через несколько дней после исчезновения её предков - слишком мало времени для бесконечных жертвоприношений, следы которых она находила у разломов в план тьмы. Но здесь... здесь они едва только начали. Шаги Дианы невольно замедлились. По мере того как она обходила пещеру, ей открывались всё новые каменные диски, наполовину утонувшие в грудах костей. В центре каждого находилось небольшое круглое отверстие, соединённое с каналами, прорезанными в полу. Назначение конструкции было очевидным. Кровь убитых стекала в эти каналы, питая вырезанные в камне пентаграммы. Диана тяжело сглотнула. Желудок неприятно сжался. Масштаб происходившего здесь был чудовищным. Один-единственный ритуал, построенный на жизнях сотен людей. Покачав головой, Диана заставила себя отвлечься от мрачных мыслей о прошлом и вновь сосредоточиться на том, что ей предстояло сделать. На этот раз у неё были другие планы на разлом. Изначально всё было довольно просто - установить такой же фильтр, какой она использовала для предыдущего огненного разлома, поменяв вектор источаемой им магии со стихийного на нейтральный. Это решение было надёжным, эффективным и безопасным. Однако после суток проведённых за изучением десятков книг, посвящённых межпространственным разломам, она обнаружила нечто гораздо более интересное и амбициозное. В разрозненных отрывках полузабытых записей сохранились упоминания о магах, которые не просто подчиняли себе разломы, а изменяли саму их природу. Вместо того чтобы фильтровать стихийную энергию оставляя только её нейтральную составляющую, они перенаправляли сам разлом, меняя источник поступающей через него силы с помощью рун. Изменив структуру разлома, они могли заставить его черпать силу не из Плана Огня, Воды или Воздуха, а из Плана Природы. Результат считался поразительным: возникал живой источник природной энергии, изливающий в мир чистую жизненную силу. Вокруг таких мест леса становились гуще, реки - чище, а магические существа и расы процветали. Чем больше Диана размышляла об этом, тем разумнее ей казалась эта идея. Она вспоминала бесчисленных существ, живущих в её Заповеднике, и понимала, насколько тяжёлой окажется для них жизнь в мире, всё ещё несущем на себе следы скверны. Нейтральной энергии, возможно, было бы достаточно, но природная энергия позволила бы им по-настоящему расцвести. Она была мягче, богаче и тесно связана с самой природой роста и жизни. Даже самые хрупкие растения и магические существа могли впитывать её без всякого риска. Кроме того, её было очень легко использовать при колдовстве, а значит, она принесла бы пользу и её людям. Приняв решение, Диана молча приступила к ритуалу. Первым делом нужно было уничтожить то, что находилось здесь раньше. Подняв посох, она провела им над каменным полом. Старый узор, вырезанный кровью, задрожал, покрылся трещинами и начал исчезать, пока на его месте не остался лишь гладкий камень. Диана не собиралась позволять неизвестным рунам, пропитанным жестокостью и кровью, помешать её работе. Резко ударив посохом о пол, она выпустила волну магии, сопровождаемую низким гулом. Камень задрожал, и на его поверхности начал появляться новый рисунок. Огромная четырнадцатиконечная звезда окружила разлом в центре пещеры. В каждой вершине звезды из пола поднялся каменный столб. Один за другим Диана обходила столбы. Конец её посоха сиял сосредоточенным светом, пока она вырезала руны в камне. Каждый символ с тихим шипением уходил вглубь столба, словно сам камень давно ждал его появления: Альгиз - для защиты, чтобы уберечь сердце ритуала от скверны. Ансуз - для мудрости и ясности, чтобы направлять поток магии по верному пути. Гебо - для равновесия и обмена, чтобы одна сущность могла преобразиться в другую. Эйваз - для стойкости и долговечности, чтобы печать сохранилась на века. Кеназ - для озарения, чтобы осветить путь перерождению энергии. Соулу - для жизненной силы, чтобы вплести искру жизни в новый поток энергии. Йера - для обновления, чтобы разлом следовал естественному циклу природы. Беркана - для роста и процветания всего живого. Лагуз - для адаптации, чтобы сделать передачу энергии плавной и стабильной. Дагаз - для преобразования, чтобы изменить природу разлома и превратить огненную энергию в природную. Иса - для сдерживания и стабилизации разлома. Тейваз - для порядка, чтобы согласовать новые потоки энергии с лей-линиями мира. Феху - для изобилия, чтобы разлом отдавал свою силу, не истощаясь. Ингуз - для плодородия, созидания и новых начинаний. Одна за другой руны пробуждались к жизни, вспыхивая на камне золотым огнём. Их линии сияли так, словно были вычерчены расплавленным золотом. С последней руной весь рисунок пробудился к жизни. Четырнадцатиконечная звезда на полу вспыхнула ослепительным золотом, а между столбами протянулись сияющие нити света. Они сплелись вокруг разлома в сияющий купол из сложных магических узоров и пещера задрожала, наполнившись рёвом невидимого ветра. Разлом, ещё недавно напоминавший рваную пасть, полную изначального огня, содрогнулся под воздействием ритуала. Его багрово-красные края извивались, словно разорванная ткань, сопротивляющаяся рукам портного. Удушающий жар начал слабеть. Пламя по краям разлома задёргалось и стало угасать. Постепенно красные и оранжевые оттенки сменились бледно-зелёными и серебристыми. Ослепительное сияние померкло, превращаясь в глубокий спокойный свет, напоминающий солнечные лучи, пробивающиеся сквозь листву деревьев. Сам воздух изменился. Запах серы, дыма и пепла исчез, уступив место свежему и чистому аромату влажной земли после дождя. По пещере проскользнул лёгкий ветерок, принося с собой едва слышный шелест листьев и отголоски жизни, скрытой где-то вдали. Там, где раньше разлом напоминал рану, прорванную в сердце огненного ада, теперь он был похож на открытые врата в огромный изумрудный лес. Диане даже показалось, что она видит его. Бескрайние леса, уходящие за горизонт. Реки, сверкающие под зелёными кронами. И мощный пульс жизни, настолько сильный, что сам камень под её ногами начинал тихо вибрировать. От давящего жара вулкана не осталось и следа. Его место заняло что-то гораздо более лёгкое и спокойное. Диана задержалась в пещере ровно настолько, чтобы убедиться, что печать окончательно стабилизировалась, а затем приступила к своей обычной работе по очищению места от следов прошлого. Когда она наконец вышла наружу, то остановилась на месте и глубоко вдохнула полной грудью, с удивлением отмечая, насколько легко стало дышать. Перемены снаружи оказались ещё более впечатляющими. Вулкан полностью затих. Земля больше не дрожала, а из жерла больше не вырывались клубы чёрного дыма. Там, где раньше над долиной висела плотная завеса смога, погружая её в вечные сумерки, теперь небо было совершенно чистым. Не просто светлее или прозрачнее, чем раньше, а кристально голубым от горизонта до горизонта, насколько хватало её зрения. Казалось, будто кто-то в одно мгновение очистил сами небеса. Это совсем не походило на медленные изменения, которые она наблюдала возле других разломов. Здесь преобразование было быстрым и абсолютным. Земля вокруг тоже изменилась. Толстый слой пепла, покрывавший всё вокруг и скрывавший любые признаки жизни возле вулкана, таял прямо на глазах. Из-под него проклёвывалась чистая, обнажённая почва, больше не покрытая серой копотью. В воздухе появился лёгкий сладковатый аромат свежей земли. Диана на мгновение замерла, осматривая всё вокруг, и уголки её губ слегка дрогнули в едва заметной улыбке. Казалось, сама долина ожила под воздействием нового потока энергии, расходящегося от разлома. Деревья словно расправили плечи, земля наполнилась тихой жизнью, а ветер стал более свежим и чистым, будто сам воздух обновился. Диана знала, что пройдёт совсем немного времени, и молодая трава покроет голую землю. Зелёные волны прокатятся по всей долине и начнут подниматься по склонам окружающих гор. Почувствовав, как наконец ослабевает тяжесть, давившая ей на грудь, Диана решила, что пришло время установить Камень Рода и призвать Замок. Но сначала необходимо было поставить защитные барьеры, чтобы не подпускать слишком близко существ, осквернённых тьмой. Она подняла посох и принялась за работу, тщательно воспроизводя древние защитные заклинания. - Протего Максима. Каве Инимикум Максима. Сальвио Гексия Максима. Флариус Максима. Энерго Аментивусе Максима... После каждого заклинания её посох заметно вибрировал от напряжения, проводя через себя колоссальный поток силы. Это были не обычные версии чар. Каждое заклинание являлось своей высшей формой - абсолютным вариантом, к которому прибегали крайне редко из-за огромных затрат магии. И проблема состояла не только в том, чтобы создать такие чары, но и в том, чтобы поддерживать их существование. Обычно подобные барьеры питались от постоянного потока энергии от Камня Рода, который в свою очередь получал её от места силы или лей-линии, к которой он был привязан. Но сейчас у Дианы такой поддержки не было. Камень Рода Певереллов и без того вскоре должен был взять на себя огромную нагрузку, разворачивая многие километры территории Заповедника из карманного измерения и соединяя их с этим миром. Поэтому пока что приходилось подпитывать всё самой. Воздух вокруг дрожал, пока один защитный барьер за другим вставал на своё место. Каждый из них опускался подобно гигантскому стеклянному куполу, а их края перекрывали друг друга, образуя единую защитную сеть над всей территорией. Волны магии расходились во все стороны широкими кольцами и где-то вдали Диана слышала отклик. Из лесов, гор и даже со стороны моря доносились рычание, визг и разгневанный рёв - это защитные чары силой выталкивали осквернённых существ за пределы подконтрольных территорий. Когда наконец последний барьер занял своё место, наступила тишина. Диана выдохнула, чувствуя, что дыхание стало немного неровным, и опустила посох. Теперь она отчётливо ощущала боль в плечах - тяжёлую, тянущую, оставшуюся после долгого напряжения и пропуска через себя огромных объёмов магии. Ныли и полученные за последние два дня раны, практически умоляя её немного отдохнуть и дать наконец телу полностью излечиться. Медленно поведя плечами, она попыталась избавиться от скованности, а затем несколько мгновений просто стояла, прислушиваясь к тишине долины. Теперь предстояла самая сложная часть. Она сняла небольшой камень с браслета на запястье и осторожно положила его на землю. Резким взмахом посоха Диана отменила уменьшающие чары. Камень тут же начал расти, стремительно увеличиваясь в размерах, пока не превратился в возвышающийся над ней чёрный монолит высотой около пяти метров. Его поверхность блестела, словно отполированный обсидиан. На первый взгляд камень казался абсолютно чёрным, но в его глубине скрывались переливы фиолетового, синего, зелёного и нежно-розового света. Казалось, будто внутри него был заперт свет, отчаянно пытающийся вырваться наружу. Затем она приступила к привязке Камня Рода к новому месту силы. Первым было заклинание Нексум Натурэ - оно создавало первоначальную связь между Камнем Рода и Разломом, соединяя их нитями чистой энергии. Затем последовало Винкулум Этернум, превращая эти нити в прочную и долговечную связь, способную просуществовать тысячелетия. Наконец Диана завершила работу заклинанием Кордис Тэррэ, привязывая Камень Рода к самой земле, чтобы он мог равномерно черпать силу из нового потока магии. После каждого заклинания камень слабо пульсировал, откликаясь на её волю подобно огромному сердцу, постепенно находящему свой ритм. Ведьма глубоко вдохнула, а затем невербальным и сильно ослабленным Секо сделала небольшие надрезы на обеих ладонях и прижала руки к прохладной поверхности Камня Рода. Кровь растеклась по чёрному камню, а вместе с ней в него начала перетекать её магия, увлекаемая через раны подобно течению реки. Под её прикосновением Камень Рода вздрогнул, а затем начал постепенно нагреваться, словно пробуждаясь после долгого сна. А затем заговорил. Голос был слышен не ушами, а прямо в сознании. Глубокий, тяжёлый рокот, напоминающий движение огромных валунов под тяжестью целой горы. - Приветствую, Глава Рода, - произнёс он. В этих словах чувствовались и сила, и возраст. Диана ощущала разум, скрытый за этим голосом - древний, спокойный, осторожный, но одновременно исполненный нетерпеливого ожидания. - Ну здравствуй, - тихо прошептала Диана, сильнее прижимая ладони к поверхности камня. - Готов обосноваться в новом месте? Дух Рода ответил сразу. Земля под ногами едва заметно завибрировала, когда раздался его голос. - Я готов, но лей-линии этого мира ранены. Их пронизывает скверна, искажая их природу. Однако я чувствую притяжение разлома Природы - яркого и чистого - а также ещё одного источника чистой силы неподалёку, который пытается очистить их. Вместе они постепенно вытесняют гниль, но потребуется время, чтобы энергетические жилы этого места восстановились. А значит, мне придётся самостоятельно собирать энергию, необходимую для переноса сюда Замка и его земель. Лишь после этого подконтрольные мне земли смогут раскрыться полностью. Диана нахмурилась. - Сколько понадобиться на это времени? - Месяцы, - прогрохотал голос. Этот ответ тяжёлым грузом лёг ей на сердце. Она надеялась, что всё произойдёт гораздо быстрее. Дух Рода, похоже, почувствовал её разочарование, потому что спустя мгновение продолжил уже мягче: - Однако я смогу открыть проход, но только один раз. Твои люди смогут покинуть карманный мир и пустить здесь корни. После этого врата закроются до тех пор, пока моя работа не будет завершена. Плечи Дианы слегка опустились. - Что-ж, пусть хоть так, - тихо ответила она. Это было далеко не идеальное решение, но она понимала, что большего сейчас просить нельзя. Если бы не всё то очищение, которое она уже провела, этот процесс занял бы намного, намного больше времени. Камень Рода вспыхнул светом. Цвета в его глубине засияли ярче. Фиолетовый и зелёный переплетались с розовым и голубым, пока вся поверхность не засветилась, словно внутри камня зажглось северное сияние. Затем огромный монолит начал медленно погружаться в землю. Почва вокруг него пошла волнами, будто вода, и постепенно поглотила его целиком. Вскоре от Камня Рода не осталось и следа, кроме едва уловимого гула магии, всё ещё наполнявшего долину. Диана направилась прочь. Земля под её сапогами всё ещё слегка дрожала. Каждая новая волна вибрации расходилась по долине, напоминая медленное дыхание пробуждающегося великана. Идя через долину, она без удивления заметила, что через почву, ещё недавно остававшуюся голой, теперь местами проклёвывалась молодая трава. Под влиянием разлома Природы зелень медленно распространялась во все стороны. Казалось, будто весна пронеслась через эти земли за одно мгновение. Вся долина пульсировала в такт обустройству Камня Рода. Глубокий ровный ритм ощущался даже в её костях. А затем, без всякого предупреждения, из земли начал подниматься белый туман. Он быстро растекался по округе широкими волнами, покрывая долину и склон горы. Вскоре вся долина утонула в густой дымке. Диана знала, что туман останется здесь до тех пор, пока Заповедник полностью не материализуется, скрывая от посторонних глаз медленную работу магии, пока одно измерение сливается с другим. Диана остановилась и некоторое время наблюдала за происходящим, провожая взглядом расползающийся по долине туман. Такое зрелище выпадало увидеть крайне редко, и она сильно сомневалась, что когда-нибудь станет свидетелем подобного снова. Этот момент наверняка войдёт в историю её нового... государства? Королевства? Она ещё не решила. Но чем дольше она стояла здесь, тем прочнее эта мысль укоренялась в её сознании. Её мысли невольно переключились на будущее. Она представляла, каким станет первый город, как будут жить здесь её люди, как со временем будут расти и процветать эти земли, но вдруг краем глаза заметила слабое сияние. Обернувшись, она увидела у края туманной завесы высокую белую арку, сияющую спокойным серебристым светом. Проход, который обещал ей Дух Рода, наконец появился.

***

Большой зал в Башне Главы Рода казалось был просто создан для встреч и совещаний. Просторное помещение с высокими потолками и стенами из светлого камня выглядело одновременно величественно и строго. Высокие окна выходили на долину, однако тяжёлые бархатные шторы были задёрнуты, приглушая дневной свет и оставляя главным источником освещения магические лампы и камин у дальней стены. В центре зала стоял длинный стол, вырезанный из цельного куска тёмного дерева и отполированный до такого блеска, что в его поверхности отражались огни ламп. Вокруг него уже собрались те, чьё слово имело наибольший вес в Замке. Кингсли, бывший Министр Магии Британии, выглядел спокойным и невозмутимым. Майкл, глава хобгоблинов, сидел со скрещёнными на груди руками. Его лицо оставалось настороженным, но внимательным. Рядом расположились Селин, старейшина вейл, и Олаф, альфа оборотней. Широкие плечи последнего едва помещались в кресле, словно он мог случайно сломать его одним неосторожным движением. Среди них находились и представители куда более древних родов - главы домов, чьи имена давно стали частью истории волшебного мира. Фудживара Харутоши из Японии - сдержанный и рассудительный, худощавый мужчина, каждое движение которого говорило о привычке тщательно всё просчитывать. Михаил Волков из России - широкоплечий, внимательный и проницательный. Раджендра Вашишт из Индии - седовласый и спокойный, чей терпеливый взгляд с головой выдавал в нём Мастера-Целителя. Незим Хафре из Египта, моложе некоторых присутствующих, но ничуть не уступающий им в авторитете. Александра Леонтиос из Греции, держащаяся с природным достоинством, чьи серые глаза внимательно наблюдали за происходящим из-под густой гривы чёрных как вороново крыло волос. И, конечно, среди них были хорошо знакомые лица. Сириус Блэк, как всегда сочетавший в себе лёгкую небрежность и природный авторитет. И Невилл Лонгботтом - самый молодой из присутствующих, чья спокойная надёжность несла в себе наследие его рода. Вместе, в отсутствие Дианы, они представляли семь Древнейших и Благороднейших Домов - высший ранг магической аристократии - семьи, чьи корни уходили в глубину веков и которые решили оставить старый мир позади, чтобы начать новую жизнь на новых землях. В воздухе висело напряжение. Собрание было созвано по инициативе лорда Хафре, который становился всё более беспокойным с каждым часом затянувшегося отсутствия Дианы. Он никогда не признался бы в этом вслух, но его клаустрофобия становилась всё сильнее по мере того, как он оставался в этом небольшом пузыре пространства, парящем где-то между мирами, куда прежде не ступала нога ни одного известного волшебника... или, по крайней мере, никто из них не вернулся обратно, чтобы рассказать об этом... - Итак, прошло уже почти два дня... - хрипловато произнёс Михаил Волков. Его голос без труда разнёсся по всему залу. Его голос нарушил тишину, словно удар молота по наковальне, и сразу несколько человек повернули головы в его сторону. Знаменитый русский Мастер Артефактор и создатель палочек, похоже, совершенно не беспокоился из-за отсутствия леди Певерелл, но всё же решил поддержать разговор ради тех немногих, кого это всё же тревожило... уже в четвёртый раз за последние девять часов. Селин слегка подалась вперёд. Её голос звучал мягко, но от этого не становился менее настойчивым. - Он прав. Два дня - это немалый срок, особенно когда мы находимся в непонятном измерении и не знаем, что ждёт нас за его пределами. Мы не пленники чтобы просто сидеть и ждать приказов. У каждого из нас есть люди за которых мы в ответе и, не знаю как вы, но меня уже завалили вопросами. Майкл поудобнее устроился в кресле и скрестил руки на груди. - Если Её Величество задерживается, значит, на то есть причина. Если начнём поднимать панику, можем только всё испортить. Старейшина вейл окинула его холодным взглядом, но прежде чем она успела ответить, раздался голос Незима - спокойный, но наполненный тревогой. - А что, если она не вернётся? Что, если она мертва? Мы сидим здесь в полном неведении, не имея возможности ни двигаться вперёд, ни вернуться назад. Это измерение не бесконечно. Мы полностью зависим от Певерелл. И, возможно, удача в кои то веки повернулась к ней не той стороной, и в этом и кроется причина такой задержки. По залу прокатился тихий ропот. Серые глаза Александры опасно сузились, а её голос прозвучал быстро и резко: - Осторожнее, лорд Хафре. Рассуждать подобным образом о её смерти глупо. Леди Певерелл уже не раз доказала, что способна справиться с куда более серьёзными угрозами. Незим слегка склонил голову, но отступать не собирался. - Способности не делают человека бессмертным. Напряжение, постепенно нараставшее в зале, неожиданно разрядил Сириус. Откинувшись на спинку кресла и закатив глаза, он демонстративно вздохнул. - Честное слово, Незим. Если бы Диана была мертва, мы бы сейчас вообще не вели этот разговор. Камень Рода бы тут же раскололся, а это карманное измерение давно бы схлопнулось, распылив нас на атомы. Так что тут не о чем переживать. Михаил громко фыркнул. Харутоши, всё это время молча наблюдавший за спором, спрятал небольшую улыбку в своей густой бороде. Лицо Раджендры едва заметное смягчилось, когда он добавил своим низким и ровным голосом: - Лорд Блэк прав. Если бы род Певереллов прервался, нас бы здесь уже не было. Челюсть Незима напряглась, но спор сразу потерял большую часть своей остроты. С логикой было трудно спорить, даже если ожидание продолжало понемногу подтачивать его терпение. Тем не менее, после нескольких секунд молчания Незим постучал костяшками пальцев по столу и вновь вернулся к прежней теме. - Но вопрос остаётся открытым. Если она жива, то почему до сих пор не вернулась? Мы не можем сидеть здесь неделями, не зная, что нас ждёт дальше. Кингсли, как всегда спокойный и собранный, сложил руки на столе. - Согласен, терпение тоже имеет свои пределы. Но мы прекрасно понимаем, что Диана занимается вещами, которые выходят далеко за рамки опыта любого из нас. Если мы примем какое-либо решение без неё, то можем поставить под угрозу безопасность всех, кто сейчас находится в этом Замке. Александра вздохнула и откинулась на спинку кресла. Её голос звучал устало но твёрдо. - И мы снова возвращаемся к тому же выводу к которому уже приходили несколько раз за последние двое суток. Мы не можем уйти. Не можем действовать. Всё, что нам остаётся - ждать, пока Диана Поттер в очередной раз не совершит то, что все остальные считают невозможным. В зале вновь повисла тишина. Однако, если не считать Селин и Незима, остальные, похоже, совсем не переживали из-за ожидания. Те, кто хорошо знал Диану, включая Майкла и Олафа, полностью ей доверяли. А Михаил, Харутоши, Александра и Раджендра были достаточно стары и мудры, чтобы понимать: подготовить заражённые земли к прибытию целого народа - задача далеко не простая. Внезапный громкий хлопок разнёсся по залу, заставив нескольких человек инстинктивно потянуться к палочкам. Ремми, глава домовиков Дома Певерелл, возник из воздуха рядом со столом. Его большие глаза сияли, а маленькая грудь тяжело вздымалась от волнения. - Лорды и Леди, простите за вторжение, но вам нужно срочно выйти наружу! - воскликнул он дрожащим от возбуждения голосом. - Во дворе Замка появилась странная арка! В комнате воцарилась полная тишина. Несколько секунд никто не произносил ни слова. Затем по каменному полу раздался скрип отодвигаемых кресел. Лорды, леди и лидеры различных народов начали спешно подниматься на ноги. Недавнее беспокойство быстро сменялось другим чувством - предвкушением. Они почти бегом покинули Башню Главы. По дороге к ним присоединились ближайшие друзья Дианы - Уизли, Дафна, Блейз и Луна. На собрании их не было, но Добби уже успел сообщить им о происходящем. Внутренний двор немного изменился. Туман по-прежнему скрывал границы карманного мира, но теперь на его краю возвышалась высокая белоснежная арка, окружённая мягким сиянием. Её свет пробивался сквозь дымку, делая её почти неземной на вид. Арка стояла прямо у самой границы тумана, словно врата, ведущие в неизвестность. Они выстроились перед аркой широкой линией, сохраняя осторожную дистанцию. - Смотрите, - тихо произнёс кто-то. Все взгляды сразу устремились к странному сооружению. Палочки поднялись почти одновременно, готовые в любой момент встретить возможную угрозу. Этого не должно было произойти. Карманное измерение должно было просто слиться с реальным миром после того, как Диана привяжет Камень Рода. Сам процесс слияния предполагался быстрым и почти незаметным. Но в странной арке не было ничего незаметного. Воздух дрогнул. За завесой света мелькнула тень. Сначала едва различимая, затем постепенно обретающая чёткие очертания. Тень постепенно превратилась в человеческий силуэт. Толпа мгновенно напряглась. Длинные белые волосы блеснули в свете арки. По толпе пробежала волна беспокойства. Послышались встревоженные шепотки, но они быстро стихли. Но затем фигура наконец прошла через арку и по рядам прокатились удивлённые вздохи. - Опустите палочки! - резко рявкнул Сириус. Но подчинились не все и не сразу. Большинство присутствующих были слишком заняты тем, что ошеломлённо рассматривали Диану Певерелл. Исчезли её знаменитые волосы - те самые, которые всегда напоминали о её отце. Вместе с ними исчезла и последняя связь с глазами матери. Почти исчезла. Один глаз Леди Певерелл всё ещё оставался ярко-зелёным, но второй теперь стал глубокого неестественного фиолетового цвета. По мере того как она приближалась, становились заметны и другие детали её внешности. На лицах её друзей появилось беспокойство. Боевая мантия Дианы была разорвана и покрыта копотью, кровью и странными чёрными разводами. По шее тянулись засохшие дорожки крови, а над воротником мантии виднелся свежий шрам, которого не было, когда она уходила. Сириус и Невилл невольно напряглись, готовые в любой момент броситься к ней, но остановились, когда Диана наконец замерла перед собравшимися. Она медленно обвела взглядом толпу, внимательно рассматривая каждого. Затем, несмотря на усталость, отчётливо читавшуюся на её лице, уголки её губ дрогнули в знакомой озорной усмешке. И она первой нарушила тишину. - Ну что вы, право слово, не нужно всем сразу бросаться меня обнимать. А то ещё подумаю, что вы по мне скучали.