Часть 9

Где-то далеко за пределами мира смертных возвышался величественный зал, завораживающий в своей неземной красоте. Он был огромен и залит сиянием, словно свет исходил одновременно отовсюду и ниоткуда. Белые колонны, уходящие вверх на невозможную высоту, были покрыты плавными узорами, которые менялись всякий раз, когда кто-то пытался проследить за ними взглядом. Между ними тянулись высокие арочные окна без стёкол, за которыми не было ни неба, ни облаков - лишь яркое сияние без солнца. В самом центре зала стояли четырнадцать тронов, расположенных кругом. Каждый был вырезан из гладкого белого мрамора и сиял мягким светом, их высокие спинки украшали искусные барельефы, рассказывавшие каждый свою историю - в каждом можно было заметить тонкие детали, отражавшие сущность его владельца, однако вместе они составляли гармоничное целое, будто созданное по неведомому замыслу. В центре круга находился широкий неглубокий бассейн. Его поверхность состояла из вещества, которое не являлось ни водой, ни металлом, а чем-то средним между ними. Оно постоянно меняло цвет и оттенок: в один миг становилось серебристым, в следующий - глубоким синим, переливаясь при каждом движении. Этот бассейн служил богам зеркалом, окном и средством наблюдения за событиями смертного мира. Боги сидели молча, не отрывая взглядов от картин, разворачивавшихся на мерцающей поверхности. Они наблюдали, как смертная девушка пересекла миры шагнув через арку, как распахнулись её крылья и человеческий облик уступил место драконьему, как был запечатан и очищен разлом в План Тьмы, как одержимый скверной дракон стремительно атаковал и столь же быстро пал. Они стали свидетелями того, как был изменён пламенный разлом, превратившись из источника разрушения в источник равновесия. А затем произошло самое поразительное: молодая ведьма наложила чары на второй разлом и открыла поток природной энергии, который хлынул наружу подобно приливной волне. Ни один из Четырнадцати не произнёс ни слова, пока видения сменяли друг друга. Зал оставался неподвижным, а воздух был тяжёл от невысказанных мыслей. Лишь когда поверхность бассейна успокоилась и последняя рябь исчезла по лёгкому взмаху тонких пальцев Тессарион, тишина была нарушена. С одного из тронов раздался глубокий раскатистый смех, эхом прокатившийся по залу. Балерион, Бог Смерти и Загробного Мира, слегка подался вперёд на своём троне. - Следовало догадаться, что именно моя избранница найдёт способ сделать невозможное возможным, - сказал он, всё ещё посмеиваясь, его голос был полон одобрения. Но остальные молчали. Они по-прежнему сидели неподвижно, словно поражённые увиденным, неотрывно уставившись на спокойную поверхность бассейна. Арракс, Король Богов, Бог Порядка, Равновесия и Справедливости, слегка склонил голову в сторону Богини Предвидения и Пророчеств, безмолвно благодаря её за то, что она показала им путь их новой избранницы. Это дитя было их последней надеждой и эта мысль совсем не приносила ему спокойствия. Они снова и снова предпринимали попытки спасти свой любимый мир, находя чемпионов, создавая новых посланников и бесчисленные вариации реальности, однако ни одна из этих попыток не увенчалась успехом. Он был уверен, что не увенчалась бы и эта, если бы не вмешательство Леди Смерти... Король Богов тихо вздохнул и перевёл взгляд на Бога Смерти. Балерион практически сиял от счастья - зрелище, которое вызывало беспокойство у многих присутствующих. Дело было не в самой его радости, а в том, насколько редко её доводилось видеть. Каждый из них мог по пальцам пересчитать моменты, когда Балерион испытывал искреннее, ничем не омрачённое счастье, и пальцев всё равно осталось бы в избытке. И почему бы ему не радоваться? - с лёгким весельем подумал Арракс. - Всего за несколько дней его избранница добилась того, чего другие не смогли достичь за годы стараний. Маленькая драконица только начала свой путь, а они уже ощущали перемены, прокатившиеся по самой основе их мира. - Что думаешь, любовь моя? - спросил Балерион жену с широкой улыбкой, на которую Мелеис невольно ответила такой же. - Моя маленькая драконица и правда необыкновенна, не так ли? Богиня Колдовства, Магии и Коварства рассмеялась. Её мелодичный смех поддержал Дракстар - её второй супруг, Бог Жизни, Созидания и Природы, который, похоже, не меньше остальных забавлялся непривычным весельем обычно невозмутимого Балериона. - Думаю, мы только что стали свидетелями одного из самых выдающихся магических достижений, когда-либо созданных смертными, - ответила ему Мелеис. В её голосе всё ещё звучало веселье, но взгляд ясно давал понять остальным богам, что она говорит совершенно серьёзно. - То, как она сумела изменить саму природу разломов, поистине гениально. Магия этих людей завораживает. Впрочем, этого и следовало ожидать от тех, кого благословила сама Леди Магия. Их колдовство по-настоящему уникально - невероятно сложное по своей сути, но при этом удивительно изящное и обманчиво простое на первый взгляд. - Ты преувеличиваешь, Мелеис, - фыркнула Богиня Войны, явно не впечатлённая увиденным. - Признаю, то, что сделала эта девчонка, полезно для очищения осквернённых жил планеты, но назвать это «одним из самых впечатляющих магических достижений» - явный перебор. Мы все видели куда более грандиозные проявления магии. Особенно ты, как Богиня Колдовства. - Ты права, - спокойно ответила Мелеис, и её взгляд стал острее. - Но можешь ли ты честно сказать, что когда-либо видела подобное мастерство у смертного? Достижения Дианы могут казаться незначительными по сравнению с магией бессмертных, но не стоит забывать - она не богиня. То, что она совершила, одновременно гениально и невероятно сложно. Позволь уж мне быть судьёй в этом вопросе, ведь магия, как ты только что заметила - моя область. Обычно мягкий голос Мелеис стал твёрдым, словно сталь, и Вхагар это заметила. Богиня Войны слегка склонила голову, признавая авторитет старшей богини. - Мать права, - кивнул Тираксес, Бог Урожая, Земледелия и Земных Бедствий. - Её магия - магия всего её народа - невероятно могущественна и многогранна. Она способна искривлять пространство и саму реальность, а я никогда не думал, что смертным такое под силу. - Помимо выдающихся магических достижений леди Певерелл, - задумчиво произнёс Дракстар, - я хотел бы обратить ваше внимание на ещё одно не менее удивительное событие, а возможно, даже более значимое: создание прямого прорыва в План Природы. - Кто бы сомневался, что ты поднимешь эту тему, - пробормотал Караксес, закатив глаза с напускным раздражением. Однако всё, что он собирался сказать дальше, так и осталось невысказанным, стоило ему встретиться взглядом с потемневшими глазами Дракстара. - Можешь шутить сколько угодно, Караксес, - холодно ответил Дракстар. - Меня нисколько не удивляет, что значение подобного события ускользнуло от тебя. - Бог Морей, Штормов и Морских бедствий раздражённо зарычал, но Дракстар даже не обратил на это внимания. - Для тех, кто ещё не осознал всей важности произошедшего поясняю: постоянный поток чистой, ничем не искажённой природной энергии приносит пользу далеко не только животным и растениям. Он исцелит энергетические жилы планеты, увеличит число здоровых магически одарённых детей, усилит магическое поле вокруг бывшей Валирии и ускорит рост магических растений и существ, особенно драконов. Мераксес, Богиня Целительства, Семьи и Домашнего Очага, удивлённо покачала головой. - Вместо того чтобы десятилетиями восстанавливать популяцию драконов и таким образом стабилизировать энергию мира, она просто создала новые источники магии... Гениально. Совет Валирийских Богов погрузился в молчание, и каждый задумался о своём. Хотели они это признавать или нет, но открытие бреши в План Природы, также известный как План Жизни, было настоящим проявлением гениальности. Преимущества бесконечного источника живой энергии были буквально безграничны. И пока Четырнадцать богов размышляли над этим, в их мыслях вновь и вновь возникал один и тот же вопрос: если последняя из живущих Певереллов смогла добиться столь многого всего за два дня, то какие перемены она принесёт через месяц... или через год? - Есть ещё кое-что, о чём вам следует знать... - нерешительно начала Тессарион и вдруг замолчала. - Ну же, дочь, не томи нас! В чём дело? - подстегнул её Балерион. Его пальцы впились в подлокотники, выдавая едва сдерживаемое возбуждение. - Тессарион, дорогая? - мягко позвала Мелеис, заметив отсутствующее выражение на лице дочери - верный признак того, что Богиня Предвидения и Пророчеств вновь затерялась среди бесчисленных нитей возможного будущего. Тессарион медленно моргнула, и по поверхности её бассейна предсказаний пробежала рябь. - Будущее... То самое будущее, которое оставалось неизменным десятки тысяч лет... То самое, что не менялось, сколько бы чемпионов мы ни избирали в попытке его изменить... Его больше нет. В зале воцарилась тишина - тяжёлая и абсолютная. Боги сидели неподвижно, пытаясь осознать смысл только что услышанных слов. Неужели это возможно? Они уже надеялись прежде - снова и снова, с каждым новым избранником - и каждый раз эти надежды разбивались о неумолимую неизбежность. Но сейчас? Неужели это действительно происходит? И так скоро? Маленькая драконица только начала свой путь, а судьба целого мира уже изменила своё течение? Возможно ли такое вообще? Эти мысли метались в тишине, словно вспугнутые птицы. А затем зал словно взорвался голосами. Волнение, растерянность и недоверие смешались в единый шум. Боги заговорили одновременно, перебивая друг друга и засыпая Богиню Предвидения вопросами. Среди этого хаоса никто не услышал тихого смешка, пронёсшегося по залу подобно лёгкому летнему ветерку. Изначальная Магия, наблюдавшая за валирийскими богами всё время, пока они обсуждали деяния Дианы, медленно отвела от Зала Четырнадцати Огней свой всевидящий взгляд. Она вновь вернулась к вязанию, слегка покачивалось в кресле-качалке, тонкие пальцы с привычной лёгкостью направляли спицы. На её губах появилась довольная улыбка. - Наш чемпион, значит, - тихо пробормотала она с мягким мелодичным смешком и покачала головой. - Молодые боги порой бывают поразительно невежественны... - Ну, едва ли это их вина, сестра. В конце концов, ты ведь прибрала юную Диану к рукам задолго до того, как кто-либо из них вообще появился на свет, не так ли? Тени, собравшиеся в углу уютной комнаты, освещённой лишь мягким светом камина, всколыхнулись, словно живой дым. Из клубящихся теней выступила высокая грациозная фигура и шагнула в золотистый свет, исходивший от потрескивающего очага. Языки пламени слегка качнулись в её сторону, будто притянутые самим её присутствием, прежде чем она заняла кресло напротив. Смерть была облачена в струящиеся одежды, чёрные, словно пустота между звёздами. Её облик казался одновременно призрачным и пугающе реальным. Тонкая вуаль из теней скрывала лицо, но серебристый блеск глаз, напоминавший лунный свет на неподвижной глади воды, выдавал безграничную мудрость и тихое веселье. - Твоя правда, сестра, - ответила Магия с тихим смехом. Она бросила взгляд на сестру, и в её переливающихся всеми цветами радуги глазах заплясали озорные искорки. Серебристые волосы струились по плечам, словно жидкий звёздный свет, едва заметно меняя оттенок при каждом отблеске огня. - Это единственная причина, по которой я до сих пор не стёрла их с ткани мироздания за подобную самоуверенность. - Значит ли это, что всё складывается тебе на радость? - спросила Смерть. Её голос был мягким и плавным, словно шёлк. Она закинула ногу на ногу и подняла бледную тонкую руку. Тут же одна из теней, притаившихся у её ног, бесшумно скользнула вперёд. Она вложила в её ладонь кубок с тёмным вином и тут же растворилась во мраке. - О, будто ты сама этого не знаешь, - усмехнулась Магия, вновь принимаясь за вязание. Её пальцы ловко двигали спицы, а с каждым стежком вспыхивали тонкие нити светящейся энергии, наполненные едва уловимым пульсом самого созидания. - Тысячелетия замыслов и интриг... бесчисленные соглашения, бесконечные долги и услуги, которые ты взыскивала с меня - и даже с Судьбы, этой мстительной суки... Скажи, сестра, неужели всё это действительно того стоило? - Размеренный стук спиц внезапно стих. Магия не ответила сразу, и потому Смерть продолжила. - Я знаю, что они дороги тебе, но прежде ты никогда столь глубоко не вмешивалась в нити судеб своих последователей. Во всяком случае, не так, как сейчас. - Они мои дети, - наконец тихо произнесла Магия. Её взгляд опустился на почти законченное полотно из света и нитей, лежавшее на коленях. - Когда я создавала их, то вплела в их сущность крошечную частицу самой себя. Совсем маленькую, но всё же мою. Их магия несёт мой отпечаток. Она сильнее, богаче и гораздо более многограннее, чем любая другая. Они способны подчинять своей воле время и пространство. Единственное, что их ограничивает - зависимость от магических фокусов, через которые они направляют и контролируют свою силу. Но даже это ограничение со временем можно преодолеть. Их потенциал поистине огромен... Смерть откинулась на спинку кресла. От её фигуры расходились лёгкие тени, которые колыхались и извивались, словно дым. За пределами круга света от камина комната постепенно растворялась в бескрайнем сумраке - месте, где не двигался ни единый порыв воздуха и где сами звёзды будто наблюдали за происходящим в почтительном молчании. - И ты просто не смогла удержаться, - тихо сказала Смерть, и в её голосе прозвучала лёгкая насмешка. - Я должна была спасти их. Их мир умирает, а его магия постепенно угасает. Я хотела дать им ещё один шанс... и нашла для этого идеальную душу. Тихий смех Смерти нарушил тишину. - Нашла или создала? Ты ведь помнишь, что попросила меня об одолжении? Соблазнила обещаниями и убедила привести в твой мир новую родословную, при этом делая вид, будто это выгодно и мне самой. Она подняла кубок и наблюдала, как тёмное вино кружится внутри, словно пойманный в ловушку звёздный свет. - Этот так называемый Тёмный Лорд был настолько мелкой проблемой, что едва заслуживал моего внимания. Я могла бы отправить одного из младших слуг разобраться с ним и забыть о его существовании. Но ты, дорогая сестра... ты убедила меня благословить Певереллов своими дарами, убедила вмешаться. Ты даже манипулировала самой Судьбой, чтобы дать этой девчонке все возможные шансы превзойти остальных представителей своего народа. И всё это, - сказала она с кривой улыбкой, скрытой под вуалью, - лишь ради того, чтобы спасти своих любимых детей от вымирания? - Они слишком горды, - тихо ответила Магия, тяжело вздохнув и откладывая спицы в сторону. - Они готовы следовать лишь за теми, кто обладает силой, но немногие способны сохранить скромность и чистоту помыслов, когда весь мир лежит у их ног. Каждый лидер, за которым они следовали в последние века, преследовал собственные цели и отказывался трудиться ради блага своего народа... Поэтому мне пришлось создать такого лидера самой. Её взгляд устремился к камину, где языки пламени мерцали, словно нити расплавленного золота. - Но это вовсе не означает, что Диана не является самостоятельной личностью. Ты ведь помнишь, сестра: мы не властны над человеческими душами. Мы можем переплетать вокруг них ткань реальности, слегка направлять судьбу в ту или иную сторону... но выбор всегда остаётся за ними. И именно в этом заключается истинная красота человечества. Она ненадолго замолчала. - Вся жизнь Дианы была одной бесконечной борьбой. Я бы даже сказала, что её детство было куда жестче, чем у того самого Тёмного Лорда. Но посмотри, какой она выросла! Любознательной, но не высокомерной. Сильной и решительной, но справедливой. Хитрой, но доброй. Острой, как клинок, и одновременно мягкой, как пёрышко. И она стала такой не благодаря мне! Испытания, выпавшие на её долю - те испытания, что Я послала ей - должны были либо закалить её, либо сломить. На каждое лишение в её жизни Я отвечала новой возможностью: изменить себя, стать лучше, стать сильнее. Магия фыркнула и покачала головой. - Но Я никогда не вела её за руку. Не было ни даров судьбы, ни великих сил, полученных без труда лишь потому, что Я возлагала на неё большие надежды. Каждая возможность, дарованная Мною, была лишь намёком, случайно услышанной фразой, едва заметным знаком. И только от неё зависело, увидит ли она этот знак, поймёт ли, какое преимущество он ей даёт, и хватит ли ей решимости им воспользоваться. Единственный раз, когда я действительно вмешалась, был ещё до её рождения. Я лишь усилила её природный потенциал, обогатив кровь её рода кровью драконов с твоей помощью, сестра! Смерть тихо хмыкнула. - А как же то, что её мать - носительница новой крови - вышла замуж именно за её отца, сделав Диану ещё сильнее? Или то, что ты наградила её за убийство василиска, хотя она даже не соблюла положенный ритуал? И, конечно же, награда за смерть того ничтожества... Волдеморта, если я правильно помню его имя? Полно тебе, сестра. Я ведь не Судьба, не Жизнь и уж тем более не Порядок - уж мне-то можешь не врать. - Союз её матери и отца - не моих рук дело! - поджала губы Магия, всем своим видом показывая, насколько её возмутило недоверие сестры. - Это всё проделки Судьбы! Ты же знаешь, как она любит время от времени разыгрывать свои любимые истории с пророчествами, избранными и вечной "борьбой добра со злом". Этот сценарий был написан задолго до моего вмешательства. Я лишь воспользовалась удобным случаем и внесла в него несколько небольших изменений - с позволения Судьбы, попрошу заметить - которые никак не влияли на его финал. Диана идеально подходила моим собственным планам, поэтому мы с Судьбой договорились: как только её история подойдёт к концу, я смогу воспользоваться Дианой для своих целей. Магия сделала медленный успокаивающий вдох и, вернув себе привычную невозмутимость, продолжила: - Что касается побед Дианы над василиском и Волдемортом, я не могла оставить такие подвиги без награды! Это был далеко не первый случай, когда я проявляла благосклонность к одному из своих детей, сумевшему совершить невозможное. Так что не нужно обвинять меня в фаворитизме. Всего, что у неё есть, она добилась сама. Она сама выковала себя... Именно поэтому она и стала идеальным лидером. - И всё же девчонка терпеть не может руководить другими, - с тихим смешком заметила Смерть, поднося кубок к губам, скрытым под вуалью. Тёмное вино едва заметно мерцало, отражая отблески огня, пока она делала медленный глоток. - Это не имеет значения, - ответила Магия, изящно пожав плечами. - Она уже ведёт их за собой. Все, кто следует за ней, видят это, даже если она сама этого ещё не осознаёт. Они склоняются перед её силой, потому что были созданы именно такими. Это часть их природы - природы, которую дала им Я. Они уважают силу, а Диана и есть воплощение силы. Очень скоро они сами будут умолять её возглавить их. - То есть править ими? - фыркнула Смерть. - А разве это не одно и то же? - уголки губ Магии дрогнули в лукавой улыбке. Она бросила на сестру косой взгляд исподлобья, и в её глазах вспыхнули озорные искры, похожие на звёздный свет. Этот взгляд заставил Смерть рассмеяться. Её тихий мелодичный смех наполнил комнату, словно отголосок давно забытой песни. Услышать его удавалось крайне редко, хотя в компании её любимой младшей сестры это случалось куда чаще. - В таком случае я тоже буду наблюдать за жизнью твоей маленькой избранницы, сестра. Думаю, это зрелище обещает быть весьма занимательным.

***

Тонкие серебристо-белые нити одна за другой стекали в чашу, направляемые точными движениями Бузинной палочки. Прижимая сына к груди одной рукой, Диана осторожно извлекала воспоминание за воспоминанием и помещала их в небольшое углубление вырезанное в поверхности большого стола из зачарованного красного дуба. Тусклый свет палатки ловил серебристые нити на лету, заставляя их на мгновение вспыхивать и отражаться на её бледных пальцах. Никто не произнёс ни слова. Собравшиеся наблюдали за ней в почтительном молчании, и лишь лорд Раджендра Вашишт, казалось, оставался равнодушен к происходящему. Всё его внимание было сосредоточено на диагностических чарах, которыми он обследовал шею и плечо Дианы, покрытые шрамами. Будучи знаменитым Мастером Целителем, Раджендра не мог просто закрыть глаза на столь серьёзную рану, даже если её уже исцелила сама леди Певерелл, которая тоже являлась сертифицированным Мастером Целительства. Как только Диана убедилась, что все благополучно устроились в новом мире, и наконец позволила себе присесть, он сразу воспользовался возможностью её осмотреть. Сереброволосый целитель, которому было уже за семьдесят, покачал головой и ещё раз провёл палочкой вдоль грубой полосы шрама. Мягкое голубое сияние на кончике палочки скользнуло по покрытой рубцами коже. Как бы сильно ему ни хотелось заняться её лечением немедленно, Диана оказалась весьма упрямой пациенткой. Она наотрез отказалась подпускать к себе Раджендру, пока не убедилась, что люди получили всё необходимое для обустройства временного лагеря. Но и даже после этого она вместе со своими ближайшими друзьями, хобгоблинами и домовыми эльфами продолжала руководить переселенцами, помогая им освоиться, поддерживая порядок и не позволяя страху или отчаянию взять верх. Раджендра невольно восхищался тем, насколько играючи леди Певерелл справилась с такой непростой задачей. Тихая уверенность и природный авторитет излучаемые ей, успокаивали даже самых встревоженных людей и очень скоро обустройство лагеря наполнилось смехом и дружескими разговорами вместо страха и тревоги. Индийский Мастер ожидал, что этот настрой быстро исчезнет, как только новоприбывшие обнаружат, насколько трудно использовать магию в этом незнакомом мире. Однако, когда по толпе начали распространяться первые тревожные разговоры, нескольких спокойных слов Дианы, усиленных заклинанием Сонорус, оказалось достаточно, чтобы развеять все опасения. Люди лишь пожали плечами, приняв неудобство как временную проблему и полностью доверились её невозмутимости. Отогнав посторонние мысли, Раджендра вновь сосредоточился на своей работе. Диагностические чары как раз дали отклик, и он задумчиво нахмурился, изучая результаты. Диана проделала великолепную работу, исцеляя собственную рану - особенно если учитывать её возраст. Её знания в области целительской магии значительно превосходили то, чего можно было ожидать от столь молодой ведьмы, и это даже без учёта её мастерства в других направлениях магии. По правде говоря, ему почти нечего было исправлять, оставалось лишь попытаться уменьшить выраженность шрамов, чем он молча и занялся, выполняя тонкую и кропотливую работу. Диана почувствовала лёгкое прикосновение лечебных чар Раджендры к своему плечу как раз в тот момент, когда извлекла последнее воспоминание. Последняя серебристая нить плавно опустилась в чашу, на мгновение вспыхнула и растворилась в её глубине. Спустя секунду углубление, вырезанное в поверхности большого круглого стола, вспыхнуло холодным голубым светом и сияние побежало по вырезанным линиям к центру стола, где влилось в изменённый Омут Памяти. Вот таким образом Диана решила удовлетворить любопытство собравшихся - вместо долгого и нудного пересказа произошедших событий просто позволить им увидеть всё своими глазами. Тедди, удобно устроившийся у неё на коленях, задумчиво наматывал на палец прядь её волос. Новая внешность матери привела его в полный восторг. Едва увидев её, он тут же объявил: «Мама касивая!», а затем с радостным смехом изменил цвет собственных волос и глаз так, чтобы они стали такими же, как у неё. Невольная улыбка коснулась её губ. Некоторое время Диана наблюдала за сыном, а затем её взгляд медленно скользнул по собравшимся вокруг разумным. Лорды Харутоши, Волков и Хафре сидели за столом вместе с леди Леонтиос, терпеливо ожидая начала «представления». Закончив с её лечением и с улыбкой приняв её тихое «спасибо», лорд Вашишт по-отечески похлопал её по плечу и тоже присоединился к ним. Машинально поправив одежду, чтобы скрыть обнажённое ранее для лечения плечо, Диана окинула пятерых собравшихся внимательным взглядом своих разноцветных глаз. Несмотря ни на что, ей всё ещё было трудно до конца поверить, что они действительно находятся здесь. Главы пяти величайших Древнейших и Благороднейших Домов Земли сидят за её столом, признают её власть и просят позволить им стать частью её нового мира. Когда-то она не смогла бы представить себе ничего подобного даже в самых смелых мечтах. С некоторыми из них она познакомилась во время своих странствий, а о других лишь читала в архивах Хогвартса, когда увлеклась изучением самых влиятельных магических родов мира. У каждого были свои причины присоединиться к ней. И хотя все они тоже подписали магический контракт, Диана всё равно сохраняла осторожность. Если кто-нибудь из них решит переступить границы дозволенного, она не сомневалась, что сумеет быстро напомнить каждому его место. Её взгляд скользнул дальше, задержавшись на Селин. Рядом с ней сидела ещё одна поразительно красивая вейла - молодая женщина с золотистыми волосами и пронзительными голубыми глазами, которая, судя по всему, была её дочерью. Затем Диана перевела взгляд на Олафа, вожака оборотней, и его верного бету Флоки. И вейлы, и оборотни, подобно хобгоблинам, тоже принесли ей клятву верности, поэтому Диана не слишком беспокоилась об их преданности. Но всё же Старейшина вейл оставалась под её пристальным наблюдением. В глазах этой женщины таился хитрый блеск, выдававший её собственные скрытые амбиции. Чуть дальше стояли Фиренце и его правая рука Алонсо. Оба кентавра выглядели такими же спокойными как и всегда, словно всё происходящее давно было предсказано звёздами. Сереброволосый кентавр слегка склонил голову в знак приветствия, и Диана ответила ему тем же, прежде чем вновь медленно обвести взглядом собравшихся. Здесь присутствовали представители всех Древних и Благородных Домов, решивших последовать за ней, а также Кингсли, Грюм, Уизли, Невилл, Блейз, Дафна, Луна, Майкл и Сириус. «Шатёр Совета», как окрестили его Фред и Джордж - просторная палатка с большим залом для собраний и несколькими примыкающими гостиными, кабинетами и ванными комнатами - был заполнен до отказа. Когда Омут Памяти наконец начал проецировать воспоминания Дианы на одну из стен палатки, она тихо поднялась со своего места и незаметно ускользнула, крепко прижимая сына к груди. Заметив, что Сириус - и, к её удивлению, Майкл - собираются последовать за ней, Диана лишь покачала головой и жестом дала понять, чтобы они оставались на месте. Пока все были поглощены разворачивающимися в её воспоминаниях событиями, у неё наконец появилась возможность смыть с себя грязь, кровь и усталость этого долгого дня и переодеться в чистую одежду. Войдя в свою личную палатку установленную неподалёку, Диана обнаружила там Элли, Добби и Вельзу. Все трое заметно оживились при её появлении. - Ну что, тыковка, - мягко сказала она, проводя пальцами по волосам Тедди. - Поиграешь с Элли и Добби пока мама будет принимать душ, м? Она наклонилась, собираясь опустить его на ковёр, где домовики уже были готовы всячески его развлекать, но Тедди и не думал отпускать её. - Нет! Тедди с мамой! - воскликнул он дрожащим голоском, уткнувшись лицом ей в шею и с неожиданной силой вцепившись в её одежду. - Ну же, малыш, - ласково уговаривала Диана, пытаясь осторожно разжать его маленькие пальчики. - Маме просто нужно принять душ. Но её попытка только ухудшила ситуацию. В разноцветных глазах Тедди, так похожих на её собственные, заблестели слёзы. Нижняя губа задрожала, и он решительно замотал головой, отказываясь расставаться с ней хоть на минуту. Диана тихо вздохнула и поцеловала его в макушку. С тех пор как она вернулась, он вёл себя именно так - цеплялся за неё, словно боялся, что она снова исчезнет в любой момент. - Ну хорошо, хорошо, - тихо рассмеялась она, удобнее перехватывая сына на руках и направляясь наверх, в свои личные покои. Несколько минут спустя Тедди уже сидел в раковине и с восторгом пытался поймать разноцветные пузырьки, которые для него наколдовала Элли. Тем временем Диана зашла в душ. Взмахнув палочкой, она наложила чары приватности, скрывшие её тело ниже шеи. Тедди мгновенно успокоился, убедившись, что мама по-прежнему рядом, и снова увлёкся игрой. Пузырьки принимали форму маленьких зверушек и весело кружились в воздухе. Но даже увлёкшись игрой, он время от времени поглядывал на неё, словно боялся, что стоит отвернуться и она исчезнет. - Прямо как в старые добрые времена, да малыш? - хихикнула Диана, и её смех тихо разнёсся по выложенной плиткой ванной комнате. Такое случалось уже не раз. Каждый раз, когда она возвращалась после долгой охоты на очередного Пожирателя Смерти, Тедди ещё несколько дней не отходил от неё ни на шаг, словно боялся, что стоит ей снова исчезнуть из виду - и она уже не вернётся. После быстрого душа Диана почувствовала себя достаточно отдохнувшей, чтобы вновь вернуться к остальным. Она оделась в платье выполненное в чёрно-золотых цветах Дома Певерелл, на груди которого красовался вышитый золотом дракон. В последнее время большая часть её гардероба состояла именно из таких нарядов, и в этом Диана целиком винила Вельзу, которая превратила заботу о "достойном внешнем виде госпожи Дианы" в главное дело всей своей жизни. Стоило Диане потянуться за палочкой, чтобы высушить волосы простым заклинанием, как Вельза тут же появилась рядом. Домовушка перехватила хозяйку прежде, чем та успела улизнуть, и наотрез отказалась отпускать её, пока не привела её причёску в "надлежащий" вид. Вскоре верхняя часть длинных серебристых волос Дианы была уложена в замысловатые валирийские косы, а нижняя свободно струились по спине, напоминая потоки жидкого лунного света. - С этими валирийскими косами Вы выглядите совсем как Ваши предки из книг, которые Вы дали Вельзе для изучения, госпожа! - гордо воскликнула домовушка, любуясь результатом своей работы. Диана тихо рассмеялась и провела пальцами по одной из кос, в которую были вплетены её кольца мастерства. - И правда похожа. Спасибо, Вельза. Когда они с Тедди вернулись в палатку, "представление" было ещё далеко от завершения. Одного взгляда на проекцию хватило, чтобы понять: зрители как раз добрались до её битвы с тёмным элементалем. Диана постаралась как можно тише занять своё место, не желая привлекать к себе внимания, но очень быстро поняла, что её осторожность была совершенно излишней. Все взгляды в палатке были прикованы к мерцающей проекции. Лица людей светились смесью восхищения и неверия. Её друзья - и даже некоторые из присутствующих лордов и леди - теперь стояли на ногах. Их тревога и волнение были настолько сильны, что, казалось, ощущались прямо в воздухе. Тихий хлопок возвестил о появлении Добби рядом с ней. Не сказав ни слова, преданный домовик поставил перед Дианой тарелку с горячей едой. Она тепло улыбнулась ему и принялась за еду, внезапно осознав, насколько проголодалась после всего пережитого. Между делом, Диана кормила и Тедди, который с таким воодушевлением открывал ротик навстречу каждой новой порции рагу, что она невольно посмеивалась. В такие моменты он так сильно напоминал голодного птенца, что невозможно было не улыбнуться. К тому моменту, когда "кино" наконец подошло к концу, в палатке воцарилась потрясённая тишина. Диана немного откинулась назад, крепче прижимая к себе сына и медленно потягивая вино. В её глазах застыла задумчивость, пока последние образы воспоминаний растворялись на стене палатки. - Теперь, когда ваше любопытство наконец удовлетворено, полагаю, пришло время обсудить наши дальнейшие шаги, - задумчиво начала Диана. Высокий валирийский язык слетал с её губ так же естественно, как родная речь. Её мысли уже были заняты бесчисленными планами и срочными делами, требующими немедленного внимания. Краем сознания она отметила, насколько легко все освоились с языком её предков, но не успела продолжить эту мысль. Палатка буквально взорвалась гулом голосов. Диана моргнула, слегка опешив от обрушившегося на неё потока вопросов и возбуждённых восклицаний, которые посыпались со всех сторон одновременно. Увидев её растерянное выражение лица, Сириус поспешил прийти на помощь. - Эй, эй! Спокойнее! - громко воскликнул он. - По одному вопросу за раз, дамы и господа, уж будьте добры! - Его голос с привычной лёгкостью перекрыл шум. Постепенно гомон стих, превратившись в негромкое перешёптывание, и Сириус удовлетворённо кивнул. - Благодарю. - Вы должны простить нас, Леди Певерелл, - произнёс Фудживара Харутоши своим спокойным, размеренным голосом. В его мудрых глазах светилось неподдельное любопытство. - Однако, справедливости ради, ваши воспоминания породили у нас гораздо больше вопросов, чем дали ответов. Диана тихо вздохнула, поправляя Тедди, когда мальчик заёрзал, пытаясь устроиться поудобнее. - Что-ж, хорошо, - наконец уступила она. - Спрашивайте, что хотите, дамы и господа, но не будем затягивать. Задавайте лишь самые важные вопросы - нас ждёт множество более срочных дел. Получив её разрешение, пусть и неохотное, собравшиеся начали переглядываться и тихо обсуждать между собой, какие вопросы заслуживают ответа прежде остальных. - Прежде всего я хотела бы выразить своё - вернее, наше - восхищение тем, как мастерски вы справились со всеми испытаниями, которые выпали на вашу долю, - произнесла Леди Александра Леонтиос. Как раз в этот момент в палатке с тихими хлопками появились Минни и Добби, и начали раздавать собравшимся напитки и лёгкие закуски. - Каждый из нас слышал о вашем магическом мастерстве, миледи, - продолжила она, - но слышать о нём и увидеть всё собственными глазами - это совершенно разные вещи. Глава Древнейшего и Благороднейшего Дома Леонтиос из Греции - эффектная женщина чуть старше сорока лет с густой гривой тёмных кудрей и пронзительными серыми глазами - склонила голову, выражая своё уважение и благодарность. Диана удержалась от язвительного замечания о том, что слова Александры были утверждением, а вовсе не вопросом, и лишь легко кивнула в ответ. Политика, чтоб её. Затем она перевела взгляд на лорда Михаила Волкова, который начал подниматься со своего места, чтобы заговорить следующим. Несмотря на свою фамилию, глава Древнейшего и Благороднейшего Дома Волковых своим телосложением куда больше напоминал медведя. Когда он поднялся со стула, опираясь на подлокотники, рукава его багровой мантии натянулись на широких плечах и сильных руках. Под плотной тканью перекатывались крепкие мышцы, лишь усиливая это сходство. - Прежде всего я хотел бы обратить внимание присутствующих на поистине выдающееся достижение леди Певерелл, поскольку мне кажется, что многие здесь не до конца осознали его масштаб - будь то из-за недостатка знаний или простой невнимательности, - начал лорд Волков. Его глубокий, властный голос мгновенно привлёк внимание всех присутствующих. - Уже сам факт того, что она смогла не просто выжить, но и эффективно действовать в области, заражённой искажённой магией, является выдающимся достижением. Он ненадолго замолчал, позволяя своим словам осесть в сознании слушателей, прежде чем продолжить. - Немногие из вас это знают, но в своё время я участвовал в нескольких экспедициях, которые моя страна отправляла для борьбы с разломом Тьмы, возникшим в Чернобыле после аварии на атомной электростанции. Катастрофа оказалась настолько разрушительной, что буквально разорвала ткань мира и уничтожила местную лей-линию. Это был всего один разлом, но даже этого оказалось достаточно, чтобы наша магия почти перестала поддаваться контролю. Даже когда нам удавалось защититься от радиации, артефакты выходили из строя, защитные чары ослабевали, а заклинания становились нестабильными и непредсказуемыми. Чтобы закрыть тот разлом, потребовалось пять отдельных экспедиций и тринадцать звёзд* волшебников - сильнейших магов нашей страны. Но даже после этого радиация маггловских технологий успела слиться с эманациями тьмы, породив нечто поистине чудовищное. Эта земля остаётся непригодной для жизни и по сей день. Его лицо слегка помрачнело, хотя в голосе отчётливо звучало восхищение. - И всё же теперь я уверен, что леди Певерелл смогла бы справиться и с этим, если бы получила такую возможность. В одиночку она закрыла ЧЕТЫРЕ разлома, сумев не только сохранить контроль над собственной магией, но и очистить остаточную скверну, сразиться с искажёнными существами, обладающими высокой устойчивостью к магии, и даже уничтожить элементаля. Подобные деяния обычно встречаются лишь в древних легендах, когда сила колдовства значительно превосходила ту, что известна нам сегодня. И всё это лишь подтверждает то, во что я уже давно верил: я не ошибся, доверившись леди Певерелл и последовав за ней в неизвестность. По палатке прокатился гул голосов, когда смысл слов лорда Волкова наконец дошёл до присутствующих. Одни задумчиво кивали, соглашаясь с ним. Другие открыто выражали своё одобрение. Некоторые же просто смотрели на Диану широко распахнутыми глазами, в которых смешались восхищение и недоверие. К собственному лёгкому смущению Диана вдруг осознала, что совершенно забыла о том, что Михаил лично сталкивался с разломами Тьмы. Вместо того чтобы проводить дни, зарывшись в древние книги, она могла просто обратиться к нему за советом. Впрочем, теперь она была даже рада, что этого не сделала. Именно её исследования привели к открытию способов изменять и перенаправлять разломы. Но времени это, безусловно, сэкономило бы немало. Впрочем, столь открытая поддержка со стороны лорда Волкова её совершенно не удивляла. В конце концов, именно Диана помогла свершиться правосудию над русским Пожирателем Смерти, виновным в гибели его сестры... Если то, что знаменитый русский Артефактор и Мастер волшебных палочек сделал с тем конкретным последователем Волдеморта, вообще можно было назвать правосудием... Сам того не осознавая, Михаил уже ответил на большую часть вопросов, которые собирались задать собравшиеся, сэкономив всем немало времени. Многие из присутствующих до этого момента не до конца понимали, насколько опасны разломы. Времена, когда волшебники регулярно сталкивались с межпространственными разломами и учились с ними бороться, давно ушли в прошлое, поэтому подобное непонимание было вполне объяснимо. Следующим негромко откашлялся мужчина лет пятидесяти. Облачённый в тёмно-зелёные мантии, он слегка подался вперёд, привлекая внимание Дианы. Под густыми закрученными усами едва заметно мелькнула улыбка. - Пока все остальные сосредоточились на восхвалении ваших магических способностей, леди Певерелл, я бы хотел отметить глубину ваших знаний, - начал он плавным, уверенным голосом. - Многие использованные вами заклинания и ритуалы были невероятно сложными. О некоторых из них мы читали лишь в древних книгах, другие давно считаются утраченными, а некоторые... и вовсе нам незнакомы. - Его слова вызвали одобрительный гул и несколько согласных кивков среди окружающих, однако самого мужчину это, похоже, совершенно не волновало. - Я знаю, что проявлять чрезмерный интерес к секретам другого Рода считается дурным тоном, но удержаться просто не могу... - Вы хотите узнать, где я получила знания, которые считаются утраченными, лорд Сфорза? - спокойно спросила Диана, делая неторопливый глоток вина. Итальянский Древний и Благородный Дом Сфорза славился своими мастерами зачарования и архитекторами, поэтому Диану нисколько не удивляло, что такой известный Мастер, как Алессандро Сфорза, заинтересовался продемонстрированным ею сложным руническим искусством во время закрытия и перенаправления разломов. - Если это не тайна Рода, то да, миледи, - ответил он, вежливо склонив голову. - Как вам всем известно, мой предок, пришедший из этого мира, более двух столетий готовился к возвращению сюда, - начала Диана, задумчиво обводя взглядом собравшихся лордов и леди. - Сбор магических знаний был одним из главных дел его жизни. Библиотека Певереллов, по моему скромному мнению, является одним из крупнейших и наиболее полных собраний знаний во всём нашем прежнем мире. В ней хранятся труды по всем направлениям магии... даже по тем, которые давно считаются утраченными. По залу прокатилась волна возбуждённого шёпота. Многие смотрели на неё широко раскрытыми глазами, не веря своим ушам, тогда как её друзья обменялись понимающими взглядами, в которых читались веселье и предвкушение. - Есть ли возможность получить доступ к этим знаниям, миледи? - спросила леди де Авилла, знаменитый Мастер Рунолог и глава Древнего и Благородного Дома де Авилла. Диана на мгновение отвлеклась, когда Тедди потянулся к её бокалу с вином, прося маму дать ему "сок". С лёгкой улыбкой она мысленно обратилась к одному из домовиков. Добби появился почти мгновенно, держа в руках детскую бутылочку, наполненную яблочным соком. Малыш принял её с нескрываемым восторгом. Лишь убедившись, что сын спокойно сидит и с удовольствием пьёт свой сок, Диана вновь вернулась к разговору. - Что ж, - начала она, и на её губах появилась лёгкая улыбка, - я действительно планировала передать часть книг в нашу будущую магическую школу. Разумеется, только после того, как удостоверюсь, что её учебная программа соответствует стандартам, установленным основателями Хогвартса. Добиться этого будет несложно, учитывая, что в моём распоряжении находится личная библиотека Ровены Рейвенкло, а также её дневники и подробные записи времён основания Хогвартса, когда он считался одним из лучших магических учебных заведений мира. - Она ненадолго замолчала, позволяя стихнуть волне поражённых вздохов, после чего продолжила уже более твёрдым тоном: - Однако полный доступ к моей библиотеке получат только те, кто принесёт клятву верности Дому Певерелл. Как это уже сделали Дома Блэк, Лонгботтом, Уизли, Прюэтт, Лавгуд, Гринграсс, Забини, Шеклболт, Делакур и многие другие. Диана с трудом удержалась от презрительной усмешки. Она уже дала этим людям очень многое: новый шанс начать жизнь заново, землю для поселения и даже возможность сохранить своё могущество, наследие, Родовые Камни и поместья, поделившись с ними методом Игнотуса по искривлению пространства. И теперь они хотели наложить руки ещё и на её сокровища? Знания были самым ценным из её сокровищ. Ведь, как говорится, знания - это сила. И хотя благодаря предкам и скрытой библиотеке Ровены у неё этой силы было в избытке, они по-прежнему оставались её собственностью. Диана не была настолько наивна, чтобы делиться подобным богатством с теми, в чьей преданности не могла быть уверена. Поэтому она выдвинула условие, которое считала невыполнимым. Условие, на которое, как ей казалось, ни один гордый лорд или леди никогда не согласится. Честно говоря, она ожидала, что её слова вызовут возмущение. В конце концов, сама Диана до сих пор не могла прийти в себя после событий произошедших накануне отъезда, когда её друзья и даже крёстный один за другим опустились перед ней на колено и принесли клятву верности. Когда-то магическая клятва верности была обычным делом во времена, когда короли и королевы правили как магическим, так и немагическим миром. Однако за последние шесть столетий эта практика почти исчезла. Большинство благородных домов привыкли не подчиняться никому. Магические министерства, пришедшие на смену монархиям, были созданы для управления обществом, а не для того, чтобы повелевать им. И уж тем более они не обладали властью над древними благородными семьями, особенно над наиболее могущественными и влиятельными из них. Магическая аристократия сильно отличалась от своей немагической версии. Здесь не существовало герцогов, виконтов и множества других титулов, которые различались от страны к стране. В мире волшебников по-настоящему ценились лишь две вещи - сила и знания. Именно они определяли положение семьи среди знати и позволяли ей подняться выше. В магическом обществе признавались лишь три ранга благородных домов: Благородный Дом, Древний и Благородный Дом и Древнейший и Благороднейший Дом. Впрочем, это было лишь упрощённое объяснение. Благородный Дом возникал не благодаря титулам или официальному признанию, а благодаря живой связи между его основателем и Камнем Силы. Чтобы создать магический род, будущий глава семьи должен был связать свою магию и кровь с новым Камнем Силы, установленным на месте силы или лей-линии. Это обеспечивало роду стабильный источник магической энергии. После этого проводились священные ритуалы: обряды укрепления связи, церемонии благословения для защиты нынешних и будущих поколений, магические брачные ритуалы, очищающие и усиливающие обряды. Со временем всё это позволяло Родовому Камню или семейному алтарю слиться с самой сущностью рода и стать неотъемлемой частью его магии. Постепенно формировался семейный источник - общий резервуар магической силы, доступный каждому члену рода. Каждый член рода был связан с Алтарём, его жизненная сила и магия вплетались в самую его основу. После смерти члена семьи внешний слой его души - та часть, что хранила знания, навыки и оттенок практикуемой им области магии - не исчезал бесследно, а сливался с Камнем Рода. Эти фрагменты накапливались поколение за поколением и сохранялись до тех пор, пока существовал сам род. С течением веков Алтарь или Родовой Камень постепенно обретал собственное сознание, сформированное из отголосков душ всех предков, а члены рода - магическую предрасположенность. Для этого род должен был посвятить себя одному направлению магии, позволяя этой общей специализации отпечататься как на алтаре, так и на крови потомков. Со временем сознание Родового Камня превращалось в своеобразное слияние душ предков - коллективную память и волю всего Дома. Когда род достигал устойчивой специализации - обычно в среднем спустя примерно три столетия - а Алтарь начинал проявлять первые признаки осознанности, семья официально признавалась Благородным Домом и заносилась в Реестр Родословных. Примерно через шесть столетий непрерывного существования, сопровождаемого могущественными ритуалами и подношениями Леди Магии, Благородный Дом мог возвыситься до статуса Древнего и Благородного Дома. Различия между этими рангами были очевидны: значительно больший резервуар семейной магии, более высокий врождённый потенциал членов рода и куда более развитый Родовой Камень, способный общаться с семьёй через образы и простые слова. Кроме того, такие семьи нередко обретали вторую и реже даже третью магическую предрасположенность, что само по себе считалось огромным преимуществом. Чтобы Дом смог возвыситься до статуса Древнейшего и Благороднейшего, он должен был непрерывно просуществовать почти тысячу лет. Такие семьи считались настоящими титанами магического мира. Их Родовые Камни были полностью разумными и могли защищать не только родовой Замок и окружающие земли, но и все остальные владения семьи через сеть меньших связанных алтарей. Они обладали огромными запасами семейной магии, тремя и более магическими предрасположенностями и множеством других благословений. И это касалось лишь магической стороны их наследия. За столетия существования подобные рода накапливали колоссальные знания и богатства, поднимая своё влияние на практически недосягаемую высоту. Века упорного и целенаправленного труда даровали так называемым чистокровным семьям множество преимуществ и значительно больший магический потенциал - то, что многие маглорождённые считали несправедливым. Однако, как бы просто это ни звучало, существовала причина, по которой далеко не каждая чистокровная семья, какой бы древней она ни была, могла стать Благородным Домом. Формирование Родового Камня начиналось лишь в том случае, если род поддерживал магическую традицию как минимум три поколения подряд. Если же семья угасала, раскалывалась на отдельные ветви, покидала родовое поместье или отказывалась от магических традиций предков, Родовой Камень либо погружался в спячку, либо постепенно угасал окончательно. За всю историю бесчисленное множество многообещающих родов исчезло именно таким образом - они были уничтожены войнами, кровной враждой, смешанными браками с немагическими семьями или магическими катастрофами вроде Опустошения Восточной Европы и Падения Атлантиды. Чтобы Родовой Камень развивался, Дом должен был сохранять единую магическую идентичность - общую специализацию или магическое сродство, которым поколение за поколением посвящали себя его члены. Однако большинство семей оказывались слишком разрозненными в своих интересах или слишком широко расселёнными по разным землям, что не позволяло магии Родового Камня стабилизироваться и развиваться. Например, если одно поколение посвящало себя целительству, следующее - зельеварению, а третье - артефакторике, Родовой Камень никогда не сможет сформировать собственную устойчивую природу и полностью пробудиться. Всё это более чем объясняло, почему Благородные Дома - а тем более Древние и Древнейшие - со временем становились гордыми и чрезвычайно высокого мнения о себе, оказывая уважение лишь тем, кто занимал более высокое положение в иерархии силы. В прежние эпохи все три ранга по-прежнему склонялись перед своими королями и королевами, которые зачастую были не менее могущественны, а нередко и превосходили их благодаря своим огромным богатствам, ресурсам и влиянию. Однако за последние пять столетий - после принятия Статута Секретности, разрыва связей с немагическим миром и постепенного ослабления магической силы большинства королевских родов - все уровни магической аристократии привыкли не подчиняться никому. Прошли века с тех пор, как какой-либо Благородный Дом приносил клятву верности - магическую клятву, навечно связывающую один род служением другому, по крайней мере до тех пор, пока существует сам сюзерен. Именно поэтому Диана была уверена, что каждый глава Благородного Дома, присутствующий в палатке - особенно лорды Волков, Хафре, Харутоши, Вашишт и леди Леонтиос - сразу отвергнет её предложение. Более того, именно это она и сказала Сириусу, Блейзу и Дафне, когда они впервые заговорили с ней об этой идее. «Они уже принесли Непреложный Обет никогда не вредить тем, кто находится под моей защитой, и не нарушать установленные мной правила. Ни один из них никогда не согласится на клятву верности.» Но их многозначительные улыбки, полные тихого веселья, намекнули ей, что она возможно ошибается. Словно им был известен какой-то секрет, который от неё пока ускользал. Впрочем, Диану это совершенно не беспокоило. Она никогда не уделяла особого внимания бесконечным хитросплетениям волшебной политики. Не потому, что не разбиралась в ней - напротив, она тщательно её изучала, впитывая всё, чему учили её Сириус, Дафна и Блейз, каждый из которых прекрасно разбирался в сложных играх британской аристократии. Просто её внимание всегда было сосредоточено на куда более важных вещах. Например, на спасении магического мира от безумца и привлечении его последователей к ответственности. Однако следующие слова Сириуса она запомнила очень хорошо: "Непреложный Обет связывает лишь двух людей, Сохатик, и даже в нём иногда можно найти лазейку, если очень постараться. Клятва Верности же связывает весь Род. Навеки. Её нельзя просто нарушить, отказаться от неё или обойти хитростью - последствия падут на каждого, в чьих жилах течёт кровь поклявшегося." Когда несколько мгновений спустя не раздалось ни единого возмущённого возгласа или возражения, Диана окинула собравшихся быстрым взглядом и едва не потеряла дар речи от увиденного. Задумчивые лица и многозначительные взгляды, которыми обменивались присутствующие, застали её врасплох. Даже Верховные Лорды и Леди, казалось, всерьёз обдумывали её слова, а не отвергали их как нечто абсурдное. Её друзья и вассалы тем временем, выглядели так, словно из последних сил сдерживали смех. среди них были и Майкл, и оборотни и вейлы. Даже обычно невозмутимые и загадочные кентавры казались слегка развеселёнными. Краем глаза Диана заметила, как близнецы Уизли незаметно убирают в карманы несколько галлеонов, выигранных у Кингсли. Их глаза сверкали знакомым озорством. Похоже, такого исхода ожидали все... кроме неё самой. Когда тишина стала почти невыносимой, Диана поставила бокал на стол и прочистила горло, обдумывая свои следующие слова, как защитные чары, которыми она окружила долину, послали ей тревожный сигнал. Почти одновременно с этим снаружи палатки поднялся шум, мгновенно разрушив хрупкую тишину. Диана тут же поднялась на ноги, но Майкл оказался быстрее. Он стремительно направился к выходу, намереваясь выяснить причину переполоха. Однако добраться до входа он не успел. Полог палатки резко распахнулся, и внутрь ворвались два могучих хобгоблина из охраны, дежурившей снаружи. Подаренные им Дианой доспехи из сокровищниц замка Певерелл тихо звенели при каждом движении. Один из воинов сразу посмотрел на неё и резко произнёс: - Дракон, Ваше Величество! Защитный купол под атакой! Выбежав наружу, они оказались посреди настоящего хаоса. Весь лагерь был поднят по тревоге. Воины, волшебники и представители разных магических рас замерли в страхе и благоговении, не отрывая взглядов от неба. Высоко над долиной кружил огромный дракон, чешуя которого сверкала под солнечными лучами, словно осколки чёрного обсидиана. Дракон распахнул пасть и выпустил поток чёрного пламени. Огненная волна врезалась в мерцающий купол защитных чар, породив оглушительный взрыв света и звука. На мгновение барьер вспыхнул ослепительным золотым сиянием, но устоял. Разъярённая тварь атаковала снова. Её когти, способные разрывать камень, скользнули по невидимой преграде, а рёв прокатился по долине раскатами грома. Однако защитные чары даже не дрогнули. Чёрное пламя бессильно растекалось по слегка пульсирующему барьеру, оставляя после себя лишь волны жара и резкий запах горелого воздуха. Все были напряжены до предела, особенно простые ведьмы и волшебники, хотя в настоящую панику никто не впал. Все подняли палочки, направив их на искажённого дракона, но никто не решался атаковать. Причин для этого было несколько. Магия в этом мире всё ещё подчинялась им с трудом, и каждое заклинание требовало огромных усилий и концентрации. Дракон летел слишком высоко, чтобы их ослабленная магия могла до него дотянуться. А даже если бы и смогла - искажённые существа были невосприимчивы к прямому воздействию заклинаний. - Леди Певерелл, прошу, скажите, что эти защитные чары подпитываются Вашим Родовым Камнем, - напряжённо произнёс лорд Волков, не сводя глаз с бушующего в небе дракона. - Родовой Камень Певереллов и без того работает на пределе своих возможностей. Я не могла нагрузить его ещё и поддержанием защитных чар, - спокойно ответила Диана, полностью игнорируя недоверчивые взгляды окружающих. - Но волноваться не стоит. Их подпитываю я. Она прекрасно понимала их тревогу. Поддержание настолько обширной системы защитных чар обычно требовало Родового Камня или камня силы, связанного с местом силы или лей-линией, поскольку нагрузка была колоссальной. Однако сама Диана не ощущала её вовсе. Она знала, что при необходимости сможет поддерживать эти чары до конца своей жизни без какого-либо вреда для себя. - Но... - попытался кто-то возразить. Диана даже не обратила внимания на голос. - Опустите палочки. Её приказ прозвучал спокойно и уверенно, но она даже не стала проверять, подчинились ли ей. Продолжая держать Тедди на руках - мальчик смотрел на дракона широко раскрытыми глазами и с приоткрытым от удивления ртом - Диана мысленно приказала Бузинной Палочке принять форму посоха. Заклинание, которое она собиралась использовать, было не менее сложным, чем Адское Пламя или Ярость Солнца, и требовало исключительно мощного магического проводника. - Экор Тенебре... - произнесла она, высоко поднимая посох. В то же мгновение небо потемнело. Всего за несколько секунд над долиной собрались тяжёлые грозовые тучи, наполненные почти неудержимой электрической энергией. По небесам прокатился гром, а вспышки молний одна за другой озаряли облака, подпитываясь силой, которую Диана вливала в заклинание. - ...Кэли Фурор... Ветер рванул её волосы, а разноцветные глаза засветились от пропускаемой через тело магической энергии. Те, кто узнал заклинание, поражённо ахнули. Простые маги смотрели на происходящее словно зачарованные, наблюдая силу, масштабы которой едва могли себе представить. Но даже они не были готовы к тому, что произошло дальше. - ...Фульгур!* С последним словом грозовая туча обрушила вниз гигантскую молнию. Ослепительно яркий разряд ударил прямо в спину разъярённого дракона. Сила удара оказалась настолько чудовищной, что молния насквозь пробила тело твари и врезалась в защитный купол. Однако защитные чары даже не дрогнули, словно ничего не произошло. Дракон погиб мгновенно. Его огромное тело рухнуло на невидимую поверхность защитного барьера и заскользило по ней вниз, словно сломанная кукла, катящаяся с холма. Спустя несколько секунд туша исчезла вдали за пределами долины. Как только тело дракона исчезло вдали, небо начало стремительно проясняться. Грозовые тучи растаяли так же быстро, как и появились, ветер стих, и солнечный свет вновь залил долину своим теплом. Всё вокруг выглядело таким же мирным и спокойным, как прежде. Кроме собравшихся. Они стояли словно окаменевшие, не в силах отвести взгляд от Дианы. В их глазах смешались восхищение, неверие и потрясение. - Давно хотела попробовать это заклинание, - призналась Диана с едва скрываемым восторгом, однако быстро вернула себе серьёзный вид, когда заметила ошарашенные лица окружающих. - Дакон! - радостно захлопал в ладоши Тедди, всё ещё находясь под впечатлением от ярких вспышек и грома. Диана неловко прокашлялась, чувствуя на себе внимание десятков глаз. Через мгновение она подняла окклюментные щиты, и последние следы смущения мгновенно исчезли с её лица. - Отправьте кого-нибудь за тушей, - распорядилась она, обращаясь к Майклу и Грюму. - Нескольких хобгоблинов и бывших авроров будет вполне достаточно. Но проследите, чтобы никто не выходил за пределы защитных чар. За их границей использовать магию будет ещё сложнее. Майкл кивнул и сразу повернулся к охране, чтобы передать приказ. Грюм тем временем быстро создал Патронуса и начал диктовать ему сообщение. Не дожидаясь, пока серебристый посланник отправится в путь, Диана подарила собравшимся уверенную улыбку и направилась обратно в палатку, неся на руках невероятно довольного Тедди, который буквально подпрыгивал от переполнявшего его восторга. Она дождалась, пока все вновь займут свои места. Диана прекрасно чувствовала множество взглядов, прикованных к ней. В них читались десятки невысказанных вопросов, на которые у неё уже не осталось ни сил, ни желания отвечать. С неё было достаточно бессмысленных расспросов и бесконечных похвал. Сделав глоток из почти забытого бокала, она наконец заговорила: - Давайте всё же перейдём к вопросам, которые действительно требуют нашего внимания. Прежде всего нам необходимо закрыть последний тёмный разлом. Пока этого не произойдёт, ваша магия останется нестабильной, а мы не сможем начать полноценное освоение новых земель, находясь в таком положении. Разломы в План Огня могут подождать. Её слова встретила тишина, нарушаемая лишь редкими кивками. Большинство присутствующих всё ещё пытались осмыслить то, с какой лёгкостью она только что применила заклинание высочайшего уровня. - Вы собираетесь превратить их в источники нейтральной магии, Ваше Величество? - с заметным энтузиазмом спросил Майкл. Он, как и её ближайшие друзья, был одним из немногих присутствующих, кого совершенно не впечатлила недавняя демонстрация её силы. Для них это было чем-то совершенно обычным. Но если её друзья уже давно перестали удивляться сложнейшим заклинаниям, которые она творила, то уверенность хобгоблина в её возможностях было куда сложнее объяснить. Он знал её всего неделю, поэтому его непоколебимая вера в неё каждый раз заставала её врасплох. - Именно так, - кивнула Диана, скрывая лёгкий вздох раздражения, который неизменно вызывало у неё обращение «Ваше Величество». - Всего разломов было четырнадцать: пять вели в План Тьмы и девять - в План Огня. Два огненных разлома я уже изменила, так что осталось ещё семь. Когда мы закончим, у нас будет девять источников силы, не считая плотной сети пересекающихся лей-линий прямо под нашим новым домом. - Хочу заметить, что ничего подобного по размеру я раньше не видела, - нахмурившись, произнесла Дафна. Неизвестность всегда раздражала её больше всего. Она терпеть не могла чего-то не понимать. - Насколько мне известно, в Британии никогда не существовало Узла Лей-линий таких масштабов. Сириус задумчиво кивнул. - Да, я тоже это заметил. Из-за скверны в воздухе это легко упустить из виду, но я никогда не видел настолько огромного Сплетения Лей-линий. Самый большой из известных находился в Перу. Он исчез около полутора тысяч лет назад, и даже он был вполовину меньше того, что находится здесь. Лорд Незим Хафре, который с момента попадания в новый мир вёл себя необычно тихо, негромко откашлялся, привлекая внимание присутствующих. Если бы кто-то спросил Диану, какой из Древнейших и Благороднейших Домов удивил её больше всего своим решением последовать за ней в новый мир, она без колебаний назвала бы Дом Хафре. Один из древнейших магических родов Египта, чья история, по слухам, уходила во времена фараонов, Хафре славились своими архитекторами, разрушителями проклятий, геомантами и мастерами защитных чар. Сам Лорд Незим - высокий, худощавый мужчина лет сорока и знаменитый мастер-архитектор - когда-то руководил сохранением и защитой древних пирамид. Он был известен своим глубоким пониманием лей-линий: умением закреплять их, направлять потоки их энергии и даже изменять их течение - задачами, требующими огромного мастерства и силы. Дом Хафре не знал себе равных в искусстве работы с защитными чарами, лей-линиями и магической архитектурой. Не уступали они никому и в богатстве. Именно Хафре создавали настоящие чудеса архитектуры - величественные и изящные сооружения, грандиозные по масштабу и рассчитанные на долговечность. Лично Диана никогда с ним не встречалась, но даже представить не могла, что глава столь уважаемого и богатого рода однажды оставит всё нажитое предками позади ради возможности начать новую жизнь в другом мире. Она также заметила, что Сириус, Майкл и Невилл следят за лордом Хафре с едва скрываемым неодобрением, и невольно задалась вопросом, что же случилось в её отсутствие, если этот человек сумел вызвать подобную реакцию у её самых яростных защитников. - Согласно тем крупицам знаний, что сохранились до наших дней, считается, что древняя Атлантида была построена над крупнейшим Узлом Лей-линий из всех когда-либо известных. И по размерам он был примерно таким же, как этот, - произнёс лорд Хафре. Его глаза сияли от возбуждения и предвкушения, а увлечённость темой была настолько очевидной, что её невозможно было не заметить. - Когда местные лей-линии будут полностью очищены от скверны, эта земля сможет стать идеальным фундаментом для нашего нового дома. И это ещё без учёта девяти мощных магических источников. Это место - настоящий рай как для волшебников, так и для магических существ. Здесь мы можем построить новую, более развитую магическую цивилизацию. Поколения, рождённые на этих землях, будут от природы сильнее нас - с большей продолжительностью жизни, более крупными магическими ядрами и даже более высокой рождаемостью. По палатке прокатилась волна возбуждённого шёпота. Слова Незима заставили многих взглянуть на своё будущее с куда большим оптимизмом. - Что ж, Диана, похоже, твои родовые земли обладают поистине огромным потенциалом, - сухо заметил Сириус, особо выделив слово «твои». Его голос звучал непринуждённо, однако раздражённый и одновременно немного самодовольный взгляд по-прежнему был прикован к Незиму. К удивлению Дианы, Невилл и Майкл, похоже, полностью разделяли настроение Сириуса. Оба смотрели на египетского лорда с плохо скрываемой враждебностью. Их друзья тоже это заметили и начали обмениваться недоумёнными взглядами. А вот лорды Вашишт, Волков, Фудживара и леди Леонтиос выглядели скорее позабавленными, словно уже знали причину возникшего напряжения. Похоже, и сам лорд Хафре прекрасно понимал причину такой враждебности. Выпрямившись, он спокойно выдержал взгляд Сириуса, а затем повернулся к Диане. - Я должен принести Вам свои искренние извинения, леди Певерелл, и считаю, что лучше сделать это сейчас, при всех присутствующих, - спокойно начал он. - Ранее я повёл себя недостойно и позволил себе усомниться в Вас из-за Вашего долгого отсутствия. В своё оправдание могу лишь сказать, что страдаю тяжёлой клаустрофобией, и мысль о том, что мы оказались заперты в карманном измерении, дрейфующем между мирами, вызывала у меня настоящую панику. Диана моргнула, совершенно не ожидая подобной искренности. Извинения были последним, чего Диана ожидала от столь гордого египетского лорда, поэтому была искренне озадачена. В его голосе не было ни сарказма, ни попытки сохранить лицо или сгладить ситуацию. Только честность. А для человека его положения это говорило о многом. - В этом нет необходимости, Лорд Хафре. Ваши опасения были вполне понятны... - начала Диана, но он перебил её. - И всё же я настаиваю. С моей стороны было недостойно сомневаться в Диане Певерелл - женщине, которая прославилась тем, что раз за разом совершает невозможное. Он улыбнулся, и его слова прозвучали как лесть, однако Диана быстро убедилась, что он говорит совершенно искренне. Достаточно было лишь коснуться его поверхностных эмоций. - Что ж. Тогда Ваши извинения приняты, - ответила она с вежливой улыбкой, чувствуя, как голова Тедди всё тяжелее опускается ей на грудь. Малыш явно начинал засыпать. - Когда мы отправляемся, Ваше Величество? - негромко спросил Майкл, понизив голос, заметив, как ребёнок отчаянно борется со сном на руках у Дианы. Лидер хобгоблинов теперь выглядел совершенно спокойным. Судя по всему, извинения Незима полностью его удовлетворили. Диана благодарно улыбнулась ему и, наложив на сына чары тишины, ответила: - Как только этот маленький джентльмен уснёт. Думаю, ждать осталось совсем недолго. Иначе я просто не смогу убедить его отпустить меня. Он до сих пор не простил мне исчезновение на несколько дней, - тихо рассмеялась она, удобнее устраивая Тедди у себя на руках. Проделки малыша вызвали у присутствующих тихий смех. Даже самые суровые и внушительные лорды и леди не смогли удержаться от улыбок, наблюдая, как веки ребёнка начинают закрываться, а затем он резко вскидывает голову и вновь открывает глаза, упорно отказываясь сдаваться сну. Диана покачала головой, глядя на сына, после чего перешла к следующему вопросу. - Пока мы ждём, нужно решить ещё несколько важных задач. Прежде всего я хочу, чтобы наши специалисты по астрономии и астрологии - Фиренце, Алонсо и остальные кентавры - начали составлять карту нового неба. Нам необходимо изучить лунные циклы и определить все даты, имеющие магическое и духовное значение для будущих ритуалов. Она ненадолго замолчала и продолжила: - Я хочу как можно скорее провести церемонию благословения, чтобы привлечь внимание Леди Магии и попросить её благословить наше будущее в этом новом мире. Кроме того, крайне важно выяснить, когда наступит следующее полнолуние, по очевидным причинам. Мы должны быть к нему готовы и заранее подготовить укреплённые вольеры, где оборотни смогут безопасно пройти через превращение. Прямые приказы не позволят им причинить кому-либо вред, но они могут напугать жителей лагеря или даже случайно покинуть пределы защитного купола, подвергнув себя опасности. За барьером всё ещё остаётся скверна, а вместе с ней и риск столкнуться с искажёнными тварями. Она перевела взгляд на Олафа и его бету. Оба чувствовали себя неловко под всеобщим вниманием, но при этом было заметно, насколько они рады тому, что об их проблеме не забыли. Кентавры серьёзно кивнули. - Будет исполнено... Ваше Величество. Губы Фиренце едва заметно дрогнули, и Диана тихо вздохнула, сразу уловив скрытую насмешку. Только он мог находить удовольствие в том, чтобы поддразнивать её. Ни один другой кентавр никогда бы себе такого не позволил. Остальные тоже согласно кивнули. Все прекрасно знали, что когда речь заходила о небесных светилах и связанной с ними магии, никто не мог сравниться с кентаврами. - Отлично, - фыркнула Диана, покачав головой с лёгкой улыбкой. - Далее я хотела бы попросить лордов Хафре, Фудживару и Сфорза заняться разработкой проекта нашего будущего города. Вы трое - лучшие специалисты в этой области. - Возможно, это и так, миледи, - добродушно рассмеялся лорд Харутоши, Лорды Незим и Алессандро разделили его веселье. - Но при обычных обстоятельствах наши Дома никогда не согласились бы работать над одним проектом. Ничего личного, разумеется - мы искренне уважаем друг друга - однако подобное сотрудничество обычно болезненно задевает нашу профессиональную гордость. - Что ж, полагаю, мысль о том, что вам предстоит построить первый полностью магический город - и, возможно, будущую столицу нашей новой страны - должна хотя бы немного утешить вашу профессиональную гордость, не находите? - сухо усмехнулась Диана. - К тому же работать бесплатно вам не придётся. Как единственная владелица этих земель, я официально нанимаю вас для выполнения этой работы. Мастера-архитекторы мгновенно посерьёзнели и обменялись взглядами. Все трое прекрасно понимали, какая честь им оказана и насколько грандиозна стоящая перед ними задача. Тем временем многие присутствующие начали задумчиво переглядываться. - Мне кажется, не все пока осознали весь масштаб того, что мы здесь создаём, - продолжила Диана спокойным, но твёрдым голосом. - Мы не создаём очередное тайное общество. Не будет никаких скрытых поселений, тайных входов в торговые кварталы, министерств или больниц, спрятанных среди маггловских городов, и школ, местоположение которых известно лишь избранным. Мы строим новую страну. Страну волшебников. И мы не собираемся прятаться от мира. Она медленно обвела взглядом всех присутствующих. - Поначалу мы, конечно, останемся в тени. До тех пор, пока не закрепимся здесь, не освоим эти земли и не превратим их в надёжную крепость. Валирия - это сокровищница древней и высокоразвитой для своего времени цивилизации. Найдётся немало желающих завладеть её богатствами, поэтому нам понадобится время, чтобы вернуть эти земли под свой контроль и укрепить их защиту. Но когда мы будем готовы, мы заявим о себе. Громко и ясно. Мы не станем скрывать свои традиции и образ жизни. Не будем проводить наши благословения и священные праздники тайком. Разумеется, истинные масштабы нашей магии останутся нашей тайной. Магия этого мира угасала слишком долго, и наша сила может оказаться для его жителей слишком большой и непонятной. Но одну вещь узнает весь мир: эта земля - царство магии. Диана поняла, что именно в этот момент все по-настоящему осознали масштаб того, что они собираются сделать. В палатке воцарилась полная тишина. Никто не улыбался, никто не перешёптывался, но воздух словно был наполнен надеждой и осторожным воодушевлением. Она знала, что сейчас озвучивает не только свою мечту, но и мечту многих из присутствующих. - Не думайте, что я ввязалась в эту "авантюру" безо всякого плана, - начала она. Её голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась твёрдая убеждённость. - Как и многие из вас, я давно разочаровалась в нашем правительстве, наших законах и полном отсутствии прогресса. Когда в последний раз кто-то создал действительно значимое новое заклинание, ритуал или зелье? Сколько времени прошло с тех пор, как появился последний Древнейший и Благороднейший Дом? Сколько Благородных Домов прекратили своё существование за последние два столетия? Сколько направлений магии были объявлены «слишком опасными»? Сколько знаний мы потеряли? Сколько магических рас когда-либо считались равными нам, несмотря на то что их магия ничуть не слабее нашей? Сколько магических существ и растений вымерло из-за расширения маггловского мира? Сколько источников силы и лей-линий иссохло? Её вопросы словно искрами повисли в воздухе. Каждый из них находил отклик в сердцах и мыслях собравшихся. - Я думаю об этом уже очень давно, - продолжила Диана чуть тише, но не менее уверенно. - И уверена, что многие из вас тоже, иначе вас бы здесь не было. Когда я впервые узнала о своём наследии, я была в ярости. Мне казалось, что меня снова лишают права выбора, вынуждая расплачиваться за обещание, которое мой далёкий предок дал задолго до моего рождения. Но затем мой крёстный помог мне осознать, что истинной причиной моей злости была надежда. Надежда, которую я считала глупой и несбыточной. Всё происходящее выглядело слишком идеальным, чтобы оказаться правдой, и я была убеждена, что валирийские боги просто нашли способ воспользоваться моими самыми глубокими желаниями, чтобы склонить меня к исполнению их воли. - Но когда я осознала, что всё это правда, что действительно существует место, где мы можем создать лучший мир, моё воображение уже было невозможно остановить. Все идеи, от которых я когда-то отказалась, все мечты о лучшем будущем, которыми мы делились с друзьями во время бесконечных ночных посиделок в Хогвартсе, вдруг вернулись с новой силой. Новое правительство. Справедливые законы. Современная система образования. Разумная экономика и торговля... С тех пор мои мысли не знают покоя. Но я всего лишь один человек. У каждого из вас есть собственное видение будущего, собственный опыт и знания. И вместе мы способны создать нечто по-настоящему великое - новую цивилизацию, не похожую ни на что из того, что когда-либо видел любой из двух миров. Постепенно люди начали кивать. Кто-то обменивался задумчивыми взглядами с соседями, кто-то выпрямлялся в кресле, словно заново обретя цель. Даже самые сдержанные лорды и леди не могли скрыть искру надежды, зажёгшуюся в их глазах. Диана совершенно не заметила, как её друзья обменялись многозначительными взглядами. - Вот это, дамы и господа, и есть тот самый "эффект Дианы Поттер", о котором постоянно твердила Гермиона, - тихо пробормотал Блейз себе под нос. Его слова вызвали несколько приглушённых смешков у близнецов и Невилла, сидевших неподалёку. Услышав слова итальянского Лорда, Кингсли лишь покачал головой, не сумев скрыть ни тёплой улыбки, ни восхищения в глазах. В такие моменты он невольно думал о том, что было бы, окажись на посту Министра Магии не он, а Диана. Возможно, тогда магическая Британия не сопротивлялась бы новым реформам с таким ожесточением. В Диане было нечто такое, что заставляло людей замолчать, отбросить предубеждения и хотя бы выслушать её до конца. - Хорошо сказано, Диана, очень хорошо сказано, - с гордой улыбкой кивнул Сириус. - Уверен, наши мастера-архитекторы прекрасно справятся с проектированием будущего города. Что ещё ты задумала? - Далее я хотела бы попросить наших специалистов по гербологии и магозоологии изучить местную флору и фауну, - сказала Диана. При её словах Невилл посмотрел в сторону своих коллег, Лордов Эшкомба и Ляна, которые обменялись короткими кивками, а леди Леонтиос и Луна, являющиеся единственными Мастерами Магизоологии среди присутствующих, одобрительно улыбнулись. - Многие местные существа изменились под воздействием магии. Всех осквернённых необходимо полностью уничтожить, но есть и несколько преобразившихся видов, которых Тьма не коснулась. Было бы разумно изучить их на предмет необычных магических свойств. Что касается гербологов, я бы хотела, чтобы они также исследовали местную почву. Мне говорили, что она осталась чистой и необычайно плодородной, но лишняя проверка никогда не помешает. Сириус согласно кивнул. - Согласен. И думаю, стоит поручить нашим специалистам изучить останки осквернённых существ, включая драконов, которых убила Диана. Я знаю, что ты уже где-то припрятала их для будущих исследований, Сохатик. Он бросил на неё насмешливый взгляд, прекрасно зная, как часто её безграничное любопытство брало верх. - Разумеется, припрятала, - закатила глаза Диана, хотя уголки её губ дрогнули в едва сдерживаемой улыбке. - И раз уж мы заговорили об этом, думаю, стоит выяснить профессию или область мастерства каждого из наших людей. Перси, ты самый педантичный человек из всех, кого я знаю. Сможешь этим заняться? - Разумеется. Я справлюсь с этим в кратчайшие сроки, - ответил Перси с коротким кивком. При этом он так важно задрал нос, что все, кто хорошо его знал, не смогли удержаться от смеха. Диана покачала головой с тёплой улыбкой. Перси действительно сильно изменился. - Спасибо, Перси. Обязательно попроси девочек помочь тебе. Кстати, как продвигается перепись населения? Флёр? Дафна? - Мы закончили её ещё вчера, - кивнула Флёр. - На данный момент численность нашего населения составляет 15 475 разумных. Эти слова вызвали потрясённый вздох по всей палатке. Включая саму Диану. - Подождите, я была уверена, что цифры гораздо меньше. Откуда взялись ещё несколько тысяч человек? - недоверчиво спросила она. - В первоначальный подсчёт не включали детей, сквибов, магглов и домовых эльфов, - пожала плечами Дафна. На несколько секунд Диана лишилась дара речи. - Это больше, чем всё население магической Британии... - потрясённо пробормотал Невилл. По палатке прокатился тихий гул голосов. Лорды и леди переглядывались, обсуждая услышанное и делясь впечатлениями. - Что ж... - медленно выдохнула Диана и опустила взгляд на сына. Тедди мирно спал у неё на руках, засунув большой палец в рот. Она осторожно прижала его к себе и нежно поцеловала в лоб, после чего вновь сосредоточилась на обсуждении. - Хорошо. Нам необходимо выяснить профессию и область специализации каждого жителя. Убедитесь, что вы также спросите людей об их идеях и планах на будущее. Передайте всем, что они могут открывать любые предприятия или мастерские, какие только пожелают, в пределах разумного. И пусть делятся своими предложениями по развитию нашего нового дома. Она ненадолго замолчала. - Записывайте всё и предоставьте самые перспективные идеи на рассмотрение... Совета. Последнее слово прозвучало после короткой заминки. Совет. Она впервые назвала их собрание именно так. И чем дольше Диана обдумывала это название, тем правильнее оно ей казалось. Окинув взглядом сидящих за столом людей, она вдруг поняла, что именно эта группа, вероятнее всего, станет основой того правительства, которое однажды будет управлять их новым государством. - Предоставь это нам, - одновременно ответили Дафна и Флёр, синхронно кивнув. - Майкл, не мог бы ты сделать то же самое среди хобгоблинов? - спросила Диана, поворачиваясь к их лидеру. - Разумеется, Ваше Величество. - Я также хотела бы, чтобы ты собрал самых талантливых кузнецов своего народа и поручил им изучить валирийскую сталь. В этом мире она чрезвычайно ценна и прекрасно подходит для наложения чар. - Дождавшись его кивка, Диана продолжила: - Кроме того, назначь своих лучших воинов для поддержания порядка в лагере до тех пор, пока мы не создадим полноценную систему безопасности. Кингсли, Аластор, сделайте то же самое с бывшими аврорами. Найдите тех, кто готов вновь вернуться к службе, и наладьте взаимодействие с воинами хобгоблинов. Оба бывших аврора согласно кивнули. - И ещё, Майкл. Что насчёт магической стороны вопроса? Ты говорил, что ваш народ способен пользоваться магией волшебников. Стоит ли нам начать обучать взрослых основам? - В этом нет необходимости, Ваше Величество, - улыбнулся Майкл, качнув головой. - Мастер Флитвик и другие представители моего народа, которым разрешили пользоваться палочками, тайно обучили нас всех. Мы знаем всё, что необходимо знать о палочковой магии. Нам не хватает лишь собственных палочек. - Что ж, это легко исправить, - кивнула Диана. Она не могла не порадоваться тому, насколько удачно всё сложилось с хобгоблинами. Каждый из них уже был весьма искусным магом, а теперь выяснилось, что они ещё и прекрасно разбираются в магии волшебников. - Коллекция палочек Дома Певерелл полностью в вашем распоряжении. Глаза Майкла расширились от потрясения, хотя он почти сразу взял себя в руки. Лишь лёгкий блеск в глазах выдавал, насколько глубоко его тронули её слова и какую честь он видел в этом жесте. - Это огромная честь, Ваше Величество. Благодарю вас, - он глубоко поклонился. Майкл хотел сказать что-то ещё, но не находил слов. Да и как можно было выразить всё, что он чувствовал в этот момент? Как описать радость от того, что его народ наконец приняли как равных? Что им без колебаний даровали то, чего их лишали всю жизнь? Что им впервые по-настоящему доверяли? Никакие слова не могли вместить переполнявшую его благодарность. Ему казалось, что стоит лишь открыть рот, и наружу хлынет всё то благоговение, преданность и признательность, которые переполняли его сердце. Но сейчас было не время и не место для подобных признаний. Поэтому Майкл лишь крепче сжал челюсти и молча поклялся самому себе отплатить за оказанное доверие безупречной службой и вечной верностью. - Есть ещё какие-нибудь идеи? - Диана вопросительно обвела взглядом собравшихся. Однако в ответ все лишь неуверенно переглянулись, перегруженные полученной информацией. - Необязательно отвечать прямо сейчас. Сегодня мы обсудили только самые срочные вопросы. Уверена, когда вы всё как следует обдумаете, каждому найдётся что предложить. Спешить нам некуда. Если мы действительно хотим построить нечто великое - то, что простоит и будет процветать тысячи лет - действовать нужно вдумчиво и не торопясь. - Похоже, Вы уделили этому начинанию немало времени и сил, леди Певерелл, - с уважительной улыбкой заметил лорд Фудживара. Диана тихо рассмеялась. - Это действительно так. Что ж, если больше вопросов нет, на этом собрание можно считать завершённым. Нам ещё предстоит успеть закрыть тёмный разлом до того, как проснётся мой сын.

***

Далеко за океаном, в Красном Замке Королевской Гавани, король Джейхейрис Таргариен беспокойно пошевелился во сне. Воздух в его покоях казался тяжёлым и душным, несмотря на прохладную ночь за окнами. Сны всегда были частью наследия драконьей крови, но этот сон ощущался иначе - ярким и живым. Во сне Джейхейрис почувствовал, как покидает своё смертное тело. Невесомый, он медленно воспарил над кроватью и посмотрел вниз. Там лежало его собственное тело - старое, утомлённое, беспокойное даже во сне. Рядом спала Алисанна. Её серебристые волосы рассыпались по подушке, словно лунный свет. Сердце Джейхейриса болезненно сжалось от нежности. Как же ему не хватало её присутствия в этих покоях после их ссоры из-за назначения Бейлона наследником престола. И теперь, увидев её рядом вновь, он ощутил переполняющую его радость. Внезапно какая-то сила потянула его вперёд. Его дух словно подхватило невидимое течение, увлекая к дверям. Джейхейрис без труда прошёл сквозь резное дерево и двух гвардейцев Королевской Гвардии, стоявших на страже королевских покоев. Их белые плащи светились потусторонним светом в свете горящих факелов. Замок спал. Он проплыл через Твердыню Мейегора, наблюдая за сменяющимися коридорами, за слугами, бесшумно передвигавшимися в полумраке, и за стражниками, охранявшими покои членов королевской семьи. Его втянуло в одну из дверей и вскоре он увидел свою внучку Рейнис, мирно спящую рядом с мужем, Корлисом Веларионом. В соседней детской тихо спал их маленький сын. Гордость напополам с горечью наполнила его сердце, когда он заглянул в следующие покои. Там всё ещё бодрствовал Бейлон - его сын, наследник и Десница. Склонившись над столом, он читал разложенные перед ним свитки и тщательно заносил свои заметки. Смотря на своего второго сына, Джейхейрис не мог не представить на его месте Эймона, своего старшего сына которого боги отняли у него слишком рано.  Продолжив путь, он увидел свою добрую и мягкую дочь Гейл. Она тоже не спала, удобно устроившись на кровати с раскрытой книгой в руках. Пламя свечи золотило её черты, придавая им особенно мягкое выражение. Продолжив путь, он оказался у покоев своего внука Визериса. Тот спал рядом с беременной Эйммой, а в соседней детской безмятежно спала маленькая Рейнира. Золотое тело леди Сайракс свернулось в клубочек над её головой, напоминая живую корону. Наконец его дух оказался в септе. Перед статуей Матери, в мягком мерцании свечей, на коленях стояла Мейгелла. Лишь несколько дней назад она вернулась в Красный замок, надеясь восстановить мир между своими родителями. Её губы беззвучно шептали молитву, а искренняя вера и преданность Семерым сияли ярче любого огня вокруг неё. Благодарность наполняла его душу, пока он скользил сквозь сон. Ему казалось, что боги даровали ему это видение - позволили ещё раз увидеть своё величайшее сокровище, наследие Дома Дракона. Эта мысль лишь укрепилась, когда его бесплотный дух снова подхватило неведомое течение, унося прочь через стены Красного замка и дальше по ночному небу - к Староместу и Цитадели. Там, среди бесконечных рядов высоких книжных полок, он увидел Вейгона. Его сын сидел за массивным столом, заваленным книгами по торговле и экономике. Сердце Джейхейриса болезненно сжалось от горечи. Он принял решение сына посвятить свою жизнь знаниям и служению королевству через науку, а не через власть, но это не означало, что ему не хватало его рядом. Но прежде чем он успел задуматься над этим чувством, невидимая сила вновь потянула его вперёд. Она пронесла его через Узкое море, далеко за пределы Вестероса. Он стремительно пролетел над Пентосом и направился к роскошному дворцу одного из пентошийских магистров. К своему удивлению, в его богато убранных покоях Джейхейрис обнаружил Деймона. Его внук крепко спал, и на его лице впервые за долгое время не было ни дерзкой усмешки, ни упрямства, ни гнева - лишь непривычное спокойствие. Несмотря на все обиды и разногласия, Джейхейрис почувствовал, как на сердце становится легче. Его непокорный внук был в безопасности. Однако облегчение быстро сменилось чувством вины. Он любил Алисанну всей душой, но даже власть короля имела свои пределы. Именно её отказ даровать Деймону валирийскую невесту - тем более единственную незамужнюю девушку их крови - стало причиной разлада в семье. А её дальнейшее решение женить его на Рее Ройс только ухудшило положение. Алисанна сделала всё чтобы не допустить союза внука с дочерью. Для неё Деймон оставался слишком диким, слишком импульсивным и непредсказуемым, чтобы доверить ему их нежную и добросердечную Гейл. Что в конечном итоге и заставило Деймона покинуть Вестерос и возвращаться только по его прямому приказу. Смотря на последнего из своих близких, увиденных этой ночью, Джейхейрис был уверен, что его необычное путешествие подходит к завершению. Однако он ошибся. В следующее мгновение невидимая сила резко подхватила его дух и вырвала его из Пентоса - прочь от Деймона и спящего города. Она увлекала его за собой с такой мощью, что сопротивляться ей было невозможно. Он стремительно нёсся над просторами Эссоса, всё дальше на юг - мимо Мира, мимо Волантиса и ещё дальше. И тут в его бесплотной груди начал ощущаться странный, мерный ритм. В следующее мгновение Джейхейриса осенило. Невидимая сила влекла его к утраченной родине его семьи - к руинам Древней Валирии. Лицо короля омрачила скорбь. В памяти всплыл образ его племянницы Эйреи, которая когда-то похитила Балериона и улетела в самое сердце погибшей Валирии. Лишь год спустя она вернулась домой. Сломленная. Измученная. Умирающая. Её погубило проклятие, которое Четырнадцать Огней наложили на эту обречённую землю, или же нечто ещё более страшное, скрывавшееся среди её руин. И всё же, несмотря на все опасности, которые по-прежнему таились там, Джейхейрис чувствовал, как в нём пробуждается невольное любопытство, смешанное с глубокой, болезненной тоской. Он пересёк Дымное море, над чёрными водами которого поднимались клубы тумана и пара. Вскоре пейзаж внизу начал меняться. Под ним проплывали густые зелёные леса, величественные горы с дымящимися вершинами и руины древних городов - жалкие останки некогда великой империи. Но чем дальше он летел, тем больше его внимание привлекала одна странность. Полуостров, который после Рока Валирии раскололся на четыре отдельных острова, вновь выглядел единым целым. Огромный массив суши простирался под ним, укрытый дымом и тенями. Его скорость начала расти. Тянущая его сила становилась всё сильнее и сильнее, почти непреодолимой. Впереди показался огромный город, раскинувшийся у подножия колоссального вулкана и на одно короткое мгновение Джейхейрис увидел нечто невозможное. Город не был разрушен. Высокие башни и изящные мосты поблёскивали в огненном сиянии. Особняки и широкие улицы были залиты светом. А в самом сердце города возвышался великолепный замок, не похожий ни на один из тех, что ему доводилось видеть прежде. Но прежде чем он успел осмыслить увиденное или хотя бы удивиться этому видению, неведомая сила бесцеремонно швырнула его прямо к вулкану. Инстинктивно Джейхейрис зажмурился, ожидая столкновения и не открывал глаза до тех пор, пока движение внезапно не прекратилось и не стало ясно, что его бесплотный дух наконец остановился. Осторожно открыв глаза, он замер. От изумления у него перехватило дыхание. Король парил внутри гигантского жерла спящего вулкана. Его огромные изогнутые стены были испещрены террасами, проходами и исполинскими пещерами. К своему изумлению, Джейхейрис увидел, что многие из этих пещер заняты и внутри них покоились драконы невообразимых размеров. Воздух дрожал от жара и света, поднимающихся от озера раскалённой магмы далеко внизу. Его сияние окрашивало всё вокруг в золотые и багровые оттенки. Джейхейрис медленно повернулся, пытаясь осознать увиденное, и вдруг его взгляд зацепился за широкий проход высоко на внутренней стене вулкана. В отличие от остальных, этот проход сиял странным, почти неземным светом, словно за ним горело маленькое солнце. Охваченный любопытством, он направился туда. У самого края прохода стояла одинокая фигура. Хотя сам Джейхейрис не чувствовал жара, он понимал, что стоять в самом сердце вулкана должно быть невыносимо, даже учитывая то что вулкан был спящим. По мере того как он приближался, фигура постепенно обретала чёткость. Перед ним стояла невысокая стройная женщина в длинном чёрном платье, которое поблёскивало, словно драконья чешуя. По тёмной ткани извивались сложные золотые узоры, похожие на тонкие жилы расплавленного золота. Её длинные серебристые волосы мерцали в отблесках расплавленной магмы. В её валирийском происхождении невозможно было усомниться. Пальцы украшали многочисленные кольца самых разных форм и металлов. Некоторые из них поблёскивали знакомым тёмным блеском валирийской стали. Ещё несколько колец были вплетены в небольшую косу среди её волос, а на голове женщины покоилась корона из валирийской стали, выполненная в виде длинных изогнутых драконьих клыков. Его взгляду был открыт лишь её профиль. Женщина стояла совершенно неподвижно, легко опираясь руками на ограждение. Джейхейрис застыл, словно заворожённый. Что-то в этом образе приковывало взгляд и не позволяло отвернуться. Затем всё вокруг пришло в движение. Гора содрогнулась и низко загудела, словно в её недрах билось живое сердце. И каким-то образом Джейхейрис сразу понял - сон подходит к концу, и вскоре он проснётся. Когда очертания мира начали размываться, а свет медленно угасать, женщина наконец обернулась в его сторону. Её лица он так и не увидел. Вместо этого взгляд Джейхейриса притянул золотой символ, сиявший у неё на груди. Дракон, пожирающий собственный хвост. Идеальный золотой круг на фоне чёрной ткани её платья. И тогда сон оборвался. Джейхейрис резко проснулся, тяжело дыша, сердце бешено колотилось в груди. Тишина королевских покоев давила со всех сторон и он ещё долго сидел в темноте, задумчиво наблюдая за тем, как в камине догорают последние угли.

***

*Звезда - это объединение из пяти волшебников, чьи магические ядра достигли устойчивой синхронизации. Такие группы не возникают случайно - их создание требует глубокого доверия, многих лет совместных тренировок и эмоциональной совместимости между всеми участниками. Завершённая Звезда действует как единый организм, позволяя магии свободно течь между её членами и многократно усиливая каждого из них. Синхронизация не просто увеличивает силу - она её приумножает. Пять магов, действующих в совершенной гармонии, способны превзойти несколько десятков волшебников, работающих по отдельности. *Море Тьмы. Гнев Небес. Всесокрушающая Молния!