Часть 11

Картина перед ней была поистине завораживающей. Вдалеке тянулась горная гряда, почти полностью покрытая зеленью, а среди гор виднелся вулкан, из кратера которого едва заметно поднимался дым. У подножия гор, насколько хватало взгляда, стелился густой туман, скрывавший её Замок и все принадлежавшие ему земли: поля, загоны, теплицы, зачарованный лес, полный магических деревьев, и даже волшебное озеро, где, по словам Ремми, жила небольшая колония русалок. У самого края тумана кипела большая стройка. Очертания будущей площади были хорошо различимы, как и фундаменты трёх зданий, которым предстояло сыграть особенно важную роль в её будущем королевстве: больница, здание правительства и… банк. Диана тихо фыркнула, вспомнив лица собравшихся Лордов, когда она объявила, что собирается построить банк, который будет принадлежать её семье. Королевский титул не означал, что всё принадлежащее ей автоматически переходило Короне. Банк она собиралась оставить за Домом Певерелл. Теперь, когда её статус окончательно утвердился, особенно после того как остальные Благородные Дома поспешили последовать примеру Волкова, Фудживары и Хафре и принести ей клятву верности, Диана больше не видела причин сдерживать ни себя, ни свои амбиции. Магия свидетель, она никогда не желала брать на себя такое бремя, но раз уж выбор сделали за неё, теперь она будет поступать так, как сочтёт правильным. Внезапный порыв ветра бросил ей в лицо пряди волос. Не задумываясь, Диана убрала их в сторону, проводя рукой по голове, и осторожно высвободив выбившийся локон, зацепившийся за Кольца Мастерства, вплетённые в тугую косу на макушке. Расстояние было слишком большим, чтобы разглядеть каждую мелочь, но даже с холма на другой стороне огромной долины она ясно видела хобгоблинов, строивших будущий банк. Её решение насчёт банка привело Майкла в восторг. Несмотря на неприязнь к народу своего отца, он был достаточно умён, чтобы понимать все преимущества собственного банка. Вскоре лучшие мастера-хобгоблины уже приступили к работе, а точнее, к выкапыванию целой сети зачарованных туннелей под будущей столицей. И снова Диана поймала себя на том, что благодарна судьбе за встречу с этими людьми: трудолюбивыми, способными и преданными до глубины души. Жизнь под властью гоблинов была настолько суровой, что среди них просто не было бесполезных людей. Даже детей с ранних лет учили ремеслу, чтобы гоблины не могли счесть их ненужными и избавиться от них. Это было несправедливо и жестоко до глубины души, и Диана собиралась сделать всё, что было в её силах, чтобы они как можно быстрее забыли свою прошлую жизнь, словно та была всего лишь страшным кошмаром. Но более циничная её часть понимала, что именно из-за этого прошлого и из-за её роли в их «освобождении» они были так безгранично ей преданы, а она сама получала от этой преданности немалую выгоду. Рассеянно крутя на пальце кольцо Главы Дома Певерелл, Диана продолжала осматривать свои земли. На значительном расстоянии от строительной площадки, прямо посреди огромной долины, раскинулся большой палаточный городок, полный шатров всех возможных цветов, снующих туда-сюда людей и редких вспышек фейерверков, которые запускали в небо владельцы лавок приколов и развлечений. Приближался вечер, и площадь уже была почти переполнена людьми, желавшими посмотреть очередное иллюзионное представление братьев Мёрфи - тех самых маглорожденных, которые, по словам близнецов Уизли, показывали «Белоснежку», так сильно полюбившуюся её сыну. Её земли… Да, теперь она могла сказать это свободно: это были её земли, её дом, её люди. Диана перевела взгляд влево, к лазурному берегу, где обосновались рыбаки, а несколько смельчаков даже решились войти в воду под пристальным присмотром стражников, патрулировавших побережье. За берегом простирался бирюзовый океан, разделивший бывший полуостров на четыре части, а вдали едва виднелась линия дальнего берега соседнего острова. Где-то там стояла столица, полная сокровищ одной из самых богатых империй мира, а вместе с ней - резиденции Великих Валирийских Семей и несколько небольших городов, разбросанных по расколотой земле… И всё это принадлежало только ей. И весь мир наверняка смотрел на всё это с алчным интересом… Да, вид действительно был захватывающим. - Мы готовы, Ваше Величество, - раздался голос за её спиной. Обернувшись, Диана кивнула Майклу и перевела внимание на хобгоблина, который подошёл вместе с ним. На вид мужчине было около сорока пяти или чуть больше. Он был на голову ниже Майкла и носил светлую рубашку с закатанными рукавами и тёмные свободные брюки. На одном из его предплечий крепились ножны для палочки, а на поясе висел длинный меч из её оружейной. Майкл быстро представил своего спутника. - Это Даск, моя Королева. Он один из наших лучших разрушителей проклятий. Конечно, мы не ожидаем найти в замке проклятия или магические ловушки, но всё же лучше иметь рядом специалистов, которые умеют работать с повреждёнными артефактами, находить и открывать скрытые комнаты и хранилища, очищать места от негативной энергии и… обращаться с человеческими останками. Даск, заметив, что Диана смотрит на него, наконец перестал разглядывать её с благоговейным восхищением и глубоко поклонился. - Приветствую вас, Ваше Величество. Для меня и моего народа великая честь служить Вам. Я знаю, что до сих пор Вам приходилось делать всё самой, но теперь в этом больше нет необходимости. У Вас есть те, кому Вы можете доверить часть своих задач. Мы проследим, чтобы всё было выполнено на высшем уровне. Диана перевела взгляда за его спину и увидела группу реставраторов и разрушителей проклятий, стоявших чуть поодаль. Заметив её взгляд, те сразу почтительно поклонились. Диана улыбнулась и слегка склонила голову в ответ, прежде чем обратиться к их главе. - В таком случае я рассчитываю на вас, Мастер Даск. Диана не заметила, как изменилось лицо мужчины, когда она назвала его Мастером. Для хобгоблина, чей труд обесценивали, каким бы искусным он ни был в своём ремесле, такое обращение было одной из величайших наград. Поправив рукава своей боевой мантии из драконьей кожи и кивнув Рейну и Ривер, которые всё это время стояли на страже на почтительном расстоянии, Диана наконец отступила от края утёса, откуда любовалась видом и подняла взгляд на величественный замок своих валирийских предков, возвышавшийся над их небольшой группой. Построенное на огромном плато здание сильно отличалось от классических средневековых замков, к которым привыкла Диана, даже от Хогвартса. Его вообще было трудно назвать настоящим замком, ведь замок - это прежде всего укреплённая крепость, окружённая высокими защитными стенами, а иногда и несколькими рядами стен, по которым могли передвигаться защитники и откуда они могли отражать нападения. Здесь ничего подобного не было. Отсутствие толстых оборонительных стен объяснялось довольно просто: когда у Дома есть огромные огнедышащие существа, способные сжечь любых возможных врагов, особой нужды во внешних стенах, башнях и укреплённых позициях просто не возникает. Из-за чёрного драконьего камня, из которого было построено здание, оно казалось мрачным и неприступным, но на самом деле больше напоминало роскошный летний дворец какого-нибудь правителя. По сути, это была огромная главная резиденция, состоявшая из нескольких соединённых между собой зданий, с большим парадным двором, раскинувшимися вдали сельскохозяйственными землями, фруктовыми садами, виноградниками и многочисленными разрушенными загонами. Насколько Диана помнила по виду сверху, внутри находилось несколько внутренних дворов и заросших садов, предназначенных для уединённого отдыха, с фонтанами, статуями и заросшими извилистыми дорожками. Несмотря на свой угрожающий чёрный цвет, замок выглядел лёгким и воздушным. В нём было множество окон, балконов и других открытых пространств, ведь климат острова был тропическим, а его жители не знали ни зимы, ни холода. В целом он чем-то напоминал Замок, построенный Игнотусом, и было ясно, что при его создании тот вдохновлялся своим родовым поместьем. Сам замок казался совершенно невредимым, и единственным признаком того, что он пережил извержение вулкана, был толстый слой пепла, покрывший чёрный камень тёмно-серым налётом. Массивные кованые ворота из валирийской стали внушали трепет и без слов говорили о прежнем статусе её Дома. Если учесть, что даже один меч из валирийской стали считался привилегией высшей знати и часто становился семейной реликвией, передаваемой из поколения в поколение, то входные ворота, целиком сделанные из этого драгоценного металла, казались чем-то почти недостижимым. Для остального мира, возможно, так и было, но только не для богатейших Семей Валирии. Глядя на четырёхметровые ворота, искусно украшенные силуэтами драконов, Диана лишь покачала головой. Когда выяснилось, что ворота заперты изнутри, один из хобгоблинов быстро применил Алохомору, и уже через мгновение Диана первой вошла во двор. Пепел тихо хрустел под её ногами, поднимаясь лёгкими облачками при каждом движении, пока она обводила взглядом передний двор. Диана отметила широкое открытое пространство, вероятно удобное для посадки драконов, а также многочисленные статуи, барельефы и изображения разных мифических существ, вырезанные прямо в каменных стенах окружавших двор зданий. В центре двора стоял остов давно не действовавшего фонтана, а силуэты, которые она сначала приняла за странные статуи, при ближайшем рассмотрении оказались деревьями, покрытыми пеплом. По состоянию двора сразу становилось ясно, что влияние источника природной энергии не распространилось за пределы защитного барьера вокруг их поселения. Хотя могло бы, если бы почти вся его мощь не была направлена на очищение лей-линий и материализацию Замка. В воздухе замелькали вспышки чар, послышались голоса хобгоблинов, произносивших заклинания, и двор быстро начали освобождать от вековых слоёв пепла. Некоторое время Диана наблюдала, как с каждым новым заклинанием из-под пепла постепенно проступает камень, и невольно улыбнулась, заметив, с какой непривычной, почти детской радостью хобгоблины пользовались своими палочками. Каждое заклинание было выполнено безупречно, но всё равно было видно, что раньше им редко доводилось пользоваться палочками и что они были по-настоящему счастливы наконец иметь собственные. Улыбка исчезла с лица Дианы почти сразу, как только до неё донёсся голос мастера Даска. Подойдя ближе, Диана тихо вздохнула, когда её взгляд упал на скелет, обнаруженный хобгоблином. Это были первые останки, найденные в родовом поместье её предков. - Судя по остаткам одежды, это был кто-то из слуг, - сообщил ей Мастер Даск. По его спокойному лицу было ясно, что вид человеческих останков для него не был чем-то новым. Скелет лежал рядом с постройкой, стоявшей немного в стороне от главного здания и на первый взгляд напоминавшей конюшни. Скорее всего, несчастному поручили успокоить лошадей, напуганных начавшейся катастрофой, и проследить, чтобы они не покалечились и не разбежались. Но он - а судя по едва сохранившимся обрывкам одежды, более выраженным надбровным дугам и узкому, высоко расположенному тазу, это был именно мужчина - не успел вернуться в замок вовремя и его настигло облако пепла. Диана с грустью проследила, как хобгоблины быстро уносят останки, а затем развернулась и решительным шагом направилась ко входу в замок, сопровождаемая Майклом, Мастером Даском и её неизменной личной охраной. - Передайте всем, чтобы были начеку, - бросила Диана через плечо, не замедляя шага. - Это место находится за пределами защитного периметра, и есть вероятность, что мы можем столкнуться с тёмными тварями, забредшими слишком близко. Пока Майкл передавал её приказ остальным, Диана подошла к главным дверям и попыталась их открыть. Тяжёлые двустворчатые двери, укреплённые валирийской сталью и сделанные из какого-то тёмно-красного дерева, покрытого сложной резьбой, даже не шелохнулись. Они остались неподвижны и после невербальной Алохоморы. Задумчиво смахнув слой пепла с деревянной поверхности, Диана подняла взгляд и уставилась на оскаленую голову дракона, выступавшую прямо из каменной стены над дверным проёмом. - Похоже, их чем-то подпёрли с другой стороны, - нахмурился Майкл. Диана согласно хмыкнула. - Вам не кажется, что дверь выглядит слишком целой? Я бы даже сказала, новой, будто её только недавно установили. Заинтересовавшись её наблюдением, Мастер Даск подошёл ближе, положил ладонь на дерево и закрыл глаза, сосредотачиваясь. - Какое-то зачарование? - с интересом спросил Майкл, постучав костяшками пальцев по двери. Диана покачала головой. - Нет. Валирийская магия отличалась от нашей. Они были скорее пиромантами, магами крови, ритуалистами и… - Алхимия! - воскликнул Мастер Даск, наконец поняв, что именно чувствует. - …алхимиками, - закончила Королева с лёгкой улыбкой. - Дверь определённо обработали алхимическим составом, чтобы укрепить её и продлить срок службы. Искусная работа, - заключил разрушитель проклятий. - Отойдите назад, пожалуйста, - сказала Диана, решив, что пора перестать любоваться входом и наконец войти в замок. Как только её спутники сделали несколько шагов назад, Диана быстро создала щит от пыли и направила палочку на дверь. С её кончика сорвался серебристый луч, и тяжёлые створки распахнулись с оглушительным грохотом. Преграда с другой стороны мгновенно разлетелась в стороны от силы удара, выплеснув наружу целое облако пыли и пепла. Наблюдая, как клубящееся серое облако закрывает обзор, Диана с лёгким удовлетворением подумала, что не зря поставила щит, и простым взмахом запястья отправила его вперёд. Полупрозрачная плёнка щита пролетела внутрь, уничтожая пыль, пепел и мелкий мусор, оставляя после себя только чистое пространство. Первое, на что Диана обратила внимание - внутри замок оказался совсем не таким, каким казался снаружи. Вместо драконьего камня стены были покрыты каким-то светлым камнем цвета слоновой кости, похожим на песчаник. Скорее всего, это был тот самый материал, который часто использовали в большинстве валирийских построек. Парадный зал был просторным и свет в него попадал через два больших окна, одно из которых было разбито. Предположительно, именно через него внутрь и попал пепел. Пол, выложенный светлым мрамором, плавно переходил в большую раздвоенную лестницу из того же материала, ведущую наверх. В центре зала лежал огромный, искусно сотканный красный ковёр с золотыми узорами, потускневший от въевшегося пепла, а вдоль стен располагались многочисленные двери, ведущие в разные части замка. Но больше всего внимание вошедших привлекли тяжёлые предметы мебели, разбросанные по полу… вперемешку с десятками человеческих останков. - Замковая стража, - заключил Майкл после беглого осмотра наиболее сохранившихся останков и осторожно вытащил меч из ножен одного из скелетов. Клинок был чёрным и покрытым извилистыми узорами. - Валирийская сталь, Ваше Величество. - Зачем они забаррикадировали дверь? - задумчиво пробормотал Мастер Даск, нахмурив тёмные брови. - Если они надеялись укрыться от пепла, то зря. В замке слишком много открытых проёмов и окон, и не все они застеклены. Пока Диана рассматривала искусно вырезанные фрески на стенах, Майкл подошёл к одной из многочисленных дверей и попробовал открыть её. - Заперто. Быстро проверив остальные двери, Майкл подтвердил, что все они тоже заперты. Даже несколько открытых арочных проходов без дверей были загорожены чем-то тяжёлым. Все, кроме одного. Дверь, скрытая за широкой парадной лестницей, была слегка приоткрыта и вела вниз, в подземную часть замка. - Теперь всё начинает складываться в единую картину, - хмыкнул Мастер Даск, рассматривая останки воинов, найденные у входа в подземелья. - Судя по всему, жители замка не представляли истинного масштаба бедствия и укрылись под землёй, рассчитывая переждать извержение, а потом вернуться наверх, когда пепел осядет и воздух прояснится. Но в итоге… Хобгоблин замолчал на полуслове и бросил на неё виноватый взгляд, но Диана этого не увидела - она уже шагнула в распахнутый проход. Отправив вперёд очищающее заклинание и несколько шаров света, она начала спускаться в подземелье, находя по пути всё новые и новые останки. Первый подземный уровень представлял собой настоящий лабиринт из коридоров и комнат. С одной стороны находились оружейные, помещения для стражи и тюремные камеры, а с другой - хозяйственные комнаты. Среди них было несколько огромных кладовых, запасников и погребов, включая огромный винный погреб. Отсюда наверх вели многочисленные лестницы, уходившие в разные части замка, скорее всего для удобства: к кухням, крылу стражи и другим помещениям. Однако точно сказать было невозможно, потому что все двери, ведущие наверх, оказались заперты и законопачены. Диана решила пока оставить их в покое и продолжить путь. Весь первый подземный уровень был покрыт останками. Слуги и стражники лежали вперемешку так плотно, что почти невозможно было сделать шаг, не рискуя наступить на кого-то. Дождавшись, пока её спутники расчистят проход среди тел, преграждавших путь, Диана двинулась дальше и вскоре вышла к двери, за которой начиналась винтовая лестница. Она вела и вверх, и вниз, и, судя по всему, была встроена в башню. - Судя по числу стражников у двери и по более изящному убранству, чем в остальной части подземелья, эта лестница ведёт в семейную часть замка, предназначенную только для членов Дома Певерелл, - заключил Мастер Даск. Диана была с ним полностью согласна. Подземелье, очевидно, не сочли достойным облицовки песчаником, поэтому и без того тёмное из-за отсутствия света пространство казалось почти непроглядным из-за драконьего камня. Башня же, напротив, была отделана тем самым камнем цвета слоновой кости, а лестница была сделана из светлого мрамора с тёмными прожилками. Внутренние стены башни украшали расписанные золотом драконы, а держатели для факелов были сделаны из валирийской стали и имели форму поразительно реалистичных когтистых лап, покрытых чешуёй. Покачав головой при виде такой откровенной роскоши, Диана уже собиралась ступить на лестницу, когда почувствовала магию, исходящую от двери. Это было похоже на то, что она ощущала от дверей, ведущих в скрытые части шахт под вулканами, где валирийские маги проводили свои самые тёмные ритуалы. Там руны, вплетённые в проходы, должны были скрывать само существование дверей от всех, у кого не было «доступа». Но здесь… - Дверь зачарована магией крови, - сказала Диана с тихим смешком. - Теперь понятно, почему проход оставили на виду. Никто в ком не течёт кровь Дома Певерелл всё равно не смог бы его открыть. - Просто, но эффективно, - кивнул Мастер Даск, проведя палочкой вдоль двери. - Хотя в данном случае магия крови использована довольно грубо. Того же результата можно было бы добиться куда более простыми способами… - Ну что вы, Мастер, для этого мира это, скорее всего, считается вершиной мастерства, - с лёгким смехом сказала Диана, заставив хобгоблина неловко кашлянуть. - Вы совершенно правы, Ваше Величество. Просто я привык иметь дело с более сложной и зачастую куда более тёмной магией. Я всё забываю, что мы находимся в другом мире. Оставив слова разрушителя проклятий без ответа, Диана начала спускаться по лестнице. Если первый подземный этаж, несмотря на свои огромные размеры, напоминал лабиринт с множеством средних и маленьких комнат, назначение половины из которых оставалось для неё загадкой, то второй подземный уровень был устроен куда проще. Один широкий коридор, несколько больших комнат по обеим сторонам и ещё одна лестница в дальнем конце длинного прохода, ведущая ещё глубже под землю. Диана уже по привычке собиралась послать вперёд несколько световых шаров, чтобы осветить пространство, но стоило ей сойти с последней ступени, как странные светильники расположенные вдоль стен, внезапно вспыхнули ярким золотым светом, озарив всё вокруг так, словно наступил день. Заинтересовавшись этим странным явлением, она подошла ближе и после осмотра поняла, что перед ней не факелы вовсе, а необычные свечи из чёрного обсидиана. - Странно. Если у них был доступ к магическому освещению, почему они не использовали его во всём замке для удобства? По крайней мере, на первом подземном этаже ничего подобного не было, только обычные факелы, - заметил Майкл, с любопытством рассматривая находку. - Это стеклянные свечи, - сказала Диана. - Я читала о них в книгах, оставленных Игнотусом. Они редкие, и пользоваться ими не так уж просто. Насколько я знаю, взаимодействовать с ними могут только те, в ком есть хотя бы крупица магии. - Значит, это просто свечи, которые загораются в присутствии магов? Тогда этот этаж, должно быть, предназначался для занятий местной магией? - спросил Мастер Даск, присоединившись к ним. - Нет, они нечто большее, - задумчиво ответила Диана. - Говорят, местные маги использовали их для связи на огромных расстояниях. Через них они могли наблюдать за событиями, происходящими в разных частях мира, и даже проникать в чужие сны. Насколько всё это правда, мы узнаем, когда изучим это место поближе. А пока лучше к ним не прикасаться. Отвернувшись от свечей, Диана подошла к ближайшей двери. За ней оказалась просторная комната, заполненная разными банками, бутылками и флаконами с давно испортившимися веществами. Там же стояли инструменты, похожие на те, что использовали в зельеварении, полки с книгами, огромный шкаф во всю стену с множеством подписанных ящиков и несколько крепких рабочих столов, заваленных странными приборами, назначение которых Диане было неизвестно. Осмотрев комнату, она пришла к выводу, что нашла место, где занимались местной алхимией. Несколько соседних комнат тоже оказались алхимическими лабораториями. Кроме них, они обнаружили несколько комнат для отдыха, ритуальные залы, один из которых содержал алтарь, похожий на те, что Диана уже встречала в подземельях, где Конклав занимался запретной магией, а также несколько кабинетов, заполненных книгами по местной магии крови. В каждом из них стоял небольшой рабочий стол, а на каждом столе находились маленький алтарь, ритуальная чаша и ритуальный кинжал - и всё это было сделано из валирийской стали. Выйдя из последнего такого кабинета, Диана задумчиво посмотрела вдоль коридора, наблюдая, как её спутники заканчивают открывать почти все двери. Её тревожило то, что с тех пор, как они спустились на этот уровень, им не попалось ни одного скелета, если не считать останков воинов, охранявших лестницу наверху. Все останки, которые им пока попадались, принадлежали либо слугам, либо охране. Тогда где же…? Она не успела закончить мысль, как её позвал Майкл. Мгновение спустя его голова появилась в дверном проёме одной из комнат дальше по коридору, в которую Диана ещё не заходила. Мрачное выражение лица главы хобгоблинов было первым, что Диана заметила войдя внутрь. После этого её взгляд пробежался по комнате, и Диана поняла, что перед ней очередная комната отдыха, только значительно больше тех, что ей уже попадались. У одной стены стоял длинный стол со стульями из светлого дерева, мраморный пол был скрыт под цветными коврами, а стены украшали расписные гобелены, изображавшие ключевые события истории Валирии. В комнате также была зона отдыха с мягкими диванами и креслами… …и скелеты, застывшие прямо на этих местах в пугающе естественных позах. Эта нереальная картина потрясала до глубины души: двадцать человек, шестеро из которых были детьми, а один - младенцем, выглядели так, словно просто сели поболтать… и так и не встали. Все останки, найденные ими до этого, были скрючены в неестественных позах, явно говоривших о мучительной смерти от медленного удушья. Но здесь… Из оцепенения её вывел Мастер Даск. Некоторое время он с сосредоточенным видом изучал жуткую картину, а затем неожиданно нагнулся и что-то поднял с пола. Диана подошла ближе и увидела, что хобгоблин держит в руках пустой стеклянный флакон среднего размера, похожий на те, в которых обычно хранили зелья. И в этот момент вся картина окончательно сложилась у неё в голове. По мрачному лицу Мастера Разрушителя Проклятий было понятно, что он пришёл к тому же выводу. - Похоже, теперь мы можем довольно точно восстановить последовательность событий. Увидев, или, скорее, почувствовав, что происходит нечто катастрофическое, ведь землетрясение вызванное извержением было достаточно сильным, чтобы расколоть полуостров на части, Ваши предки поспешили эвакуировать всех обитателей замка и укрыться на подземных уровнях. Они собирались переждать бедствие тут, пока воздух снова не очистится. Думаю, какое-то время они находились в относительном комфорте, ведь уровнем выше были кладовые, полные припасов. Они запечатали все возможные проходы, чтобы внутрь не проникали пепел и дым, и, судя по всему, довольно долгое время провели в ожидании. Возможно, они смогли бы продержаться ещё дольше: я заметил, что в кладовых оставалось достаточно еды, если судить по запечатанным ящикам с давно сгнившими припасами. Но затем они столкнулись с неизбежным последствием того, что слишком много людей оказалось заперто в таком ограниченном, почти герметичном пространстве… - У них начал заканчиваться воздух… - тихо закончил Майкл. Чувствуя на себе их мрачные взгляды, Диана отвернулась и начала внимательнее рассматривать останки. Она отметила что-то отдалённо похожее на герб своего Дома на обрывках одежды, всё ещё цеплявшихся за останки. На костяшках пальцев мужчин свободно болтались перстни-печатки с золотым драконом, с костлявых шей женщин свисали ожерелья из золота и валирийской стали, в крошечных пальчиках детей были зажаты деревянные игрушки и фигурки животных… и даже на остатках детского одеяла, обёрнутого вокруг хрупкого скелета новорождённого, угадывался золотой змееподобный дракон кусающий себя за хвост. - Именно. Думаю, тогда и началась паника, и они решили подняться наверх, чтобы проверить состояние воздуха. Но когда они открыли главные двери, внутрь ворвалось огромное облако пепла. Поэтому они поспешили не только закрыть двери, но и забаррикадировать их… что, как мне кажется, было сделано уже в панике. Однако пепла было так много, что он почти мгновенно заполнил всё пространство. Откуда им было знать, что четырнадцать вулканов изверглись одновременно, что их активность начнёт стихать очень нескоро, а пепел в воздухе рассеется ещё позже… Мастер Даск тяжело вздохнул. - Как бы там ни было, пепел проник внутрь. Воины, закрывавшие двери, погибли первыми. Затем начали задыхаться те, кто находился на первом подземном уровне. Скорее всего, они не успели вовремя запечатать вход на нижние этажи… или, возможно, всё же успели, но позже воздух снова начал заканчиваться, и в отчаянии они попытались ещё раз выбраться наружу, впустив внутрь ещё больше пепла. В любом случае никто из слуг Дома не выжил. Что касается ваших дальних родственников… подозреваю, они поняли, что конец неизбежен, и решили уйти на своих условиях. С трудом оторвав взгляд от крошечного скелета, Диана перевела внимание на небольшой столик и стоявшую на нём обсидиановую свечу. Задумчиво рассматривая свечу, Диана начала тихо озвучивать выводы, к которым пришла сама: - Думаю, всё началось в тот момент, когда они почувствовали смерть своих драконов. Согласно книгам, валирийские драконы всегда гнездились внутри вулканов, а все города Валирии строились вокруг них, там, где их маги могли черпать силу из вулканического жара, а кузнецы - ковать валирийскую сталь с помощью лавы и драконьего пламени. Из-за того что драконы гнездились внутри вулканов, большинство из них погибло мгновенно во время извержений, которые, если я не ошибаюсь, начались ночью. Значит, большая часть драконов в это время отдыхала. Думаю, те, кто не погиб сразу, попытались улететь, но надышались дымом и пеплом и рухнули с неба. Те, кто пережил падение, скорее всего, переломали кости и медленно умерли от удушья. Извержения продолжались очень долго, и даже когда они перестали сотрясать острова, вулканы всё ещё выбрасывали в воздух тонны пепла, что привело к массовой гибели местных животных. Выжили только те, чьи места обитания находились далеко от вулканов… Она замолчала, не отрывая взгляда от золотого пламени чёрной свечи, словно видела в нём разворачивающиеся события - будто сама была их свидетельницей. - Многие их драконы, должно быть, погибли уже в первые минуты извержения. Игнотус говорил о сильной ментальной связи между драконами и их всадниками. Почувствовав, как эта связь обрывается, они наверняка сразу поняли, насколько всё серьёзно. Это объясняет, как им удалось так быстро эвакуировать замок и при этом понести сравнительно небольшие потери. И я уверена, что они были не единственными. Думаю, многие Великие Семьи успели укрыться в своих замках и, вероятно, какое-то время поддерживали связь друг с другом, на что указывает обсидиановая свеча на столе. Но когда они почувствовали, что даже драконы, которым каким-то чудом удалось пережить первые минуты катастрофы, умирают один за другим… когда воздуха становилось всё меньше… когда поверхность всё ещё оставалась непригодной для жизни… Они выбрали яд. Быструю и безболезненную смерть вместо медленной гибели от нехватки воздуха или мучительного удушья от вулканического пепла. Майкл и Мастер Даск переглянулись. - Примите наши искренние соболезнования, Ваше Величество, - сказал Мастер Даск, склонив голову. Майкл, Рейн и Ривер быстро последовали его примеру. - Спасибо конечно, - вздохнула Диана, поднимая с пола игрушку, выпавшую из крошечных рук младенца. Это был вырезанный из дерева пухлый маленький дракон. - Но все эти люди были членами младшей ветви Семьи Певерелл. В то время из основной линии в живых оставались только три брата: Антиох, Кадмус и Игнотус. И Игнотус был уверен, что череда «случайных» смертей, обрушившихся на главную ветвь, была устроена его дядей Мирошем, главой младшей ветви. И я совершенно уверена, что среди этих бедняг его нет. Скорее всего, когда началось извержение, он был занят тем, что приносил в жертву несчастных рабов, и погиб там же сам. Причём, подозреваю, быстро и потому безболезненно, пока его семья здесь расплачивалась за последствия его преступлений. Ей было искренне жаль их, особенно детей. Такой судьбы Диана не пожелала бы никому. Они были её роднёй, пусть и очень далёкой, и почему-то от этого становилось только хуже. Мир был жесток и часто несправедлив, и с этим мало что можно было сделать. Покачав головой, она взяла обсидиановую свечу и, подержав её несколько мгновений, погасила усилием воли, а затем убрала в свой надёжный сундук, который всегда носила при себе. - Я велю положить их отдельно от останков слуг, если вы захотите устроить им достойные похороны, - предложил Майкл. Диана благодарно кивнула. - Спасибо. Каким бы ни было их прошлое, они всё же были моей роднёй, - сказала она, а затем решительно повернулась к Мастеру Даску. - Разберите это место камень за камнем и соберите всё ценное. Для меня всё это лишь остаток тёмного прошлого. Пусть там оно и останется. Отдав распоряжения и бросив последний взгляд на мрачную сцену, Диана быстро вышла из комнаты. Впереди оставалась ещё одна цель - сокровищница, где Игнотус с братьями спрятали все семейные реликвии перед отбытием. И у неё было сильное предчувствие, что лестница, ведущая на третий подземный уровень, приведёт её прямо туда. Единственное, чем эта лестница отличалась от той, по которой они спускались раньше, было то, что она вела только в одном направлении - строго вниз. В остальном это был тот же круглый проход, облицованный светлым камнем, те же резные узоры на стенах и те же мраморные ступени. В сопровождении хобгоблинов Диана начала спускаться, оставляя позади звуки произносимых заклинаний и вспышки магии: ученики Мастера Даска с явным рвением приступили к выполнению её приказа. Спускаясь следом за ней и скользя рукой по стене, Майкл задумчиво спросил: - Почему сам замок построен из чёрного камня, а внутри всё светлое? При таком жарком климате разве не было бы разумнее сделать наоборот? Светлый камень лучше отражал бы солнечный свет, меньше нагревался и помогал бы сохранять прохладу внутри. Диана пожала плечами. - Единственную настоящую опасность для драконьих лордов представляли только им подобные, и этот замок строили именно с учётом такой угрозы. С возрастом пламя драконов становится всё жарче - настолько, что способно плавить даже камень. Единственные материалы, которые могут хоть какое-то время выдерживать такой огонь - это драконий камень и валирийская сталь. Разумеется, рано или поздно даже они не выдержат и расплавятся, но это не случится сразу. У хозяев замка будет достаточно времени, чтобы через ментальную связь позвать своих драконов и отбить атаку. Кроме того, драконий камень не впитывает жар, и именно это делает его таким устойчивым к плавлению. Поэтому, несмотря на чёрный цвет, притягивающий тепло, замок не превращается в печь. Насколько я знаю, таким образом строили только родовые замки Великих Семей и самый центр столицы - древнейшую его часть. Все остальные здания в Валирии возводили из этого более светлого камня. - Какой интересный материал этот драконий камень, - пробормотал Мастер Даск, внимательно слушавший их разговор. - Именно его вы велели нашим мастерам использовать при строительстве будущей столицы? Диана кивнула, хотя Мастер Разрушитель Проклятий, спускавшийся позади неё, не мог этого видеть. - Именно. Новый Замок Певереллов тоже построен из него. Игнотус смог изменить его цвет с помощью магии, а поскольку драконий камень отлично принимает чары, для нас это идеальный материал. - Поразительно… Но Диана уже его не слушала. Лестница, спускавшаяся глубоко под землю на несколько этажей, внезапно закончилась. Они оказались в небольшой каменной комнате примерно четыре на четыре метра. Слева и справа на стенах были закреплены две обсидиановые свечи, а прямо перед ними находилась стена с массивной идеально круглой дверью. И стена, и сама дверь были сделаны из валирийской стали… - А вот и сокровищница… - с удовлетворением кивнула Королева. Сокровищница, как и говорил Игнотус, была защищена не чарами, которые едва ли остановили бы Мироша, пусть даже он и не был выдающимся магом, а сложным механическим устройством. А если так… - Алохомора. С кончика её палочки сорвался белый луч, и, стоило ему впитался в дверь хранилища, как та мгновенно распахнулась, не издав и малейшего звука. Сокровищница оказалась огромной. По размерам она примерно равнялась двум предыдущим подземным уровням вместе взятым, но при этом не была разделена на комнаты, из-за чего казалась ещё просторнее. Это стало ясно только после того, как Диана создала несколько десятков световых шаров, чтобы осветить пространство. По какой-то причине, вероятно из соображений безопасности, внутри хранилища не было обсидиановых свечей. Гигантские резные колонны поддерживали потолок и зрительно делили пространство на несколько секций. В одной из них, слева от входа, стояли ряды массивных сундуков из валирийской стали, которые, как выяснилось при осмотре, были доверху наполнены золотыми и серебряными монетами. Секция справа от входа была заставлена такими же сундуками, но в них лежали необработанные драгоценные камни всех цветов и размеров: алмазы и редкие самоцветы, сапфиры, изумруды, аметисты, рубины и даже жемчуг… Дальше шли ровные ряды золотых, серебряных и платиновых слитков, а также несметное количество слитков валирийской стали. Несколько отдельных секций были отведены под оружие и доспехи из валирийской стали, которые, к её лёгкому веселью, заинтересовали её спутников куда больше, чем золото и драгоценные камни. Была здесь и секция, заполненная сундуками с готовыми украшениями, а ещё несколько, судя по всему, предназначались для семейных реликвий. Кольца, перстни-печатки, серьги, броши, ожерелья, браслеты и даже тиары с коронами были выставлены на искусно вырезанных каменных постаментах, словно музейная экспозиция сокровищ королевской семьи. Дальше её внимание привлекли аккуратно расставленные картины, хранившиеся на подставках и накрытые тканью. Осторожно вытащив одну из них, Диана сразу поняла, почему братья Певерелл решили спрятать их от своего дяди перед уходом. В центре картины, на небольшом диване, держась за руки, сидели мужчина и женщина - родители Игнотуса. С одной стороны стояли сам Игнотус, Антиох и ещё один юноша, выглядевший заметно моложе Игнотуса - их четвёртый брат. С другой стороны стоял Кадмус, держа под руку беременную женщину, а рядом с ними - две маленькие девочки-близняшки. Все они были красивы: беловолосые, с глазами разных оттенков фиолетового, и при этом сияли от счастья. От картины веяло теплом и уютом, и сразу было ясно, что родители глубоко любили друг друга и передали эту любовь своим детям. С лёгкой печальной улыбкой Диана снова накрыла картину тканью и пошла дальше вглубь пещеры, пока её спутники методично собирали и упаковывали все сокровища и семейные реликвии. За картинами стояли ещё сундуки, и, движимая любопытством, Диана открыла один из них, но нашла внутри лишь пыль и обрывки ткани. Рулоны того, что когда-то, несомненно, было роскошными и редкими тканями, за прошедшие века превратились в груды порошка и лоскутов. Некоторые сохранились лучше других, но ни один уже нельзя было использовать. Неподалёку она обнаружила странные глиняные кувшины, запечатанные восковыми крышками. Сначала они тоже озадачили её, но затем она открыла один из них, и наружу вырвалось маленькое облачко пыли со слабым запахом паприки. Тогда Диана поняла, что это, скорее всего, были специи. Несколько секунд она хмуро смотрела на сотни запечатанных кувшинов самых разных форм и размеров, пока её недоумение не развеял мастер Даск, тихо подошедший к ней. - А, вижу, Вы нашли специи, моя Королева. Не стоит так удивляться. В Средние века у маглов специи ценились буквально на вес золота, и подозреваю, что этот мир не исключение. Всё дело в сложности перевозки. Думаю, этот мир похож на тот, откуда мы пришли: торговля здесь в основном ведётся на кораблях, которые перевозят товары через моря и океаны, а это занимает недели, а то и месяцы. Из-за таких расстояний специи доставляли в небольших количествах, и потому они оставались редкостью. Их использовали не только в еде, но и как лекарства, а также для сохранения припасов. Некоторые специи, например шафран, стоили на вес золота из-за того, как трудно их было собирать. Кроме того, многие товары проходили через десятки рук, прежде чем добраться до далёких континентов, и каждый посредник добавлял свою наценку, чтобы покрыть риски и получить прибыль. Жаль, конечно, что ничего из этого не сохранилось. Если местные маги сумели с помощью алхимии укрепить двери и продлить срок их службы, они вполне могли бы придумать нечто похожее для перевозки и хранения ценных товаров. Такое упущение… Диана согласно кивнула. Действительно, большое упущение. Покачав головой, она посмотрела, как сундуки исчезают под руководством хобгоблинов, и решила продолжить поиски, тем более что осмотреть оставалось уже не так много. Почти всё оставшееся пространство хранилища занимали книги и произведения искусства: разные статуи, вырезанные из редких камней, таких как мрамор всех возможных оттенков, обсидиан, янтарь и даже нефрит; картины и гобелены с изображениями пейзажей, битв и исторических событий. Правда, к её изумлению, почти половина из них была довольно откровенного содержания. Диана брезгливо поморщилась и быстро отдёрнула руку от яркого гобелена, изображавшего оргию, сделав вид, что не заметила приглушённого смеха Майкла у себя за спиной. Дальше шли ковры самых разных цветов и размеров, каждый из которых сам по себе был произведением искусства, а также мебель: инкрустированные драгоценными камнями комоды и столы из дорогих пород дерева, шкафы и зеркала, пусть и не особенно качественные по меркам двадцатого века. Там же хранилось множество настольных игр непонятного назначения, покрытые драгоценными камнями и потому больше походящие на произведения искусства и маленькие шкатулки, вырезанные из редких видов древесины. Но всё это меркло по сравнению с тем, что Диана нашла у самой дальней стены хранилища. Ей понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, для чего предназначались эти странные конструкции. Сначала она решила, что это какие-то повозки, но быстро отказалась от этой мысли. Да, у них были части, похожие на сиденья, множество ремней для крепления и длинные передние ремни, напоминавшие поводья, но размеры были огромными. Самое маленькое из этих устройств подошло бы разве что слону… А. Диана едва удержалась от того, чтобы хлопнуть себя по лбу. Столько разговоров о драконьей крови и наследии, столько барельефов и статуй с драконами, встреченных по дороге, - даже сами седла были украшены изображениями этих невероятных существ - а она только сейчас догадалась сложить два и два… В своё оправдание она могла сказать, что одержимые драконы, которых ей довелось убить, не носили седел, поэтому у неё ещё не было возможности… Хотя нет, не правда. На многих изображениях, которые она уже видела, драконы явно были показаны с седлами… Диана вздохнула, признала собственную глупость совершенно непростительной и молча порадовалась, что не успела задать спутникам вопрос о природе этих «странных» устройств. После этого она с чистой совестью покинула подземелье, решив перед уходом немного пройтись по замку, понимая, что скоро от него не останется даже воспоминания. На первый подземный уровень она не вернулась, вместо этого поднявшись по винтовой лестнице прямо в верхнюю, семейную часть замка. Больше замок ничем её не удивил и во многом напоминал тот, что построил Игнотус: невероятно высокие потолки, просторные галереи, залы, переходы, лестницы, красивые резные деревянные дверные проёмы и балконы; многочисленные гостиные, столовые, личные комнаты для отдыха и спальни - как хозяйские покои, обставленные с невероятной роскошью, так и комнаты для гостей. Всё вокруг было богато украшено лепниной, барельефами, гобеленами (некоторые из которых были неприличными), коврами, вазами и статуями. Больше всего её внимание привлекли гобелены, изображавшие историю Валирии. На одном была показана война против Старого Гиса: драконы стремительно пикировали на знамёна с гарпиями, а их пламя превращало в руины огромные пирамиды, украшенные золотыми статуями гарпий. Другой гобелен, под названием «Основание Волантиса - могущественнейшей из валирийских колоний», изображал строительство колоссальной чёрной стены, поднимающейся над городом как свидетельство силы и господства Валирии. Когда с главной частью замка было покончено, Диана коротко осмотрела отдельное здание, отведённое под покои слуг, а после посетила небольшую постройку в стороне от остальных. Судя по статуям, алтарям, колоннам, потрескавшемуся мраморному полу и искусно расписанному куполу, это был храм валирийских богов. Вернувшись в главное здание, Диана задумчиво поднялась на второй этаж и остановилась у большого окна, выходившего на задний двор. По пути она отметила, что хобгоблины уже прошли по этому уровню, оставив после себя только голые стены. Задний двор оказался заброшенным парком, покрытым толстым слоем пепла. Часть его уже успели расчистить, и там аккуратно лежали останки обитателей замка. Дальше, насколько хватало взгляда, тянулось всё то же заросшее плато, где под пеплом и растительностью едва угадывались заброшенные поля, сады и загоны для скота. Глядя на всё это, Диана вдруг с кристальной ясностью поняла, что не чувствует абсолютно ничего. Это был замок её предков, пропитанный тысячелетней историей, куда более древний, чем Замок Певерелл, построенный Игнотусом, но она не ощущала того трепета и благоговения, которые испытала, впервые увидев его творение. Не было чувства возвращения домой, не было узнавания, не было вообще ничего… Она не знала, сколько простояла так, глядя на далёкую водную гладь и думая о том, как опасно близко к замку проходила береговая линия которая образовалась после раскола полуострова. Из задумчивости её вывел Мастер Даск, отыскавший её у окна. Она не отвела глаз от открывавшегося перед ней вида, только слегка повернула голову к нему - достаточно, чтобы дать понять: она его заметила и слушает. Мастер Даск понимающе прочистил горло и начал доклад. - Ваше Величество, мы осмотрели весь замок и прилегающие постройки и почти закончили сбор всего ценного. Все ткани в замке, включая одежду и обивку мебели, превратились в пыль. Сохранились только ковры, гобелены и часть церемониальных одеяний, но они изначально создавались более прочными, а некоторые даже покрыты примитивными зачарованиями, так что это неудивительно. Мы также нашли несколько кожаных изделий, хотя я не рекомендовал бы их восстанавливать: их ценность недостаточно велика, чтобы это оправдать. Кроме того, к нашему удивлению, мы обнаружили в замке водопроводную систему, а в полях - остатки ирригационной системы, и это говорит о многом. Технологии средневекового уровня обычно не предполагают настолько развитых систем водоснабжения. Думаю, дело в магии, а точнее в рунах, которые местные жители использовали в повседневной инфраструктуре. Диана кивнула. - Да, Игнотус говорил, что Валирийский Фригольд считался самым технологически развитым государством этого мира. Полагаю, из этого можно сделать вывод, что в других частях света нам не стоит ожидать таких чудес, как водопровод. Что ещё? - Мои люди нашли небольшую винодельню, а значит, здесь производили собственное вино. Всё вино в погребе сохранилось в превосходном состоянии - точнее, за прошедшие века оно, скорее всего, стало только лучше. Есть ещё один момент, заслуживающий вашего внимания: неподалёку от замка мы нашли останки как минимум десяти драконов, а патрули, выставленные вокруг территории, без труда отбили нападение небольшой стаи зверей похожих на смесь тигра с волком. Задумчиво потерев лоб, Диана отдала новый приказ: - Соберите все драконьи кости и заканчивайте работу здесь. Ривер и Рейн полностью в вашем распоряжении. Её стражи обменялись недовольными взглядами, но возражать не посмели. - Все человеческие останки собраны? - Да, моя Королева. Диана коротко кивнула и быстро пошла к выходу. Ей не терпелось закончить все дела и наконец покинуть это место. Как и обещали, хобгоблины аккуратно отделили останки её далёкой родни от останков слуг и воинов Дома. Диана окинула взглядом ровные ряды скелетов, занимавшие две трети просторного внутреннего двора, затем посмотрела на ещё два десятка останков, уложенных чуть в стороне, и молча сменила ипостась. Её вторая форма, размером примерно со слона, легко поместилась на открытом пространстве, которое оставили свободным от останков. Позади неё, у входа в главный замок, собрались хобгоблины, едва не дрожа от восторга при виде её анимагической формы. Диана потянулась всем своим огромным телом, чувствуя, как под кожей напрягаются тугие канаты мышц, как острые, словно бритвы, когти скребут по камню, а мощные мышцы вдоль спины напрягаются от малейшего движения крыльев. Её покрытый шипами хвост лениво качнулся, поднимая облачка пепла и пыли, и время от времени подёргиваясь от слишком громких возгласов её спутников. Едва она приготовилась сжечь останки, когда все её чувства словно разом вышли из-под контроля. Слух обострился, улавливая каждый звук вокруг: частые удары сердец хобгоблинов, шорох грызунов и насекомых в ближайшем поле, скрип голых стволов деревьев, раскачивавшихся на ветру… Звуки были такими неприятно громкими, что причиняли боль ушам. Затем пришли запахи, вонзившиеся в сознание, как острые иглы: запах выжженной земли, пыли, тлена. Зрение резко обострилось, открывая цвета, недоступные человеческому глазу, а при малейшей концентрации мир перед ней словно приближался, как через увеличительное стекло. Всё это обрушилось на неё лавиной, и на короткое мгновение Диана потеряла связь с реальностью. Раньше с ней такого никогда не случалось. Это было не первое её превращение, но прежде обострённые чувства оставались в пределах нормы и не доставляли ей неудобств. А сейчас… Внезапный сенсорный шок почти лишил её способности двигаться. С титаническим усилием Диана подняла ментальные щиты и сумела собраться достаточно, чтобы вернуть контроль над телом. Всё произошло так быстро, что зрители ничего не заметили. Издав низкое рычание и впившись когтями в камень под лапами, Диана тряхнула головой, раздражённая собственной слабостью, а затем выдохнула поток пламени на останки, разложенные во дворе. Несмотря на свои относительно небольшие размеры, пламя, которое она выпустила, напоминало огромный поток раскалённого добела жидкого огня, мгновенно обращавший сухие кости в пепел. Сначала её далёкие родственники, затем слуги Дома… через несколько секунд от прежних обитателей замка не осталось ничего, кроме памяти. С резким щелчком Диана сомкнула челюсти и бросила последний взгляд на мужчин и женщин, собравшихся у входа и смотрящих на неё так, словно перед ними было божество, сошедшее с небес, а затем резко взмыла в небо. Сделав один круг над замком, последняя представительница Дома Певерелл уже собиралась вернуться домой, к своему сыну, когда нить, тянувшая её на запад, внезапно натянулась и запульсировала, как оголённый нерв. Казалось, её драконья форма многократно усилила этот зов, и на этот раз Диана собиралась наконец выяснить, откуда он исходит. Пока мощные крылья несли её на запад, она внимательно следила за всем вокруг. Небо над её поселением было относительно чистым, но оставшиеся вулканы всё ещё выбрасывали пепел, и чем дальше она летела, тем темнее становилось вокруг. На земле всё выглядело немного лучше. Во время прошлого полёта заросшие поля, леса и руины кишели жизнью, но теперь, как бы внимательно Диана ни всматривалась, она не могла заметить ни одного существа. Конечно, это не означало, что их здесь не было. Большинство искажённых тварей уже перебили, а обычные животные, скорее всего, всё ещё прятались в норах после того, что случилось накануне. И всё же заметное отсутствие опасных существ - таких как изменившиеся бескрылые виверны, странные огромные тигро-волки и гигантские чешуйчатые медведи, которых она видела раньше - тревожило её. Их не было среди тварей, призванных элементалями, а значит, они были достаточно сильны, чтобы сопротивляться зову, и теперь просто затаились. Погрузившись в мысли о скрытой угрозе, она почти не заметила, как прошло время, и вскоре вдали показалось западное побережье. Море пышной зелени, припорошенной пеплом, сменилось каменистым берегом, а за ним раскинулся бескрайний океан. Пролетая вдоль побережья, Диана увидела множество пещер разного размера, уходивших в склоны ближайших гор. Притяжение становилось всё сильнее и сильнее, пока наконец не привело её ко входу в по-настоящему огромную пещеру, рядом с которой даже её драконья форма казалась всего лишь котёнком. Почти бесшумно приземлившись на влажный белый песок, она глубоко вдохнула - и тут же напряглась. Её тело взбунтовалось. Каждый инстинкт кричал, что она вторглась на чужую территорию и должна как можно быстрее уйти. Животные инстинкты вышли из-под контроля, и ей потребовалось огромное усилие, чтобы не сбежать в страхе, поджав хвост. Пытаясь взять себя в руки, она зашагала по мокрому песку, но крылья то и дело судорожно раскрывались за спиной, и ей едва удавалось удерживать себя на земле. Запах древних чудовищ, исходивший из пещеры, сводил её дракона с ума. Раздражённо зарычав на свою вторую форму и её влияние, Диана одной лишь силой воли заставила дракона отступить и вернулась в человеческий облик. С облегчённым выдохом она провела слегка дрожащей рукой по лицу. Теперь она снова была собой: её действия, эмоции и инстинкты полностью подчинялись ей. Это просто нелепо, подумала она, резким движением поправляя волосы. Диана никогда не убегала от опасности - не потому, что не испытывала страха, а потому, что опасность и так преследовала её всю жизнь, и она давно с этим смирилась. Но происходящее сейчас выбивало её из равновесия. Казалось, её вторая форма обрела собственный разум - разум детёныша дракона, только начинающего познавать мир, действующего на чистых инстинктах и отвечающего на любую угрозу немедленным бегством. Диана была абсолютно уверена в собственной силе и считала себя хищником на вершине пищевой цепи, но её дракон явно этой уверенности не разделял. Она никогда не слышала ни о чём подобном. Было известно, что после обретения анимагической формы некоторые привычки, а иногда даже черты животного могли со временем перейти в человеческую форму, особенно после долгих превращений. Но чтобы так… Тряхнув головой, чтобы прогнать лишние мысли, Диана с твёрдой решимостью направилась ко входу в пещеру. Разбираться со своей бунтующей второй ипостасью она будет позже, когда окажется в безопасности. Чем глубже она забиралась, тем темнее становилось вокруг, а песок под ногами всё чаще сменялся голым камнем. Создав несколько шаров света, чтобы осветить себе путь, Диана едва не ослепла, когда магическое сияние внезапно отразилось от стен и потолка, усилилось и рассыпалось вокруг мерцающими вспышками, словно от диско шара. Приглушив свет и быстро проморгавшись, она присмотрелась внимательнее и поняла, что стены и потолок были покрыты обсидианом. Это заставило её насторожиться. В местах, где обитали драконы, со временем часто образовывался обсидиан - от невыносимого жара их пламени. Иногда его называли драконьим стеклом, а иногда даже застывшим огнём. Диана уже видела нечто похожее раньше, в жерле вулкана, где когда-то гнездились драконы её Дома. Но обсидиан был не единственной причиной её тревоги. С каждым шагом её свет всё дальше проникал в темноту, открывая пол пещеры. Песка уже давно не было, зато куда бы она ни посмотрела, земля была усеяна останками животных. Чем дальше она шла, тем чаще они попадались и тем крупнее становились, пока каждый её шаг не начал сопровождаться хрустом костей под ногами. Это зрелище жутко напоминало ей конец второго курса в Хогвартсе, когда она спустилась в логово василиска. Она уже давно сбилась со счёта, сколько раз использовала заклинание Эванеско пока всё глубже уходила в недра горы. Казалось, лабиринт огромных пещер тянулся сквозь горный хребет на многие километры, и чем дальше она шла, тем жарче становилось вокруг. Вместе с жаром усиливался и запах, словно отмечая её приближение к цели. Дикий, первобытный запах, который она никак не могла определить, но который будил что-то глубоко внутри. Не страх перед опасностью - нет. Скорее ощущение чего-то знакомого, давно потерянного, чего-то, к чему тянулась сама её сущность. Нить, которая вела её, теперь пульсировала почти на грани боли, будто кричала: ты почти пришла… ещё немного. Сердце болезненно колотилось в груди, и Диана даже не заметила, как участилось её дыхание и как пальцы сжались вокруг палочки так сильно, что одеревенели. Поглощённая собственным сбивчивым дыханием, она не сразу услышала низкий далёкий гул, который постепенно становился всё громче. Будь она в здравом уме, она бы отчитала себя за такую беспечность в столь опасном месте, но ей уже было всё равно. Её шаг ускорился, а горло сдавило незнакомым чувством. Она уже почти бежала, когда плывущий впереди свет внезапно выхватил из темноты каменную массу, будто возникшую из ниоткуда. Диана резко остановилась и призвала ещё несколько огней, чтобы лучше рассмотреть неожиданное препятствие. Она хотела отступить назад, но ноги отказались ей подчиняться. Сознание внезапно прояснилось. Она почувствовала слабое движение воздуха, которого раньше не было, услышала глубокий, ритмичный, почти рычащий звук и ощутила, как жар вокруг внезапно усилился. Но сильнее всего её потрясло другое: нить, которая всё это время тянула её вперёд, исчезла, словно её никогда и не существовало. Не успели разрозненные детали сложиться в единую картину, как «скала» вдруг дрогнула и шевельнулась, обнажая массивный глаз с узким вертикальным зрачком тёмно-фиолетового цвета. Этот глаз, размером едва ли не в половину её роста, медленно моргнул, а затем сфокусировался на ней. Следом раздался глубокий гул, и воздух наполнился густым запахом дыма, когда «скала», оказавшаяся на самом деле головой дракона, начала подниматься. Земля задрожала у неё под ногами, подтверждая, что колоссальное существо действительно сдвинулось с места. Его огромная голова теперь нависала над ней, поворачиваясь так, чтобы смотреть прямо на неё, а оба глаза светились в полумраке пещеры, словно два аметистовых пламени. Дракон оскалил зубы и издал низкое угрожающее рычание, оглушительным эхом разнёсшееся по пещере. В его чуть приоткрытой пасти мелькнула искра фиолетового огня - ясное обещание того адского пламени, которое ждало её, если он решит её уничтожить. Из его огромных ноздрей вырвался пар, окутывая Диану удушающим жаром. И всё же она оставалась совершенно спокойной. В этом величественном существе не было ни следа тьмы или безумия - ничего похожего на тех драконов, с которыми ей уже доводилось сталкиваться в Валирии. Но эта мысль лишь едва коснулась её сознания, потому что даже сейчас, когда существо нависало над ней, обнажая клыки, Диана с абсолютной уверенностью знала: он не причинит ей вреда. Древнее создание наклонилось ближе, широко раскрывая пасть, словно собиралось перекусить её пополам, и глубоко вдохнуло. Один раз. Затем ещё. Рычание оборвалось на самой высокой ноте, и челюсти дракона сомкнулись с тяжёлым щелчком, снова скрывая массивные клыки. В его змеиных глазах мелькнуло замешательство - выражение, которое Диана, к собственному удивлению, нашла одновременно забавным и странно трогательным. Диана уже знала, кто перед ней. Она ощущала это где-то глубоко внутри, словно сама кровь подсказывала ей ответ. Но дракону понадобилось ещё несколько мгновений, чтобы понять, кто стоит перед ним. - Вот мы наконец встретились, Ветракс… Что именно так резко потрясло дракона - её голос, его имя на её губах или валирийский, на котором она заговорила - было непонятно. Но он резко дёрнулся, и вся пещера содрогнулась так сильно, что с потолка вниз посыпались куски породы. Огромная голова в одно мгновение отпрянула назад, а затем снова рванулась вперёд, остановившись почти нос к носу с ней. Воздух наполнился жалобным звуком - чем-то средним между мурлыканьем, стрекотом и скулежом. - Ветракс, кровь моей крови… - прорычала Диана, переходя на язык драконов, и протянула руку, наконец касаясь раскалённой от жара чешуи. Ей хотелось бы сказать, что эффект был взрывным, но на самом деле произошло обратное. Дракон её предка застыл, словно статуя, и Диана замерла вместе с ним. Их взгляды встретились, и… Та самая нить, которая исчезла с её приходом, вдруг вернулась, хотя теперь её уже нельзя было назвать нитью. Она превратилась в огромный канат из валирийской стали, связывающий их души воедино. Что-то глубоко внутри неё словно щёлкнуло и наконец встало на своё место. Сознание древнего существа распахнулось перед ней, будто открытая книга, и его чувства обрушились на Диану разом. Радость, тоска, печаль, горе - дракона словно разрывало на части от противоречивых эмоций. Он радовался, что кровь его всадника вернулась, но вместе с тем наконец был вынужден принять, что Игнотуса больше нет. В нём всё ещё теплилась хрупкая надежда на встречу со своим связанным, хотя на самом дне души он всегда знал, что нить между ними давно оборвалась. Пока Ветракс тихо скулил, одновременно оплакивая своего всадника и радуясь новой связи, Диану накрыли обрывки его воспоминаний. Самое первое воспоминание его жизни: пухлый младенец Игнотус тут же тянется к новой «игрушке», появившейся в его колыбели из треснувшего яйца. Их первый совместный полёт, полный восторга шестилетнего Игнотуса, крепко пристёгнутого к седлу, и голосов его семьи, летевшей рядом на своих драконах и подбадривавшей его. Их первое долгое путешествие в далёкую Империю И-Ти, за которым последовало множество других. И последнее воспоминание об Игнотусе перед разлукой - полное растерянности, гнева и боли утраты… Оглушённая внезапным потоком воспоминаний, Диана не сразу заметила, что что-то не так. Пол под ногами завибрировал, выдавая движение массивного существа. Следом пещеру сотряс оглушительный рёв, а за ним раздался характерный звук, который драконы издают перед тем, как выпустить огонь. Она не успела среагировать. Поток кроваво-красного пламени поглотил её, прерывая связь между ней и Ветраксом. Ветракс тоже дёрнулся: внезапный разрыв связи сбил его с толку и на мгновение замедлил. Но даже так, едва увидев, как кровь его прежнего всадника - его новая связанная - исчезает в огне, он издал рёв, от которого содрогнулась вся гора, и бросился на красно-чёрного дракона, вынырнувшего из темноты и напавшего на Диану. Едва огненный поток оборвался, парящие огни выхватили из темноты Диану: она стояла на выжженном полу пещеры, совершенно невредимая. Одежду и украшения она давно зачаровала на устойчивость к огню, поэтому даже она не пострадала. Невозмутимо стряхнув сажу с рукава, Диана наблюдала, как Ветракс сражается с красным драконом, возникшим будто из ниоткуда - тем самым, которого Диана сразу узнала по фреске, когда-то увиденной в глубине Замка Певерелл. Дракон Антиоха. - Мэйеликс… Диана не успела закончить фразу - какое-то движение слева заставило её насторожиться, и она тут же отскочила в сторону. Земля там, где она стояла мгновение назад, взорвалась под ударом когтистой крылатой конечности, а над ней навис третий дракон. Его огромные глаза цвета расплавленного золота смотрели на неё с чистой ненавистью. В глубине раскрытой пасти, усеянной сотнями острых как бритва зубов, начала разгораться золотая искра, предупреждая о новой огненной атаке. Диана устало вздохнула, уже почти смирившись с тем, что её снова попытаются сжечь, когда огромные ноздри Эйракса, серо-золотого дракона Кадмуса, внезапно дрогнули. Колоссальный зверь глубоко вдохнул, втягивая воздух, словно уловил в нём что-то смутно знакомое. Пещера всё ещё содрогалась от схватки Мэйеликса и Ветракса, а Диана спокойно стояла под нависшим над ней Эйраксом, с едва заметной и совершенно невозмутимой улыбкой ожидая, когда он наконец поймёт, кто перед ним. - Я кровь твоего прежнего всадника, Эйракс. Кровь твоей крови. Я не желаю зла ни тебе, ни твоим братьям. Гулкий, рокочущий язык драконов, казалось, окончательно заворожил серо-золотого великана. Ярость и враждебность исчезли из его глаз, уступив место замешательству и хрупкой, неуверенной надежде. Всё ещё втягивая воздух, Эйракс медленно наклонился ближе. Диана осторожно подняла руку, оставляя ему возможность уклониться от её прикосновения, если он захочет. Он не уклонился. Голова размером с небольшой дом мягко, почти бережно прижалась к её ладони, с удивительной осторожностью для такого огромного существа. На этот раз Диана была готова и не позволила зарождающейся связи застать себя врасплох. Эмоции и воспоминания дракона хлынули в её разум, словно расплавленный огонь: горе и одиночество постепенно сменялись теплом вновь обретённой связи. Но в его памяти было гораздо больше, чем показал ей Ветракс. Эйракс был древним - старше обоих драконов, сражавшихся неподалёку. До Кадмуса он был связан с несколькими поколениями Дома Певерелл, облетел почти весь известный мир, нашёл свою пару и стал отцом множества кладок яиц, чтобы потом потерять и оплакать и свою спутницу, и последнего всадника… Горе дракона было таким огромным, что у Дианы перехватило горло, а на глаза сами собой навернулись слёзы. Сосредоточившись, она направила свои мысли через только что возникшую между ними связь: «Я понимаю. Я чувствую и разделяю твою скорбь». Эйракс тихо заскулил, и Диана, поддавшись порыву, шагнула ближе и прижалась лбом к его раскалённой чешуе, совсем не ощущая жара. Через их связь она передала ему радость от их встречи, надежду на дружбу и крепкую связь, а также счастье от того, что уже начало зарождаться между ними. Свободной от палочки рукой она мягко гладила дракона, посылая слабые электрические импульсы, чтобы он мог почувствовать её прикосновения даже сквозь грубую драконью шкуру. Где-то глубоко в его груди зародился низкий рокот, смутно похожий на мурлыканье. Похоже, Эйраксу понравилась её ласка. Их момент прервал яростный рёв неподалёку и новый мощный толчок, от которого пещера содрогнулась. Почувствовав, как на неё сыплются каменная пыль и мелкие обломки, Диана повернулась к сражающимся драконам. Ни один из них не атаковал так, чтобы действительно серьёзно ранить другого, и это яснее любых слов говорило о том, что они были братьями, семьёй, и на самом деле не хотели причинять друг другу вреда. Они ревели, сталкивались головами и время от времени выпускали слабые вспышки пламени, скорее пытаясь заставить противника уступить, чем нанести ему настоящий урон. Видимо, устав от их борьбы, Эйракс, раздражённый тем, что их душевное единение прервали, издал громогласный рёв и двинулся помочь Ветраксу усмирить их брата. Но Диана уже почти не обращала на них внимания, потому что наконец поняла нечто важное. Нахмурившись, она прислушалась к перекрывающим друг друга рыкам, стрекоту и даже шипению и осознала, что их язык деградировал почти до уровня маленькой Норберты. «Чужак! Убить!» «Не чужак! Семья! Кровь!» «Всадница! Не трогать!» Древние драконы общались лишь односложными фразами, и Диана не была уверена, нормально ли это. Единственным взрослым драконом, которого она видела так близко, если не считать искажённых тьмой и Слепую, спасённую ею из глубин Гринготтса но так и не проронившую и слова, была венгерская хвосторога. Но та была не в том состоянии, чтобы вести разговор: она была слишком взбудоражена угрозой своему яйцу и настолько поглощена яростью, что не ответила ни на одну попытку Дианы заговорить с ней. Поэтому Диана не могла понять, было ли это свойственно всем драконам, что казалось маловероятным, ведь даже обычные немагические змеи могли строить сложные фразы, и она прекрасно их понимала, а такие магические существа, как драконы, едва ли могли уступать простым садовым змеям. Или же это было особенностью драконов именно этого мира? Может быть, всё дело было в медленно угасающей магии этого мира и прорывах во Тьму? Драконы были магией и огнём, облечёнными в плоть, поэтому в теории нехватка чистой магической энергии вполне могла повлиять на них подобным образом. Она уже соприкасалась с их разумами во время синхронизации душ и даже сейчас ощущала их где-то на границе собственного сознания. И они, без сомнения, были разумны. Значит, скорее всего, деградировала только их речь. Она отогнала лишние мысли, пообещав себе обдумать всё позже, в более спокойной обстановке, и сосредоточилась на сражающихся драконах, но успела застать только конец схватки. Судя по всему, авторитет Эйракса был непререкаем, потому что после пары низких, повелительных рыков, обращённых к кровожадному нарушителю, Мэйеликс неохотно отступил и спрятал оскаленные зубы. Впрочем, смотреть на неё с враждебностью и подозрением он не перестал. Диана начала приближаться к напряжённому, готовому к нападению существу, которого с обеих сторон крепко удерживали Эйракс и Ветракс. Оба рычали на него и пресекали любую попытку оскалиться в её сторону. Благодарно улыбнувшись им, Диана прошла мимо их опущенных огромных голов, из которых при виде неё доносились глубокие рокочущие звуки, похожие на мурлыканье, и, подняв руки в успокаивающем жесте, остановилась прямо перед головой Мэйеликса. Не обращая внимания на огромные когтистые крылья-лапы, угрожающе скребущие по полу пещеры, Диана сохранила привычное спокойствие и мягкую улыбку, протягивая руку к самому свирепому из драконов своих предков. Багровые глаза Мэйеликса сузились при виде её протянутой руки, и он снова оскалил было зубы, но уже в следующее мгновение снова захлопнул пасть, когда челюсть Эйракса опасно щёлкнула совсем рядом с его мордой. - Я не чужак, Мэйеликс. Мы одной крови… ты чувствуешь это? - проворковала она. Увидев, как дракон отреагировал на валирийский язык, Диана повторила эти же слова уже на языке драконов. Мэйеликс застыл, словно статуя. Его ноздри резко раздулись, обдавая её потоками горячего воздуха, пока он жадно обнюхивал её протянутую руку. По обе стороны от него Эйракс и Ветракс придвинулись ближе, явно истосковавшись по ласке, но благоразумно не стали отвлекать её и принялись терпеливо ждать, пока между ней и Мэйеликсом возникнет связь. Наконец чёрно-багровый дракон решился и шагнул ближе, позволяя своей раскалённой чешуе коснуться её ладони. Третья связь возникла так же легко и стремительно, как две предыдущие. Через неё хлынули эмоции: гнев, отчаяние, горе, беспомощность, ярость, хрупкая надежда и облегчение от рождающейся связи. Как и Эйракс, Мэйеликс был старше Ветракса. У него было больше всадников, а значит, и больше потерь. С каждой оборванной связью он становился всё злее, оплакивая каждую утрату так, словно она была первой. Он был измучен долгим ожиданием, но его ярость от этого лишь стала глубже. Он злился на Антиоха - за то, что тот оставил его позади, бросил в этом умирающем месте и заставил ждать, надеясь на встречу, которая, как он знал, уже никогда не случится. Мэйеликс был свирепее своих братьев, словно ярость, облечённая в плоть, но при этом он был и более чувствительным. Более уязвимым. Он тяжелее всех пережил смерть их сородичей во время Рока и глубже всех скорбел по драконам, поглощённым Тьмой - тем, кого ему самому пришлось убить. Вместо того чтобы делиться воспоминаниями о жизни до Рока, как это сделали Ветракс и Эйракс, Мэйеликс показал ей то, что было после: годы, наполненные опасностью, болью и горем. Их всадники приказали им улететь на далёкий остров, чтобы пережить катаклизм. Когда они вернулись, их дом горел. Их сородичи были мертвы, а драконы, поглощённые Тьмой, жаждали их крови. Их всадники велели им сохранить как можно больше яиц и ждать их возвращения. И они ждали. Годами они прочёсывали разрушенный полуостров, разыскивая яйца и собирая все, какие только могли найти, даже те, что уже обратились в камень. Но со временем большинство спасённых ими яиц начало вылупляться, и то, что появлялось из них, уже нельзя было назвать драконами. У осквернённых Тьмой существ не было разума. Ими двигали только голод и жажда крови. Они убили их всех. Некоторые осквернённые драконы, вылупившиеся из яиц, которые им не удалось найти вовремя, становились сильнее. Они питались энергией тёмных разломов, пока не превращались в настоящих чудовищ - существ, на которых братьям приходилось охотиться просто для того, чтобы выжить. Годы превращались в столетия, проведённые в бесконечной борьбе. И в ожидании. В ожидании тех, кто уже никогда не вернётся… Диана даже не заметила, когда Эйракс и Ветракс присоединились к своему брату, делясь собственными воспоминаниями о годах после Рока Валирии. Каждая битва. Каждая встреча со смертью. Каждое яйцо, ставшее добычей Тьмы. Каждый миг, проведённый в ожидании конца этого живого кошмара. В ответ Диана поделилась с ними судьбой их прежних всадников, впервые позволяя им по-настоящему оплакать тех, кого они потеряли. Окружённая тремя огромными головами переплетённых между собой драконов, прижавшихся друг к другу, пока их скорбная песнь эхом разносилась по пещере, она утешала их, мягко гладя руками, позволяла своей ауре расшириться во всю силу. Прикосновение её ауры, наполненной спокойствием и уверенностью, действовало как целебный бальзам. Её магия окутала их, словно кокон, отрезая от остального мира. И все четверо чувствовали это: их связь становилась глубже и крепче, навсегда сплетая их судьбы в единое целое. Невозможно было понять, сколько времени прошло в их маленьком мире - секунды, минуты, часы?.. Только мысль о сыне, который ждал её дома, не позволяла Диане полностью раствориться в связи, формировавшейся между ними, хотя она чувствовала, насколько важным было происходящее. Она понимала, что этого вообще не должно было случиться. Диана прочитала все записи Игнотуса о драконах и их связи со всадниками, и в каждом источнике говорилось одно: валириец не может быть связан больше чем с одним драконом одновременно. Решение этой «проблемы» было одной из целей Конклава, но, насколько ей было известно, они так и не добились успеха. Было ли это связано с её иномирным происхождением, с ритуалом, который братья Певерелл провели, чтобы спасти своих драконов, или с тем, что она сама могла превращаться в дракона, Диана не знала. Пока она тонула в размышлениях, наслаждаясь связью с тремя древними существами и окружая их чувствами любви и защиты, шары света, которые она призвала ранее, начали гаснуть, и пещера медленно погрузилась во тьму. Поэтому, когда перед ними внезапно появился яркий бесплотный призрак в облике Грима, это застало всех четверых врасплох. Драконы дёрнулись и угрожающе зарычали, пытаясь заслонить её своими огромными телами от неизвестной угрозы, а Диана, поняв, что происходит, вдруг рассмеялась. - Сохатик, куда ты пропала, чёрт тебя дери? Твои сопровождающие вернулись уже целую вечность назад, а тебя всё ещё нет. Флёр и Цисси сбиваются с ног, пытаясь отвлечь Тедди от твоего отсутствия, но пирожочек уже начинает что-то подозревать. Тащи свой королевский зад домой, пока мы с твоим сыном не отправились тебя искать! Послание, произнесённое Патронусом голосом Сириуса, вернуло Диану к реальности. Он был прав: с тех пор как она нашла драконов, должно было пройти немало времени. Пора было возвращаться. Как только проекция растворилась, передав сообщение, и пещера снова погрузилась во тьму, её драконы растерянно зарокотали, оглядываясь в поисках странного призрачного пса, который исчез так же внезапно, как появился. - Всё в порядке, мои хорошие. Не нужно волноваться. Это был всего лишь… - Диане пришлось очень постараться, чтобы объяснить встревоженным драконам, что такое Патронус. Поняв, что одними словами нормально объяснить не получится, она поступила так же, как раньше - передала им образы и воспоминания через ментальную связь между ними. Когда огромные ящеры наконец успокоились, Диана тихо выдохнула с облегчением. - Нам пора. Пора возвращаться домой, - сказала она, снова призывая шары света, и дублируя свои слова на языке драконов, чтобы наверняка. Напоследок погладив каждого из них, она уже собиралась было направиться к выходу из пещеры, когда огромная голова Эйракса преградила ей путь. - Нет. Яйца, - пророкотал дракон, а затем повернулся и пошёл глубже в пещеру, постоянно оглядываясь, чтобы убедиться, что она следует за ним. Диане понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он имеет в виду, а когда до неё наконец дошло, она не удержалась и хлопнула себя ладонью по лбу. Она ведь почти забыла о драконьих яйцах. Быстро опомнившись, Диана поспешила за удаляющимся великаном, который с лёгкостью двигался по огромной пещере. Позади она слышала шаги Ветракса и Мэйеликса, следовавших за ними. Эйракс привёл её в небольшой боковой проход, оказавшийся тупиком. В большой выемке в полу, окружённой мелким мусором, лежали три драконьих яйца. Из воспоминаний Мэйеликса и остальных Диана знала, что это были единственные уцелевшие яйца, и уцелели они только потому, что обратились в камень. Из всех остальных яиц, которые драконы смогли собрать, вылупились осквернённые Тьмой детёныши - существа, которых им пришлось убить прежде, чем те успели вырасти в бездумные, кровожадные машины для убийства. Подойдя ближе, Диана мимоходом отметила, что «мелкий мусор» на самом деле был осколками яичной скорлупы, а сам пол здесь расплавился в обсидиан от попыток драконов согреть яйца своим пламенем. Они до последнего отказывались терять надежду, что однажды те всё же смогут вылупиться. Но всё её внимание было приковано к самим яйцам - потемневшим, но всё ещё прекрасным. Даже поблёкшие, их цвета намекали на то, какими они были когда-то: зелёное, тёмно-синее и нежно-розовое, похожие на драгоценные камни, только что извлечённые из земли. Осторожно подняв одно из яиц, Диана с грустным уколом в сердце отметила, что оно совершенно холодное и не излучает даже слабого тепла. Эйракс опустил голову рядом с ней и тихо, скорбно заскулил, глядя на яйцо золотыми глазами, пока через их связь к ней текли волны горя. Диана успокаивающе провела рукой по его горячей чешуе и прижалась лбом к нему в молчаливом утешении. Одно за другим она убрала яйца в свой сундук, не забыв собрать и все разбросанные вокруг осколки скорлупы, потому что знала, насколько ценны они в некоторых разделах магии. Увидев, что она закончила, Эйракс отступил назад и медленно опустился на землю, складывая одно огромное крыло так близко к полу, как только мог. Диана недоуменно уставилась на него, не понимая что он от неё хочет, пока дракон терпеливо ждал. Когда она так и не двинулась с места, Мэйеликс, как всегда самый эмоциональный и нетерпеливый из троих, потерял терпение и мягко, но настойчиво подтолкнул её вперёд своей огромной головой, ворча что-то невнятное. Наконец поняв, чего они хотят, Диана весело фыркнула. Неподалёку Ветракс приглашающе застрекотал, тоже опускаясь ниже и начиная протягивать к ней крыло, но Эйракс издал такой громогласный рык, что тот быстро убрал его обратно и сделал вид, будто ничего не произошло. Рассмеявшись над их выходками, Диана наконец приняла приглашение. Она уверенно взобралась по предложенному крылу на спину гигантского дракона, хватаясь за гребни шипов для опоры. Из-за огромных размеров Эйракса подъём занял некоторое время, но, добравшись до места, где когда-то, вероятно, находилось седло, она закрепила себя там Приклеивающими чарами, наложила Смягчающие чары и покрепче ухватилась за ближайшие шипы. Как только Эйракс убедился, что она держится надёжно, все три дракона поспешили к выходу. Стоило им выбраться на пляж, как стало ясно, что день уже начал клонится к закату. Небо над океаном было окрашено в багровые, розовые и оранжевые оттенки, и зрелище было захватывающе прекрасным. Засмотревшись, Диана не сразу заметила, что они остановились и ни один из драконов не собирается взлетать. Потянувшись к ним через связь и почувствовав с другой стороны веселье и терпеливое ожидание, она улыбнулась и покачала головой, поняв, что древние существа ждут её приказа. - Взлетай, Эйракс. Едва приказ сорвался с её губ, как огромное существо под ней рванулось вперёд несколькими мощными шагами и взмыло в воздух. Ощущение полёта было одновременно знакомым и совершенно новым. Диана любила летать: она летала на метле, на гиппогрифе, на фестрале и в собственной драконьей форме, но ни один из этих опытов не мог сравниться с тем, что она чувствовала сейчас, глядя с высоты, как земля далеко внизу стремительно проносится мимо. Огромное тело древнего существа излучало силу и дикую, неукротимую магию, принадлежавшую только драконам. Под ней перекатывались тугие, словно стальные канаты, мышцы, пока его спина двигалась в ритме размеренных взмахов массивных крыльев, а тень, скользившая по земле внизу, казалось, покрывала сотни метров. Через их связь она чувствовала эйфорию Эйракса - его восторг от первого полёта с новой всадницей - и в ответ делилась с ним собственным трепетом и счастьем, а вместе с ним и с Мэйеликсом и Ветраксом, летевшими рядом. Драконы одобрительно взревели, и их радость едва не захлестнула её через связь. Это было незабываемое ощущение. По мнению Дианы, сравниться с ним мог разве что полёт в её собственной драконьей форме, да и в этом она теперь уже не была уверена, учитывая, что её анимагическая форма, похоже, обрела собственный разум. Кто знал, когда она снова сможет свободно превращаться? Хотя воспоминание об этом происшествии бросило лёгкую тень на её мысли, Диана всё же позволила себе насладиться полётом. Вскоре небо впереди начало светлеть - знак того, что они приближались к цели. По её безмолвной просьбе Эйракс поднялся выше, и вскоре они оказались над облаками, словно попав в совершенно другой мир. Небо над ними было окрашено в синие и огненно-оранжевые оттенки заходящего солнца, а облака внизу напоминали бескрайнее поле мягкой ваты. Воздух был таким разряженным и чистым, что у Дианы слегка закружилась голова. Так они летели ещё некоторое время. Диана улыбалась, наблюдая, как Ветракс и Мэйеликс игриво кружат друг вокруг друга, выполняя сложные воздушные манёвры и выпуская потоки красного и фиолетового пламени, пока Эйракс вдруг не сложил крылья и не нырнул обратно в море облаков. Три огромных существа прорвались сквозь слой облаков прямо над долиной, где раскинулся палаточный город, оставляя за собой полосы водяной взвеси, и легко прошли через защитный барьер. Теперь драконы были связаны с Дианой, и чары это признали, пропустив их без сопротивления. Увидев приближающихся великанов, люди внизу в панике рассыпались в стороны, словно муравьи. Диана ощутила короткий укол вины за то, что напугала своих подданных, но рано или поздно им всё равно придётся привыкнуть к виду драконов, летающих над их головами. Поэтому она велела Эйраксу спуститься ещё ниже и даже заставила его перевернуться в воздухе, чтобы люди могли ясно увидеть её у него на спине. Проведя Эйракса широким кругом вокруг поселения, Диана направила его к строительной площадке. С удовлетворением она отметила, что площадь была почти закончена, как и фундаменты с первыми этажами трёх главных зданий её будущего королевства. Приказав драконам приземлиться немного в стороне, Диана осторожно спрыгнула вниз, замедлив падение заклинанием, прежде чем коснуться земли. Рабочие на строительной площадке тут же пришли в движение, и целая делегация направилась к ней. При виде приближающихся людей драконы, непривычные к человеческому присутствию, занервничали. Диане пришлось успокоить их, ясно дав понять, что все в этой долине находятся под её защитой. Когда группа остановилась на почтительном расстоянии, Диана всё ещё успокаивала драконов, которые жались к ней, мурлыча, словно огромные коты, истосковавшиеся по ласке. - Полюбуйтесь-ка! Стоило на минутку отвернуться, а она уже каким-то образом обзавелась несколькими драконами, - Голос Сириуса, сочившийся сарказмом, заставил её отвлечься от льнувших к ней драконов. При виде незнакомцев, подошедших так близко, драконы снова напряглись и начали двигаться вперёд, чтобы заслонить её собой, но остановились в тот же миг, когда Диана резко зарычала: - Нет! Они свои! Семья! В её голосе прозвучала металлическая нотка, и драконы тут же опустили головы в молчаливом подчинении. В этот момент Диана с кристальной ясностью поняла, что драконы лучше всего откликаются на силу, и если она хочет, чтобы их сосуществование с её людьми оставалось безопасным, её власть над ними должна быть безусловной. Повернувшись к подошедшей группе, Диана увидела, что вместе с Сириусом, Биллом, Майклом, лордами Хафре, Сфорза и Фудживарой пришёл и Чарли со своими друзьями драконологами. Однако настоящую улыбку у неё вызвал Тедди, который сидел у Сириуса на руках и во все глаза смотрел на массивных драконов, раскрыв от восхищения свой маленький ротик. - Привет, любовь моя, - ласково проворковала Диана, подходя к своим оцепеневшим подданным, которые смотрели на происходящее широко раскрытыми глазами и не могли пошевелиться от страха и восторженного трепета. Затем она бережно забрала сына у крёстного. - Моя Королева, они… - начал Майкл, но замолчал, не сумев подобрать слов. - Прекрасны, правда? - рассмеялась Диана, целуя сына в пухлую щёку, пока тот всё ещё с изумлением смотрел на драконов. - Я не это собирался сказать… - пробормотал Майкл, всё ещё не в силах прийти в себя от происходящего. - Пойдём, Тедди, я познакомлю тебя с нашими новыми друзьями. Сириус дёрнулся, словно собирался остановить её, но она уже ушла, а за её спиной Чарли возбуждённо тараторил о том, что самый большой известный дракон, венгерская хвосторога, был всего пятнадцати с половиной метров в длину и рядом с этими гигантами смотрелся бы только вылупившимся детёнышем. Все, кто услышал его слова, тяжело сглотнули. Местные драконы действительно были огромны и заметно отличались от тех, к которым они привыкли. Шипы земных драконов больше напоминали длинные иглы, их кожа казалась менее грубой, чем у этих чудовищ, сами они были стройнее, а их челюсти по форме больше походили на птичий клюв. Окраска у них тоже была куда более естественной: зелёные, землисто-коричневые, тёмно-серые, иногда белые оттенки, служившие маскировкой и позволявшие сливаться с окружающей средой в дикой природе. Их считали не поддающимися дрессировке или приручению. В Волшебном мире драконы были известны как убийцы волшебников и относились к существам категории XXXXX. Они славились крайней агрессивностью почти ко всему живому и часто нападали без всякой видимой причины. Зная всё это, было потрясающе видеть, как их Королева обращается с существами, намного более крупными, опасными и свирепыми, чем любой дракон из их прежнего мира, с существами, выведенными для войн - словно с непослушными детьми. Они слышали истории о том, что в жилах семьи Дианы течёт то, что местные называли кровью драконов, но слышать подобные рассказы и увидеть это собственными глазами - совсем разные вещи. Многие из них уже начали почитать свою Королеву после того, как увидели её магическую силу, мудрость и могучую анимагическую форму, но это зрелище словно закрепило в их сердцах нечто куда более глубокое. Их Королева была драконом, а её потомки станут драконьими всадниками. Такова была их новая реальность. Те из присутствующих, кто лучше разбирался в политике, особенно главы Благородных Домов, сразу поняли, что это ещё одно преимущество для их королевства. И преимущество поистине огромное. Из того, что они узнали об этом мире, следовало, что королевство, где они теперь жили, когда-то было державой, перед которой склонялся практически весь мир, и именно драконы лежали в основе этого превосходства. Эти колоссальные существа дадут их Королеве такую законность власти, которую мало кто сможет оспорить. Не то чтобы Диана действительно нуждалась в подобном подтверждении, но в политике символы имели значение, а драконы были живым доказательством силы. Любой правитель, достаточно старый, чтобы помнить ужас и величие Старой Валирии, или достаточно мудрый, чтобы изучить её историю, дважды подумает, прежде чем посмеет с жадностью смотреть на богатства, скрытые на этих островах. Если раньше им пришлось бы показать всю мощь своей магии, чтобы политические соседи как следует подумали, прежде чем бросать им вызов, то теперь одно присутствие драконов позволит им не раскрывать миру все свои карты слишком рано. Одни только драконы станут и щитом, и предупреждением. Это осознание лишь усилило их уважение к Королеве Диане. Сегодня она снова доказала, что принесение ей Клятвы Верности было одним из самых мудрых решений в их жизни. Не подозревая о внутреннем смятении своих подданных, улыбающаяся Диана вернулась к терпеливо ожидавшим драконам и, словно Рафики, представляющий Симбу прайду, с гордостью подняла маленького сына перед огромными головами, склонившимися перед ней. - Познакомьтесь, это мой сын, Тедди. Диана повторила свои слова на языке драконов, улыбаясь, пока драконы с любопытством обнюхивали её маленького мальчика, а каждый их глубокий, шумный вдох заставлял волосы Тедди развеваться, словно от сильного ветра. - Мама… длаконы? - наконец спросил Тедди, очнувшись от своего восторженного оцепенения. Когда она кивнула, он радостно взвизгнул и захлопал в ладоши. - Пливет, длаконы! Почувствовав в нём её кровь и увидев радость ребёнка, драконы издали мягкие, ласковые звуки и позволили Тедди погладить их. Глядя, как сын счастливо хлопает ладошками по огромной нижней челюсти Эйракса, Диана вдруг вздрогнула и перехватила его руки, испугавшись, что он может обжечься о раскалённую драконью чешую. Но кожа Тедди была совершенно невредима. Это могло означать только одно: её крови, использованной во время ритуала магического усыновления, оказалось достаточно, чтобы передать ему устойчивость к жару, которой обладали все валирийцы. А это, в свою очередь, означало, что однажды он, возможно, тоже сможет стать драконьим всадником. Решив проверить эту теорию, Диана повернулась к крёстному, который всё ещё стоял на некотором расстоянии. - Бродяга, подойдёшь на минутку? Мне нужно кое-что проверить. Сириус посмотрел на неё так, словно она окончательно сошла с ума, но всё же направился к ней, двигаясь медленно и осторожно, чтобы не спровоцировать возвышавшихся над ними исполинов. - Если один из твоих новых друзей решит мной перекусить, мой призрак будет преследовать тебя и всех твоих потомков до конца времён. Это я так, к слову. - Перестань уже ныть и подойди ближе, - закатила глаза Диана. Увидев, что драконы не проявляют враждебности при его приближении, Сириус немного осмелел и подошёл, остановившись прямо рядом с ней. Диана представила его своим драконам, передав им воспоминания о нём через их связь, а затем отошла в сторону, давая им место познакомиться. Сириус было дёрнулся следом за ней, явно не желая оставаться один, но застыл с болезненной гримасой в тот момент, когда одно из гигантских существ двинулось к нему. Эйракс первым приблизился к лорду Блэку. Обнюхав его с головы до ног, он распознал в нём след драконьей крови, но всё равно не позволил Сириусу прикоснуться к себе. Почти сразу потеряв к нему интерес, дракон вернулся к Тедди и снова опустил морду, чтобы ребёнок мог с восторгом шлёпать ладошками по его чешуе. Мэйеликс и Ветракс последовали примеру старшего дракона и обнюхали Сириуса, пока тот стоял напряжённый, словно статуя, едва решаясь дышать. Они тоже признали в нём носителя драконьей крови. Мэйеликс почти сразу потерял интерес и ушёл бодаться с Эйраксом за внимание Дианы, а вот Ветракс - самый младший, менее враждебный и самый любопытный из троих - дружелюбно ткнулся в Сириуса огромной головой, едва не сбив его с ног, а затем великодушно подставил морду для поглаживания. Словно в трансе, Сириус медленно поднял руку и осторожно коснулся горячей чешуи. Поняв, что его всё-таки не собираются есть, он немного осмелел и принялся уже куда увереннее гладить довольного великана по нижней челюсти. Ветракс вздрогнул от удовольствия и сильнее подался навстречу рукам лорда Блэка, едва снова не свалив его с ног от избытка восторга. - Мерлинова борода, - выдохнул Сириус, резко тряхнув головой, а затем широко раскрытыми глазами уставился на Диану, стоявшую чуть поодаль. - Какое странное чувство… Почему я это делаю? Что это значит? В этот момент Сириус, должно быть, нашёл особенно чувствительное место, потому что Ветракс дёрнулся от удовольствия и наконец повалил крёстного Дианы на землю, как мешок картошки. Тут Диана уже не выдержала и расхохоталась. Щенячий восторг дракона в сочетании с нелепым выражением лица Сириуса оказался слишком сильным. - Что тут непонятного, Бродяга? - подняла бровь Диана, с широкой улыбкой глядя сверху вниз на крёстного, распростёртого в траве. - Крови моего отца, которой вы обменялись в юности, оказалось достаточно, чтобы драконы признали в тебе потенциального всадника. Мои поздравления: возможно, однажды у тебя будет собственный дракон. По лицу Сириуса одна за другой пронеслись эмоции: потрясение, неверие, радость. А потом его внезапно охватило непреодолимое желание заполучить собственного дракона. Когда всё немного успокоилось, Диана познакомила драконов с Чарли и его коллегами, которые едва ли не светились от восторга при мысли, что наконец смогут заняться своим любимым делом. Убедившись, что драконы поняли: эти люди станут их новыми смотрителями - роль, которую они помнили ещё со времён до Рока - и попросив Чарли, назначенного ею главным смотрителем, позаботиться об их кормлении, Диана забрала Сириуса с собой и занялась грудой дел, накопившихся за время её отсутствия. Выслушав отчёты о работе, проделанной архитекторами и строителями, включая хобгоблинов-мастеров, трудившихся над будущим банком, Диана провела немного времени с сыном. И только уложив его спать и поместив окаменевшие драконьи яйца в жаровню, зачарованную вечным огнём, она наконец отвела крёстного, которому пообещала полёт, к драконам, устроившимся на пляже. Сириус буквально кипел от нетерпения и всё время тянул её вперёд, раздражённо ворча, что она нарочно идёт слишком медленно. Диана не собиралась мучить крёстного ожиданием, хотя и получала некоторое удовольствие от его страданий - он заслужил это за то, что держал от неё тайны. На самом деле она просто решила совместить приятное с полезным и превратить их полёт в путешествие к ближайшему разлому в План Огня, чтобы наконец заняться созданием нового источника нейтральной магии. Было ещё не слишком поздно, а Диана не привыкла откладывать дела на потом, поэтому решила сделать это сегодня же, пока оставалось время. Когда они добрались до поляны, которую облюбовали её драконы, Диана и Сириус нашли их свернувшимися вместе в огромный клубок рядом с грудой костей тяжелорогов - вида гигантского скота, магически выведенного одним из потомков Игнотуса как возможный источник мяса для существ размером с драконов. Это стало ещё одним напоминанием о том, что за долгую жизнь, проведённую в подготовке к возвращению в родной мир, Игнотус предусмотрел почти всё. Тяжелороги были больше самых крупных слонов, с огромными загнутыми назад рогами и короткой грубой шерстью. Они представляли собой вершину мясного скотоводства и давали по несколько десятков тонн превосходного мяса с каждой туши. По чувству сытости, которое Диана ощущала через их связь, она поняла, что драконы остались в полном восторге от пира. На этот раз Сириус подходил к драконам уже с куда большей уверенностью. Когда они приблизились, то увидели Чарли с коллегами, стоявших неподалёку от отдыхающих драконов. Рядом с ним парил кусок пергамента, а самопишущее перо усердно выводило заметки. Заметив их, Чарли сказал что-то своим друзьям и поспешил навстречу. -Ну что, мой главный смотритель драконов, каков твой вердикт? - с усмешкой спросила Диана у друга. - Они невероятные, Ваше Величество! Я в полном восторге! - с широкой улыбкой ответил Чарли и тут же перешёл к докладу, время от времени сверяясь со своим пергаментом. - Несмотря на то что самому старшему из них почти четыреста лет, все трое находятся в идеальной физической форме. Пока они были заняты едой, мы провели полный осмотр, и, несмотря на множество неглубоких шрамов и разрывов на перепонках крыльев, они совершенно здоровы. Мы сделали всё, что могли: восстановить перепонки оказалось довольно просто, но шрамы слишком старые, а их шкура настолько непроницаема и устойчива к магии, что с ними мы ничего сделать не смогли. Но уверяю тебя, ни один из этих шрамов не угрожает их здоровью. - И честно говоря, - добавил он с благоговейным выдохом, - я сомневаюсь, что им вообще многое может угрожать. Как известно, чем старше становится дракон, тем он сильнее, а эти трое находятся в совершенно особой категории. Сейчас их можно убить разве что ударом в мозг через глаза или нёбо, и шансы провернуть такое почти равны нулю. У маглов против них не было бы ни малейшего шанса, а если бы им пришлось сражаться с другими драконами, реальную угрозу могли бы представлять только драконы такого же возраста и размера, либо больше. Диана удовлетворённо кивнула и внимательнее посмотрела на своих драконов в быстро сгущающихся сумерках. Их чешуя буквально сияла здоровьем и выглядела безупречно ухоженной. Было очевидно, что драконологи знали своё дело на высочайшем уровне. - А что насчёт седел? - спросила она. - Вам удалось что-нибудь придумать? Чарли почесал затылок. - Нам никогда раньше не приходилось иметь дело с чем-то подобным, так что поначалу было непросто, особенно с учётом твоих требований насчёт ошейников. - Он сделал паузу. - Самих ошейников на них уже не было, хотя в нескольких местах на их шкуре мы нашли почти полностью заросшие следы там, где они когда-то были намертво закреплены. Скорее всего, Игнотус и его братья сняли их перед своим уходом, не зная, сколько продлится разлука. Он восхищённо покачал головой. - Должен признать, их предусмотрительность впечатляет. Если бы они этого не сделали, драконам пришлось бы несладко. Если ошейники были сделаны из валирийской стали, а скорее всего так и было, они бы никогда не разрушились сами. Драконы продолжали бы расти без надлежащего ухода, и со временем ошейники начали бы врезаться им в плоть… Чарли замолчал, нахмурившись от возникшей в голове картины, а Диана невольно вздрогнула при этой мысли. - В общем, - продолжил он, прочистив горло, - мы разобрали седла, которые восстановили Мастер Даск и его помощники, и немного их переделали. Убрали старые крепежи и кожаные ремни, затем нанесли рунический аналог Вечных приклеивающих чар и закрепили седла у них на спинах. Большинство седел были слишком малы для этих чудовищ, - признал он, - но после того как мы убрали все физические крепления, которыми они раньше фиксировались на драконах, и заменили их чарами и рунами, это перестало быть проблемой. Мы также зачаровали их на невесомость, так что драконы даже не будут их чувствовать, и их движения ничто не будет сковывать. Вот так вот… пожалуй, всё. - Прекрасно. Отличная работа. Диана была довольна. Ей никогда не нравились массивные металлические ошейники, к которым по традиции крепили драконьи седла. Обычно их навсегда вбивали в чешую дракона, пока тот был ещё молод, закрепляя металлическими болтами и кольцами, и сама эта практика казалась ей отвратительной. Её драконы не были животными, чтобы обращаться с ними подобным образом. Они заслуживали уважения. - Это наша работа, - ответил Чарли со скромным пожатием плеч, хотя румянец, проступивший на кончиках его ушей, выдавал, насколько ему была приятна похвала. - А где яйца? Нам обязательно нужно их осмотреть. - В моём шатре. Спроси Добби, он проводит тебя к ним. Я положила их в жаровню, зачарованную вечным пламенем. Даже если они обратились в камень, я пока не собираюсь терять надежду. Чарли кивнул. - Хорошо. Мы сразу ими займёмся. И ещё кое-что. Мы осмотрели гнёзда в кратере вулкана и подготовили их к прибытию новых… вернее, возвращению старых хозяев. Когда вернётесь, можете лететь прямо туда. Кто-нибудь из нас всегда будет дежурить поблизости, на всякий случай. - Спасибо, Чарли. Вы все проделали огромную работу. Обязательно передай остальным мою благодарность. Попрощавшись со своим главным смотрителем драконов, Диана пошла дальше, жестом велев рассеянному крёстному следовать за ней. - Чарли буквально светится от счастья, - заметил лорд Блэк. - Вот что бывает, когда превращаешь хобби в профессию. Каждый день как праздник. Диана весело фыркнула, соглашаясь. - Ну что, - спросила она, когда Эйракс заметил их приближение, пошевелился и потянулся, словно гигантский чешуйчатый кот, а затем опустил для неё крыло. - Готов? - Был. Ещё полчаса назад, - пробормотал Сириус, нервно сглотнув. - А вот теперь уже не уверен. Не обращая внимания на внезапно оробевшего крёстного, Диана ловко начала взбираться по предложенной конечности, слыша, как Сириус шумно сопит, карабкаясь следом за ней. Седло оказалось удивительно удобным и при этом изящным в своей простоте. Сделанное из коричневой кожи, укреплённой деталями из валирийской стали, оно напоминало сиденье мотоцикла: высокая спинка с мягкой кожаной обивкой, приподнятая передняя опора, в которую можно было упереться грудью, и два рога-рукояти на передней луке, за которые удобно было держаться во время полёта. Как и говорил Чарли, все ремни были убраны. В тот миг, когда Диана села, она почувствовала, как руны, вырезанные по краям седла, надёжно фиксируют на месте и её, и Сириуса. Через секунду Сириус, к которому частично вернулась прежняя уверенность, устроился позади неё и обхватил её за талию, чтобы удерживать равновесие. Диана крепче взялась за рукояти и, бросив на крёстного полный предвкушения взгляд, мысленно отдала Эйраксу приказ. С довольным рёвом, от которого содрогнулась земля, колоссальный дракон сделал короткий разбег и взмыл в небо. Его огромные крылья с хлопками рассекли воздух. За восторженными криками Сириуса взлёт Ветракса и Мэйеликса почти остался незамеченным, и оба всадника поняли, что те уже рядом, только когда их чуть не снесло мощными порывами ветра от воздушных трюков, которые два младших дракона выполняли в воздухе вокруг них. - Это совсем не похоже на полёт на метле, или на гиппогрифе… или даже на летающем мотоцикле! Это потрясающе! - крикнул Сириус, почти вопя ей прямо в ухо, и Диана звонко рассмеялась. Сириус был совершенно прав: ощущение было несравнимым и незабываемым. Ей казалось, будто они с Эйраксом стали единым существом, а гармония их слитых воедино сознаний наполняла её восторгом. Не нужно было выкрикивать приказы или тянуть за поводья - хватало простой мысли, и Эйракс мгновенно повиновался. Более того, сосредоточившись на связи с Ветраксом и Мэйеликсом, она могла так же легко направлять и их, а ещё видеть их глазами, воспринимая мир так, как воспринимали его они. Это было невероятно. Смех Сириуса становился всё свободнее и безудержнее, и, осмелев, он вдруг отпустил её талию, за которую до этого цеплялся мёртвой хваткой, и широко раскинул руки, позволяя ветру развевать его волосы. Диана не удержалась: озорно ухмыльнувшись, она мысленно отдала приказ Ветраксу. С удовольствием подыграв ей, дракон заложил вокруг них крутой вираж и случайно мазнул Сириуса мягкой кромкой перепонки крыла, скорее шлёпнув, чем ударив. Сириус вскрикнул, захлебнувшись от неожиданности, и тут же снова вцепился в её талию. Поняв, что руны на седле надёжно удерживают его на месте, он резко выдохнул и громко выругался. - Эй, ты, ящерица-переросток! Поосторожнее там! Нет, ну ты это видела, Сохатик?! Диана буквально взорвалась смехом, запрокинув голову и ощущая через связь веселье своих драконов. Сириус, поняв, кто именно устроил эту шалость, разразился ещё более красочными ругательствами, а потом решил отомстить и принялся её безжалостно щекотать. Так, смеясь и дурачась, они пролетели оставшуюся часть пути. Диана почувствовала приближение разлома задолго до того, как увидела колоссальный вулкан, поднимавшийся на фоне потемневшего неба. Его вершина светилась в темноте от жара, рвавшегося из глубин, а тонкие потоки лавы стекали по склонам и собирались у подножия в сияющие озёра. Для полного сходства с Мордором из «Властелина колец» не хватало только огромного огненного всевидящего ока, парящего над кратером. Фыркнув от этого сравнения, Диана направила драконов к зияющему входу в недра горы и быстро спрыгнула на землю, замедлив падение заклинанием Арресто Моментум. Оказавшись на твёрдой, хоть и слегка дрожащей из-за бурлящего вулкана земле, она сразу взялась за дело и, достав палочку, наложила на окружающую местность заклинание для обнаружения драконов - изменённую версию Гоменум Ревелио. - Драконис Ревелио. Она произнесла его несколько раз, каждый раз расширяя радиус поиска, но, кроме трёх драконов, стоявших рядом, заклинание не показало ни одного другого огнедышащего существа на всём пространстве бывшего полуострова. Это позволило ей тихо выдохнуть с облегчением. По крайней мере, теперь ей больше не нужно было бояться встречи с ещё одним осквернённым драконом. Пока она была занята проверкой местности на возможные угрозы, Сириус торопливо накладывал на себя защитные чары от жара. Несмотря на небольшую устойчивость, доставшуюся ему благодаря следу драконьей крови, он всё же не собирался спускаться в действующий вулкан, полагаясь только на неё. - Готов? - спросила Диана, окинув его взглядом с головы до ног. Сириус, теперь уже собранный и серьёзный, согласно кивнул. Для Дианы это было почти обычным делом. Пока Сириус шёл рядом с ней в полной боевой готовности, внимательно осматривая каждый угол в поисках опасности, она двигалась вперёд спокойно, хотя и не теряла бдительности. Она уже знала общий принцип устройства таких шахт по другим рудникам и примерно понимала, куда нужно идти. Поиск скрытого прохода, спуск в глубины вулкана, путь по подземным туннелям, пропитанным невыносимым жаром, обнаружение разлома в ткани реальности, ведущего в огненную бездну, и проведение ритуала по его изменению… Всё прошло без происшествий. И если во время перенастройки первого разлома Сириус ещё выглядел как сжатая пружина, готовая в любой миг сорваться в атаку, то к третьему он уже почти полностью расслабился, хотя всё равно внимательно следил за окружающим пространством на случай неожиданных угроз. Любимой частью Сириуса было появление источника нейтральной магии на месте разрыва, ведущего в План Огня, и тот немедленный эффект, который следовал за этим. Ему каждый раз доставляло удовольствие наблюдать, как вулкан мгновенно затихает, удушающий жар рассеивается, воздух становится чище, гора перестаёт дрожать, а мир вокруг словно выдыхает с облегчением. Но больше всего ему нравилось то, что с каждым новым источником магии колдовать становилось легче, а слабое давление в воздухе, которое нарастало по мере удаления от их поселения, становилось всё менее ощутимым, пока наконец не пропало полностью. Похоже, с каждым дополнительным источником магии нагрузка на уже существующие уменьшалась, а значит, очищение лей-линий будет проходить быстрее, чем они ожидали. Диана окончательно убедилась в этом, когда после создания третьего источника нейтральной магии вышла на открытый воздух и увидела, как чувствительные к магии драконы кружат в небе в восторженном, озарённом огнём танце, сотрясая небеса радостным рёвом. Теперь источников чистой магии было достаточно много, чтобы она больше не расходовалась целиком на очищение лей-линий от скверны и материализацию Замка Певерелл, а начала просачиваться в остальной мир. И мир это наконец почувствовал. Радость драконов была достаточным доказательством.