Глава 2. Призрак материи.

Утром следующего дня Элиас шел по пустым коридорам. Работники академии ещё не зажгли лампы – свет сочился из окон, медный, утренний. Студент подошел к громоздкой металлической двери и достал из кармана карточку с планом и сверился: эта та дверь, которую он искал. Элиас оглядел дверь, задумавшись. Кажется, профессор говорила не стучать… Элиас открыл тяжелую дверь и шагнул внутрь. Внутри оказалось просторно – настолько, что рабочая зона незаметно перетекала в жилую. Слева громоздились стеллажи с колбами и реактивами, справа стоял узкий диван, укрытый пледом, а рядом – столик с остатками ужина. Пахло бумагой, металлом и чем-то кислым – то ли реактивами, то ли прокисшим молоком. Изабель сидела в дальнем углу, спиной к двери. Когда Элиас вошёл, она не обернулась – только отложила перо в чернильницу и замерла на секунду. – Оставь надежду, всяк сюда входящий… – бросила она, не оборачиваясь, и снова уткнулась в бумагу. – Надежда для слабых. Я как-нибудь без неё. Элиас с трудом захлопнул железную дверь и прошёл внутрь. В комнате, кроме дивана, стояло два кресла – он опустился в ближайшее. Изабель уже шла к нему, протягивая листок. – Мне кажется, что теперь ошибок не должно быть… – она кивнула на громоздкий прибор, напоминающий чашечные весы, – посмотри на расчеты. Профессор положила листок с расчетами на стол перед Элиасом и тот быстро пробежался взглядом по строчкам, задержался на последней и ухмыльнулся. – На этот раз всё верно. – Он тоже уставил взгляд на прибор, который осматривала Изабель. – Ты хочешь проверить расчеты на практике? – Да, а ты против? – Изабель прищурилась и смотрела на студента. – Боишься, что тоже окажешься неправ? – Боюсь? - Элиас замолчал, прикрыл глаза. - Нет, совсем наоборот. Он только усмехнулся и поднялся с места. – Тогда помоги достать. – профессор подошла к полке, на которой стоял прибор. – Только аккуратно. Вдвоем они спустили аппарат со стеллажа на мраморный рабочий стол, после чего Изабель неторопливо прошлась по лаборатории, вытаскивая из шкафов мензурки, провода, стрелочные индикаторы. После того, как она их вывалила на стол, он был завален так, что самого прибора почти не стало видно. – А что это за устройство такое? Неужели ты сама его сделала? – Элиас с интересом разглядывал громоздкий прибор, немного покрывшийся пылью. – Два стеклянных сосуда. Герметичных. – Она провела пальцем по стеклу, задержалась на трубке. – В один кладём то, что сожжём. Во второй – если нужно что-то запитать. Пока не пригодилось. Изабель неспешно обошла стол и открыла ящик, стоящий у входа. Из него она достала две пары толстых резиновых перчаток, вернулась к Элиасу и протянула ему одну пару. – У тебя уже есть эти новомодные перчатки? – Элиас незаметно усмехнулся, раскрыв глаза, рассматривая перчатки в руках. – Я договорилась с их производителем об их поставках в нашу академию. – Она надела перчатки и перевела взгляд обратно на прибор. Рядом на столе лежал в вакуумной непрозрачной упаковке маленький шарик размером с ноготь. Изабель очень аккуратно разрезала упаковку, достала его клещами и положила в первый контейнер прибора. Элиас в этот момент только неспешно надевал перчатки. – Теперь снаружи нагреваем первый контейнер, – Изабель посмотрела на шкалу давления внутри контейнеров и включила газовую конфорку прямо под колбой, – до того момента, пока от объекта в нем ничего не останется и смотрим, как изменилась общая энергия системы… – Постой. – Элиас, наконец одевший перчатки, указал пальцем на пустую упаковку. – А ты разве измерила массу йода? – Нет, – Изабель взяла упаковку из-под реагента клещами и приподняла, – Видишь? – “Йод кристаллический, одна пятая ньютона” – Прочитал он. Изабель кивнула и опустила упаковку обратно на стол, а после села в невысокое кресло рядом. – Двадцать граммов йода на один опыт? – Элиас смотрел, как на дне колбы появляются первые темно-фиолетовые капли расплавленного йода. – Да. Даже при испарении такого небольшого количества вещёства общая энергия внутри сосудов, – она помедлила, подбирая слова, – должна изменится очень заметно. Когда профессор закончила говорить Элиас опустился в кресло, стоящее по другую сторону стола от Изабель. Теперь слышны только шум горелки и редкие голоса на улице. – И долго нам ждать? – Элиас повернулся в сторону прибора – внутри колбы уже не осталось твердого вещёства, а воздух над жидкостью стал практически непрозрачным. Изабель повернулась к прибору и, смотря на жидкость на дне колбы, задумалась. – Не больше двух минут, – выйдя из мыслей, сказала она, – осталось только дождаться, пока йод закипит. В лаборатории стало теплее, а на лбу Элиаса уже появились первые капли пота. Элиас не отрывал взгляда от прибора, рассматривая детали конструкции, когда заметил, как жидкость внутри зашевелилась. Он перевёл глаза на манометр – стрелка поползла вверх. – Профессор, смотри, – Элиас обратился к Изабель, – вроде кипит. – Да. Я вижу. – Она встала с кресла и подошла к прибору. – Нужно дождаться, пока на дне не останется жидкости. Двое ученых смотрели, как бурлящая жидкость на дне сосуда довольно быстро стала паром. – Вот и самый интересный момент, – профессор положила перед собой блокнот и перьевую ручку, – нужно зафиксировать показатели. – А массу ты измерять собираешься с помощью динамометра? – Если сможешь, то как раз займись этим, – Изабель оторвалась от блокнота, взяв со стола прибор, похожий на часы с крючком, и протянула его Элиасу. Студент, убрав несколько темных прядей со лба, взял прибор и, отстегнув соединенные контейнеры от основания прибора, подвесил их на динамометр. – Шесть целых и сорок три сотых ньютона, – Элиас опустил колбы с непрозрачным фиолетовым дымом и прикрепил к прибору, – большая часть из этого ведь сами контейнеры, так ведь? – Верно. Но их массу я знаю с высокой точностью, это не проблема, – Изабель записала массу в свой блокнот, - стоит не забыть о воздухе, что был в колбах. – Нам ещё нужны какие-то данные кроме давления и массы? – Элиас вернулся к своему креслу, но пока что не садился. – Я всё уже записала, не хочешь проверить? – Изабель протянула блокнот. Подойдя и взяв у профессора блокнот, он быстро пробежался глазами, что-то бормоча под нос. Когда он прочитал до конца на его лице появилось явное сомнение. – Мы точно всё правильно измерили? – обратился он к Изабель. – Можно проверить. Ошибок быть не должно. – Изабель зевнула. – Тогда откуда взялись лишние тридцать пять процентов вещёства? Может дело всё-таки в массе йода? – голос Элиаса стал немного громче, он опустился в кресло с блокнотом в руках. Изабель, не отвечая, незаметно улыбнулась. Она выключила газовую конфорку прибора и начала убирать лишнее с лабораторного стола. – “Воздух – три с половиной грамма”, “стеклянные сосуды – пятьсот тридцать восемь…”, “герметичные пробки – каждая по сорок”... – Элиас перечитывал вслух написанное на бумаге, – все цифры точные, скорее всего в них ошибок нет… Элиас положил блокнот на стол и опустился в кресло. Изабель в этот момент уже сидела в своем напротив и смотрела в окно. Она знала, что в сосуде появится лишнее вещество… или энергия? Уже проводила этот опыт? Тогда зачем показала мне, а не просто дала данные? Чтобы я поверил? Элиас перебирал в голове всевозможные варианты. Тишину, повисшую в лаборатории, нарушало множество голосов студентов из коридора, однако Элиас их не слышал. Его голова была полностью заполнена поиском ошибки, он раз за разом перечитывал все вводные данные, все расчеты. Слишком много у меня сейчас вопросов. Нужно отступить и подумать. Даже если покажусь слабаком в глазах профессора… Это лучше, чем сидеть в отчаянии. Но нужен повод. Элиас быстро осмотрел всё вокруг, его взгляд остановился на часах. Без двух минут восемь. Тут он резко встал с кресла. – Профессор, у тебя сегодня нету лекций? – спросил Элиас. – Первой нет, – Изабель сказала, не поворачиваясь, – а вот тебе уже пора. Элиас, в спешке двигаясь к выходу, обернулся посмотреть на всё также смотрящего в окно профессора. – Я приду, как занятия закончатся. – Элиас взялся за дверную ручку. – Нужно будет провести ещё не один эксперимент. – После лекций я всегда тут, – ответила Изабель. Дверь закрылась. Звонок прозвучал тут же. Профессор не двинулась с места. Только звонок стих, она устало повернулась к столу. – Придет, – сказала она себе. – Конечно, придет. Изабель взяла со стола блокнот, перелистнула на несколько страниц назад. Там, под теми же цифрами, которые они только что получили, крупным почерком было выведено: “Откуда берется энергия?” Профессор долго смотрела на свои вычисления, потом закрыла блокнот и убрала в ящик.