Глава 4

Дверь за мной с грохотом захлопнулась. Сквозь маленькое бронированное стекло я увидела Хельведа: он приложил указательный палец к компьютеру-сканеру у двери, и раздался щелчок замка. «Так у них тут персональная блокировка с распознаванием отпечатков. Сколько же такая стоит и откуда у них эти деньги?» Хельвед успел уйти, и я упустила, в какую сторону он направился. «Не мешало бы ориентироваться в коридорах». С его уходом я поняла, что в комнате-камере оказалась не одна. Маленький девичий силуэт едва проглядывался в приглушённом свете прикроватной лампы. Тихий голосок заговорил: — Привет, я твоя соседка по комнате. Меня зовут Бетина, можешь звать просто Бети. Я здесь уже несколько минут, так что первая выбрала кровать, хотя они и не отличаются... Она произносила слова быстро — видимо, переживала, поэтому тараторила, и что-то было даже неразличимо. Я перебила её: — Эмма, — сухо представилась я, подошла ближе и протянула руку. Она порывисто пожала её, вскочив на ноги. Это была хрупкая рыжеволосая девушка с кудряшками, бледной кожей, серыми глазами и веснушками. Одета она была в белый костюм из хлопковой ткани с кучей ремешков для быстрого обездвиживания. Поняв, что я подолгу её разглядываю, она кивнула в сторону свободной кровати. — Тебе тоже следует переодеться, скоро придут забрать твою старую одежду. И впрямь, на застеленной постели лежала стопка чистой одежды. Вздохнув от бессилия, я сняла с себя вещи — единственное воспоминание о доме и прежней жизни. И с напускным безразличием кинула их на пол. Сев на свою кровать, принялась оглядывать помещение: голые стены с мягкой обивкой у изголовья (чтобы не мёрзнуть), кафельный пол, железные кровати, прикрученные к полу, непромокаемый матрас, плоская подушка и тонкое одеяло. Чуть поодаль от входной двери виднелась комнатка метр на метр с унитазом без сидушки, но без раковины и двери. «Как в больнице», — подумала я, вспомнив единственную в своей жизни операцию, после которой отходила месяц в палате с пятью женщинами преклонного возраста. Это был единственный раз, когда я спала в одном помещении со столькими людьми. К моему удивлению, несмотря на разницу в возрасте, мы сходились во мнениях. Я и не припомню, чтобы так много разговаривала с кем-то, кроме семьи... Да и вообще ночевала вне дома. Помимо кроватей, в комнате была одна тумбочка на двоих с разделёнными ящиками внутри. Открыв свой шкафчик, я обнаружила туалетную бумагу, деревянную зубную щётку, зубной порошок, маленькое полотенце и кусок мыла. «Раковины нет, а принадлежности есть. Весело». Как раз в момент моей «экскурсии» дверь запищала и открылась. Через порог переступил человек в белой маске Тэнгу. (Стоит пояснить, кто это такие и откуда я это знаю. Тэнгу — демоническое существо из японской мифологии, напоминающее антропоморфное создание с неприятной улыбкой и слишком длинным носом. Они символизируют двойственность натуры и хаос. А о мифологии Древней Греции, Египта и Японии я знаю всё вдоль и поперёк из книг, доставшихся от покойной бабушки со стороны отца — мне перешла её библиотека.) По-хозяйски пройдя вперёд и остановившись прямо передо мной, он наклонился, чтобы подобрать вещи. Увидев его, Бети замерла и, кажется, перестала дышать. — Вижу, вы уже познакомились. Привыкайте друг к другу, вам вместе быть ещё очень долго... — Он засмеялся. Голос его был ужасно изменён: низкий, неживой, а смех вышел просто дьявольским. Бети содрогнулась. Его фраза меня очень напрягла. Я сжала покрывало и процедила сквозь зубы: — Сколько... Сколько нас здесь будут держать? — Целых три года кругов Ада, но всё во благо — если, конечно, вы выживете, — и он залился новым припадком смеха. «Какой же мерзкий». Мне стало дурно после озвучивания срока. Переводя дыхание, я спросила: — А что будет с нами спустя три года? — Рано задавать такие вопросы, — резко ответил он, после чего отчеканил заученную фразу и ушёл: — Душ раз в три дня под наблюдением сопровождающего, можно и чаще, если испачкаетесь кровью после испытаний. Приём пищи три раза в день. Отбой в десять часов с полным отключением света. В коридорах ведётся видеонаблюдение, решётки в коридоре под напряжением. Наказание — в случае нарушения порядка. Приход персонала, уколы и капельницы — по указанию врача или с помощью кнопки вызова. Проверка помещения на посторонние предметы, замена белья и подъём в шесть утра. Из всего его монолога мне больше всего не понравились два слова: «кровь» и «испытания». «Вот это я попала».