Магия

Гарри было четыре с половиной года, когда он впервые увидел магию. Это случилось случайно. Как всё случайное — неожиданно, без предупреждения, в самый обычный день. Они сидели на кухне. Регулус читал книгу по зельеварению, Гарри рисовал. Сначала ничего не происходило — только скрип карандаша по бумаге и тиканье часов на стене. Потом Гарри захотел, чтобы красный карандаш оказался рядом, потому что синий сломался, и ему лень было вставать. Красный карандаш лежал на другом конце стола. Гарри посмотрел на него, потом снова на рисунок. Подумал о том, как было бы хорошо, если бы он оказался рядом. Карандаш покатился. Медленно, как будто нехотя, но покатился — через всю столешницу, объезжая кружку с чаем, и остановился прямо у руки Гарри. Регулус не заметил. Он читал. Гарри посмотрел на карандаш, потом на руку, потом на карандаш. Он не понимал, что произошло. Просто хотел — и получилось. Он взял карандаш и начал рисовать. Решил, что показалось. Через неделю это случилось снова. Гарри уронил дракона за диван. Место было узкое, рука не пролезала. Гарри пыхтел, пытался достать, но дракон застрял между стеной и ножкой. Гарри сел на пол, чуть не плача, и подумал: «Ну вылезай же». Дракон вылетел из-за дивана — медленно, как пушинка, — и упал ему на колени. Гарри замер. Дракон лежал на коленях. Гарри поднял его, повертел, положил рядом. Посмотрел на место, где он лежал раньше. Потом на свои руки. Он не знал, что это было, но понял — это не случайность. В тот вечер за ужином он сказал Регулусу: — Папа, карандаш двигается без рук. Регулус отложил ложку. — Что? — Карандаш. Он двигается. И дракон. Они двигаются, когда я хочу. Регулус посмотрел на сына. В глазах Гарри не было страха — только любопытство. Он не понимал, что это странно. Он просто говорил о том, что случилось. Регулус положил ложку, подошёл к Гарри, сел рядом. — Гарри, — сказал он. — Ты волшебник. — Кто? — Волшебник. Ты умеешь делать вещи, которые не могут делать магглы. Обычные люди. — А ты? — Я тоже. — И дядя Сев? — И дядя Сев. Гарри подумал. — А Клара? — Клара — нет. — А Драко? — Драко — да. — А Томас? — Не знаю. Может быть. Гарри сидел, переваривал информацию. Потом спросил: — Я могу делать то, что хочу? — Не всё. Но многое. Когда научишься. — А ты меня научишь? — Научу. Когда подрастёшь. — Я уже подрос. — Немножко подрос. Но не достаточно. Гарри надулся, но спорить не стал. На следующий день Регулус взял его с собой в Косой переулок. Впервые. Гарри раньше не был там. Регулус держал его за руку, они прошли через маггловский паб, вышли на задний двор и оказались перед кирпичной стеной. — Смотри, — сказал Регулус. — Я покажу тебе, как проходить. Он постучал палочкой по нужным кирпичам. Стена раздвинулась, открывая улицу с яркими вывесками, двигающимися картинками, громкими голосами продавцов. Гарри ахнул. Он видел сов, сидящих на жёрдочках, летающие письма, детей с палочками. Всё двигалось, шумело, переливалось. — Это наш мир, — сказал Регулус. — Твой мир. — А там, где мы живём? — Тоже наш. Только магглы не знают про этот. — А почему? — Чтобы они не боялись. Гарри смотрел по сторонам. Он не боялся. Он хотел всё потрогать, всё увидеть, всё запомнить. Они прошли мимо магазина с котлами. Гарри остановился у витрины с палочками — они лежали на бархатных подушках, разные, гладкие и резные, с рукоятками из драконьей кожи и когтей. — Я буду учиться? — спросил Гарри. — Будешь. — Когда? — Когда придёт письмо. — А когда оно придёт? Регулус улыбнулся. — Когда тебе будет одиннадцать. Гарри вздохнул. — Это долго. — Это не так долго, как кажется. Они пошли дальше. Гарри не отпускал руку отца, но голова поворачивалась во все стороны. Каждый раз, когда кто-то проходил мимо с палочкой или совой, он замирал. — Папа, — сказал он. — А ты будешь меня учить? — Буду. — Честно? — Честно. Гарри кивнул и улыбнулся. Он верил отцу. Они пошли домой — через паб, через задний двор, через кирпичную стену. Дома Гарри забрался на диван, обнял дракона и спросил: — А когда я стану волшебником, я смогу делать всё, что захочу? — Нет, — сказал Регулус. — Но ты сможешь делать многое. — А что я смогу? — Летать на метле. Превращать предметы. Варить зелья. Защищать себя. Гарри представил, как летит на метле над крышами, и улыбнулся. — Я хочу научиться сейчас. — Надо подождать. — Я не хочу ждать. — Придётся. Магия требует терпения. — Это скучно. — Это важно. Гарри вздохнул и прижал дракона крепче. Он всё ещё не понимал, что такое магия и как она работает. Но он знал, что она есть. И что она — его. Вечером Регулус сидел на кухне и смотрел на рисунок, который нарисовал Гарри. Там была большая фигура с палочкой, маленькая фигура с драконом и надпись кривыми буквами: «ПАПА И ГАРРИ ВОЛШЕБНИКИ». Регулус убрал рисунок в ящик. Всё в тот же ящик. Гарри спал, обнимая дракона. За окном шёл снег. Первый день зимы.